СИНАЙСКИЕ И РАИФСКИЕ ПРЕПОДОБНОМУЧЕНИКИ

(о памятнике, его датировке и жанровых особенностях см. также в ст. Нил Синайский). «Сказание о мученичестве монахов Синая и Раифы», согласно эпилогу, было записано мон. Аммонием на коптском языке, а некий свящ. Иоанн перевел его на греческий. Греч. версия (CPG, N 6088; BHG, N 1300a-k) была впервые издана по 3 рукописям XIV в. (Ammonius Monachus. 1660), а затем - по древнейшей известной рукописи Sinait. gr. 519, X в., с использованием Sinait. gr. 267, XIV в., для восполнения лакун (с новогреч. пер.: Το Μαρτυρολόγιον του Σινά. 1989; англ. пер. с указанием разночтений по др. версиям: History and Hagiography. 2010. P. 149-171). По-видимому, ту же редакцию отражает сир. версия из рукописи Lond. Brit. Lib. Add. 14645, 936 г. Однако, по мнению ряда исследователей (History and Hagiography. 2010. P. 142; противоположная т. зр.: Gatier. 1989. P. 510. Not. 36), ближе к оригиналу, чем сохранившаяся греческая версия, стоит более краткая версия на христ. палестинском арамейском (см. в ст. Арамейский язык): она представлена в нижнем слое палимпсеста (с лакунами), приобретенного в Египте в 1906 г. исследовательницей А. Смит-Льюис, к-рая по палеографическим признакам датировала текст VII в. и опубликовала его с англ. переводом (Smith-Lewis. 1912. P. 1-54 (арам. текст), 1-14 (англ. пер.); испр. и доп. изд. и пер. см.: A Corpus. 1996. P. 9-69). В этой версии (и проиcходящих от нее) приводится предположительно оригинальная дата кончины и/или день памяти С. и Р. п.- 28 дек. (ее подтверждают как визант. Минологий X в., так и греч. рукописи, использованные в издании 1660 г.; см.: History and Hagiography. 2010. P. 142). Эта редакция в свою очередь отражена в сир. переводе 767 г. из рукописи Vat. syr. 623 (886 г.) и в араб. переводе 772 г., к-рый был выполнен с сирийского, но с учетом греч. оригинала и считается древнейшим датированным переводом христ. текста на араб. язык (см.: Treiger. 2016). Не позднее 864 г. эта араб. версия была переведена на груз. язык. Др. араб. версия входит под 14 янв. в т. н. Антиохийский минологий, составленный иером. Юханной Абд аль-Масихом (2-я пол. X - 1-я треть XI в.) (издание обеих арабских и грузинской версии: Гварамия. 1973; об араб. рукописях см.: Graf. Geschichte. Bd. 1. S. 520; Treiger. 2016. P. 36-37).

Мученичество Синайских и Раифских преподобномучеников. Миниатюра из Минология имп. Василия II. 1-я четв. XI в. (Vat. gr. 1613. P. 315)Мон. Аммоний, подвизавшийся в г. Каноп и пришедший на Синай в паломничество, стал свидетелем нападения варваров на монахов. Сначала он описывает гибель от «сарацин» С. п., чьи изрубленные останки видел сам. Когда стало возможно прийти на помощь, мон. Аммоний и местный свящ. Дула нашли 2 выживших монахов - преподобномучеников Исаию и Савву. Прмч. Исаия вскоре умер, а прмч. Савва стал поправляться, но не радовался спасению, а сокрушался, что не сподобился мученического венца. По молитвам прмч. Саввы Господь послал ему кончину. Через некоторое время мон. Аммоний и свящ. Дула получили известие о гибели монахов в Раифе от блеммиев (племя, жившее между Нилом и Красным м. в В. Египте). Свидетели упомянули среди погибших мон. Моисея, его ученика, также Моисея, старца Иеремию, свящ. Павла, Адама, его ученика 15-летнего Сергия (варвары хотели его пощадить, но Сергий, видя это, выхватил у одного из них меч и ударил врага в плечо, после чего был зарублен), а также Домна, скончавшегося от ран. Все Р. п., по описанию мон. Аммония, пострадали в разных местах в разное время в ходе многодневного нападения варваров, однако автор указывает в качестве дня страданий 14 янв.,- видимо, эта дата относится к какой-то одной группе преподобномучеников. Похоронены Р. п. были все вместе при участии благочестивого правителя Ведиана.

Упоминаемого в начале повествования Петра, архиеп. Александрийского, исследователи идентифицируют как Петра II (373-380). Его ошибочное отождествление со сщмч. Петром I (300-311), вероятно, привело к тому, что мученичество С. и Р. п. иногда относили к правлению имп. Диоклетиана (284-305) (напр.: SynCP. Col. 392). Рассказ о Р. п. находит отголосок в повествовании хрониста Иоанна, еп. Никиуского († вскоре после 700), относящемся к правлению имп. Анастасия I (491-518) (Ioan. Nic. Chron. 89. 33-34). В Сказании эта часть носит более развернутый и детальный характер по сравнению с повествованием о С. п., что породило гипотезу о происхождении памятника из среды раифских монахов. Сказание могло быть составлено в VI в. в контексте возвышения Синайского мон-ря при имп. св. Юстиниане I (527-565) либо перенесения в К-поль мощей С. п. предположительно при имп. Юстине II (Младшем) (565-578) (см.: Gatier. 1989; History and Hagiography. 2010. P. 145-148).

Т. н. 2-е избиение С. п. описано в «Нила монашествующего повести об убиении монахов на горе Синайской и о пленении Феодула, сына его» (CPG, N 6044; BHG, N 1301-1307b; рус. пер.: Афиногенов. 2002. С. 88-143). Нил знает о т. н. 1-м избиении, описанном у мон. Аммония (хотя не упоминает его имя), и сообщает, что мн. др. монахи были убиты «за много лет до того» (Афиногенов. 2002. С. 114). Автор Повести в совр. научной традиции идентифицируется как прп. Нил Синайский (Нил Постник) (сер. IV - 1-я пол. V в.; пам. 12 нояб.), хотя еще в визант. время отождествлялся с прп. Нилом Анкирским († после 430); существует гипотеза, что прп. Нил Синайский и прп. Нил Анкирский - одно лицо (подробнее о личности Нила, о текстологии, о проблеме авторства и датировки, о жанровых особенностях, а также о содержании Повести см. в ст. Нил Синайский). Повесть представляет собой шедевр позднеантичной прозы. Рассказ пронизан глубоким психологизмом, в основе к-рого лежат страдания отца, чей сын оказался в плену у бедуинов и в любой момент мог быть принесен ими в жертву. Сказание Аммония психологизмом не отличается, однако содержит характерные для агиографической лит-ры сведения о чудесах и об аскетических подвигах монахов, тогда как Повесть Нила, напротив, далека от агиографических канонов и, по мнению Д. Е. Афиногенова, тяготеет к жанру романа (Там же. С. 85). Текст Нила содержит детальные подробности быта как подвижников горы Синай, так и кочевников, а также яркие эпизоды, напр., когда женщина, потеряв сына, погибшего от рук варваров, вместо того чтобы по обычаю этой местности разорвать на себе одежды и расцарапать лицо, надела праздничный наряд и славила Бога за то, что Он сподобил ее стать матерью мученика. В Повести не указано точное количество убиенных и приводится всего неск. имен пострадавших в разное время в разных местах: пресв. Феодул, монахи Павел и Иоанн, сенатор Магадон, монахи Прокл, Ипатий, Исаак, Макарий, Марк, Вениамин, Евсевий, Илия (о некоторых сообщается, что их тела оставались нетленными в течение 5 дней на жаре). Вероятно, автор, хотя очень подробно описывает казни мучеников, не имел задачи запечатлеть их число и имена, будучи сосредоточен на своих страданиях из-за разлуки с сыном и на страхе за него.

Преподобномученники Синайские и Раифские в молении Христу. Миниатюра из Феодоровской Псалтири. 1066 г. (Brit. Lib. Add. 19352. Fol. 111r) С. и Р. п. посвящен юж. придел кафоликона Екатерины великомученицы монастыря на Синае, в к-ром находится мраморная надпись с указанием, что здесь хранились их мощи (о сложностях интерпретации см.: Mayerson. 1976; Gatier. 1989. P. 518-519; History and Hagiography. 2010. P. 52, 60-61). Согласно арабо-мелькитским Синаксарям, во время набега на обитель бедуинов в 1083 г. (см. в ст. Иоанн, сщмч., еп. Синайский; ранее событие ошибочно датировалось 1091) нападавшие достали хранившиеся здесь мощи 40 С. п. (Sauget J.-M. Premières recherches sur l'origine et les caractéristiques des Synaxaires melkites: (XIe-XVIIe siècles). Brux., 1969. P. 353. (SH; 45)). В Типиконе Синайского мон-ря (1214) при описании службы 14 янв. указано, что мощи хранились в часовне св. Иоанна Предтечи, к-рая, по описанию др. источников, совпадает с совр. приделом и, очевидно, со временем поменяла свое посвящение. На основании не вполне ясных указаний греч. итинерариев анонимного паломника 2-й пол. XIII - 1-й пол. XIV в. (т. н. Anonymus Allatii) и Феодосия Зигомалы (1576; см. в ст. Зигомала) можно предположить, что существовали 2 отдельные часовни, посвященные соответственно С. п. и Р. п. Однако др. источники XVI в. говорят об одной часовне, где хранились мощи, причем уже с посвящением С. и Р. п., а не св. Иоанну Предтече. Среди них особенно важно свидетельство Паисия Агиапостолита (впосл. митрополит Родосский) посл. четв. XVI в., к-рый упоминает не только мощи, но и мраморную надпись в честь С. и Р. п. (Паисий Агиапостолит. Описание Св. горы Синайской и ее окрестностей / Изд.: А. И. Пападопуло-Керамевс; пер.: Г. С. Дестунис. СПб., 1891. С. 28, 111. (ППС; Т. 12. Вып. 2(35)), возможно идентичную сохранившейся до наст. времени (подробнее см.: Živković. 2020. P. 104-107).

В Синаксаре К-польской ц. (сер. X в.) кратко приведены оба сказания (Нил назван эпархом (градоначальником) К-поля, благочестивым мужем, что говорит о том, что в византийское время отождествление автора Повести Нила представляло собой неразрешенный вопрос). О преподобномучениках из Cказания Аммония сообщается, что они пострадали 22 дек., однако поминаются 14 янв.- в тот же день, что и преподобномученики из Повести Нила. Память святых совершалась в ц. ап. Павла при сиротском приюте в К-поле, где хранились их мощи (SynCP. Col. 217, 392). С. и Р. п. посвятил одно из т. н. малых огласительных слов (BHG, N 1307d) прп. Феодор Студит († 826; Theod. Stud. Catech. parv. 20). В Императорском минологии (1034-1041) под 14 янв. помещена восходящая к метафрастической версии Повести Нила (BHG, N 1307b) эпитома (BHG, N 1307d; изд.: Halkin. 1984; англ. пер. и анализ: Constantinides Hero. 2011). Прп. Никодим Святогорец († 1809) в «Синаксаристе» указал под 14 янв. память 43 Р. п., сообщая, что служба им напечатана в Венеции в 1778 г., и отдельно - память «прп. Феодула, сына св. Нила», кратко пересказывая Повесть (Νικόδημος. Συναξαριστής. Τ. 3. Σ. 70-72).

имеется древний перевод Сказания Аммония (BHG, N 1300), сохранившийся в восточно- и южнослав. списках с XIV в. (Творогов О. В. Переводные жития в рус. книжности XI-XV вв.: Кат. М.; СПб., 2008. С. 131-132; Иванова. Biblioth. hagiogr. С. 434-435; изд. по ркп. РГБ. МДА. Фунд. Ф. 173. 1. № 45; Помяловский И. В. Аммония мниха повесть о убиенных св. отцех в Синае и Раифе по ркп. XIV в. б-ки МДА. СПб., 1891). Этот же перевод включен под 14 янв. в ВМЧ митр. Макария (Иосиф, архим. Оглавление ВМЧ. Стб. 399 [1-я паг.]). В южнослав. списках отмечен также перевод Повести Нила (BHG, N 1301; Иванова. Biblioth. hagiogr. С. 435).

В слав. Синаксаре, переведенном в XI или нач. XII в. и вошедшем в состав Пролога в кон. XII в., под 14 янв. содержатся 4 кратких сказания об избиениях С. и Р. п., совершённых в разное время племенем блеммиев, чье название передано в слав. переводе как «глазатые»: 1. Сказание о преподобных отцах, на Синайской горе скончавшихся, в к-ром упоминается св. Нил; 2. Сказание о св. отцах, убитых «глазатыми» при имп. Диоклетиане, где описывается огонь, восходящий до небес, к-рого испугались сарацины, и упоминаются монахи Савва и Исаия, оставшиеся в живых; 3. Сказание о 33 отцах, живущих около «12 источников и 70 фиников», убитых «глазатыми», также сообщается об убийстве ими 147 фаранитов; 4. Сказание о прп. Феодуле, сыне Нила Синайского, с описанием его пленения и спасения. Первое и 4-е сказания в византийском оригинале Синаксаря основаны на Повести Нила, 2-е и 3-е - на Сказании Аммония (изд. греческого и славянского текстов: Славяно-рус. Пролог по древнейшим спискам. М., 2010. Т. 1. С. 616-624).

В Пролог пространной редакции, созданный на Руси в кон. XII в., были включены с небольшими изменениями все 4 синаксарных сказания и добавлены еще 2, составленные на основе слав. перевода Сказания Аммония: это рассказы о монахах Моисее и Иосифе, в к-рых описываются их праведная жизнь и кончина (Ammonius Monachus. De Sanctis patribus barbarorum incursione in monte Sina et Raithu peremptis // Illustrium Christi martyrum lecti triumphi / Ed. F. Combefis. P., 1660. P. 99-100, 103-106); все памяти вошли в состав ВМЧ под 14 янв. (Иосиф, архим. Оглавление ВМЧ. Стб. 398-399 [1-я паг.]).

Заметки, сходные со 2-м и с 3-м сказаниями в слав. Синаксаре, содержатся в стишном Прологе, переведенном в Болгарии в XIV в., в некоторых редакциях имеется также сказание о прп. Феодуле (Петков, Спасова. Стиш. Пролог. Т. 5. С. 34-36). В XVII в. эти сказания были включены в печатный Пролог.

Свт. Димитрий, митр. Ростовский, пересказал текст мон. Аммония, вероятно пользуясь ВМЧ митр. Макария; история 2-го избиения С. и Р. п., источником к-рой послужил лат. перевод Повести Нила, передается сокращенно и с изменениями ([Димитрий (Туптало), свт. Ростовский]. Книга житий святых. К., 1764. Кн. 2. Л. 312-320; Державин А. М., прот. Радуют верных сердца: Четии-Минеи Димитрия, митр. Ростовского, как церковноист. и лит. памятник. М., 2012. Ч. 1. С. 418-419).

преподобномучеников формируется в К-поле и, очевидно, тесно связана с развитием столичной агиографии. Их страданиям посвящены 3 миниатюры мастеров Михаила Влахернита и Пантолеона в Ватиканском Минологии имп. Василия II (Vat. gr. 1613. Fol. 315-317, 1-я четв. XI в.). Нападения на Синайский мон-рь и Раифу оформлены как сюжеты с разными композициями. На листах 315-316 показаны нападения на Синайский мон-рь: на л. 315 два варвара мечами добивают 2 иноков, рядом лежат тела их собратьев с ранами на теле, с отсеченными кистями рук и стопами; на л. 316 на переднем плане - тела поверженных монахов, монастырская крепость объята огнем; варвары бегут, судя по брошенным щитам и мечам, в страхе; монахи - разных возрастов, в т. ч. безбородые юноши; 2 старца еще живы, их глаза устремлены на зрителя. На л. 317 представлена сцена нападения на Раифу: из финиковой рощи появляются трое в повязках на голове, среди них - 2 чернокожих с палками, они сопровождают безбородого светлокожего человека в такой же, как у язычников, повязке, к-рый мечом пронзает 2 стоящих монахов; еще 2 неверных мечами добивают павших иноков. За алтарем монастырской базилики под сенью пальмы изображен молодой монах, однако неясно, жив ли он; возможно, мастер хотел показать, что смерть настигала насельников на всей территории обители. Именно эта миниатюра послужила образцом для единственной композиции в Императорском минологии (Baltim. 521. Fol. 92v, 1034-1041 гг.), с небольшими расхождениями в деталях, а также для лицевого январского минология из коллекции мон-ря вмц. Екатерины на Синае (Sinait. gr. 512. Fol. 2v, 1055-1056 гг.), в чем П. Мийович видел подтверждение монастырского происхождения этой рукописи (Миjовић. Менолог. С. 199), для январского минология XII в. из собора ап. Марка в Венеции (Venet. Marc. 585. Fol. 60v) и для икон-минологиев, самые ранние из которых сохранились в том же Синайском мон-ре: напр., с памятями зимних месяцев из состава гексаптиха рубежа XI и XII вв. (ныне в ризнице; Лидова. 2020. С. 132. Ил. 3), минейной иконы янв. XII в. В них встречается и вариант, когда преподобномученики показаны как группа: святые разных возрастов стоят в иноческих облачениях с белыми крестами в правых руках, как на синайском диптихе с лицевым минологием на весь год, представленном на левой половине во 2-м ряду снизу с краю (2-я пол. XI в.; Manafis. 1990. P. 148. Pl. 17); этому варианту следует изображение святых в греко-груз. рукописи кон. XV в. (Евсеева. Афонская книга. С. 269. Кат. 114). На поле л. 111r в Феодоровской Псалтири (Lond. Brit. Lib. Add. 19352, 1066 г.) рядом с текстом Пс 82 в нижней части показано избиение старцев 2 воинами в напоминающих чалмы головных повязках, выше - 2 старца стоят, подняв руки в молитве ко Христу в небесном медальоне; в киноварной подписи сообщается об их кончине от рук варваров.

Не исключено, что под влиянием агиографических к-польских новшеств почитание С. и Р. п. обрело новые формы в Синайском мон-ре. В юж. части кафоликона был обустроен придел во имя преподобномучеников, где появились 2 иконы с сонмами мучеников Синая и Раифы (по мнению Г. и М. Сотириу - XII в.; с т. зр. К. Вайцмана - XIII в.; в совр. варианте - нач. XIII в. (Živković. 2020)), в наст. время находящиеся в том же приделе. Несомненно, что иконы были созданы по подобию соборных изображений мучеников, как их понимали в К-поле в средневизант. время. Одна икона посвящена «отцам Синая» (Η αγιη Πατέρες του Σινα), другая - «отцам Раифы» (Η αγιη Πατέρες τις Ραϊθου) (Sôtiriou. 1956. Τ. 1. Σ. 18. Εικ. 153-154; 1958. Τ. 2. Σ. 134-135). Обе иконы храмового размера (57-58 см × 42-40 см). По количеству фигур на каждой иконе иноков-преподобномучеников, подобно Севастийским, 40 (Živković. 2020. Р. 115). В верхних ярусах икон размещены деисусные чины: на иконе Синайских мучеников в центре сидит на престоле Христос, поднявший высоко правую руку с благословением, Его поза восходит к одному из изводов столичной иконы Христа Халкитиса и в свою очередь - к изводу Христос Судия, Мессия Второго пришествия; на иконе Раифских святых центром моления ангелов и преподобных в верхнем ярусе является образ Богоматери Влахернитиссы в том варианте, который на Руси известен как «Воплощение», «Оранта» и «Великая Панагия». Святые стоят ровными рядами, однако ракурс, в котором они представлены, придает им легкость, что подчеркнуто положением рук, поворотами голов; есть различия в возрасте мучеников, в прическах, одежде; платы на головах, указывают на принадлежность к кочевым племенам. Все эти нюансы, мастерски переданные живописцами, создают эффект т. н. натуралистических портретов. По мнению совр. исследователей, эти мастера принадлежали к живописной школе Никеи, к тому же кругу, что и мастера росписей Боянской ц. в Болгарии (1259; Ibid. Р. 113).

С палеологовского времени образы святых присутствуют в настенных минейных циклах, созданных не только в К-поле и на Синае: в виде группы монахов разного возраста, показаных погрудно за контуром горок - в Георгиевской ц. Старо-Нагоричино, в юж. части (1317-1318), в мон-ре Вел. Дечаны (1348-1350; Миjовић. Менолог. С. 271, 332. Сл. 54); в рукописных минейных циклах: в лицевом Минологии, написанном и декорированном в Фессалониках для деспота Димитрия Палеолога (Bodl. gr. theol. f. Fol. 25v, 1322-1340); в монастырских росписях: в декоре трапезной Вел. Лавры на Св. Горе Афон (1-я треть XVI в.), в экзонартексе-лити при парекклисионе свт. Николая Чудотворца в мон-ре Филантропион в Янине (1560). В минейном цикле в румын. мон-ре Сучевица на варварское происхождение нападающих указывают их араб. одежды, а также верблюды под стенами мон-ря.

К кон. XVI-XVII в. в древнерус. искусстве были известны неск. вариантов иконографии С. и Р. п. Согласно Строгановскому лицевому подлиннику, их память 14 янв. сопровождалась следующей композицией: на фоне монастырских стен и храма святые брошены в яму у основания горы. Такой извод напоминал спящих апостолов в композиции «Моление Спасителя в Гефсимании»; пример повторения - январская икона в минее нач.- 1-й трети XVII в. из вологодской ц. прп. Димитрия Прилуцкого на Наволоке (ВГИАХМЗ; Иконы Вологды кон. XVI-XVII вв. М.; Вологда, 2017. С. 169-170 (ил.), 171С. Кат. 16). В тот же период одним из строгановских мастеров, Первушей, была написана икона, на которой оба монастыря составляют целый город с большим количеством палат и храмов, а на фоне горок в разных сегментах, как в клеймах, показаны группы варваров, побивающих иноков (Кочетков. Словарь иконописцев. С. 473; Вилинбахова Т. В. Строгановская икона кон. XVI - нач. XVII. СПб., 2005. С. 85. Ил. 86, 87). В русском искусстве образы С. и Р. п. теснее связаны с церковным календарем и минейными изображениями, чем в к-польском. В офиц. церковном искусстве день их памяти мог сопровождаться композицией мученичества, созданной по образцу зап. гравюр, как на гравированных минейных листах на янв. Г. П. Тепчегорского и И. К. Любецкого (1722, 1730, РГБ; Ермакова, Хромов. Рус. гравюра. 2004. С. 40, 47, 51. Кат. 33.5, 34.5, 35.5), а мог быть представлен группой иноков (Годовая икона-минея, XIX в., частное собр.). Икон С. и Р. п. не было в Раифской пуст. (Раифе), хотя престол их памяти там появился в теплой деревянной церкви (1662-1670) и был вновь освящен в каменном здании (1709), его храмовыми иконами служили Нерукотворный образ Спасителя и Грузинская икона Божией Матери (Малов Е. А., прот. Раифская Богородицкая пуст. Казанской епархии. Каз., 1880. С. 56-58). В возрожденном мон-ре в теплой церкви с тем же посвящением престола находятся 2 иконы с образами С. и Р. п., основой для которых послужили прориси Строгановского подлинника: написанная в стиле академической живописи икона в иконостасе и аналойная икона-мощевик с явным подражанием средневековой иконописи (Маханько. 2012. С. 6-7).