КИР
Том XXXIV , С. 62-65
опубликовано: 6 сентября 2018г.

КИР

(Ɨ 21.03.642), патриарх Александрийский (c 630/1), приверженец моноэнергизма и монофелитства. Сочинения К. сохранились в составе деяний антимонофелитского Латеранского Собора (649) и VI Вселенского Собора (680-681). Первые упоминания о К. относятся к нач. 626 г., когда он был митрополитом г. Фасис (ныне Поти, Грузия). Визант. имп. Ираклий, находившийся в то время в Лазике, обсуждал с К. вопрос о возможности объединения К-польской Православной Церкви с монофизитами. Ираклием была предложена объединительная формула на основе учения о едином богомужном действии, но К. она казалась подозрительной, т. к. из Томоса папы Римского Льва I Великого (449) и постановлений IV Вселенского Cобора (451) можно было сделать противоположный вывод о двух действиях во Христе. Император ознакомил К. с посланиями патриарха К-польского Сергия I (610-638), в к-рых тот склонялся к учению об одном действии (моноэнергизм), а также со своим распоряжением на имя Кипрского архиеп. Аркадия I с осуждением учения акефала Павла Одноглазого. По совету Ираклия К. составил послание патриарху Сергию (CPG, N 7610; ACO. T. 2. Vol. 2(2). P. 588-592). В завязавшейся переписке (CPG, N 7604; RegPatr, N 285; ACO. T. 2. Vol. 2(2). P. 528-530) Сергий убедил К., что учение о двух действиях не следует из Томоса свт. Льва и никто из отцов Церкви, писавших о Томосе, напр. патриарх Александрийский Евлогий I, никогда не осмеливался делать такой вывод. Но, по словам патриарха Сергия, именно об одном действии говорил патриарх К-польский Мина (536-552). Убежденный доводами патриарха Сергия, К. склонился на его сторону и стал одним из ревностных приверженцев объединительной политики имп. Ираклия.

Ок. 630 г. по распоряжению Ираклия вместо патриарха Георгия I на Александрийскую кафедру был поставлен К. При этом он стал не только патриархом, но и светским правителем (префектом) Египта. Визант. авторы называют его διοικητής, что соответствует рим. чину прокуратора. К. было поручено управление финансами, в т. ч. налоговым ведомством. Однако К. не был префектом августалом и не обладал военными функциями, к-рые в последние годы Патриаршества К. исполнял префект Феодор (Theodorus 166 // PLRE. Vol. 3. P. 1280-1282).

Точная дата прибытия К. в Александрию неизвестна; сведения источников относительно времени Патриаршества Георгия I разнятся. Патриарх Александрийский Евтихий (X в.) в «Истории» сообщает, что К. прибыл в Александрию в 626 г., а его предшественник, к-рый занимал кафедру всего 4 года, якобы покинул город, спасаясь от сарацин. Однако эти сведения содержат анахронизм, т. к. арабы появились на границе Египта только в 639 г. Визант. хронист прп. Феофан Исповедник (нач. IX в.) указывал, что в 626 г. скончался патриарх Георгий I и был назначен К. Однако у Феофана есть другая хронологическая неточность: он считал, что Патриаршество Георгия длилось 14 лет, т. е. началось в 611 г., но тогда Александрийскую кафедру занимал Иоанн V (III) Милостивый, покинувший город только между 617 и 620 гг. Сведения о 14 годах правления Георгия подтверждал и патриарх К-польский Никифор I (Niceph. Const. Chronogr. P. 129).

О ранней дате известно также из арабо-мусульм. источников. Согласно ат-Табари (IX - нач. X в.), в 6 г. хиджры (23 мая 627 - 10 мая 628) Мухаммад обратился к правителю Египта аль-Мукаукису с призывом принять ислам. Поскольку имеются веские основания отождествлять аль-Мукаукиса с К., последний должен был находиться в Александрии уже в 627-628 гг. Однако историчность сообщений о посольствах Мухаммада сомнительна: маловероятно, чтобы он обращался к к.-л. из правителей соседних гос-в с предложением принять ислам до 629 г. (Большаков. 1989. Т. 1. С. 155). Фактические детали дипломатических контактов Мухаммада с Египтом в мае-июне 628 г. (названо имя посла, приведен подробный перечень даров, посланных в Медину) придают легенде нек-рую достоверность, но, вероятнее всего, правитель Египта, осуществлявший эти контакты, был отождествлен с аль-Мукаукисом ошибочно. Сообщения о прибытии К. в Египет до 629 г. противоречат историческому контексту: в это время Египет контролировали персы, находившиеся в состоянии войны с имп. Ираклием и жестко преследовавшие халкидонитскую иерархию. Большинство совр. исследователей склонны датировать начало Патриаршества К. 631 г. (Cyrus 17 // PLRE. Vol. 3. P. 377; Fedalto. Hierarchia. T. 2. P. 583; K[aegi] W. E., K[azhdan] A. Kyros // ODB. Vol. 2. P. 1164; Большаков. 1993. Т. 2. С. 105) или 630/1 г. (Öhrnberg. 1993. P. 511; Kaegi. 1998. P. 44).

В 30-х гг. VII в. в Египте помимо официально поддерживаемой византийцами Александрийской Православной Церкви существовали 2 монофизитские иерархии: феодосиане (по имени монофизитского патриарха Феодосия I; составляли большинство общин Коптской Церкви) и гайаниты, придерживавшиеся афтартодокетизма. Стремясь воплотить в жизнь принципы политики имп. Ираклия по объединению с монофизитами, К. сосредоточил свои усилия на феодосианах, а гайанитов начал преследовать. 3 июня 633 г. ему удалось собрать в Александрии представителей монофизитов и убедить их подписать документ, содержавший 9 анафематизмов - «Плерофорию» (πληροφορία - уверенность) (CPG, N 7613; ACO. T. 2. Vol. 2(2). P. 594-600). Анафематизмы осуждали попеременно то строгую монофизитскую, то халкидонитскую позиции. Первые 2 анафематизма касались учения о Св. Троице, истинности воплощения Христа и Его телесности; следующие 2 - ипостасного единения Божества и человечества; 5-й провозглашал Приснодеву Марию истинной Богородицей; в 6-м говорилось о «единой несложной ипостаси» Христа «из двух природ». Наиболее важным для К. был 7-й анафематизм, в к-ром утверждалось, что одному и тому же Христу Сыну Божию принадлежат как чудеса, так и страдания, поскольку и то, и другое совершалось «единым богомужным действием» (μιᾷ θεανδρικῇ ἐνεργείᾳ). Последние 2 анафематизма касались прежних еретиков от Ария до Евтихия. При этом специально выделялись те из них, кто не принимали 12 Глав против Нестория свт. Кирилла Александрийского, а также последователи осужденных V Вселенским Cобором (553) «Трех Глав». К. поспешил сообщить об успехах патриарху Сергию, отметив, что весь александрийский клир, придерживающийся «учения так называемых феодосиан», и военные и гражданские чины приняли эту формулу и присоединились к апостольской кафолической Церкви (CPG, N 7611; ACO. T. 2. Vol. 2(2). P. 592-594). В ответном послании в авг.-сент. 633 г. патриарх Сергий одобрил действия К., но посоветовал проявлять осторожность (CPG, N 7605; RegPatr, N 290; ACO. T. 2. Vol. 1. P. 136-138).

Формулировка К. не могла быть принята копт. патриархом Вениамином I, к-рый в это время скрывался в егип. мон-рях. Успех К. был временным, поскольку в значительной мере основывался на сосредоточенной в его руках большой власти, светской и духовной, в также на его финансовых возможностях. В копт. агиографии (на коптском, позже на араб. языках) К. изображен как лжепастырь, силой насаждавший свое учение. В копт. Житии Самуила Каламунского и его эфиоп. версии сообщается о том, как К., заведуя сбором налогов в Файюме, устроил там погром. Упоминания К. как гонителя коптов и преследователя патриарха Вениамина встречаются в «Истории Александрийских патриархов» и в копто-араб. Синаксаре (XIII-XIV вв.). Араб. Житие Шенуте (копт. оригинал VII в.) содержит пророчество о пришествии антихриста, к-рый наделяется чертами К.: будучи одновременно и архиереем, и светским правителем, приближенным к рим. императору, он устраивает гонение на епископов в Египте.

Действия К. по присоединению монофизитов к Церкви вызывали недовольство и со стороны православных. К. осуждал находившийся тогда в Александрии свт. Софроний I Иерусалимский. В 634 г. он высказывался против К. на Соборе в Иерусалиме, а в изданном им синодике (CPG, N 7635) открыто выступил против учения о едином действии. В это же время К-польский патриарх Сергий попытался склонить на свою сторону Римского папу Гонория I. Какую роль играл К. во взаимоотношениях Сергия с Гонорием, не ясно, однако его имя упоминается в их переписке (ACO. T. 2. Vol. 2(2). P. 534-558). Результатом дискуссий 634-638 гг. стало некоторое изменение в воззрениях сторонников объединения с монофизитами: с единства действия акцент был перенесен на единство воли (монофелитство). Этот поворот нашел отражение в «Эктесисе» имп. Ираклия 638 г. (RegImp, N 211), составителем и вдохновителем к-рого был патриарх Сергий (см.: RegImp, N 215). Копию «Эктесиса» Сергий направил К., и тот безоговорочно принял его (CPG, N 7612; ACO. T. 2. Vol. 1. P. 172).

В 639 г. вторжение арабов-мусульман в Египет (см. Арабские завоевания) под командованием Амра ибн аль-Аса сделало положение К. менее устойчивым. Имп. Ираклий переоценил способности К. как стратега и дипломата. По сообщению прп. Феофана Исповедника, К. удалось отсрочить завоевание Египта на 3 года благодаря договору, по к-рому он обязывался выплачивать арабам ежегодную дань в размере 200 тыс. золотых (Theoph. Chron. P. 338). Согласно хронике патриарха Никифора I К-польского, у К. также были планы выдать замуж за Амра одну из дочерей имп. Ираклия (возможно, старшую, Евдокию); он надеялся, что этот брак склонит Амра к христианству (Niceph. Const. Brev. hist. P. 70-76). К. не имел полномочий заключать такой договор самостоятельно и после переговоров с Амром известил об этих предложениях императора. Однако Ираклий отклонил соглашение, вызвал К. в К-поль и лишил занимаемого поста, видимо посчитав себя оскорбленным. Над К. был устроен суд, где обвинителем выступал сам император. На суде К. доказывал, что деньги для откупа от арабов можно получить из косвенных сборов, не отнимая у казны основного дохода от поземельного налога. К. был обвинен в измене империи и язычестве, подвергнут пытке префектом города и в кон. 640 г. сослан. Возможно, истинной причиной опалы К. стал его конфликт с представителем к-польской бюрократии сакелларием и кувикуларием Филагрием, придерживавшимся отличных от К. взглядов на тактику переговоров с арабами и налогообложение Египта (Kaegi. 1998. P. 48-49).

Амр вновь вторгся в Египет и начал военные действия против визант. армии, сосредоточенной под Вавилоном (Бабальюном) и Никиу под командованием августала Феодора. 11 февр. 641 г. в К-поле умер имп. Ираклий. Ему наследовали Константин III и Ираклона (Ираклий II), сын от брака с августой Мартиной, покровительствовавшей К. Константин III, пользуясь своей властью, вызвал ссыльного К. в К-поль, где снаряжался флот для отправки в Александрию и усиления армии Египта. Кроме того, К. был уполномочен заключить мир с арабами на условии уплаты выкупа. Но Константин III умер весной 641 г., когда шла подготовка экспедиции, что задержало ее отправку. За это время (апрель-май) арабы овладели 2 опорными пунктами - Вавилоном и Никиу, после чего в их власти оказался почти весь Египет, кроме Александрии и ее окрестностей.

Правительство Ираклоны и Мартины постаралось вернуть К. его прежний статус. В авг. 641 г. К. отплыл в Александрию вместе с префектом Феодором и назначенным главнокомандующим Египта Константином. Они прибыли в город в канун Крестовоздвижения (13 сент.), и на следующий день К. устроил торжественную процессию с частицей Креста Господня. По сообщению хрониста Иоанна, еп. Никиуского (VII в.), народ встречал патриарха как спасителя с ликованием, а улицы, где должен был пройти крестный ход (от мон-ря тавеннисиотов до ц. Кесарион), были устланы коврами. Феодору было поручено наведение порядка в Александрии, К. направился в Вавилон для переговоров с Амром.

Однако положение византийцев по сравнению с 639 г. ухудшилось. Арабы уже лишили Александрию снабжения продовольствием; в городе, несмотря на усилия К., продолжались конфликты православных и монофизитов. Борьба за престол в К-поле не позволяла выработать последовательную стратегию сопротивления арабам. В этих условиях К. добивался на переговорах временного перемирия, к-рое позволило бы консолидировать противостоящие религ. группы и мобилизовать военные силы. В нояб. 641 г. он заключил договор о перемирии на 11 месяцев, за к-рые арабам полагался выкуп и в течение к-рых визант. войска должны были по морю покинуть Александрию и весь Египет. Жители Александрии, решившие выехать из города по суше, также должны были платить выкуп. В то же время специально оговаривались права христиан и иудеев, неприкосновенность их культовых зданий и свободное проживание в городе на прежних условиях (RegImp, N 220).

Несмотря на сделанные уступки, К. был встречен в Александрии с почестями. Главнокомандующий Константин и августал Феодор вместе с представителями горожан явились к нему, чтобы выразить благодарность за заключение мира. Содержание договора было скрыто от народа, и когда вскоре арабы явились под стены Александрии за заложниками и выкупом на год, это вызвало новое большое волнение в городе. Жители хотели оказать им сопротивление, однако армия заявила, что подчиняется приказу патриарха и не будет вступать в конфликт с арабами. Возмущенное население собиралось побить патриарха камнями, однако К. не побоялся выйти к народу и успокоить его.

В нояб. 641 г. в К-поле после очередного переворота Ираклона и Мартина лишились власти, императором был провозглашен сын Константина III Констант II, так что реакции на действия К. из визант. столицы не последовало. Патриарх вел частные переговоры с Амром и добился возможности находящимся в Александрии беженцам беспрепятственно вернуться на родину. Мн. визант. чиновники перешли на службу к арабам. К. скончался 21 марта 642 г., вскоре после этих событий, его преемником стал диак. Петр. В сент. 642 г. византийцы согласно договору покинули Александрию и в нее вступили арабы, к-рые вернули в город копт. патриарха Вениамина.

Вопрос отождествления К. с легендарным правителем Египта аль-Мукаукисом (араб.   или  ) в араб. историографической традиции, который долгое время был предметом научной полемики, должен быть решен положительно, хотя в мифологизированном образе аль-Мукаукиса есть черты и иных исторических фигур эпохи (от персид. шаха Хосрова II до копт. патриарха Вениамина). Первые сообщения об аль-Мукаукисе относятся к 627 г., когда К. еще не мог быть в Александрии. Первым тождество К. и аль-Мукаукиса, опираясь на публикацию фрагментов копт. Жития Самуила Каламунского, подготовленную Э. Амелино (1885), обосновал издатель эфиоп. версии этого памятника Ф. М. Эштевиш Перейра (1894). Вслед за Амелино он связал происхождение прозвища аль-Мукаукис с названием мелкой медной монеты καῦχον или καύχιον (от зафиксированного в словаре Ш. Дюканжа καυκίον). Косвенным подтверждением такой этимологии служило упоминание в Житии финансовых обязанностей носителя этого прозвища. А. Дж. Батлер отверг гипотезу Амелино как необоснованную и предложил другое объяснение: копт. прозвище восходит либо к ὁ Καυκάσιος (кавказец), либо к ὁ Κολχικός (колхидец), либо к καύχιος (развратный), что соответствовало бы негативному образу К. в копт. агиографической традиции (Butler. 1902. P. 524-526). Независимо от Батлера версию о связи прозвища с кавказским происхождением К. высказал В. В. Болотов, реконструировавший форму ὁ κεκαυκασιωμένος (Болотов. 1908. С. 72-73; Он же. Лекции. Т. 4. С. 453). Иные этимологические гипотезы, связывающие прозвище с κακός (дурной, злой), араб. наименованием сизого голубя и др., менее убедительны (их обзор см. в: Öhrnberg. 1993. P. 511).

Араб. историк IX в. аль-Балазури писал, что аль-Мукаукис заключил мир с Амром, однако имп. Ираклий этот мир не одобрил. Автор признавался, что ничего не знает о его дальнейшей судьбе: одни говорили, что он вскоре умер, другие - что он был жив в 645 г., во время безуспешной попытки византийцев отвоевать Александрию у арабов. Здесь заметны тенденция представить К. как светского правителя Египта, игнорируя его церковный сан, и вместе с тем его частичное отождествление с копт. патриархом Вениамином, который вел переговоры с арабами, когда визант. экспедиция потерпела неудачу. Мифологический образ К. ярко проявляется у ат-Табари, к-рый, будучи по происхождению персом, переносит на церковную жизнь Египта реалии несторианской Церкви Востока. У него аль-Мукаукис - всемогущий князь коптов, резиденция к-рого находится в Мемфисе. Историк отличал его от главы Александрии, т. е. визант. правителя. В 6 г. хиджры аль-Мукаукис обменялся посольствами с Мухаммадом. Его ответ Мухаммаду звучит почти как принятие ислама, однако подлинность посланий вызывает сомнения. Во время арабского завоевания аль-Мукаукис оказал сопротивление Амру, послав против него под Мемфис армию, во главе к-рой был поставлен католикос (патриарх) Ибн Марьям. Эпический образ главы коптов с резиденцией в Мемфисе напоминает древнеегип. фараона и не может быть напрямую соотнесен ни с одной исторической фигурой, действовавшей в Египте в 30-40-х гг. VII в. В то же время под искаженным именем Ибн Марьяма фигурирует копт. патриарх Вениамин. В интерпретации Ибн аль-Асира (кон. XII - нач. XIII в.) эта история обрастает еще более мифологическими чертами. Он упоминал 2 Абу Марьямов, один их которых был «католикосом Мемфиса», 2-й - епископом. Оба были посланы с войсками аль-Мукаукисом против Амра и заключили с ним мир. Аль-Мукаукис отверг этот мир, лично принял командование, но потерпел поражение под Гелиополем. Впосл. он оборонял от Амра Александрию, но в итоге заключил с ним мирный договор. Он был жив еще во время краткосрочного захвата Александрии византийцами в 645 г.

Более исторически достоверное освещение этих событий и роли К. предлагали христ. авторы. В «Истории Александрийских патриархов» сказано, что когда имп. Ираклий вернул захваченные персами провинции и послал туда новых правителей, в Египет был отправлен К. Он управлял Египтом 10 лет и, пользуясь полным доверием имп. Ираклия, жестоко преследовал коптов, в особенности патриарха Вениамина. Повествование украшено рассказами о том, как ангел предупреждал Вениамина о приближении К. и тот успевал вовремя скрыться. Эти же сведения в очень сокращенной форме содержатся и в Житии Вениамина из копто-араб. Синаксаря. Правосл. патриарх Евтихий Александрийский различал аль-Мукаукиса и К. Последний известен ему как еретик-маронит, признававший во Христе одну волю и одно действие и пытавшийся обратить в свою веру коптов-монофизитов. Аль-Мукаукис - светский чиновник, заведовавший финансами Египта и утаивавший часть доходов от имп. Ираклия; он дожил до экспедиции византийцев 645 г.; по религ. взглядам представлял себя мелькитом (православным), но в душе разделял учение яковитов (монофизитов).

Последующие мусульм. авторы в основном поддерживают мифологизированный образ аль-Мукаукиса, тогда как христ. историки (в первую очередь, коптские) следуют линии «Истории Александрийских патриархов». Впрочем, это не исключает взаимного влияния и проникновения элементов одной традиции в другую. Копт. свящ. Абу-ль-Макарим (ок. 1200), используя сведения мусульм. авторов о посольстве Мухаммада к аль-Мукаукису, называет его «Георгием, сыном Мины», преследователем коптов и правителем Египта при Ираклии. При этом К. он считает самостоятельной фигурой и рассматривает только как халкидонитского патриарха Александрии.

Ист.: Mansi. T. 10. P. 972-976, 1001-1006; T. 11. P. 525-528, 560-568; ACO. T. 2. Vol. 1. P. 136-138, 172; Vol. 2(2). P. 528-530, 588-600; Theoph. Chron. P. 329ff.; Vida do Abba Samuel do mosteiro do Kalamon / Ed. F. M. Esteves Pereira. Lisboa, 1894; Vie de Samuel de Qalamoun // Monuments pour servir à l'histoire de l'Égypte chrétienne aux IVe, Ve, VIe et VIIe siècles / Éd., trad. E. Amélineau. P., 1895. P. 770-789; Annales quos scripsit Abu Djafar Mohammed ibn Djarir at-Tabari / Ed. M. J. de Goeje. Lugd. Batav., 1881-1882. Ser. 1. T. 3; History of the Patriarchs of the Coptic Church of Alexandria / Ed., transl., annot. B. T. A. Evetts. P., 1907. [Vol.] 2: Peter I to Benjamin I (661). P. 489-495. (PO; T. 1. Fasc. 4); The Churches and Monasteries of Egypt and Some Neighbouring Countries: Attributed to Abû-Sâlih the Armenian / Ed., transl. B. T. A. Evetts. Oxf., 1895. P. 73, 81-82, 100-101, 230-231, 244; SynAlex. Vol. 3. P. 556-564; Niceph. Const. Brev. hist. P. 70-80; Chronique de Jean, évêque de Nikiou / Éd., trad. H. Zotenberg. P., 1883. P. 237 ff., 442, 444 ff., 450, 452 ff., 462 ff.; Eutych. Annales. Pars 2. P. 12-32; Livre de la consécration du sanctuaire de Benjamin / Introd., éd., trad., annot. R.-G. Coquin. Le Caire, 1975. P. 110. (BiblEtC; 13); ‘Абд ар-Рахман ибн ‘Абд ал-Хакам. Завоевание Египта, ал-Магриба и ал-Андалуса / Пер.: С. Б. Певзнер. М., 1985.
Лит.: CPG, N 7604-7613; RegPatr, N 285, 290, 293; Venables E. Cyrus (4) // DCB. T. 1. P. 775; Amélineau E. Fragments сoptes pour servir à l'histoire de la conquête de l'Égypte par les Arabes // J. asiatique. Sér. 8. P., 1888. Vol. 12. P. 361-409; Butler A. J. The Arab Conquest of Egypt and the Last 30 Years of Roman Domination. Oxf., 1902; Болотов В. В. К истории императора Ираклия // ВВ. 1908. Т. 14. Вып. 1. С. 68-124; он же. Лекции. Т. 4. С. 447-498; Beck. Kirche und theol. Literatur. S. 431-432; Winkelmann F. Ägypten und Byzanz vor der arabischen Eroberung // Bsl. 1979. T. 40. P. 161-182; Кобищанов Ю. М. Северо-Вост. Африка в раннесредневек. мире (VI - сер. VII в.). М., 1980. С. 135-141; Fedalto. Hierarchia. T. 1. P. 400; T. 2. P. 583; Большаков О. Г. История Халифата. М., 1989. Т. 1: Ислам в Аравии (570-633). С. 152-155; 1993. Т. 2: Эпоха великих завоеваний (633-656). С. 103-128; Cyrus 17 // PLRE. Vol. 3. P. 377-378; Кулаковский. История. Т. 3. С. 126-133; Öhrnberg K. al-Mukawkis // EI. 1993. Vol. 7. P. 511-513; Kaegi W. E. Egypt on the Eve of the Muslim Conquest // The Cambridge History of Egypt. Camb., 1998. Vol. 1: Islamic Egypt, 640-1517 / Ed. C. F. Petry. P. 34-61; PMBZ, N 4213.
Д. В. Зайцев
Рубрики
Ключевые слова
См.также