КРЫМ
Том XXXIX, С. 93-146
опубликовано: 22 февраля 2020г.

КРЫМ

Содержание

(Крымский федеральный окр.), расположен на Крымском п-ове, включает субъекты РФ: Республику К. (РК) и город федерального значения Севастополь, к-рые были образованы 21 марта 2014 г. Территория - ок. 27 тыс. кв. км. Адм. центр - Симферополь. Население - ок. 2,3 млн чел. (1 янв. 2015). Национальный состав: русские - 65,3%, украинцы - 15,1, крымские татары - 10,2, татары - 2, представители др. национальностей (белорусы, армяне, азербайджанцы, узбеки и др.) - 7,4%.

Религиозные организации

На нач. 2015 г. на территории РК насчитывалось 1409 и в Севастополе 136 зарегистрированных религиозных организаций, из них 603 общины Украинской Православной Церкви (УПЦ) (535 в РК и 68 в Севастополе), 45 общин Украинской православной церкви Киевского патриархата (УПЦ КП) (44 в РК и 1 в Севастополе), 11 общин Украинской автокефальной православной церкви (УАПЦ) (10 в РК и 1 в Севастополе), 4 старообрядческие общины белокриницкого согласия (3 в РК и 1 в Севастополе), 5 общин Русской Православной Церкви за границей (РПЦЗ) (4 в РК и 1 в Севастополе), 6 общин Русской истинно православной церкви (см. в ст. Истинно православные христиане) (все в РК), 14 общин Римско-католической Церкви (13 в РК и 1 в Севастополе), 12 общин Украинской греко-католической Церкви (УГКЦ) (9 в РК и 3 в Севастополе), более 360 протестант. орг-ций (ок. 320 в РК и 43 в Севастополе), 418 мусульм. общин (410 в РК и 8 в Севастополе), 3 общины буддистов (1 в РК и 2 в Севастополе), 15 иудейских общин (13 в РК и 2 в Севастополе), 9 караимских общин (все в РК), 8 общин Армянской Апостольской Церкви (7 в РК и 1 в Севастополе), 4 неоязыческие общины (3 в РК и 1 в Севастополе), 4 общины кришнаитов (3 в РК и 1 в Севастополе), 24 независимые религ. орг-ции (22 в РК и 2 в Севастополе). В 2014 г. регистрация религ. общин в К. не проводилась, т. к. начался процесс реформирования местных органов власти и регистрация религ. общин перешла из ведения департамента религий и национальностей Мин-ва культуры К. в ведение Мин-ва юстиции К. Следует также учесть, что по законодательству Украины, действовавшему с 23 апр. 1991 г., разрешалось создавать местные общины без юридической регистрации (только при уведомлении о своей деятельности); этим правом пользовались сотни общин, преимущественно мусульманских.

История К. до 1783 г.

Античная эпоха

На протяжении почти всей истории до присоединения к России в кон. XVIII в. К. не развивался как единый политико-адм. регион. Существенные географические и климатические различия областей К. обусловили образование на полуострове 3 основных исторических зон: горного Юж. и Юго-Зап. К., тяготевшего к Херсонесу (с VI в. по Р. Х. Херсон); степного Вост. К., связанного в древности с историей Боспорского царства (см. Боспор); степного Центр. и Сев. К., где в разное время сменяли друг друга кочевые племена и их гос. образования. Каждый из регионов во все эпохи древности и средневековья имел свой этно-социальный, политический и культурный облик. Регионы развивались параллельно, могли оказывать влияние друг на друга, но крайне редко объединялись в форме к.-л. политических союзов или адм. структур. При этом ситуация в разных регионах К. могла быть противоречивой. Упадок одной из зон соседствовал с одновременным подъемом и ростом влияния другой и т. п. История Юж. и Вост. К., обладающего удобными гаванями и имеющего морское сообщение с Причерноморьем и всем Средиземноморьем, оказалась тесно связана с развитием классической античной цивилизации, древнегреч., ближневост., рим. и визант. культур. История Центр. и Сев. К. стала неотъемлемой частью судеб кочевых народов евразийских степей.

Храм Аполлона в Пантикапее. VI в. до Р. Х.Храм Аполлона в Пантикапее. VI в. до Р. Х.Первые надежные упоминания о К. в письменных источниках связаны с появлением и развитием на юж. берегу полуострова древнегреч. колоний в VII-V вв. до Р. Х. В ходе колонизации греки осваивали удобные гавани на побережье Чёрного м. и использовали приморские плодородные земли для выращивания пшеницы, к-рую экспортировали в регион Эгейского м. Древнейшим известным греческим городом в К. стал Пантикапей (Боспор, ныне Керчь), основанный в кон. VII - нач. VI в. до Р. Х. выходцами из греч. Милета. Активно осваивая район Керченского п-ова, в VI в. до Р. Х. милетцы основали Феодосию и Тиритаку (11 км южнее Пантикапея), в V в. до Р. Х.- Киммерик (50 км юго-восточнее Пантикапея). В этом же регионе в сер. VI в. до Р. Х. возникли независимый полис Мирмекий (4 км к северу от Пантикапея), а также колония Самоса Нимфей (14 км южнее Пантикапея). С V в. до Р. Х. поселения Вост. К. и Таманского п-ова были объединены Боспорским царством. В зап. части К. древнейшей греч. колонией была Керкинитида (близ совр. Евпатории), основанная на рубеже VI и V вв. до Р. Х., вероятно выходцами из Гераклеи (Ираклии Понтийской). В 422/1 г. до Р. Х. ираклийцы основали Херсонес Таврический. В эллинистическую эпоху он превратился в крупнейший город античного К., включив в свои владения весь Гераклейский п-ов, Керкинитиду и ряд ближайших приморских поселений. В IV в. до Р. Х. выходцами из Ионии основана гавань Калос-Лимен (близ совр. пос. Черноморское).

Сами греки считали древнейшим населением К. киммерийцев, кочевой народ, известный на Кавказе и в Вост. М. Азии на рубеже II и I тыс. до Р. Х., но ко времени основания греч. колоний уже давно исчезнувший. В классическую эпоху автохтонное население К. составляли народы тавров, живших в горной части полуострова, и скифов, кочевавших в степях К. и по всей степной зоне Сев. Причерноморья. С таврами было связано название К., данное полуострову греками в классическую эпоху - Таврика (Таврия, Таврида). Происхождение тавров неизвестно; возможно, они представляли собой остатки киммерийцев или племена, родственные абазгам (предкам абхазов) и адыгам. Греки считали тавров дикими варварами. У ряда классических авторов есть упоминания о жестокости их обрядов, а также о пиратстве (см., напр.: Herod. Hist. IV 99-100, 103). Несмотря на неоднократные военные экспедиции в горный К., замирить их полностью грекам не удалось. Тавры часто устраивали пиратские рейды по Чёрному м. Скифы - народ иранской языковой группы, заселивший Сев. Причерноморье и К. в VII в. до Р. Х. Крупнейшим поселением скифов в К. был Неаполь Скифский (близ совр. Симферополя), город со смешанным греко-скифским населением, столица небольшого царства, простиравшегося от Крымских гор до нижнего Днепра. Город имел мощные оборонительные стены и общественные здания, выстроенные в соответствии с греч. традициями; был разрушен готами и покинут в сер. III в. по Р. Х. Скифы (тавроскифы) жили в К. и в IV-III вв. до Р. Х., когда в результате миграций сарматов они потеряли большую часть своих степей в Сев. Причерноморье.

Ок. 480 г. до Р. Х. в результате объединения греч. полисов Керченского п-ова и Тамани образовалось Боспорское царство во главе с династией Археанактидов, тиранов Пантикапея. В 438 г. до Р. Х. власть в Пантикапее захватил Спарток (скорее всего выходец из фракийской знати), основатель династии Спартокидов (438-108/7 гг. до Р. Х.). Наиболее успешными царями Боспора в кон. V - IV в. до Р. Х. были Сатир I (433-389), Левкон I (389-349), Перисад I (349-310). Боспор поддерживал союзнические отношения с Афинами и активно стремился расширять свою сферу влияния. На западе его владения включали Феодосию, а на северо-востоке доходили до Танаиса в устье Дона. В 108 г. до Р. Х. Боспор, страдавший от гражданской войны, вошел в состав Понтийской державы царя Митридата VI Евпатора (121-63); последний царь из рода Спартокидов Перисад V (125-108/7) отрекся от престола в его пользу. Одновременно Херсонес, ранее сохранявший независимость, также был вынужден признать власть понтийцев. Страдавший от натиска скифов Херсонес в кон. II в. до Р. Х. потерял часть своих факторий на побережье К., в т. ч. Керкинитиду и Калос-Лимен. В этих условиях полис обратился за помощью к Митридату. В 110-107 гг. до Р. Х. объединенная армия понтийцев, боспорцев и херсонесцев во главе с полководцем Митридата Диофантом разгромила скифов, но для Херсонеса ценой за спасение стала политическая зависимость. Приход к власти понтийцев осложнил положение и Боспора и Херсонеса, поскольку с этого времени Понтийская держава постепенно втянулась в противостояние с Римом, к-рое заняло всю 1-ю пол. I в. до Р. Х. и завершилось провалом. Местное греч. и эллинизированное население долгое время не принимало власть понтийцев. В 80-х гг. I в. до Р. Х. Боспор попытался отделиться от владений Митридата и царь был вынужден организовать карательную экспедицию в К. и поставил правителем Боспора своего сына Махара. В 60-х гг. I в. до Р. Х., уже потеряв большую часть своих владений в М. Азии и Закавказье, Митридат прибыл на Боспор и начал активно готовить регион к борьбе с Римом. Руины Нимфея. VI в. до Р. Х.Руины Нимфея. VI в. до Р. Х.Однако в 63 г. до Р. Х. местное население и часть войска во главе с сыном Митридата Фарнаком подняли очередное восстание, в результате к-рого Фарнак был провозглашен восставшими царем, а Митридат покончил жизнь самоубийством. Фарнак (правил в 63-47 гг. до Р. Х.) заключил союз с Римом, но не изменил общего курса на противостояние ему; спустя неск. лет он возобновил военные действия и в 47 г. до Р. Х. потерпел поражение от Юлия Цезаря. С этого времени Херсонес, уже ранее стремившийся к союзу с Римом, получил от Цезаря статус свободного полиса. Однако зависимость Херсонеса от Боспора сохранялась и в дальнейшем, поскольку римляне, руководствуясь переменчивой политической ситуацией, то предоставляли Херсонесу свободу (в рамках своей державы), то вновь подчиняли его Боспору. Окончательно под прямое управление римлян Херсонес перешел в 60-х гг. I в. по Р. Х., после экспедиции рим. полководца Плавтия Сильвана, разгромившего скифов и разместившего в городе рим. гарнизон.

Римская эпоха; образование христианских общин в К. (I-V вв. по Р. Х.)

В I - сер. III в. по Р. Х. ученые отмечают новый экономический расцвет К. в связи с благоприятным и стабильным положением Римской империи. Боспорское царство окончательно стало клиентом Рима с 15 г. до Р. Х. В период правления царя Аспурга (8 г. до Р. Х.- 39 г. по Р. Х.) связи Боспора с Римом укрепились; в 14 г. по Р. Х. царь получил звание «друг римского народа», права рим. гражданина и тем самым закрепил свой статус как союзника римлян. Династия его преемников правила в Пантикапее до 341 г.

В первые века по Р. Х. постепенно изменялась общественная и культурная жизнь греч. городов К. В регионе появились христ. проповедники. Начало проповеди христианства в К. визант. церковное предание приписывает св. ап. Андрею Первозванному. Впервые К. был включен в маршрут апостола в «Житии св. ап. Андрея», к-рое было создано Епифанием Монахом в 1-й пол. IX в. (BHG, N 94d, 95b, 95d, 102; Греческие предания. 2005). Воссоздавая легендарный путь апостола, в поисках свидетельств его почитания Епифаний побывал в Боспоре, жители к-рого «охотно вняли апостольской проповеди и никогда не принимали ересей». В Феодосии, где на момент путешествия Епифания не было «ни следа человека», уверовали немногие. В Херсоне, жители к-рого «нетверды в вере, лжецы, носимые всяким ветром ересей», ап. Андрей провел «достаточно дней», а затем вернулся в Боспор (Греческие предания. 2005. С. 311-313). К легендарным событиям христ. истории К. относится также пребывание в Херсонесе сщмч. Климента Римского. Предание о деяниях святителя и его почитании в К. представлено в Мученичестве свт. Климента и «Чуде св. Климента». Согласно Мученичеству, в эпоху имп. Траяна свт. Климент был сослан «за Понтийское море, в пустыню, прилегающую к городу Херсону», где он встретил более 2 тыс. христиан. После чудесного открытия им источника и благодаря его проповеди ежедневно крестилось 500 и более чел. В течение года было устроено 75 церквей, а все идолы и языческие храмы уничтожены. В предании говорится, что посланный Траяном дукс Авфидиан приказал бросить свт. Климента в море с якорем на шее. Впосл. ежегодно в день подвига святого на том месте совершалось чудо - море отступало на 7 дней и христиане могли видеть останки мученика в каменной раке внутри мраморного храма, устроенного Богом. Вблизи этого места происходило множество чудес. О спасении отрока, оставленного в подводном храме на целый год, повествует «Чудо св. Климента», авторство к-рого приписано еп. Ефрему Херсонскому (Святого сщмч. Ефрема… 1875; Виноградов, Каштанов. 2013). Оба этих источника, в которых предание о Клименте и его почитании в К. представлено в наиболее завершенном виде, сохранились в греч. рукописях X-XVI вв. Совр. исследователи А. Ю. Виноградов и Д. В. Каштанов предполагают, что утраченные прототипы Мученичества и «Чуда...» были составлены с кон. IV до сер. VI в., что «Чудо...» послужило источником для свт. Григория Турского, который в VI в. описал мученичество и чудеса свт. Климента, но не упомянул Херсонес как место событий (PL. 71. Col. 737-738, XXXV-XXXVII). Только в сочинении диак. Феодосия «О местоположении Святой земли» (ок. 530) есть краткий рассказ о празднике у гробницы св. Климента в Херсоне (Феодосий. 1891. С. 17-18). По мнению Е. В. Ухановой, этот фрагмент является более поздней интерполяцией, а церковная традиция, окончательно связавшая пастырский подвиг свт. Климента с Херсоном, сложилась после 843 г. и впервые отражена в богослужебном каноне свт. Клименту Иосифа Песнописца (Гимнографа) (Уханова. 2000. С. 116-120). Т. о., хронология становления легенды о свт. Клименте остается дискуссионной. 30 янв. 861 г. благодаря усилиям св. равноап. Кирилла (Константина Философа) мощи свт. Климента были обретены на близлежащем острове и торжественно перевезены в город.

Описанные в Мученичестве свт. Климента масштабное церковное строительство и христианизация, в результате к-рой «все окрестные племена уверовали во Христа», не подтверждаются др. источниками. Наличие налаженных транспортных путей, торговых и культурных связей Херсонеса с различными областями Римской империи позволяет предполагать спорадическое знакомство жителей К. с христианством уже в первые века по Р. Х. Но заметного влияния оно еще не имело.

В сер. III в. Боспорское царство не смогло сдержать натиск герм. племени готов, занявших большую часть территории К., и временно пришло в упадок; в 60-70-х гг. III в. готы использовали владения Боспора в К. в качестве базы для морских набегов на побережья Чёрного и Эгейского морей. С небольшими группами пленников-христиан, вывезенных готами из М. Азии, связывают наиболее ранние единичные предметы с христ. символикой, обнаруженные в Вост. К. и датированные сер.- 2-й пол. III в. В описании мученичества св. Афиногена говорится о его путешествии скорее всего на Боспор для выкупа христиан, захваченных готами во время набега 276 г. на Каппадокию. Эти пленники, возможно, и стали первыми членами сформировавшейся раннехрист. общины Боспора. Первое точное указание на существование Боспорской епархии относится к 325 г., когда местный еп. Кадм участвовал в I Вселенском Соборе в Никее (Бенешевич. 1908. С. 295; Якобсон. 1958. С. 461). Сообщение о боспорских христианах и о не названном по имени епископе Боспора (ок. 359) сохранилось в «Церковной истории» Созомена (Sozom. Hist. eccl. IV 16).

В 70-х гг. IV в. Боспор был разорен гуннами и пережил период упадка. О существовании епархии в этом регионе в кон. IV - нач. V в. нет сведений. Епископы Боспора не принимали участия во II и в III Вселенских Соборах (381 и 431). Лишь в 448 г. в документах появляется еп. Евдоксий Боспорский как участник К-польского Поместного Собора. Затем Евдоксий участвовал также в Эфесском («Разбойничьем») Соборе 449 г. и К-польском Соборе 459 г. (Зубарь. 1999. С. 325). Во 2-й пол. V в. христианство становится гос. религией Боспорского царства. До нач. VI в. Боспорская епархия, вероятно, объединяла территорию всего царства.

Предания о начале становления христ. общины в Херсонесе нашли отражение в Житиях Херсонесских священномучеников (Сорочан. 2005. С. 1255-1281; Виноградов. 2010). В рукописях X-XVI вв. сохранились пространные и сокращенные (синаксарные) версии текстов Житий на греч., церковнослав., груз. и арм. языках. Все эти версии скорее всего восходят к единому греч. протографу. Жития повествуют о судьбе 6 епископов, проповедовавших в Херсонесе с эпохи Диоклетиана: Василия, Евгения, Агафодора, Елпидия, Еферия и Капитона. Согласно Житию, первые 4 - миссионеры из Иерусалима - были жестоко убиты язычниками. Еферий, также присланный из Иерусалима, получил помощь в утверждении христианства от имп. Константина I Великого. При поддержке прибывшего из К-поля военного отряда он изгнал из Херсонеса всех язычников и построил церковь. Однако на обратном пути из К-поля, куда он ездил благодарить императора, Еферий погиб на о-ве Алсос, в устье Днепра. По просьбе христиан Херсонеса имп. Константин (в др. версиях Феодосий I Великий) направил в город еп. Капитона в сопровождении 500 воинов под предводительством Феоны. После того как Капитон совершил чудо, войдя в горящую печь и выйдя из нее невредимым, горожане добровольно приняли крещение в специально построенной купели, рядом с которой впосл. была возведена ц. во имя ап. Петра.

Автором протографа Жития был местный священник, о чем свидетельствуют многочисленные топографические детали (пещера Парфенон, Святые и Мёртвые ворота, Малая агора, Феонина сторона и др.). Время появления протографа определяют по-разному: VII в. (Латышев. 1906. С. 15-16), 3-я четв. VI в. (Сорочан. 2005. С. 96-98), кон. V - нач. VI в. (Виноградов. 2010. С. 86, 155), 2-я пол. VIII - 1-я пол. IX в. (Могаричев и др. 2012. С. 344-355, 372). Жития содержат множество агиографических топосов, а также анахронизмов. Исследователи пришли к выводу, что описанные в них события сознательно были отнесены к более древнему периоду и сжаты с целью связать победу христианства в Херсонесе с именем имп. Константина Великого. Бесспорным историческим лицом из упомянутых в Житиях является еп. Еферий, в 381 г. участвовавший во II Вселенском Соборе в К-поле. Прибытие его в Херсонес исследователи относят к эпохе имп. Валента (364-378). Его предшественники, указанные в Житиях, Евгений, Агафодор и Елпидий, последовательно проповедовали в Херсонесе, вероятно, во 2-й и в 3-й четв. IV в. Т. о., епархия в Херсонесе оформилась не позднее 381 г. Херсонес числился в составе пров. М. Скифия диоцеза Фракия (основная территория провинции находилась в нижнем Подунавье (совр. Добруджа, Румыния и сев.-вост. Болгария)). Преемник Еферия Капитон возглавил Херсонесскую кафедру ок. сер. 80-х - нач. 90-х гг. IV в., при имп. Феодосии Великом (Цукерман. 1994. С. 548-549; Виноградов. 2010. С. 18-86, 152), когда христианизация стала гос. политикой. При еп. Капитоне положение христ. общины Херсонеса укрепляется. Именно с эпохой имп. Феодосия связывают деятельность еп. Капитона наиболее древние версии Житий: статьи на 22 дек. в Синаксаре К-польской Церкви и в Василия II Минологии (X-XI вв.).

В кон. IV - нач. V в. кафедру возглавлял, вероятно, еп. Иоанн, которому принадлежало навершие архиерейского посоха из слоновой кости с монограммой и греч. надписью (Матанцева, Сорочан. 1992. С. 90-95). В Кодексе Феодосия сохранилось также свидетельство о еп. Асклепиаде, благодаря ходатайству к-рого перед имп. Гонорием и Феодосием II в сент. 419 г. были освобождены от наказания жители Херсонеса, передавшие варварам секреты кораблестроения (CTh. IX 40. 24; Айбабин. 1999. C. 83). Подпись еп. Лонгина Херсонесского стоит под 2 деяниями К-польского Поместного Собора 448 г. Для визант. столицы Херсонес был вполне благонадежным местом, куда ссылали политических и религ. противников офиц. властей. В 464-475 гг. в городе отбывал ссылку низложенный Александрийский патриарх-монофизит Тимофей II Элур, очень популярный на Ближ. Востоке как проповедник сопротивления халкидонскому Православию (The Syriaс Chronicle. 1899. P. 79-80). В Херсонесе нашлись сторонники Тимофея Элура, к-рые после общения с ним стали следовать его вере. В 553 г. еп. Стефан Херсонский участвовал в V Вселенском Соборе в К-поле.

Средние века. Эпоха Византии (VI-XII вв.)

В 20-30-х гг. VI в. вся территория юж. К. перешла под прямое управление Византии. Ок. 527 г. визант. дипломатическая миссия, отправленная имп. Юстином I, предприняла попытку заключить союз с гуннами, владевшими Боспором и большей частью степного К., а также обратить их в христианство (Procop. Bella. IV 4; Theoph. Chron. P. 175-176). Спустя краткое время вождь гуннов Грод (Горд, Гордас) прибыл в К-поль и принял крещение; его восприемником стал имп. Юстиниан I. Однако среди гуннской знати были противники союза с империей, к-рые вскоре устроили убийство Грода и передали власть его брату Муагеру. Гунны также напали на визант. гарнизон Боспора, прибывший вместе с Гродом. В ответ имп. Юстиниан организовал карательную экспедицию во главе с консулом Иоанном (внуком полководца Иоанна Скифа). Гуннов победно оттеснили от юж. побережья К. и тем самым обеспечили вхождение Боспора и др. городов Юж. К. в состав империи. При имп. Юстиниане I в К. проводилась широкая программа строительства крепостей, в к-рую вкладывались значительные средства. Как пишет Прокопий Кесарийский, при Юстиниане в К. были построены крепости в Алустоне (ныне Алушта) и Горзувитах (ныне Гурзуф); их остатки обнаружены при археологических раскопках (Якобсон. 1954; Мыц. Ранний этап. 2002).

Во 2-й пол. VI в. позиции Византии в К. несколько ослабли. В 576 г. вторгшиеся в К. тюрки разграбили Боспор и неск. др. поселений, угрожали осадой Херсонесу, но захватить его не смогли. Однако тюрки, чья держава вскоре распалась, не смогли закрепиться в К. Пострадавший от них Боспор временно пришел в упадок, хотя и остался под управлением имперских чиновников; в VII-VIII вв. он редко упоминается в источниках.

Херсон в ранневизант. период был центром распространения христианства в Юго-Зап. К. среди аланов и готов. По свидетельству Прокопия Кесарийского (сер. VI в.), гот. племена, в т. ч. жившие в К., были христианскими (Procop. Bella. VIII 4). Описанная им страна Дори, населенная готами (Procop. De aedif. III 7), простиралась, вероятно, от Алустона до устья р. Чёрной, где обнаружены однотипные алано-гот. некрополи. До образования самостоятельной Готской епархии, скорее всего в 1-й пол. VIII в. (Айбабин. 1999. С. 105-111, 208), область Дори находилась в церковно-адм. подчинении Херсону. Это подтверждает подпись Георгия, носившего титул епископа Херсона Дорантского, под деяниями Трулльского Собора 692 г. (Mansi. T. 11. P. 992; Васильев. 1927. С. 189-191; Айбабин. 1999. С. 161).

2-я пол. VII-VIII в. в истории К. считается «темными веками», в т. ч. из-за отсутствия археологических слоев, датированных этим временем. Однако, по имеющимся данным, Херсон оставался достаточно развитым провинциальным византийским городом, здесь продолжали действовать все храмы, построенные в VI - нач. VII в.

Весной 655 г., при имп. Константе II в Херсон был сослан папа Римский свт. Мартин I за активное противодействие монофелитству, к-рое в то время считалось офиц. доктриной К-польской Церкви. Прожив в ссылке полгода, он умер 16 сент. 655 г. Тяготы и страдания, перенесенные во время пребывания в городе, папа описал в письмах (Бородин. 1991). Память о св. Мартине и его могила в мон-ре Богоматери Влахернской, располагавшемся недалеко от крепостных стен Херсона, на протяжении ряда столетий почитались как в городе, так и далеко за его пределами. С 646 г. в Херсоне и «крепостях соседних племен» отбывали ссылку братья монахи Евпрепий и Феодор. Евпрепий, умерший в окт. 655 г., вскоре после папы Мартина, был похоронен в том же мон-ре Богоматери Влахернской. Феодор пережил брата на 12 лет и успел сообщить важные сведения автору схолии, повествующей об их ссылке и о пребывании св. Мартина в Херсоне (Шестаков. 1908. С. 120-121).

Степная часть К. к кон. VII в. была заселена племенами кочевников-хазар. Центр Хазарского каганата (VII - сер. X в.) находился в г. Семендере (ныне территория Дагестана), затем на нижней Волге в г. Итиль, однако К. играл важную роль для этого гос-ва, в т. ч. в поддержании торговых и культурных контактов с Византией. Будучи противниками экспансии Арабского халифата, а затем и др. гос-в мусульман на Ближ. Восток и на Кавказ, хазары и византийцы нуждались во взаимной помощи и стремились поддерживать дружественные отношения. В кон. VII - нач. VIII в. хазары получили определенные права на сбор дани в визант. городах К. В это время там появляются хазар. чиновники (тудуны), к-рые, вероятно, играли роль посредников между каганами и местными властями. Каганат не контролировал визант. города напрямую, но имел некие особые права в экономической деятельности и влиял на городскую жизнь. В ряде ситуаций хазары могли оказывать визант. городам и военную поддержку, даже в столкновении с имп. войсками в периоды междоусобиц в Византии. На Южном берегу и в Вост. К. в VII-X вв. хазары владели поселениями Крц (Боспор, ныне Керчь), Суграй (Сугдея, ныне Судак), Алус (ныне Алушта), Алубиха (ныне Алупка), Ламбат (Биюк-Ламбат, ныне М. Маяк) и др.

На рубеже VII и VIII вв. Херсон и К. сыграли важную роль в обострившейся борьбе за визант. престол. С этим связаны многочисленные упоминания о К. в визант. источниках. В 695 г. в ходе переворота в К-поле был свергнут имп. Юстиниан II. Пришедший к власти имп. Леонтий (695-698) приказал отрезать Юстиниану нос и отправил его в Херсон в ссылку, где Юстиниан жил под надзором (Theoph. Chron. P. 369, 372-374, 375). В течение неск. лет ссыльный император, стремившийся вернуться на престол, добивался поддержки жителей города; местные власти, опасаясь волнений, намеревались отослать Юстиниана обратно в К-поль. Ок. 702 или 703 г. Юстиниан бежал из Херсона в гот. крепость Дорос (ныне Мангуп), которой в то время управлял хазар. тудун. Оттуда Юстиниан отправил письмо хазар. кагану Ивузиру Глиавану и вскоре был принят при дворе. Он заключил союз с хазарами, женившись на сестре кагана, к-рая приняла крещение с именем Феодора. Нек-рое время Юстиниан прожил в Фанагории, входившей в состав хазар. владений. Вскоре к кагану явилось визант. посольство, к-рое просило выдать Юстиниана за щедрое вознаграждение. Каган соблазнился этим предложением и начал готовить убийство Юстиниана при помощи некоего Панация, к-рый был представителем кагана в Фанагории. Юстиниан вновь оказался под надзором, но Феодора вскоре узнала о плане убийства и выдала его мужу. Юстиниан пригласил Панация якобы для беседы и удавил его в своих покоях. Т. о. разорвав отношения с каганом и отослав к нему жену, Юстиниан скрылся и на рыбацкой лодке вдоль Юж. берега К. достиг гавани Символов (ныне Балаклава). Там к нему присоединились неск. его сторонников из Херсона. Продолжая плавание вдоль сев. берега Понта, Юстиниан прибыл в устье Дуная, заключил союз с болг. ханом Тервелом и в 705 г. при его помощи вернулся в К-поль. Его жена Феодора и родившийся сын Тиверий были также вывезены из Хазарии в К-поль и коронованы как соправители Юстиниана. Платой Юстиниана за восстановление отношений с хазарами, вероятно, стало расширение прав хазар в контроле над Херсоном, т. к. в последующие неск. лет в Херсоне находился хазар. тудун.

Правление вернувшего себе власть силой Юстиниана II в Византии характеризовалось крайней жестокостью по отношению к любым проявлениям оппозиции. Согласно версии визант. хроник, где образ Юстиниана как тирана имел в основном отрицательные черты, в 710 г. имп. Юстиниан решил расправиться и с жителями Херсона, к-рые якобы враждебно к нему относились в период ссылки (Theoph. Chron. P. 377-381; Niceph. Const. Chron. 44). Он направил в К. карательную экспедицию во главе с патрикием Стефаном Асмиктом, выходцем из Херсона. Подлинной причиной экспедиции, вероятно, было стремление императора потеснить хазар и вернуть контроль над Херсоном и др. визант. владениями в К. Стефан арестовал хазар. тудуна, херсонского протополита Зоила и 40 др. знатных горожан и с семьями отправил их в К-поль. Из остальных жителей Херсона 7 чел. были сожжены и 28 утоплены в море; город был разграблен, нек-рые жители были отданы в рабство. Юстиниан был недоволен действиями Стефана, к-рый в этих расправах отчасти руководствовался мотивами личной мести, и приказал ему вернуться в К-поль. На обратном пути флот попал в бурю и потерпел крушение. Визант. хронисты сообщают о гибели в море 73 или 83 тыс. чел., что является явным преувеличением. Утвердить к-польскую власть в Херсоне не удалось; новый протополит Илия перешел на сторону горожан, и Херсон вновь обратился за военной помощью к хазарам и тем самым поднял открытый мятеж против К-поля. Но имп. Юстиниан в нач. 711 г. отправил в Херсон 2-ю карательную экспедицию, к-рую возглавил патрикий Георгий Сириец. Целью предприятия на этот раз было, видимо, компромиссное решение конфликта - сместить Илию и восстановить в должности Зоила и тудуна, к-рые могли считаться более лояльными к имп. Юстиниану и одновременно обеспечить примирение с Хазарией. Экспедиция также окончилась провалом. Херсон подготовился к обороне, а при появлении к-польских чиновников у ворот горожане перебили их, захватили Зоила и тудуна и отправили их на суд к кагану. По пути тудун умер, а оставшиеся в плену визант. воины были перебиты хазарами. В Херсоне провозгласили императором Вардана, к-рый принял тронное имя Филиппик (см. Филиппик Вардан). В ответ Юстиниан спешно собрал 3-ю карательную экспедицию, к-рую возглавил патрикий Мавр, получивший приказ стереть Херсон с лица земли. Византийцы начали осаду Херсона, своими машинами разбили 2 крепостные башни, но прекратили наступать после подхода к городу больших сил хазар во главе с каганом. Ивузир Глиаван признал Вардана визант. императором, а Мавр, опасаясь мести Юстиниана за невыполнение приказа, также перешел на сторону мятежников. В распоряжении Вардана в Херсоне оказались войско и эскадра. С этими силами мятежники отправились в К-поль и в дек. 711 г. свергли Юстиниана, посадив Вардана Филиппика на престол. Т. о., Византия и хазары стали совместно контролировать юж. К. Портовые города и их округи оставались в составе империи, но выплачивали хазарам дань и пользовались их покровительством.

По-видимому, контакты с хазарами далеко не всегда проходили безболезненно для населения юж. К. Крупнейший известный конфликт между византийцами и хазарами в К. произошел ок. 787 г., когда против хазар подняло восстание христ. (в основном готско-греч.) население страны Дори (Готии). Наряду с местными архонтами одним из лидеров восстания был еп. Иоанн Готский, как указывает его Житие. В ходе восстания жители изгнали из Дороса (Мангупа) хазар. гарнизон, но затем не смогли справиться с большими силами, присланными каганом. 17 чел. из числа предводителей восстания были казнены. Еп. Иоанн Готский оказался в плену у хазар, но сумел бежать и переправился через море из К. в Амастриду (ныне Амасра, Турция). Доминирование хазар в юж. К., возможно, завершилось к 30-м гг. IX в., когда визант. и гот. регионы юж. К. были объединены в военно-адм. округ - фему Климаты, которая к сер. IX в. была переименована в Херсон.

Согласно спискам (нотициям) епархий К-польского Патриархата (Notitiae episcopatuum), в кон. VII-X в. кафедры Херсона и Боспора в ранге автокефальных архиепископий входили в состав митрополии Зихия. Ее центр был в Никопсии, а территория охватывала К. и сев.-вост. побережье Чёрного м. (Darrouzès. Notitiae. P. 206, 232, 250, 266, 293; Гадло. 1991. C. 98-106). Это положение отражает стремление Византии объединить наиболее авторитетные кафедры сев.-вост. Причерноморья в единую церковно-адм. орг-цию. В Херсоне найдены печати епископов VII в. Стефана и Диогена (?) и VIII в. Захарии (Соколова. 1991. С. 208, № 31, 32; Алексеенко. 1996. С. 161).

Вероятно, в 1-й пол. VIII в. возникла епархия Сугдея (Сурож, Солдайя, ныне Судак). Традиционно считается, что она была основана при К-польском патриархе свт. Германе I (715-730). Основой для этого мнения послужило упоминание в Житии свт. Стефана Сурожского (X в.) о том, что свт. Стефан сменил на кафедре Сугдеи умершего епископа, к-рого церковнослав. версия Жития также называет Стефаном. Согласно преобладающей т. зр., рукоположение Стефана было совершено между 766 и 787 гг.

В эпоху иконоборчества в Византии (VIII - сер. IX в.) большинство предстоятелей епархий К. следовали офиц. политике К-поля. В Житии св. Стефана Нового, одного из защитников иконопочитания (IX в.), Боспор, Херсон и Никопсия обозначены лишь как приграничные пункты, ориентиры того пространства «по направлению к Готии низменной», где по совету св. Стефана Нового монахи могли искать убежища (Васильевский. 1912. С. 324-325). Сами же эти города явно не принадлежали к областям, к-рые «не приняли участия в нечестивой ереси». Херсон и близлежащие районы (климаты) оставались местом ссылки врагов императора и иконопочитателей (Чичуров. 1980. С. 69). Св. Феодор Студит одно из писем (92-е) в 821 г. адресовал сосланным в Херсон епископам и монахам, которых он называл «светильниками для находившихся во мраке и заблуждении в жизни, руководителями слепых…» и считал их ссылку устроенной Божественным Промыслом «для спасения тамошних жителей». В др. письме св. Феодор упоминает нек-рых сосланных в Херсон: еп. Льва Валелада, игум. Антония с его сподвижниками и Литоию с братией (Шестаков. 1908. С. 40-42). В 820 г. в Херсон был выслан прп. Иоанн Психаит, возглавивший здесь монашескую общину (Лопарев. 1913. С. 12-14). Посетивший город в нач. IX в. Епифаний Монах, называя жителей Херсона «лжецами, носимыми всяким ветром ересей», скорее всего подразумевал их приверженность офиц. иконоборчеству (Романчук. 2000. С. 77-78). О контактах местной Церкви с К-польским Патриархатом свидетельствует происходящая из Херсона печать патриарха-иконоборца Иоанна VII Грамматика (837-843) (Соколова. 1991. С. 210, № 40).

После К-польского Собора 843 г., осудившего иконоборцев и восстановившего иконопочитание в Византийской империи (см. ст. Неделя Православия), Херсон оставался в русле политики К-поля; сюда по-прежнему отправляли неугодных властям. В кон. 50-х - нач. 60-х гг. IX в., при патриархе свт. Фотии I, в город и его округу были сосланы опальные игнатиане (сторонники низложенного в тот момент патриарха свт. Игнатия), в т. ч. еп. Митрофан Смирнский и прп. Иосиф Песнописец, составивший службы св. епископам Херсонским и канон свт. Клименту (Ягич. 1893. С. 10; Лопарев. 1913. С. 1-7; Сорочан. 2005. С. 676; Могаричев. 2013). В это же время архиепископы Павел Херсонский и Лука Боспорский участвовали в Поместном К-польском Соборе, который был созван патриархом Фотием в 861 г. и осудил патриарха Игнатия (Le Quien. OC. T. 1. P. 1328, 1331; Гадло. 1991. C. 104; Сорочан. 2005. C. 1174).

Павел Херсонский был, вероятно, преемником архиеп. Георгия, который возглавлял Херсонскую кафедру во время пребывания в городе св. равноап. Кирилла зимой 860/1 г., перед его путешествием в Хазарию. Св. Константин организовал поиски мощей свт. Климента Римского (Ягич. 1893; Флоря. 2000. С. 50-51; Лавров. 1911. С. 142-147; Сорочан. 2005. С. 1408-1476). Свидетелем тех событий был сосланный митр. Митрофан Смирнский, воспоминания к-рого передал Анастасий Библиотекарь. Согласно «Итальянской легенде» и Слову на перенесение мощей свт. Климента, 30 янв. 861 г. при участии архиеп. Георгия с клиром и нек-рыми горожанами св. мощи были обретены на острове и торжественно перевезены на корабле на берег, где их встретил правитель города (дукс) Никифор с «бесчисленным множеством народа». На ночь мощи поместили в ц. св. Созонта «близ забрал», отождествляемой с Западным загородным храмом; затем перенесли в ц. св. Леонтия (Западная базилика, № 13) (Романчук. 1990). На следующий день при стечении народа, обойдя кругом весь город, праздничная процессия принесла мощи в соборную ц. св. Апостолов (Уваровская базилика, № 23). Как убедительно доказал А. Л. Бертье-Делагард, мощи свт. Климента скорее всего были обретены на маленьком островке (примерно 28×35 м) в верховьях Казачьей бухты, в 10 км к западу от Херсона. Исследователями там были открыты остатки неск. помещений и небольшой однонефной церкви (часовни), в подземном ярусе к-рой была устроена мемориальная гробница (Косцюшко-Валюжинич. 1891; Бертье-Делагард. 1893. С. 56-63; Маркевич. 1909. С. 105-114). Этот церковный комплекс построен в память свт. Климента на остатках античной усадьбы, вероятно, вскоре после обретения мощей (Сорочан. 2010. С. 31-34).

В 1-й четв. X в. предстоятель Херсонской Церкви (имя неизв.) сыграл важную роль в миссионерской деятельности К-польского патриарха Николая I Мистика по организации епархии в Хазарии на территории вост. К. Эти события отражены в 2 письмах патриарха (Шестаков. 1908. С. 60-61; Сорочан. 2005. С. 1480-1494). Из 1-го письма следует, что в ответ на просьбу прибывших из Хазарии дать им епископа патриарх Николай направил туда вновь назначенного архиепископа Херсонского, чтобы он «выполнил то, что там требуется» и вернулся на свою кафедру в Херсон. Николай Мистик просит адресата письма, скорее всего стратига Херсона, содействовать архиепископу в этой важной миссии. Во 2-м письме, адресованном архиепископу Херсона, патриарх хвалит его за уже приложенные усилия и просит найти достойного епископа. Согласно наиболее аргументированной реконструкции описанных событий, предложенной К. Цукерманом, в письмах изложена начальная история Фулльской епархии (см. Фуллы) - с осени 914 - весны 915 до кон. лета - нач. осени 920 г. Создание этой новой епархии зафиксировано нотицией К-польского Патриархата (Zuckerman. 2006. P. 221-226). Контакты патриарха Николая Мистика с Херсоном подтверждает его личная печать, найденная в городе. Сохранилась также печать архиеп. Дамиана Херсонского (1-я треть X в.), который предположительно мог быть исполнителем патриаршего проекта по созданию новой епархии в К. (Смычков. 1999. С. 124-125; Алексеенко. 2004. С. 260-263).

Роль Херсонской кафедры как ведущего административно-церковного центра в К. подтверждается ее первенством в ряду др. крымских епархий. В нотициях К-польского Патриархата до XIII в. она занимала позиции не ниже 21-й среди автокефальных архиепископий и традиционно считалась более высокой по рангу, чем соседние с ней епархии в К. (Darrouzès. Notitiae; Богданова. 1991. С. 20).

Особое место в истории К., а также Др. Руси и ее Церкви занимает поход Киевского кн. св. равноап. Владимира (Василия) Святославича на Херсон в 80-х гг. X в. Противоречивые сведения источников вызвали дискуссии о причинах, времени, последствиях и др. обстоятельствах этих событий (см. ст. Крещение Руси) (Шахматов. 1906; Шестаков. 1908. С. 125-137; Бертье-Делагард. 1909; Греков. 1929; Левченко. 1953; Талис. 1958; Пятышева. 1964; Богданова. 1986; Рапов. 1988; Поппэ. 1990; Беляев. 1990; Мусин. 2002). Согласно наиболее распространенному мнению, причиной похода послужило несоблюдение визант. императорами Василием II Болгаробойцей и Константином VIII условий договора с Русью, по к-рому кн. Владимир в обмен на военную помощь должен был получить в жены сестру императоров царевну Анну. Отправив на борьбу с мятежником Вардой Фокой 6-тысячный отряд и не дождавшись в ответ прибытия царевны, Владимир пошел на Херсон. Рассказ о походе с некоторыми вариациями изложен в летописях и разных редакциях Жития св. Владимира (Шахматов. 1906). Наиболее полные версии содержат ПВЛ и Житие св. Владимира особого состава (Плигинский сб., XVII в.). Несмотря на разночтения, суть кратко сводится к следующему. Владимир с войском окружил Херсон (в рус. источниках Корсунь). После длительной осады горожане вынуждены были сдаться из-за предательства, согласно ПВЛ, Анастаса Корсунянина, пославшего стрелу с информацией о водопроводе, к-рый Владимир перекопал, лишив город воды. Житие особого состава повествует, что после 6 месяцев осады варяг (И)жберн отправил к русским послание, прикрепленное на стреле, в к-ром сообщил о корабельщиках, приносивших в город еду и питье «путем земляным», и этот путь также был перекопан. Спустя еще 3 месяца Херсон сдался. В обеих версиях после взятия города кн. Владимир направляет посольство к визант. императорам с требованием отдать ему в жены Анну, угрожая в случае отказа сделать визант. столице «то же, что и этому городу». Императоры ответили, что согласятся, если Владимир примет крещение. После его согласия порфирородная царевна вместе с к-польскими священниками прибыла в Херсон. Внезапно потерявший зрение Владимир был исцелен св. крещением. Крещены были и дружинники князя. После заключения брака Владимир и Анна вместе со священниками, в числе которых был и Анастас (ПВЛ), взяв с собой мощи святых Климента и Фива (ПВЛ), церковные сосуды, иконы и нек-рые др. ценности, вернулись в Киев. По приказу Владимира в Киеве уничтожили всех идолов и «попы царицыны и корсунские» окрестили киевлян в Днепре (или в Почайне). ПВЛ относит описанные события к 988 г., Житие особого состава этим годом датирует крещение Владимира. По мнению А. А. Шахматова, в основе разных версий рассказа о Корсунском походе лежит утраченный прототип - «Повесть о крещении Владимира в Корсуни» («Корсунская легенда»), написанная в Киеве в кон. XI в. одним из потомков корсунских священников, вывезенных кн. Владимиром (Шахматов. 1906. С. 59-60, 75, 82, 103-120).

Иную последовательность событий сохранило сочинение Иакова Мниха «Память и похвала князю Владимиру» (2-я пол. XI в.). Согласно содержащимся в нем хронологическим указаниям, крещение князя произошло, вероятно, в Киеве в 987 или 988 г., а Херсон был взят «на третье лето» после крещения, т. е. в 989 или 990 г. (Пономарев, Сериков. 1995. С. 163-166). Разночтения источников не позволяют историкам прийти к единому мнению о месте и времени крещения кн. Владимира. В качестве компромисса высказывалось предположение, что в Киеве был проведен обряд оглашения, крестился же князь в Херсоне. Вполне вероятно также, что обязательство кн. Владимира принять крещение согласно условию договора о его браке с Анной, о котором свидетельствует хронист Яхья Антиохийский, дало повод Иакову Мниху говорить о крещении как об уже свершившемся факте (Левченко. 1953. С. 209-210).

Как бы ни решался вопрос о месте и времени крещения Владимира, остается безусловным то, что эти события стали отправной точкой массовой христианизации Руси. «Корсунские попы», приехавшие с кн. Владимиром, на начальном этапе сыграли важную роль в формировании Русской Православной Церкви. Во главе с Анастасом Корсунянином они составили клир ц. Пресв. Богородицы (Десятинной), в которую были переданы привезенные из Херсона реликвии, церковные предметы, иконы и архитектурные детали. Первым епископом Новгорода на протяжении 42 лет был Иоаким Корсунянин (Шахматов. 1906. С. 49; ПСРЛ. Т. 3. С. 179, 207-208).

«Корсунская легенда» содержит важные сведения о топографии Херсона. Согласно летописям, церковь, в которой крестился Владимир, находилась «посреде града, идеже торг деют корсуняне». Однако название церкви варьирует: св. Василия, св. Василиска, Св. Софии, св. ап. Иакова, Пресв. Богородицы, св. Климента (Беляев. 2001. С. 55-56). Первоначально с ц. св. Василия (по Лаврентьевскому и Переяславскому спискам) отождествляли крестообразный храм № 27 на агоре Херсона (Мурзакевич. 1863; Айналов. 1905. С. 46, 54; в последнее время эту версию поддержал С. Б. Сорочан: Могаричев и др. 2012. С. 150-155). В совр. историографии преобладает представление о том, что крещение князя могло состояться в баптистерии Уваровской базилики, кафедрального храма города. По мнению С. А. Беляева, храмом ап. Иакова (чаще всего упоминаемого в летописях) могла быть церковь, примыкавшая к баптистерию (Беляев. 2001. С. 67). Дружина князя, согласно «Слову о том, како крестися Володимир, возмя Корсунь», была крещена в ц. Пресв. Богородицы, отождествляемой с храмом Пресв. Богородицы Влахернской (Загородный крестообразный храм; Шахматов. 1906. С. 95; Шестаков. 1908. С. 134-135; Айналов. 1916. С. 84-86; Беляев. 2001. С. 57). Источники упоминают также, что кн. Владимир поставил в Херсоне «на горе» ц. св. Василия (в обычном Житии) или Иоанна Предтечи (в Ипатьевской летописи; Шахматов. 1906. С. 80-81). Беляев соотносит ее с поздней базиликой в комплексе «Базилики на холме» (№ 14), расположенной в зап. части городища (Беляев. 1994). Однако скорее всего этот храм был построен не ранее XI в. (Завадская. 2000. С. 87).

Дискуссионным остается вопрос о последствиях похода кн. Владимира для Херсона. Проблема заключается в интерпретации и определении даты единовременного слоя разрушения, открытого раскопками на значительной территории городища. Под руинами оказались сев.-зап. кварталы и расположенные в них церкви: 5 базилик и Западный загородный храм (св. Созонта). Основываясь на археологических данных, прежде всего на монетных кладах посл. четв. X - нач. XI в., мн. исследователи склонны связывать эти разрушения с военными действиями в период осады и взятия города кн. Владимиром (Белов. 1941. С. 228-232; 1946. С. 143; Якобсон. 1950. С. 14-15; Талис. 1958. С. 103-115; Корзухина. 1958. С. 134; Гилевич. 1964. С. 158; Анохин. 1977. С. 121; Соколова. 1983. С. 55). По мнению Беляева, разрушения были локальными и разновременными, следов., они не связаны с походом кн. Владимира (Беляев. 1990). Высказана также гипотеза, согласно которой причиной масштабных разрушений могло стать сильное землетрясение во 2-й четв.- сер. XI в. (Романчук. 1989. С. 188; 2000. С. 134-135; Сорочан, Зубарь, Марченко. 2000. С. 301; Сорочан. 2005. С. 751, 1160; Хапаев. 2008; Антонова, Никонов. 2009. С. 31-45). Однако вывод о сейсмической катастрофе в наст. время не имеет достаточной доказательной базы и не может считаться научно обоснованным (Завадская. 2010). Учитывая датировку постигшей город катастрофы, основанную на монетных кладах посл. четв. X - нач. XI в., военные действия 988/9 г. остаются одной из вероятных причин разрушений, границы которых точно еще не определены.

В XI-XII вв. в Херсоне активизируется хозяйственная деятельность, жилищное, оборонительное и храмовое строительство; епархия сохраняет свое первенство в ряду архиепископий К. Моливдовул К-польского патриарха Михаила I Кирулария (1043-1058), найденный в Херсоне, свидетельствует о контактах города с главой К-польской Церкви (Юргевич. 1886. С. 20). Сохранились немногочисленные свидетельства о Херсонских архиереях этого периода. В их числе 2 печати - архиепископов XI в. Георгия и Константина (Соколова. 1983. С. 166, № 58; Смычков. 1999. С. 125). Подписи Херсонских архиепископов присутствуют под нек-рыми актами заседаний патриаршего Синода и Поместных Соборов в К-поле. Это архиепископы Андрей (1028), Феодор (1094), Феофан (1147) и неизвестный (1197) (Darrouzès. Notitiae. P. 126, 133; Богданова. Церковь Херсона. 1991. C. 22; Виноградов, Каштанов. 2013. C. 95).

Боспор на исходе «темных веков», в кон. IX в. вновь входит в состав Византии. В нотициях К-польского Патриархата Боспорская епархия упоминается в ряду др. епархий К. (Darrouzès. Notitiae. P. 273, 294, 345, 351, 389). По мнению Т. И. Макаровой, на рубеже IX и X вв. в припортовой части города на месте ранневизант. базиликального комплекса строится храм во имя Иоанна Предтечи. Однако датировка этого памятника является предметом дискуссий; разными исследователями он датируется в пределах VIII-XIV вв. (Брунов. 1927; Якобсон. Христ. памятники: Средневек. Крым. 1964. С. 34; Макарова. 1982. С. 101). Он принадлежит к типу крестово-купольных церквей с 4 свободно стоящими опорами, роль к-рых выполняют ранневизант. колонны с капителями из проконнесского мрамора. Вокруг церкви формируется плитовой некрополь (Макарова. 1998. С. 315-316). В центральной части Керчи открыты остатки 4 христ. плитовых некрополей, которые начали формироваться с X в. Их особенностью являются арковидные ниши и кресты, вырезанные на торцевых плитах могил. Возможно, к одному из этих некрополей относилось мраморное надгробие Феодоты 1066 г. (Науменко, Пономарев. 2013. С. 245, 250-253).

В Х в. Керченский прол. неоднократно упоминается в визант. и араб. источниках в связи с походами русов на Византию. В период правления имп. Иоанна I Цимисхия (970-976) на Боспоре была образована самостоятельная военно-адм. область - фема, во главе которой стоял стратиг. На Соборе в К-поле в 1066 г. присутствовали архиепископы Крымской Готии и Боспора, а на Соборе 1067 г.- архиепископы Росии и Готии. В нотиции (Notitia Nova Tactica) сер. Х в. Росия значится на 61-м месте после архиепископий Херсона, Боспора, Готии, Сугдеи и Фулл (Кулаковский. К истории Готской епархии. 1898. С. 174). В результате адм. реформ, проведенных в церковной организации имп. Алексеем I Комнином (1081-1118) и патриархом Евстратием Гаридой (1081-1084), архиепископии Херсона, Сугдеи и Боспора были отделены от митрополии Зихия. В кон. Х в. Боспор вошел в состав рус. Тмутараканского княжества, что способствовало христианизации окрестных племен касогов и ясов (см. в ст. Таматарха). В нач. XII в. город был разрушен половцами и стал постепенно приходить в упадок.

Эпоха господства итальянских торговых факторий и Золотой Орды (XIII-XV вв.)

Проникновение итал. купеческих корпораций, преимущественно генуэзцев, венецианцев и пизанцев, в К. и др. области Причерноморья началось еще в XI в. Ослабленная политическим кризисом Византийская империя остро нуждалась в поддержке итал. морских республик и в обмен на заключение союзов предоставляла им торговые привилегии, к-рые позволяли вести беспошлинную торговлю на ряде визант. рынков и открывать фактории как в К-поле, так и в Причерноморье. Интенсивная деятельность итальянцев в регионе началась после захвата К-поля участниками 4-го крестового похода в 1204 г. и последовавшего распада Византийской империи. Согласно договору о разделе Византии, к-рый был заключен в захваченном К-поле осенью 1204 г., порты Причерноморья вошли в зону интересов Венеции. Венецианцы создали ряд факторий, которые обеспечили им господствующее положение на рынках Причерноморья в 1-й пол. XIII в. Наиболее важным портом венецианцев стала Сугдея (Сурож, Солдайя).

Генуэзская крепость в Судаке. VII в. (?). Фотография. 2010 г.Генуэзская крепость в Судаке. VII в. (?). Фотография. 2010 г.Херсон и Готия (Юго-Зап. К.) после 1204 г. подчинились Трапезундской империи, к-рой платили подати (Якобсон. 1950. С. 28; Богданова. 1985. С. 45; Сорочан, Зубарь, Марченко. 2000. С. 328-329; Карпов. 2007. С. 413). Влияние К-польских патриархов, переехавших в Никею, на церковную жизнь К. заметно ослабло; предстоятели архиепископий К. стремились проводить независимую политику. Из письма митр. Иоанна Навпактского известно, что епископы, рукоположенные К-польским патриархом Михаилом IV Авторианом (1206-1212) «в области Боспорского Херсона и Сугдофулл», не были приняты в К. и местные архиереи отправили их обратно в Никею. В «Аланском послании» патриарху Герману II (1223-1240) еп. Феодор повествует о своих злоключениях в К. во время путешествия в 1223 или 1226 г. из Никеи к аланской пастве. Оказавшись «не по доброй воле» в Херсоне в состоянии «между свободой и узами», Феодор со своими спутниками бежал в аланское селение неподалеку от города. Проповедь Феодора среди аланов и в Херсоне глава Херсонской кафедры, «старец и с давнего времени епископствовавший», расценил как нарушение своих прав и созвал против Феодора «большой синедрион». Правитель Боспора вопреки желанию местных христиан не позволил епископу даже высадиться на берег (Кулаковский. Еп. Феодора «Аланское послание». 1898. С. 16-19). Враждебное отношение гражданской и церковной властей К. к прибывшему из Никеи епископу можно считать проявлением конфронтации между Трапезундской и Никейской империями, каждая из к-рых пыталась утвердить свой контроль над регионом (Ченцова. 1996. С. 172-180). В политическом противостоянии Трапезунд одерживал верх, но нет оснований полагать, что церковные епархии К. подчинялись митрополиту Трапезунда и что последний мог назначать им епископов (Богданова. 1985. С. 53-54). По словам Феодора Аланского, епископ Херсона «подчиняется тому же архипастырю», что и он. Сохранение контактов епархии Херсона с К-польским Патриархатом подтверждает печать К-польского патриарха Мануила II (1244-1254), найденная в сев. районе города (Алексеенко. 1990. С. 25-29). С возрождением Византийской империи в К-поле в 1261 г. связи епархий К. с К-польским Патриархатом были полностью восстановлены. В посл. четв. XIII в. епархии К. были возведены в ранг митрополий. Впервые митрополиты Феодор Херсонский и Феодор Сугдейский упомянуты среди участников заседания К-польского Синода 3 мая 1280 г. Среди участников заседаний Синода в кон. XIII-XIV в. были Херсонские митрополиты Феофан (1290), неизвестный (1304), Иеремия (1338), Кирилл (1347-1351) (Darrouzès. Notitiae. P. 164; Богданова. Церковь Херсона. 1991. C. 22-23). Повышенное внимание К-польской Патриархии к делам епархий К. в кон. XIII-XIV в. демонстрирует стремление столицы сохранить влияние на полуострове в эпоху господства здесь Золотой Орды и итальянский факторий и, как следствие этого, быстрое распространение ислама и католичества.

В 1223 г. в К. вторглись монголо-татары, к-рые после победы над половецко-рус. войском на р. Калке разорили Сугдею. С кон. 30-х гг. XIII в., после походов Батыя, монголам подчинились половцы и степной К. вошел в состав Монгольской империи, а затем Золотой Орды в качестве ее улуса. В татар. бейликах К. рано проявились сепаратистские настроения по отношению к Большой Орде. Уже в 70-х гг. XIII в. К., как и большая часть степного Сев. Причерноморья, стала владением беклярбека Ногая, к-рый правил фактически независимо от Орды и вел борьбу за возведение на ханский трон своих ставленников. После гибели Ногая ок. 1300 г. К. вновь был включен в состав ордынских владений. Ставка ордынских наместников в К. находилась в г. Кырым (Солхат; ныне Ст. Крым).

Вид Генуи и ее флота. Копия с рисунка 1481 г. Худож. Кристофоро де Гасси (Морской музей Галата, Генуя)Вид Генуи и ее флота. Копия с рисунка 1481 г. Худож. Кристофоро де Гасси (Морской музей Галата, Генуя)С 1261 г. основным конкурентом Венеции в черноморской торговле вновь была Генуя. Генуэзцы поддержали освобождение К-поля византийцами и получили от визант. имп. Михаила VIII Палеолога исключительные торговые привилегии. В 1266 г. с разрешения ордынцев они основали портовый г. Каффа (Кафа) на месте древнего аланского поселения Ардабда (ныне Феодосия). Генуэзцы получали право свободно торговать в Орде с обязанностью платить пошлины. В 1290 г. все генуэзские фактории были объединены под управлением консула, к-рый находился в Каффе; жизнь города была организована на основе устава самоуправляющейся городской коммуны. Конкуренция венецианцев и генуэзцев привела к торговой войне в 1294-1299 гг., из которой генуэзцы вышли победителями; активность венецианцев была резко ограничена. Постепенно все побережье Чёрного м., в т. ч. юж. берег К., покрылось сетью генуэзских факторий. К 30-м гг. XIV в. среди них находились Воспоро (Черкио; ныне Керчь), с 1357 г.- Чембало (Ямболи; ныне Балаклава); в 1365 г. генуэзцы захватили бывш. венецианскую факторию Солдайю (Судак). Побережье К. от Фороса до Алушты было объединено генуэзцами под управлением капитанства Готия.

С образованием итал. факторий в К. появились католические общины; росло число католич. храмов, создавались епископские кафедры (в 1320 (по данным И. Мосгейма) папа Иоанн XXII утвердил основание католич. еп-ства с центром в Каффе). В нач. 20-х гг. XIV в. еп. Иероним и папский легат францисканец Илия из Венгрии регулярно посещали ставку хана Узбека в Н. Сарае. В 1323 г. Иероним был уволен, его место занял один из суффраганов Султанийской архиепископии, доминиканец Фаддей. Католические храмы существовали и в Воспоро. Итальянский доминиканец Франческо да Камерино в 20-х гг. XIV в. обратил в католическую веру черкесского наместника Золотой Орды в Воспоро Миллена, христианином был и его преемник зихийский (черкесский) кн. Верзахт, к-рый в 1332-1333 гг. вел переписку с Римом. По его просьбе в 1333 г. в Воспоро была основана архиепископская кафедра, к-рую занял Франческо да Камерино. В том же году доминиканец Ричард Английский был назначен епископом Херсона; было принято решение о строительстве в Херсоне собора во имя свт. Климента Римского, скорее всего нереализованное.

В 1357 г., вероятно сразу после присоединения Чембало к генуэзским владениям, там была образована католич. епархия, в 1370 г. ее занимал францисканец Косма, викарий Готии, в 1404 г.- доминиканец Иоанн из Падуи. О существовании католич. еп-ства в Солдайе известно с 1393 г. В письме папы Григория XII от 23 мая 1408 г. упоминается «Солдонийский» еп. Иоанн.

Центром генуэзских владений и католич. церковных структур в К. оставалась Каффа, к кон. XIV в. крупнейший город Причерноморья. По словам современников, собор св. Агнессы своим богатством и блеском превосходил храмы Парижа. В подчинении еп-ства Каффа находились епископства-суффраганы Солдайя, Воспоро, Чембало, Херсон и Тана (ныне Азов); в XV в. они были выведены из подчинения Каффе. Со временем нек-рые епархии объединились, очевидно из-за недостатка средств, вызванного экономическим кризисом генуэзских колоний в К. В 1458 г. еп. Каффский Бартоломео Капони ди Пера упоминается одновременно как епископ Чембало. Иоанн, еп. Воспоро († 1462), также был епископом Чембало. В 1463 г. известен еп. Алессандро ди Каффа, предстоятель Каффы и Чембало.

Римско-католическая Церковь пыталась распространить в К. действие Флорентийской унии 1439 г. (см. Ферраро-Флорентийский Собор). Среди участников Флорентийского Собора упоминается арм. епископ Каффы. Еп. Каффский Джакомо Кампори (1446-1455) требовал помощи консула Каффы в латинизации армяно-униат. и греко-униат. общин. Получив отказ, епископ обвинил консула во взяточничестве, но был смещен с кафедры. К сер. XV в. в Каффе существовали 3 епископские кафедры (латинская, греческая и армянская), подчиненные Риму. К 1475 г. в городе было 2 католич. мон-ря (доминиканский и францисканский) и более 20 церквей (ни одна из них не сохр.).

Армянский мон-рь Сурб-Хач в Ст. Крыму. Фотография. 2010 г.Армянский мон-рь Сурб-Хач в Ст. Крыму. Фотография. 2010 г.С эпохой генуэзского господства в К. связан период расцвета арм. общин региона. Армяне присутствовали в К. с древности благодаря тесным связям Боспора и Понтийского царства в эпоху эллинизма. В VII-VIII вв. нек-рые армяне переселились в К., спасаясь от араб. завоеваний. Новые переселенцы из Закавказья и Понта прибыли в К. в XI-XIII вв., когда Ближ. Восток завоевали турки-сельджуки. К XIII в. армяне проживали во всех крупных городах юж. берега К. Иммиграция армян продолжалась и в дальнейшем. Так, в 1330 г. с согласия генуэзцев неск. тысяч армян из Ани переселились в Каффу. Нек-рые армяне прибыли в К. из Ак-Сарая на Волге. Известно о постройке армянами храмов в Каффе на рубеже XIII и XIV вв.; с 1318 г. в городе находился арм. архиепископ. В Уставе генуэзской Газарии (1316) упоминаются 3 арм. церкви внутри крепостных стен Каффы (консулам запрещалось распоряжаться той частью городской земли, на к-рой «издревле расположены церкви греков, армян и русских и монастыри этих церквей»). В нек-рых генуэзских документах 1-й пол. XV в. юго-вост. побережье К. именуется Приморская Армения.

В Солхате (Сурхате) в XIV-XV вв. было 4 арм. мон-ря и 9 церквей. В окрестностях города - храмы и мон-ри св. Симеона, Пресв. Богородицы, св. Стефана, Воскресения Христова, св. Григория Просветителя, св. Сергия, Св. Креста (Сурб-Хач), св. Авксентия и св. Георгия. В нач. XIV в. под рук. архимандритов Аветика и Петроса действовали училища при монастырях Гамчак (Кимчак; на окраине Солхата) и Кизилташском св. Мины (близ совр. пос. Щебетовка, в 1434 кафедра Каффского епископа), куда приезжали ученики даже из закавказской Армении. В XV в. получила известность школа при монастыре св. Антония в Каффе под руководством архим. Саргиса. С нач. XIV в. Римско-католическая Церковь прилагала усилия к заключению унии с Армянской Апостольской Церковью, действуя в К. через администрацию генуэзских факторий. В Каффе существовал армянский доминиканский мон-рь. В 1438 г. армяне, жившие в К. под духовным рук. архим. Саргиса, направили делегацию на Флорентийский Собор и вступили в унию.

С расцветом генуэзских факторий пришли в упадок визант. города, прежде всего Херсон. Мн. исследователи считают причинами запустения Херсона разорение города ордой Ногая в кон. XIII в., а также утрату Херсоном ведущей роли в торговле в результате перемещения основных торговых путей, подконтрольных генуэзцам, на юго-восток К. Бедность херсонских приходов была одной из причин того, что кафедра в XIV в. часто оставалась вакантной: после 1304 и до кон. 1338 г., после 1351 и до июля 1365 г. В 1368 г. управление Херсонской митрополией, включая право получения доходов и освящения храмов, К-польским Синодом было передано патриаршему экзарху митрополиту Готии (Древние акты. 1867. С. 457-458). Богданова предполагает, что т. о. Херсонская епархия почти на 2 года была превращена в ставропигиальное владение патриарха, управление которым осуществлялось через митрополита Готии (Богданова. 1991. С. 23-26). С 1371 г. уже Готская епархия находилась в таком же экзархальном управлении митрополита Сугдеи. Передача прав на управление митрополиями К., по мнению исследователей, внесла путаницу в территориальные владения архиереев и спровоцировала череду многолетних территориальных конфликтов между Крымскими митрополитами при К-польских патриархах Макарии (1376-1379, 1390-1391) и Ниле (1380-1388). Митр. Херсона Фаддей (не позже лета 1376 - не ранее нояб. 1396) настойчиво оспаривал право владения 2 приморскими областями: Кинсанусом с прилегающими к нему селениями (вероятно, побережье от Аю-Дага до Алушты) - у митрополии Готия и Элиссом (вероятно, к востоку от Алушты) - у Сугдейской митрополии. При патриархе Ниле споры решались в основном в пользу Готской и Сугдейской митрополий, но синодальным актом 1390 г. патриарха Макария спорные территории были возвращены во владение Херсонскому митрополиту (RegImp, N 2680, 2685, 2741, 2744, 2748, 2779, 2786, 2880; Древние акты. 1867. C. 458-468; Богданова. Церковь Херсона. 1991. C. 25-32; Байер. 1995. C. 68-73; Бертье-Делагард. 1920. C. 2-14). После Фаддея Херсон вновь оставался без архиерея до нояб. 1401 г., когда кафедру возглавил митр. Макарий. В этот период Херсонская митрополия окончательно потеряла права на территории Кинсануса и Элисса. В 1440 г. был рукоположен последний известный Херсонский митрополит, проживавший, возможно, в округе, поскольку Херсон как город в это время уже не существовал. Остатки Херсонской епархии были присоединены к Готской митрополии (Бертье-Делагард. 1920. С. 37-39, 129-130; Якобсон. 1950. С. 44).

В последний период своей истории Херсон продолжал поддерживать церковные и культурные связи с рус. землями. В «Повестях о Николе Заразском» отражена история перенесения корсунским свящ. Евстафием (Остафием) чудотворной иконы св. Николая через Новгород на Рязанскую землю, в Зарайск, в 1-й пол. 20-х гг. XIII в. Свящ. Евстафий и его потомки остались на Руси, продолжая «род поповский» 335 (389) лет (Лихачев. 1949. С. 282, 302-307, 321-322 и сл.; Богданова. Церковь Херсона. 1991. С. 38; Колесникова. 2006. С. 141). Рус. население проживало и в самом Херсоне, о чем свидетельствуют находки бытовых и культовых предметов древнерус. происхождения (Корзухина. 1958. С. 136; Колесникова. 2006). По предположению А. Л. Якобсона, дом рус. священника находился в сев. квартале № 17, который мог быть заселен русскими, выходцами из городов Поднепровья (Белов, Якобсон. 1953. С. 135-148; Якобсон. К истории. 1958. С. 120-125).

В XIII-XV вв. неоднократно происходило объединение и разъединение Сугдейской и Фулльской митрополий (Νυσταζοπούλου. 1965. Σ. 86). Это подтверждает и список иерархов Сугдеи и Сугдофулл, составленный М. Нистазопулу на основании данных т. н. Судакского Синаксаря и нек-рых др. источников (Ibid. Σ. 92-99). Иерархи объединенной Сугдо-Фулльской епархии упоминаются с 70-х гг. XIII в. с более или менее значительными перерывами вплоть до нач. XV в. В 1270 г. упоминается архиеп. Иоанн; в 1253, 1274-1275 и 1282 гг.- иерарх с именем Феодор, однако один ли это церковный деятель или несколько, сказать сложно. Вероятно, в посл. четв. XIII в. Сугдо-Фулльская епархия была возведена в ранг митрополии. С этого времени кафедру возглавляли митрополиты Василий (упом. в 1292), Иоанн (упом. в 1292 и 1301), Климент (упом. в 1327), Лука (упом. в 1327-1331), Никита (упом. в 1331-1336), Евсевий (1347-1386), Феоктист (упом. в 1389-1393) и Феофилакт, назначенный «из Перги и Атталии» в 1400 г. В то время Сугдо-Фулльская митрополия считалась богатой. Как самостоятельные, митрополиты Сугдеи и Фулл упоминаются среди участников Соборов в К-поле в июле 1356 и сент. 1363 г. (Νυσταζοπούλου. 1965. Σ. 96). В генуэзский период в пределы епархии входили правосл. города морского побережья от Каффы до Алушты и 18 казалий Солдайского консульства. С нач. XV в. упоминания о митрополитах Боспора исчезают из источников.

Эпоха Османской империи и Крымского ханства (сер. XV - кон. XVIII в.)

Новые радикальные перемены в положении К. произошли в XV в. Для юж. К. они были связаны с окончательным падением Византии и укреплением Османской империи. На развитие же степного К. повлияли процессы распада Великой Золотой Орды и обособление от нее Крымского ханства.

Татар. бейлики К. уже к кон. XIV в. обладали значительной автономией в рамках Большой Орды. После гибели Едигея в 1419 г. единая Орда окончательно распалась и в Великой степи началась длительная борьба за формирование гос-в на ее обломках. В К. борьбу за создание независимого от Сарая гос-ва возглавил хан Хаджи-Гирей (1427, 1431-1434, 1441-1466). В ходе борьбы он неоднократно занимал степной К. и пытался закрепиться в нем, неск. раз ему приходилось бежать от нападений могущественных соперников, Улу-Мухаммада и Сеид-Ахмеда, однако с сер. 40-х гг. XV в. Хаджи-Гирей окончательно утвердил свою власть хана К., объединив все крупные местные татар. бейлики. Столицей ханства первоначально был Кырым (Солхат; ныне Ст. Крым); с нач. XVI в. столицу перенесли в Кырк-Ер (Чуфут-Кале) и расположенный рядом с ним Бахчисарай. С 1434 г. византийско-гот. княжество Феодоро заключило союз с Хаджи-Гиреем, при помощи к-рого пыталось отбиваться от нападений генуэзцев.

Турки-османы предприняли 1-ю попытку захватить К. в 1454 г. Их эскадра появилась у стен Каффы и пыталась организовать штурм города. Турки отступили, получив некие союзнические гарантии от крымского хана Хаджи-Гирея. Окончательно К. был завоеван в 1475 г., когда под власть османов перешли и весь юж. берег К., и владения бывш. княжества Феодоро (позднее частично было в составе Крымского ханства). В К. был образован санджак, к-рый в сер. XVI в. стал эйялетом Кефе, охватывавшим весь Юж. берег К. и Таманский п-ов. Функции адм. центра К. при турках были сохранены за Каффой.

Утверждение турок в Юж. К. привело к тому, что в 1478 г. Крымское ханство признало себя вассалом Османской империи и с этого времени находилось под опекой Стамбула. Находившиеся в городах Юж. К. тур. гарнизоны держали Крымское ханство под контролем; в ряде случаев по приказу султана они могли легко сместить неугодного Стамбулу хана и поставить нового. Крымцы согласовывали с османами все свои внешнеполитические предприятия, совершали малые и большие походы против стран Вост. Европы, в т. ч. против России, в интересах османов. Турецкий стал офиц. языком крымского двора; наследники крымских ханов воспитывались при султанском дворе; значительная часть военных специалистов, чиновников высоких рангов, представителей интеллектуальных профессий выписывалась в К. из Стамбула. В К. господствовали культура, взгляды и вкусы, характерные для большинства провинциальных центров Османской империи.

Мечеть в генуэзской крепости в Судаке. XV в. Фотография. 2010 г.Мечеть в генуэзской крепости в Судаке. XV в. Фотография. 2010 г.Период кон. XV - сер. XVIII в. стал одним из наиболее стабильных в истории К. В течение длительного времени регион не знал крупных войн, что способствовало экономическому развитию и росту населения К. Как и прежде, крупнейшим городом К. оставалась Каффа, которая одновременно была и главным центром торговой и производственной деятельности. После тур. завоевания 1475 г. экономическая активность Каффы и др. городов К. приостановилась на короткий период, но уже в XVI в. причерноморская торговля вновь процветала. К XVII в. население Каффы достигло 80 тыс. чел. Основную массу населения по-прежнему составляли греч., арм. и евр. общины; их купцы в основном сохранили свои прочные позиции на рынках Причерноморья. Господствующее положение теперь заняло тур. купечество, поддерживаемое османской администрацией. Несмотря на разгром генуэзских факторий османами, итал. купцы также сохраняли часть своих прежних позиций, продолжая присутствовать в К. и вести выгодные торговые операции. В XVI-XVIII вв. в К. происходил процесс все более заметной тюркизации и исламизации населения. В К. переселялись турки из др. регионов Османской империи, все более значительная часть местных, прежде разноязычных городских, сельских и кочевых общин использовала тур. и татар. языки. В населении К. росла также и доля крымских татар, к-рые в это время постепенно переходили к ведению оседлого земледельческого хозяйства в районах сев. склонов Крымских гор. Значительная часть христиан К. также начинала использовать тур. и татар. языки. В сер. XVIII в. митр. Игнатий Готский уже был вынужден произносить проповеди для своей паствы по-татарски. В XVIII в. впервые в истории К. большинство населения полуострова уже исповедовало ислам.

Несмотря на общую благоприятную политическую и экономическую ситуацию для региона, в XV-XVIII вв. христ. общины в К. находились в состоянии глубокого упадка. Сведения о жизни христиан К. в эту эпоху весьма немногочисленны. В сер. XV в. из древних епархиальных структур К-польской Православной Церкви в К. сохранялись Сугдейская и Готская митрополии. В дальнейшем происходил процесс укрупнения епархий, что было связано с сокращением числа православной паствы и количества приходов, с упадком христ. жизни в К.

Вероятно, в кон. XV в. Сугдейская митрополия находилась в наиболее плачевном состоянии. Сугдея после изгнания из нее генуэзцев быстро пустела; экономическая деятельность была связана только с Каффой. В 1485 г. Сугдейская митрополия была временно присоединена к Готской. О положении Сугдейской митрополии позднее сведений крайне мало. В 1566 г. в Сугдею был направлен управляющий экзарх, прежде занимавший пост сакеллария некоего патриаршего имения (ставропигии) в Каффе. В функции экзарха входило объединить управление общинами 10 окрестных деревень. Возможно, это и была православная паства митрополии. Вскоре территорию и приходы Сугдейской митрополии поделили между Готским и Каффским митрополитами. В 1616 г. Сугдейская митрополия была окончательно присоединена к Каффской.

В 1485 г. в Каффе вместо прекратившего существование католич. еп-ства была образована правосл. Каффская митрополия. Первый известный греч. архиерей Каффы - митр. Софроний - занимал эту кафедру в 1546 г. В 1616 г., когда митрополитом был Митрофан, к Каффе была присоединена Сугдейская и Фулльская митрополия и кафедра Каффы получила офиц. наименование митрополия Каффская и Фулльская. Тем не менее в структуре правосл. епархий К. того времени Каффская митрополия также занимала второстепенное положение и в 1678 г. была присоединена к Готской митрополии.

В состав Готской митрополии в сер.- 2-й пол. XV в. помимо земель уничтоженного турками княжества Феодоро вошли территории бывш. Херсонеса. Несмотря на исчезновение этого древнего города, увеличение территории Готской митрополии, вероятно, сделало ее наиболее многочисленной и жизнеспособной епархией К. После разгрома турками Дороса (Мангупа) в 1475 г. местом пребывания митрополитов стал Бахчисарайский в честь Успения Пресв. Богородицы мужской монастырь в Майрам-Дере. Известно о существовании еще 3 греч. муж. правосл. мон-рей на юго-западе К. в XVI-XVIII вв.: Балаклавского во имя вмч. Георгия Победоносца, Феодора Стратилата (ныне в с. М. Садовое) и мон-ря Иоанна Предтечи близ Бахчисарая. Вероятно, также продолжали действовать нек-рые из пещерных мон-рей горного К.: в Инкермане (см. Инкерманский во имя сщмч. Климента, папы Римского), Челтере и Шулдане. Монашеские посольства из К. с кон. XVI в. неоднократно посещали Москву для сбора милостыни. В XVII в. они получали от российского правительства регулярные субсидии (ругу).

Тем не менее в татарско-тур. эпоху Готская митрополия находилась в упадке; упоминаний о ней в источниках крайне мало. В условиях мусульм. правления митрополия не могла развиваться как стабильная церковная управленческая структура. Кафедра предстоятеля замещалась нерегулярно, с большими перерывами. Как и по всей территории Османской империи, не проводя прямых гонений на христиан, мусульм. власти препятствовали повседневной деятельности церковных чинов, стремились как можно чаще сменять архиереев, вымогать у них деньги под различными предлогами, ограничивать свободу их передвижения. Окормляя довольно обширные территории юж. и зап. побережий К., митрополиты имели возможность посещать храмы лишь в ближайших окрестностях. Поездки в более отдаленные места, требовавшие морских переездов, были едва ли возможны.

Крепость Ени-Кале в Керчи. XVIII в. Фотография. 2010 г.Крепость Ени-Кале в Керчи. XVIII в. Фотография. 2010 г.Упоминания о Готских иерархах возобновляются в посл. четв. XVI в. В 1587 г. митрополитом был Констанций, к-рый построил правосл. ц. во имя Иоанна Предтечи в с. Бия-Сала (ныне Верхоречье; Бертье-Делагард А. Л. Керменчик: Крымская глушь. Од., 1898). В это время, очевидно, др. епархии К. уже не существовали, а их приходы были подчинены митрополиту Готскому. В 1635 г. митр. Серафим отправил послание рус. царю Михаилу Феодоровичу, в к-ром просил о помощи и сообщал о разорении татарами Георгиевского мон-ря. Неск. имен позднейших предстоятелей Готии установлено по «Известию о пришедших в Крым митрополитах» (Хартахай Ф. А. Христианство в Крыму. Симф., 1864). Это Анфим (1639), Давид (с 21 окт. 1652), Мефодий (с 15 нояб. 1673), Неофит (с 13 мая 1680), Макарий (с 21 июня 1707), Парфений (с 23 дек. 1710) и Гедеон (25 нояб. 1725-1769). Последним митрополитом Готии стал Игнатий (Газадини; с апр. 1771 по 1786).

Численность армян в К. в кон. XV-XVI в. существенно сократилась. Новый подъем арм. общины начался в XVII в.: оживились ремесленное производство и торговля, начали восстанавливаться храмы и монастыри, открылись учебные заведения, среди к-рых наиболее известной была семинария при мон-ре Сурб-Хач близ Солхата. В XVII в. в тур. эйялете Кефе действовали 32 арм. церкви.

В ходе русско-тур. войны в 1771 г. К. как союзник Османской империи был оккупирован рус. армией ген.-аншефа кн. В. М. Долгорукова. Хан Селим-Гирей III бежал в Стамбул. Hовый хан Сагиб-Гирей II (1771-1775) был избран на престол крымскими беями без участия турецкого султана. В нояб. 1772 г. он заключил с Россией договор о признании независимости ханства и его переходе под покровительство (протекторат) России. Территория тур. эйялета Кефе в Юж. К. теперь была включена в состав Крымского ханства, но ряд крепостей на побережье был занят рус. гарнизонами. Османская империя была вынуждена признать эту новую политическую ситуацию в К., заключив с Россией Кючюк-Кайнарджийский мирный договор в 1774 г. В последующие годы в К. в ходе затяжной междоусобной борьбы татар. кланов (пророссийских и протурецких) неоднократно происходили вооруженные перевороты, сопровождавшиеся грабежами татар. имений (в т. ч. дворца в Бахчисарае), нападениями на рус. войска.

В 1777 г. крымским ханом с правом передачи престола по наследству был избран Шагин-Гирей, лояльно настроенный по отношению к России. Его внутренняя политика, злоупотребление откупами и попытка создания придворной гвардии по российскому образцу спровоцировали в окт. 1777 - февр. 1778 г. народные волнения в К. В этой обстановке христ. общины К. (греки и армяне, подданные ханства) обратились с посланием к рус. имп. Екатерине II, в котором жаловались на постоянные притеснения со стороны мусульман и просили переселить их на территорию Российской империи. Российские власти положительно отнеслись к данной просьбе, в т. ч. ввиду сохранения угрозы высадки тур. десанта в К. Эту инициативу возглавил греч. митр. Игнатий (Газадини) Готский, к-рый после литургии 23 апр. 1778 г. в соборе Успенского пещерного мон-ря объявил своей пастве о переселении. По указу Синода РПЦ от 14 марта 1779 г. митр. Игнатий был включен в состав Синода с сохранением за ним древнего титула «Готский и Каффский». Переселением арм. общины руководил архим. Петр Маргос; группу католиков из К. возглавил пастор Якоб. Переселение состоялось в кон. 1779 г. К. покинули ок. 31 тыс. чел., которые составляли большинство христ. населения К. в то время; среди них было 18 395 греков, 219 грузин, 161 валах и 12 598 армян. С участием греч. общины был основан г. Мариамполь (ныне Мариуполь); армянами была основана колония Нов. Нахичевань на нижнем Дону (ныне в черте Ростова-на-Дону). Согласно составленной Бертье-Делагардом «Ведомости христианского населения, выведенного из городов и деревень Крыма в 1778 г., и оставшихся после него старых церквей в Крыму» на полуострове в это время оставалось ок. 125 известных греч. и арм. храмов, большинство из к-рых запустели.

Непопулярность Шагин-Гирея привела к тому, что крымская знать избрала ханом ставленника Османской империи Бахадур-Гирея II. В 1783 г. Шагин-Гирей был возвращен на крымский престол при помощи российских войск, однако это не привело к желаемой стабилизации обстановки в К. В результате 8 апр. 1783 г. имп. Екатерина II издала манифест о присоединении К., Таманского п-ова и земель до р. Кубань к России.

И. А. Завадская, В. В. Майков, Е. А. Зинько, В. Г. Пидгайко, Э. П. Г.

Христианская культура античного и средневек. К. по архитектурно-археологическим памятникам и предметам материальной культуры

Ранние памятники Херсонской епархии (IV-VI вв.)

Первые археологические раскопки в Херсонесе были проведены в 1827 г. на агоре морским инженером подпоручиком К. Крузе. Раскопки проводились в разных районах в кон. XIX-XX в., стали постоянными с 50-х гг. XX в.

Наиболее ранние бесспорно христ. памятники датируются в основном 2-й пол. IV-V в. Среди них - группа каменных надгробий, в т. ч. в виде крестов, с эпитафиями (Якобсон. 1959. С. 258-259; Мещеряков. 1978. С. 131; Виноградов. 2010. С. 123-141). Выделяется памятник мц. Анастасии, к-рая, возможно, почиталась как местная святая, а также надгробие в виде креста пресвитеров - 2 Стефанов и Христофора (Виноградов. 2010. С. 130-131, 140-141; Яшаева и др. 2011. № 25). Ранними христ. эпитафиями являются также списки имен, прочерченных по штукатурке в 2 склепах: № 1431 (7 жен. имен с крестами) и 2006 г. (9 имен с христограммой и изображениями кораблей) (Виноградов. 2010. С. 123-129). К наиболее ранним христианским надгробиям относят также стелы, в верхней части к-рых высечена 4-лепестковая розетка в круге (Созник, Туровский, Иванов. 1997). Аналогичные надгробия известны в Партените, на Бакле, на Бельбекском поселении, на Тепсене. Христ. символику имеют херсонесские светильники 2-й пол. IV-V в. с клеймами XPY на щитке и 8-лучевой «звездой» на донце, воспроизводившими христ. формулу «Свет Христов сияет для всех» (Залесская. 1988. С. 236). В Херсонесе найдены импортные светильники V в. с рельефными изображениями агнца, прор. Ионы, креста и хризмы (Яшаева и др. 2011. № 360-364). С кон. V в. в Херсонес из М. Азии и Сев. Африки привозили краснолаковые блюда со штампами в виде крестов, животных и птиц. Наиболее известно блюдо с изображением Иисуса Христа, окруженного 3 голубями (Голофаст. 1996; 2002; Яшаева и др. 2011. № 409).

Показательны склепы с полихромной росписью 2-й пол. IV - 1-й пол. V в., сооруженные для христианизированной знати города: 1903 г., 1853/1904 г., 1905 г., 2 склепа 1907 г., 1909 г., 1912 г., 2 склепа 1998-1999 гг., склеп 2003/06 г. Большинство подобных склепов расположено на юж. участке некрополя, у Загородного крестообразного храма, и на берегу Карантинной бухты; 2 склепа - к западу от городских ворот. Живопись (большая часть утрачена) покрывала потолки, стены и ниши-лежанки. Росписи близки по стилю, палитре, набору декоративных элементов. В нижней части стен, как правило, находилась имитация панелей мраморной облицовки, в верхней - символы райского сада (цветы, гирлянды, венки, виноградная лоза, деревья, плоды и птиц - голубей и павлинов). В склепах 1853/1904 и 1909 гг. имеется изображение мужской фигуры в тунике со свечой в руках. Декор на потолках в большинстве склепов составлял лавровый венок в центре, от к-рого к углам расходились 4 растительные гирлянды. В венке 2 склепов (1853/1904, 2003/06 гг.) сохранилась христограмма. На стене одной из лежанок склепа (2003/06 г.) в красный круг вписана эпитафия: «Аристон незабвенный, душа твоя с праведными». Символические элементы и декоративная система херсонесских склепов имеют аналогии в погребальных памятниках Болгарии, Греции и М. Азии. Особое место занимает склеп, исследованный в 1912 г. на земле помещика Н. И. Тура, к юго-западу от города. Первоначально в нем были 2 большие ниши. В центральной нише зафиксированы изображения 2 павлинов с лавровой гирляндой в клювах и цветов, на стенах - голубя, пальмовых ветвей или венка, меандрового орнамента, на потолке - гирлянды (?). Впосл. в центральной нише вырубили подобие небольшой апсиды с престолом, алтарной преградой и царскими вратами, в результате склеп мог служить пещерной церковкой. К этому времени, вероятно, относится композиция на правой стене с изображением женщины анфас и мужчины, обращенного к городу со стенами и с башнями. Исследователи интерпретируют этот сюжет по-разному: сцена из Жития святого; Иосиф и Мария на пути в Вифлеем; христиане в райском саду или направляющиеся к Граду Господнему; изображение Херсонеса; эпизод из Житий Херсонесских (Херсонских) священномучеников. (Магаричев и др. 2012. С. 176-181).

С образованием епархии началось церковное строительство. Согласно Житиям, 1-й храм в городе построили при еп. Еферии, по инициативе еп. Капитона возвели крещальню и храм во имя ап. Петра. В. В. Латышев отождествлял его с Уваровской базиликой. С. Б. Сорочан предположил, что храм св. Петра находился на сев.-вост. теменосе, где до этого, возможно, располагался языческий храм Девы, а в VI в. была построена Восточная базилика (Сорочан. 2005. С. 1272; не ранее сер. VII - ПЭ. Т. 7. С. 290). Вероятно, из ограды крещальной купели ц. во имя ап. Петра происходят 3 мраморные плиты с надписями и изображениями, связанными с почитанием ап. Петра, фрагменты которых были найдены при раскопках (Виноградов. 2005. С. 91-93; Сорочан. 2005. С. 879-880; Яшаева и др. 2011. № 7). Убранству церквей IV-V вв. могли принадлежать скульптуры «Добрый Пастырь», «Жертвоприношение Исаака» и «История Ионы» (Айналов. 1927; Колесникова. 1974. С. 55-64; Яшаева и др. 2011. № 2-4). Кон. IV-V в. датируют неск. фрагментов карнизов с посвящениями, к-рые также могли происходить из христ. культовых сооружений (Виноградов. 2010. С. 142-149).

Близ главной улицы в III квартале находится вырубленный в скале т. н. пещерный храм - 2-камерное сооружение с лестницей, маленькой апсидой на востоке и нишей на юге. Исследователи считают, что это «храм первых веков христианства», превращенный в крипту (К. Э. Гриневич), мавзолей знатного херсонесца V в. (Якобсон), храм-меморий IV-V вв. (Беляев), пещера Парфенона, в которой, согласно Житиям, прятался еп. Василий (Д. В. Айналов, Сорочан), 2-этажная церковь с криптой-усыпальницей XI-XII вв. (Ю. М. Могаричев). Над ним сохранились остатки типичной позднесредневек. часовни.

Церковное строительство V-IX вв.

Наиболее ранним археологически датированным церковным сооружением Херсонеса является небольшой однонефный храм на территории юж. некрополя (не ранее сер. V в.), его остатки были обнаружены в 1953 г. под полом Загородного крестообразного храма.

В кон. IV - 1-й пол. V в. христ. община в Херсонесе сосуществовала с грекоговорящей иудейской общиной. По мнению ряда исследователей, община владела культовым сооружением с апсидой и нартексом, остатки к-рого были открыты в сев. районе под христ. Базиликой 1935 г. Поверх настенной росписи в этой предполагаемой синагоге были процарапаны евр. имена: Енох, Иуда, Исаия - и надписи на иврите, одна из к-рых была восстановлена и переведена Э. Эшель: «…тот, кто выбрал Иерусалим [т. е. Бог] […благословит] Ананию из Боспора… Аминь, Аминь Sela» (Оверман, Макленнан, Золотарев. 1997). В фундаменте верхней христ. базилики находилась известняковая плита с вырезанными изображениями меноры, лулава и шофара (Жеребцов. 1963. С. 210; Соломоник. 1997. С. 15; Яшаева и др. 2011. № 24). Во 2-й пол. VI в. на руинах синагоги построили большую христ. базилику.

Базилика, открытая в 1935 г. в Херсонесе. VI–Х вв.Базилика, открытая в 1935 г. в Херсонесе. VI–Х вв.Активные культурно-религ. связи Херсонеса (Херсона) с др. регионами империи, прежде всего М. Азией, способствовали распространению в городе почитания нек-рых христ. святых. Свидетельствами почитания св. Фоки Синопского, покровителя мореплавателей, являются глиняный медальон-евлогий VI в. и круглый керамический штамп для оттиска этого медальона с греч. надписью: «Благословение св. Фоки нищеприимного дома Херсона» (Латышев. 1899. С. 30-34. № 42; Яшаева и др. 2011. С. 91. № 371-372). Вероятно, храм св. Фоки с богадельней для нищих находился в портовом районе, где были сделаны эти находки. В том же районе обнаружен штамп VI в. для изготовления евлогий с изображением предположительно св. Лонгина Сотника и греч. надписью, реконструируемой В. Н. Залесской как «Благословение св. Лонгина Криния». По мнению Залесской, греч. слово Κρηνέος (Криний) обозначает топоним «у источника», определяющий местоположение храма св. Лонгина в Трапезунде. Т. о., почитание этого святого проникло в Херсон, вероятно, из Трапезунда (Яшаева и др. 2011. С. 91. № 373). При раскопках юж. района города найден штамп с изображением 2 святых, который мог происходить из христ. сооружения (храма или больницы), посвященного св. Георгию или св. Феодору (Латышев. 1899. С. 34-37; Сорочан. 2005. С. 973-977; Яшаева и др. 2011. № 370). Ампула-евлогия св. Мины VI в. была привезена из Египта, возможно, паломником (Яшаева. 2005. С. 203; Яшаева и др. 2011. № 369).

«Базилика в базилике» (№ 15) в Херсонесе. VI в.«Базилика в базилике» (№ 15) в Херсонесе. VI в.В VI в. христианизация Херсона достигла наивысшего подъема. Археологические раскопки на городище и в округе выявили остатки церквей и храмовых комплексов ранневизантийского периода (Бертье-Делагард. 1893; Он же. 1907; Айналов. 1905; Якобсон. 1959; Романчук. 1986; Pülz. 1998; Беляев. 1999; Зубарь, Хворостяный. 2000; Сорочан, Зубарь, Марченко. 2000; Завадская. 2000; Она же. 2001; Ранневизант. сакральные постройки. 2004; Хрушкова. 2004; Сорочан. 2005; Romančuk. 2005). Среди них - крупные базилики, крестообразные и центрические храмы, малые однонефные церкви. Вдоль побережья в сев. части городища расположены 6 из 11 открытых базилик: Западная базилика (№ 13 по списку ИАК), базилики 1932 и 1935 гг., Северная базилика (№ 22), т. н. Уваровская базилика (№ 23), Восточная базилика (№ 36), на юго-западе - базилика Крузе (№ 7), на центральной площади - базилика № 28, в зап. кварталах - базилика на холме (№ 14), базилика в базилике (№ 15) и базилика № 17. Они близки по конструктивным, плановым характеристикам и убранству. Изначально имели полукруглую или 5-гранную снаружи апсиду, 3 нефа, нартекс, в 4 случаях - экзонартекс. Лишь базилика Крузе и небольшой базиликальный храм в комплексе т. н. Уваровской базилики имели триконхиальную апсиду. Крыши из деревянных стропил были перекрыты черепицей. Наос делился на нефы 2 рядами мраморных колонн с капителями, в систему убранства входили мраморные архитектурные элементы и детали литургических устройств, большинство из них происходят из мастерских о-ва Проконнес в Мраморном м. (Пропонтиде). Полы покрывали мраморные плиты или полихромные мозаики (чаще в боковых нефах). Как правило, алтарные конхи были украшены мозаикой, стены - росписью или мраморной облицовкой. Базилики являлись центрами комплексов, состоявших из разных по времени и назначению сооружений (мартирии, баптистерии и др.).

Крупнейшим кафедральным храмом Херсона и средневек. К. была т. н. Уваровская базилика (№ 23 по списку ИАК; размеры 22,4×52,5 м) - центр епархиального комплекса, расположенного в сев.-вост. части городища; первые раскопки базилики проведены в 1853 г. гр. А. С. Уваровым. С запада к ней примыкал атриум с фиалом, далее, возможно, располагалась резиденция епископа. В юж. части комплекса находился купольный баптистерий с круглой купелью в центре. Происходящий из ее юж. нефа мозаичный пол и некоторые мраморные детали хранятся в ГЭ. Вероятно, она была посвящена св. апостолам Петру и Павлу. Датировка Уваровской базилики является предметом дискуссий и определяется исследователями в диапазоне от IV до VII в. Находка монет императоров Юстина II и Тиберия II Константина в колодце под зап. стеной нартекса и в канале купели крещальни позволяет датировать комплекс не ранее 70-х гг. VI в. (Косцюшко-Валюжинич. 1902. С. 80; Завадская. 2000. С. 79-80; Сорочан. 2005. С. 768-769). Впосл. комплекс неоднократно перестраивался, но сохранял функции епископального центра.

«Храм с ковчегом» (№ 19) в Херсонесе. Не ранее VI в.«Храм с ковчегом» (№ 19) в Херсонесе. Не ранее VI в.К наиболее значимым церквам относится Западная базилика (№ 13) (размеры 20,8×39,0 м), расположенная в сев.-зап. углу городища, на участке античного некрополя, между античной и ранневизант. оборонительными стенами; она являлась кафоликоном загородного мон-ря. Отождествляется с церковью (домом) св. Леонтия, в к-рой останавливалась процессия с мощами св. Климента на пути в кафедральный храм. В центре алтаря под декоративной мраморной вымосткой (opus sectile) в крестообразном углублении найдены фрагменты мраморной мощехранительницы в виде саркофага с крышкой. К сев.-вост. углу базилики примыкала крещальня, в которой помимо небольшой купели в центре апсиды находились 4 могилы, возможно, священников или монахов. В них найдены частицы ткани с золотыми нитями, серебряные фрагменты оклада Евангелия, листья лавра. К крещальне был пристроен крестообразный мартирий с 7 могилами (утрачен) и подземным склепом, превращенным в оссуарий. Рядом с базиликой находилась часовня, возведенная над склепом с кирпичным сводом. Некоторые исследователи отождествляют ее с мартирием свт. Василия, 1-го еп. Херсона (Сорочан. 2005. С. 841-844; Могаричев и др. 2012. С. 175). Согласно археологическим данным, базилика была построена не ранее 550 г. (возможно, в эпоху Юстиниана I), разрушена в кон. X в.

В тот же период, что и базилики, были построены церкви в форме равноконечного креста: храм № 27 на агоре, храм с ковчегом (№ 19) и Загородный крестообразный храм (избранная лит-ра: Косцюшко-Валюжинич. 1904. С. 31-53; Айналов. 1905; Бертье-Делагард. 1907; Якобсон. 1959. С. 198-204, 237-246; Домбровский, Паршина. 1960; Лосицкий. 1988; Домбровский. 1993; Он же. 2004. С. 65-86; Тункина. 2002. С. 508-527; Завадская. Еще раз о датировке. 2003; Сорочан. 2005; Он же. 2009; Хрушкова. 2005. С. 393-420; Она же. 2007; Виноградов. 2009). Храм № 27 открыт в 1827 г. (тогда его стены достигали 3 м), сохранились синтрон, мраморный амвон, мозаичный пол, каменные гробницы у стен. По сторонам алтаря находились 2 пастофория: южный - сводчатый с апсидой и северный, вероятно более поздний,- прямоугольный. Храм отождествили с ц. св. Василия, где, согласно нек-рым летописям, был крещен равноап. кн. Владимир. После дополнительных раскопок, выявивших остатки еще неск. церквей, включая ранневизант. базилику № 28, на агоре в 1861-1891 гг. возвели собор во имя равноап. кн. Владимира, в его нижнем храме экспонируются реконструированные остатки крестообразного храма.

Храм с ковчегом (№ 19) являлся культовым центром юж. района города. Сооружен не ранее VI в. около оборонительной стены (куртина 15) над засыпанными остатками античного театра IV в. до Р. Х.- IV в. по Р. Х. В 1897 г. под плитой престола был обнаружен серебряный реликварий с частицами мощей, завернутыми в ткань (1000-летие русской худож. культуры. М., 1988. С. 172, 371, 380. Кат. 217; Наследие. 2011. № 97), получивший наименование «херсонесская мощехранительница» (сер. VI в., ГЭ). Стенки реликвария украшены штампованными крестами и медальонами с погрудными изображениями Христа, апостолов Петра и Павла, Богоматери, 2 архангелов и 2 юных святых (вероятно, Сергия и Вакха). На дне и внутренней стороне крышки - 4 клейма с монограммами имп. Юстиниана I. Реликварий изготовлен в К-поле. Большинство исследователей датируют по нему строительство храма. В полукруглой апсиде церкви сохранился 4-ступенчатый синтрон с архипастырским креслом. На мраморном полу в центре храма в год открытия были зафиксированы остатки мраморного амвона к-польского типа. С обеих сторон алтарной части находились пастофории. В небольшую апсиду сев. пастофория вмонтирован резервуар из цельного камня, украшенный резными изображениями креста в арке и 2 кипарисов (или пальмовых ветвей). Одни исследователи считают резервуар купелью, а помещение - крещальней; другие видят в нем раковину для мытья священных сосудов, а в помещении - диаконник. Храм неоднократно перестраивался, на позднем этапе существования города был превращен в оссуарий; разрушен при пожаре одновременно с городом в кон. XIV в.

Загородный крестообразный храм на территории вост. некрополя - один из наиболее значимых христ. памятников Херсонеса. Раскопан в 1902 г., доследовался в 1906, 1953 гг. Первоначально храм с цемянковым полом имел 4 входа - по одному в каждой торцовой стене прямоугольных ветвей и представлял собой меморий над остатками небольшой однонефной церкви, самой ранней из ныне известных. Позднее его перестроили: в вост. ветви заложили дверной проем и устроили алтарь с предалтарной преградой и мраморным полом. Храм декорировали мозаичным полом с геометрическим орнаментом и 2 квадратными композициями с сосудами, птицами и лозой, видимо символизирующими св. Причастие. В тот же период возвели юж. пастофорий, в его апсиде был устроен Т-образный резервуар, назначение к-рого, как и назначение аналогичных памятника и помещения при храме с ковчегом (№ 19), вызывает разногласия среди исследователей. Возможно, тогда же к северу от храма соорудили небольшую часовню с 2 помещениями и оградили комплекс каменной стеной. Перестройка храма и его превращение в кафоликон мон-ря датируются по монетному кладу из кладки резервуара временем имп. Юстиниана I. Важной составляющей монастырского комплекса являлась галерея, высеченная в скале под храмом и ведущая к колодцу (Бертье-Делагард. 1907. С. 33-42). Вероятно, это сооружение являлось агиасмой (Сорочан. 2009). Комплекс Загородного крестообразного храма отождествляется с мон-рем Пресв. Богородицы Влахернской. Согласно Житию св. Мартина, папы Римского, сосланного в Херсон в 655 г., он был похоронен в «драгоценном, богато украшенном храме» или мон-ре (по разным редакциям) Пресв. Богородицы Влахернской, расположенном на кладбище на расстоянии одной стадии (200 м) от города. Как установили С. П. Шестаков и Айналов, этим храмом мог быть лишь описанный выше крестообразный храм. Согласно источникам, гробница св. Мартина была местом паломничества до кон. XVI в.

Евхаристическая чаша. Мозаика из «Базилики в базилике» в Херсонесе. VI в.Евхаристическая чаша. Мозаика из «Базилики в базилике» в Херсонесе. VI в.Уникальным для К. является храм-тетраконх (№ 47), расположенный в юго-зап. части городища вблизи Западных (Святых) ворот. Его построили в сер.- 3-й четв. VI в. над засыпанным позднеантичным бассейном. Храм является крупнейшим (примерно 21,0×21,0 м) среди близких к нему по типу (Лепер. 1911; Кутайсов. 1982; Могаричев и др. 2012; Гриневич. 2013). Массивные стены (толщиной 1,6 м) и пилоны (3 м), сложенные в технике opus mixtum, венчал купол. Изначально в храме было 7 дверей, в т. ч. 2 - в вост. апсиде, что исключает наличие там алтаря. Пол покрывала мозаика с изображениями павлина, голубя, орла и виноградной лозы (утрачена). Под полом обнаружены остатки печи для обжига извести. На этом основании Гриневич сделал вывод о том, что тетраконх соорудили в память о чуде еп. Капитона, который, согласно Житиям Херсонесских священномучеников, вошел в горящую печь и вышел оттуда невредимым. Большинство исследователей согласны, что именно это житийное событие послужило поводом к строительству мартирия свт. Капитона над остатками печи в эпоху создания Житий.

Хронология ранневизант. церковной архитектуры Херсона остается дискуссионной, поскольку церкви были раскопаны в кон. XIX - нач. XX в., когда методы фиксации и датировки археологического материала не были разработаны. Одни и те же памятники датируются в диапазоне IV-X вв. Тем не менее археологические данные, конструктивные и типологические особенности храмов позволяют утверждать, что наиболее активное церковное строительство началось в эпоху имп. Юстиниана I (527-565), продолжалось до кон. VI - нач. VII в. и знаменовало успехи в христианизации К.

Прокопий Кесарийский упоминал о строительстве при имп. Юстиниане I в регионе 2 крепостей - в Алустоне (Алуште) и Горзувитах (Гурзуфе), остатки к-рых обнаружены при археологических раскопках (Якобсон. 1954; Мыц. Ранний этап строительства. 2002). В Горзувитах открыты также 2 однонефных небольших храма, расположенные один над другим, ранний из них датируют VI-VII вв. Ранний период многослойного храмового комплекса в Алустоне относят к VIII в. (хазар. времени) (Мыц. 1989. Л. 11). В постюстиниановский период до кон. VI в. византийцы построили ряд крепостей в горной части полуострова, их остатки открыты на плато Мангуп, Эски-Кермен, Чуфут-Кале, Тепе-Кермен, на Бакле (Герцен. 1990; Айбабин. 1999. С. 111-124, 143-146; Он же. 2007). В столице Дори, г. Доросе, к-рый находился на плато Мангуп, а также в крепости на плато Эски-Кермен одновременно с оборонительными стенами было возведено по одной 3-нефной базилике (Якобсон. 1940; Он же. 1959. С. 195-197; Тиханова. 1953; Бармина. 1983; Кирилко. 1997; Паршина. 1988; Лосицкий, Паршина. 2002). Типологически, конструктивно, а также по декоративному убранству они подобны херсонесским. Комплекс Мангупской базилики включал неск. культовых сооружений, в т. ч. крещальню. Мангупская и Эски-Керменская базилики неоднократно перестраивались и восстанавливались и, вероятно, оставались главными городскими храмами до конца истории своих городов. В ранневизант. период приходы с церквами скорее всего появились и в др. крепостях и поселениях обл. Дори. Остатки ранней церкви, перекрытой храмом IX-XIII вв., зафиксированы, напр., на Баклинском городище (Рудаков. 1984. С. 39; Юрочкин. 2009. С. 279-287). Первоначальный храм на поселении Пампук-Кая, расположенном на скальном мысе над долиной р. Бельбек, Якобсон относил к VI-VII вв. Не исключено, что уже в начале существования эмпория Партениты, появившегося к кон. VII - нач. VIII в. на юж. побережье, была построена 3-нефная базилика, впосл. ставшая кафоликоном мон-ря апостолов Петра и Павла, связанного с именем еп. Иоанна Готского. Хронология и атрибуция Партенитской базилики остаются предметом дискуссий.

О христианизации местного населения свидетельствуют материалы многочисленных некрополей обл. Дори. Влиянием христ. погребального обряда объясняют прекращение кремации у германцев с сер. V в. Наиболее ранние предметы с христианской символикой относятся к 1-й пол. VI в. (краснолаковая миска и пряжка с кербшнитным орнаментом с крестом - Айбабин. 1999. С. 83). Со 2-й пол. VI-VII в. в погребениях появляются нательные кресты, амулеты, пряжки и перстни с христ. декором и монограммами, медальоны с изображением св. Мины, св. всадника, павлина. В ожерельях могло быть до 4 крестов вместе с др. оберегами. Тем не менее количество предметов с христ. символами, учитывая число погребенных, не очень велико, поскольку ношение этих предметов и захоронение их с усопшим в христ. среде в то время не были обязательными (Хайрединова Э. А. 2007; Она же. 2014). Основную массу культовых предметов привозили из Херсонеса. Одни из них были визант. происхождения, другие изготавливались в херсонесских и местных мастерских, в т. ч. по визант. образцам.

С VI в. в некрополях Херсона и Юго-Зап. К. продолжали хоронить в погребальных сооружениях традиц. типов - склепах, в вырубных, грунтовых, плитовых могилах (Репников. 1907; Якобсон. 1959; Айбабин. 1990; Он же. 1993; Он же. 1999. С. 91-201; Веймарн, Айбабин. 1993; Сорочан. 2005. С. 1031-1095; Фомин. 2011. С. 121-202). Над некоторыми устанавливали каменные надгробия в виде креста или с изображением креста. Изображения крестов иногда помещали над входом, на стенах и потолках склепов. Два склепа с христ. символикой открыты на могильнике у подножия Баклинского городища: в одном зафиксированы 2 прочерченных на стенах креста, в другом - 8, нанесенных красной краской (Юрочкин. 2009). Постепенно количество инвентаря (посуда, украшения, оружие, орудия труда, монеты) в христ. погребениях сокращалось. Укрепление влияния Церкви и христианства способствовало унификации погребального обряда. С IX-X вв. доминировали христ. безынвентарные могилы - простые грунтовые или перекрытые плитами. Захоронения совершались преимущественно в прихрамовых некрополях. Вблизи храмов находились также гробницы-костницы, в которых перезахоранивали костные останки. Нек-рые позднеантичные склепы использовались для многократных, многоярусных ингумаций (до неск. сот погребенных в одном сооружении) (Сорочан. 2005. С. 1046-1066).

Отсутствие археологических слоев 2-й пол. VII-X в. (за исключением неск. засыпей цистерн и колодца) позволило Якобсону (Якобсон. 1959. С. 36-43) предположить, что на это время пришелся упадок экономики, обнищание и почти вымирание города. Но накопленные в последние десятилетия данные доказывают, что Херсон продолжал оставаться развитым провинциальным визант. городом со стабильными товарно-денежными отношениями, ремесленным производством, широкими торговыми связями и сравнительно высоким уровнем благоустройства (Романчук. 1972. С. 42-51; Айбабин. 1999. С. 164-170; Сорочан. 2005. С. 297-321, 451-488). В городе сохранялась потребность в большом количестве христ. храмов - функционировали все храмы VI - нач. VII в., церковная орг-ция могла поддерживать их. Вероятно, в кон. VIII - нач. IX в. вблизи зап. оборонительной стены был построен т. н. Западный загородный храм, представлявший собой небольшую крестообразную кладбищенскую церковь (10,0×10,8 м) (Романчук. 1990).

Церковное строительство в IX-XIV вв.

В Херсоне открыты фундаменты и нижние ряды кладки стен неск. небольших крестово-купольных церквей. Их планы и строительная техника различны. В ряде храмов зафиксированы части предалтарных преград, в апсидах - престольные столбики или колонки, иногда с высеченными крестами, в центральных апсидах 2 храмов - остатки синтронов. Нек-рые храмы были богато украшены: полы вымощены каменными плитами, на стенах имелись росписи, мозаики, резной мраморный декор (в слоях разрушения обнаружены их фрагменты). Наиболее ранним считается храм № 29 на агоре с апсидой и изолированными угловыми помещениями, к-рый Якобсон датировал сначала VIII в., потом 2-й пол. IX - нач. X в.

С X-XI вв. в Херсоне начали возводить 3-апсидные крестово-купольные храмы на 4 свободно стоящих опорах (колоннах или столбах). Все они принадлежат к т. н. простому типу, поскольку не имеют дополнительного пространства перед алтарем в отличие от храмов т. н. сложного типа, характерных для столичной архитектуры. Шестистолпный храм № 34 на сев. берегу имел 2 этажа. На нижнем располагалась усыпальница, 6 крестообразных в плане столбов к-рой служили основанием для опор помещения церкви на верхнем этаже. Две пары вост. опор (вероятно, колонн) поддерживали купол на барабане, соединенные арками зап. опоры отделяли узкий нартекс. Стены не имели членений. Пол центральной части был покрыт фигурной вымосткой opus sectile с композицией из кругов со сплетенными с ними кругами-петлями; конху и, возможно, своды покрывала мозаика (Айналов. 1905. С. 24-25; Якобсон. 1950. С. 231-234; Он же. 1984; Он же. 1988. С. 168-169; Khrushkova. 2011. Р. 509-511). Близкими по устройству были храмы № 9 с подземной усыпальницей и № 4 в зап. части городища, датируемые X-XI вв. (Айналов. 1905. С. 99-100, 125-126; Якобсон. 1950. С. 235-237; Романчук. 2007. С. 230-232).

1-й пол. XI в. датируют 2 трехапсидных храма, одинаковые по размерам, плану и строительной технике. Один из них был раскопан в 1987 г. в квартале № 7 (т. н. базилика 1987 г.) (Сазанов. 2000), 2-й - в 2004-2005 гг. в квартале № 60 (Бернацки, Кленина. 2006. С. 38-39). Оба они имитировали крестово-купольную 4-колонную композицию и могли быть перекрыты лишь стропильной крышей.

Пятиапсидный храм в зап. части городища (квартал № 55) в Херсонесе. 2-я четв.— сер. XI в.Пятиапсидный храм в зап. части городища (квартал № 55) в Херсонесе. 2-я четв.— сер. XI в.2-й четв.- сер. XI в. датируют уникальный для Херсона 5-апсидный храм в зап. части городища (квартал № 55). Как показали исследования 2001-2003 гг., он был построен на месте более ранней 3-апсидной церкви и являлся центром монастырского комплекса, обнесенного оградой. В его основе - крестово-купольная композиция с 4 миниатюрными замкнутыми угловыми помещениями с апсидами; с севера и юга примыкали удлиненные приделы-капеллы с апсидами, с запада - узкий нартекс и более поздний экзонартекс. С севера к храму пристроен прямоугольный баптистерий с купелью в форме равноконечного креста, высеченный из цельной глыбы известняка - вероятно, самый поздний в Херсоне. В сильно выступающей центральной апсиде храма находился 2-ступенчатый синтрон (Brunov. 1932; Якобсон. 1959. С. 218-219; Сорочан. 2004; Бернацки, Кленина. 2006. С. 39-40).

В поздневизант. период в городе продолжали сооружать крестово-купольные церкви. Не ранее XII-XIII вв. Якобсон датирует 2 трехапсидных 4-столпных храма - № 21 и № 6. Храм № 21 имел многогранные апсиды и расчлененные пилястрами стены, облицованные гладкотесаными камнями. В храме № 6, сильно разрушенном пожаром, опорами купола служили 4 колонны. Стены сохранили остатки облицовки, аналогичной храму № 21. Под полом находилась сводчатая усыпальница. В апсиде в специальном углублении обнаружена мраморная мощехранительница в виде саркофага (Айналов. 1905. С. 122, 126-128; Якобсон. 1950. С. 238-242; Романчук, Лосицкий. 1985. С. 115-120). Крестово-купольной 4-колонной была и сильно разрушенная церковь № 25 к западу от агоры, построенная на 4 цистернах, одна из них служила усыпальницей. В районе церкви до ее раскопок в 1890 г. были найдены фрагменты каменной арки, вероятно служившей входом в усыпальницу с поминальной надписью, в к-рой умерший в 1183 г. назван иером. Петронием (Латышев. 1896. С. 33-34. № 27; Айналов. 1905. С. 64; Романчук. 2000. С. 231-232; Бернацки, Кленина. 2006. С. 41). Однако надпись могла появиться позднее, и нет уверенности, что она принадлежала именно этой церкви.

В средне- и поздневизант. период продолжали функционировать мн. ранневизантийские церкви. В базиликах, расположенных в вост. части города, боковые нефы, отделенные от центрального сплошными стенами, были превращены в места для захоронений. На месте разрушенных в кон. X в. храмов в зап. части городища в XI-XIII вв. возвели небольшие 3-нефные базилики (на месте базилик № 14, № 15, 1935 г.) и однонефные часовни (на месте базилики № 17, 1932 г., Западного загородного храма). Такие церкви-часовни появились практически в каждом городском квартале (Якобсон. 1959. С. 245-246; Романчук. 2000. С. 234-243; Рыжов. 2004). Церкви стали центрами приходских кладбищ, внутри их и вокруг них совершались многочисленные захоронения священников и прихожан, в нек-рых зафиксированы многослойные погребения мужчин, женщин и детей.

Церкви и мон-ри строились также на Гераклейском п-ове, территория которого входила в Херсонесскую епархию. Остатки нескольких пещерных монастырских комплексов XIII-XV вв. изучены в Сарандинакиной балке, на мысах Виноградный и Фиолент (Яшаева. 2006).

Настенная культовая декорация Херсона IX-XIV вв.

представлена многочисленными фрагментами росписей и мозаик в слоях разрушений. В конхе апсиды однонефного храма № 16 в зап. части города в 1889 г. был обнаружен фрагмент фрески с правой частью Лика Богоматери в темном мафории IX-X вв., вероятна и более поздняя дата (Бернацки, Кленина. 2006. С. 40; Яшаева и др. 2011. № 498). В ранневизант. храме Пресв. Богородицы Влахернской (Загородном крестообразном) в 1902 г. были зафиксированы 3 слоя штукатурки разного времени с фресками. Сохранились фрагменты фигур святых с греч. надписями, напр. лик юного святого (кон. XIII-XIV в.; Извлечение из отчета. 1904. С. 37-39; Яшаева и др. 2011. № 499).

Уникальным для К. памятником живописи к-польской школы 1-й пол. XIV в. является фресковый образ Божией Матери с Младенцем, обнаруженный при раскопках генуэзской крепости Чембало (Балаклава). Судя по форме, он помещался в стрельчатом тимпане. Вероятно, после захвата К. турками в 1475 г. фреска была захоронена во дворе барбакана (Отчет. 2005. С. 21, 70-73; Яшаева и др. 2011. № 500).

Предметы христианской утвари и благочестия X-XIV вв.

В Херсонесе собрана богатая коллекция предметов церковной утвари и личного благочестия. Часть из них была привезена из визант. и древнерус. центров, другие изготовлены местными ремесленниками. К визант. импорту относят бронзовые иконы X-XII вв. 2 видов. Массивные литые иконы с доработкой чеканом и гравировкой близки к к-польским образцам (золоченая икона Божией Матери с Младенцем, XII в.). Иконы, штампованные из тонкого бронзового листа с доработкой чеканом, связывают с мастерскими малоазийских греков (золоченая икона с изображением святых Кира, Лукиллиана и Иоанникия (X-XI вв.), иконы «Чудо арх. Михаила в Хонех с донатором Иоанном» (XI в.), «Христос Пантократор», Деисус, «Сошествие во ад» (XI-XII вв.), «Христос на троне» (XII в.), «Христос на троне в окружении святых» (XIII в.), бронзовый золоченый диптих с чеканными крестами под арками (кон. XI - нач. XII в.; Яшаева и др. 2011. № 149, 139, 141, 133, 135, 136, 151)). Обе техники были освоены местными мастерами, использовавшими визант. модели (Банк. 1978. С. 65-67). К местной продукции относят литые бронзовые образки, медальоны, Деисус с изображением святых (X-XI вв.), а также чеканную золоченую круглую икону XI-XII вв. «Христос Пантократор» (Яшаева и др. 2011. № 142-146, 137, 134). Свидетельствами местного производства предметов христ. утвари являются неск. каменных форм для отливки крестиков-тельников и медальона IX-X вв. с поясным изображением святого и надписью: «Господи, помоги носящему, аминь!», а также крест с Распятием XII-XIII вв. (Яшаева. 2004. С. 101-104; Наследие. 2011. № 50, 52).

Из Византии в Херсон поступали литые и чеканные бронзовые процессионные кресты IX-XI вв. с гравированными изображениями Божией Матери и арх. Михаила, Христа Пантократора, св. Никиты оранта, из Сиро-Палестинского региона происходит крест с изображением Иоанна Богослова (Яшаева и др. 2011. № 179-181, 183). Ближневост. происхождение имеют кресты-энколпионы X-XI вв. с чеканными и гравированными изображениями Распятия с предстоящими и Богоматерью, а также энколпион со сценами «Вознесение» и «Преображение», инкрустированными серебром (Залесская. 1964; Яшаева и др. 2011. № 186-195). Вероятно, из Никомидии привезен энколпион рубежа XII и XIII вв. с изображением св. Фотия (Яшаева и др. 2011. № 197).

В Херсонесе обнаружены также древнерус. кресты-энколпионы XII-XIII вв. с изображениями Распятия и Пресв. Богородицы, а также святых Бориса и Глеба (Корзухина. 1958. С. 135-137; Якобсон. К истории. 1958. С. 119-125; Яшаева и др. 2011. № 198-202). Уникален древнерус. бронзовый 6-конечный киотный крест кон. XII - 1-й четв. XIII в. с изображениями Распятия и святых, в числе к-рых - Борис и Глеб. По мнению В. Г. Пуцко, он был изготовлен в Киеве к-польским мастером. Киотный крест вместе с 2 рус. энколпионами и частями церковной лампады был обнаружен в квартале № 17, где, как считал Якобсон, находился дом рус. священника (Белов, Якобсон. 1953. С. 148; Пуцко. 1999. С. 168; Яшаева и др. 2011. № 185). К группе древнерусских церковных предметов относят также нек-рые бронзовые кресты-тельники, каменные кресты-«корсунчики», крестики с эмалью (Колесникова. 2006. С. 130-132, 137; Яшаева и др. 2011. № 204, 205).

Вырезанные из стеатита иконы, кресты и образки XI-XIII вв. происходят из визант. центров, прежде всего К-поля и Фессалоники (Банк. 1978. С. 89-114). На стеатитовых иконах сохранились следы позолоты, иногда краски. Особенно популярными были изображения св. воинов Георгия, Феодора, Димитрия. В разных вариациях они представлены на 3 иконах из стеатита и одной из темного сланца (Яшаева и др. 2011. № 37-39, 43). На стеатитовых иконах встречаются сцены «Благовещение», «Рождество Христово», «Вознесение», а также изображения Христа Пантократора, Богоматери с Младенцем, Богоматери на троне (Там же. № 40-42, 44, 45; Банк. 1978. С. 99). Стеатитовый 2-сторонний образок-евлогия XII в. с 6-конечным крестом и крестом в круге, вероятно, был произведен в М. Азии (Яшаева и др. 2011. № 46).

X-XI веками датированы миниатюрные резные пластинки из слоновой кости, вероятно происходящие из Фессалоники (пластинка с изображением св. Димитрия и креста на оборотной стороне, служившая створкой складня), или более многочисленные работы местных мастеров из костей домашних животных (миниатюрный образок с изображением свт. Николая, пластинка-иконка от ларца (реликвария?) с изображением ап. Луки, пластины от шкатулки с резными крестовидными розетками в круге). Найдены также пластины разной формы с изображениями животных, птиц, с растительным и геометрическим орнаментом для украшения шкатулок культового и светского назначения, а также погребальных покровов. К предметам церковной утвари относятся происходящие из центров Вост. Средиземноморья литые бронзовые кацеи (кадильницы) XI-XIII вв. с гравировкой, в т. ч. одна - с изображением Христа Пантократора, а также курильницы, лампады, лампадофоры, фрагменты хоросов. Сохранились фрагменты серебряного потира с евхаристической надписью и именами Константина и Константа (?) (Там же. № 100, 152-159, 161-163, 165-171, 314-316, 336-356).

И. А. Завадская

Боспорская епархия

Немногие археологические свидетельства существования небольших христ. общин во 2-й пол. III - нач. IV в. найдены в приморских поселениях и портовых городах Боспора. Из Пантикапея, Феодосии и Китея происходят перстни III в. с христ. символикой. В захоронении III в. у с. Новоотрадного на азовском побережье Боспора был найден бронзовый перстень с овальной сердоликовой геммой с изображением креста и 2 рыб. В Керчи и Феодосии обнаружены 2 геммы III-IV вв. с христ. символами. В коллекции Керченского историко-культурного заповедника хранится пряжка IV в. с квадратной сердоликовой вставкой, найденная предположительно в районе боспорского города-крепости Илурат. На вставке вырезан крест, фланкированный изображениями птиц (Арсеньева. 1963. С. 195. Рис. 3; Diatroptov. 1999. Р. 224).

С кон. III в. в некрополях Крымского Приазовья появляются грунтовые склепы с лежанками, в к-рых совершались многочисленные подзахоронения. На сев. склоне горы Митридат на некрополе Пантикапея III-VI вв. картографировано более 300 грунтовых склепов (Зинько. 2003), среди к-рых имеются содержащие росписи и предметы с раннехрист. символикой: треугольником (знак Св. Троицы), виноградом (таинство Причащения), деревом (символ рая), кораблем (знак Воскресения), птицей (знак бессмертия души верующего), орлом (символ неофита), фигуры с нимбами и крестами в круге (склепы 1890 и 1901 гг.). Изображение красного креста в круге с буквами «альфа» и «омега» над плывущим кораблем зафиксировано в склепе № 2 на некрополе в Китее (Гайдукевич. 1959. С. 229). При исследовании Пантикапейского некрополя в кон. XIX - нач. XX в. было открыто 6 склепов с христ. символами и найдено более 20 надгробий (Кулаковский. 1891; Он же. 1896; Ростовцев. 1914. С. 405, 414, 415, 435). Ныне открыты еще 5 ранее неизвестных склепов с христ. символикой (склепы № 2, 11, 16 «Система 2000 г.», № 46 «Система 2003 г.», № 5 «Система 2004 г.»). В 3 из них стены и свод камеры украшены изображениями крестов (Зинько. 2001. С. 70-72; Она же. 2004. С. 311). С V в. крест становится главным, часто единственным христ. символом декора погребальных камер (Она же. 2003. С. 89). В склепе, открытом в 1890 г. на некрополе Пантикапея, на стенах камеры красной краской нанесены 15 крестов, тексты 2 молитв и цитаты из псалмов 90, 120, 26 и, вероятно, 101. В конце молитвы «Трисвятое» в центральной нише упомянуты имена погребенных - Саваг и Фаиспарта. В одной из надписей указана дата - 491 г. Изображения 4 крестов сопровождаются буквами «альфа» и «омега», последняя напоминает изображение якоря. Еще один крест был высечен на камне, закрывавшем вход в склеп (Кулаковский. 1891). Аналогично был оформлен склеп, открытый в 1895 г.: в нем зафиксированы тексты молитвы «Трисвятое», Пс 90 и изображения 4 крестов (Он же. 1896). К числу уникальных относится открытый в 1900 г. склеп с росписью (Ростовцев. 1914. С. 413; ныне в собрании ГЭ).

К ранним памятникам христианства принадлежат надгробия с изображениями крестов и раннехрист. эпитафиями. К IV в. относят надгробия Евтропия, Евпрепия, Платона, Агораста, сына Луя, Трифона, сына Агафа, Устана, сына Нейкифора. Наиболее ранним считается надгробие Евтропия - известняковая плита с надписью, к-рой предшествует прочерченный крест. Дата 601 г. указана по боспорской эре и соответствует 304 г. по Р. Х. В центре плиты высечен крест с расширяющимися ветвями. 1-й пол. IV в. датируется известняковое надгробие с вырезанной греч. надписью: «Трифон, сын Агафа, прекрасно проживший жизнь, покоится здесь. Карбан поставил». Над надписью - хризма и буквы «альфа» и «омега» со следами красной краски. Вероятно, в IV в. для христ. богослужений приспосабливали заброшенные постройки античных некрополей Пантикапея, Илурата, Китея, оформление к-рых дополняли крестами (Шкорпил. 1900. С. 59; Он же. 1912. С. 18-28. № 9; Кубланов. 1979. С. 94-95. Рис. 1-3; Диатроптов, Емец. 1995. С. 17, 20, 23; Diatroptov. 1999. Р. 234).

Принятие христианства как гос. религии и включение боспорских земель в состав Византийской империи создали предпосылки для завершения христианизации Боспора. Вероятно, в кон. V - 1-й пол. VI в. храмы появляются по обе стороны Керченского прол. (Гайдукевич. 1940. С. 201-202; Якобсон. Раннесредневековые поселения. 1958). В столице Боспора в районе совр. ц. Иоанна Предтечи обнаружены остатки большого культового комплекса с крещальней; его центром была ранневизант. базилика, к-рую Т. И. Макарова относит к эпохе имп. Юстиниана I (Макарова. 1998. С. 351-356). Трехнефная базилика открыта в приморском г. Тиритака. Она имеет ширину 9 м, длину (до алтарной части) - ок. 10,2 м, ее внутреннее пространство было разделено 6 мраморными колоннами с капителями, соединенными кирпичными арками. В. Ф. Гайдукевич датировал ее эпохой Юстиниана I (Гайдукевич. 1949. С. 304). Фундаменты и архитектурные детали Тиритакской базилики позволяют судить об устройстве боспорских базилик. Христ. храмы возводились и на азиат. стороне Боспора. К 519 г. относится сообщение о существовании епархии в Фанагории, к-рой руководил еп. Иоанн. Епархия была также в Гермонассе (Таматархе). Ранневизант. мраморная капитель и части рельефа с изображением ангела, держащего плат, найденные на окраине Гермонассы, позволяют предположить, что в кон. V-VI в. там существовал христ. храм (Коровина. 2001. С. 29). Обнаруженные в крепости Трапезус (ныне пос. Ильич Краснодарского края) мраморные архитектурные детали также могут быть остатками ранневизант. базилики. В одном из помещений казарм воинов-федератов открыта христ. молельня, в 2 других найдены места христ. моления. Очевидно, что на азиат. стороне Боспора в VI в. христ. храмы были и в др. крупных поселениях. Так, Гайдукевич сообщал о некартографированных находках ионийских импостных капителей на Таманском п-ове (Гайдукевич. 1940. С. 197. Примеч. 3). На основании археологических источников на Боспоре в ранневизант. время фиксируется 6 христ. храмов: 2 - на азиат. стороне (Гермонасса, Трапезус) и 4 - в европ. части (Пантикапей (Боспор), Тиритака, Китей, Зелёный Мыс).

Церковь св. Иоанна Предтечи в Керчи. Фотография. 10-е гг. ХХI в.Церковь св. Иоанна Предтечи в Керчи. Фотография. 10-е гг. ХХI в.В кон. VII в. хазары захватили Боспор и установили контроль над вост. частью К. Они не препятствовали местным жителям исповедовать христианство. О существовании на Боспоре в это время крупной греч. христ. диаспоры свидетельствует большой плитовой могильник VII-X вв. на склонах горы Митридат (центр совр. Керчи). Между 815 и 843 гг. Епифаний Монах видел на Боспоре большую ц. св. Апостолов с многочисленными иконами и ракой с надписью: «Симона апостола» (Виноградов. 2005. С. 311-313). В. Е. Науменко и Л. Ю. Пономарёв предположили, что ц. св. Апостолов мог быть 3-апсидный храм примерно в 100 м к юго-западу от храма св. Иоанна Предтечи (случайно обнаружен в 1833, не сохр.; см.: Науменко, Пономарев. К исторической топографии. 2013). Макарова отождествляла с этой церковью ранневизант. базилику в припортовой части города, над к-рой на рубеже IX и X вв. возвели храм св. Иоанна Предтечи (Макарова. 1982. С. 99). Однако его датировка является предметом дискуссий и колеблется в пределах VIII-XIV вв. (Брунов. 1927; Якобсон. Средневек. Крым. 1964. С. 34; Макарова. 1982. С. 101). Он принадлежит к типу крестово-купольных церквей с 4 свободно стоящими опорами, их роль выполняют ранневизант. колонны с капителями из проконнесского мрамора. Вокруг церкви сформировался плитовой некрополь (Макарова. 1998. С. 315-316).

В центральной части Керчи открыты остатки 4 христ. плитовых некрополей, к-рые начали формироваться с X в. Их отличительной особенностью являются ниши со вписанными крестами, вырезанные на торцах могильных плит. Возможно, к одному из этих некрополей относилось мраморное надгробие Феодоты 1066 г. (Науменко, Пономарев. К исторической топографии. 2013. С. 245, 250-253).

Е. А. Зинько

Сугдейская епархия

Археологические раскопки свидетельствуют о появлении христ. погребений в средневек. Сугдее и ее христианизации со 2-й пол. VIII в. При исследовании некрополя Судак-VI, склепов на участке куртины XIV Судакской крепости и некрополя возле туристической гостиницы «Горизонт» на могильниках зафиксированы языческие грунтовые погребения с христианским инвентарем и без него, а также плитовые христ. погребения. В детском христ. плитовом погребении некрополя Судак-VI прочерчены тюрк. тамги и христ. символы. Каменный христ. склеп с 2-скатной черепичной крышей был обнаружен в 1994 г. на некрополе Судак-VI (Майко. 2007. С. 170-172). Вероятно, к сер. IX в. большинство населения исповедовало христианство.

В сер. Х в. на юго-востоке К., включая Керченский п-ов, произошла резкая смена материальной культуры. Сократилось число сельских поселений. Жизнь продолжилась только в городах Сугдее и Боспоре. Трансформацию претерпел христианский погребальный обряд. На городских и прихрамовых некрополях Сугдеи и Боспора появляются коллективные погребения, часто и многоярусные. С сер. Х в. практически все каменные склепы предшествующего времени превращаются в костницы. Эти особенности погребений сохраняются до XIV в.

На территории средневек. Сугдеи, возможно, существовало неск. больших соборных храмов, один из которых, согласно источникам, был посвящен Св. Софии. В XIII-XV вв. упоминаются неск. храмов с посвящениями св. Стефану Сурожскому, св. Афанасию, св. Димитрию, св. Николаю, вмц. Варваре, чудотворной иконе Божией Матери «Одигитрия», а также мон-рь Богородицы Скутариотиссы. Однако сопоставить их с открытыми христ. сооружениями не представляется возможным. В Сугдее существовало множество небольших часовен, использовавшихся как приходские храмы, были и домашние молельни. На нижних этажах нек-рых крепостных башен также располагались христ. часовни, вероятно поминального характера. Близ города на территории некрополей возводились поминальные часовни для заупокойных служб. На расстоянии 1,5-4 км от города располагались монастыри. Крупные мон-ри строились и содержались, очевидно, богатыми донаторами и являлись семейными усыпальницами, существовали и небольшие монастыри-киновии, возможно обетного характера, в которых проживало не более 3-4 монахов.

К наст. времени на территории Сугдеи, а также в ее окрестностях известны ок. 20 христ. культовых сооружений. Внутри и вокруг большинства из них открыты прихрамовые некрополи с грунтовыми и плитовыми могилами и каменными склепами (Джанов, Майко, Фарбей. 2004). К наиболее ранним относятся 3 сооружения 2-й пол. Х-XII в. Т. н. Храм у главных ворот, расположенный в сев.-вост. части барбакана генуэзского времени, был однонефным, сохранились 3 стены (Баранов. 1991. С. 101-107; Майко. 2014. С. 65-66). Часовня на территории некрополя Судак-I известна по остаткам ее сев.-зап. угла. Храм на территории некрополя Судак-II представлял собой однонефное сооружение с пристроенным коридором-галереей с 3 сторон. Внутри основного помещения храма исследован каменный склеп, а на площади пристройки - неск. плитовых могил (Фронджуло. Раскопки в Судаке. 1974. С. 146-147; Майко. 2014. С. 65-66).

Остальные христианские культовые сооружения датируются 2-й пол. XIII-XV в. Их архитектурный облик близок к строительной традиции, существовавшей на северо-востоке М. Азии, в пределах Трапезундской империи XIII-XV вв. На территории Нижнего города раскопано 5 храмов. Храм на консолях расположен на сев. склоне Крепостной горы. Это однонефная 2-апсидная церковь, сев. апсида выступает за линию фундамента и опирается на 3 висячие консоли. Неф был перекрыт коробовым сводом с одной подпружной аркой посередине. В сев.-вост. углу постройки раскопками 1973 г. зафиксировано каменное основание купели с вмонтированной керамической трубой для отвода воды за пределы храма. По всей видимости, храм относится к типу 2-алтарных поминальных. Однонефный одноапсидный храм 1971 г. располагался в сев.-вост. углу городища. Исследованы часть зап. и сев., а также сев.-вост. стены. Сев. стена включена в субструкцию генуэзской оборонительной стены. Храм на участке куртины XV расположен с юж. стороны, недалеко от подковообразной башни; это однонефная одноапсидная постройка, в которой алтарная часть отделялась от основного объема невысокой каменной преградой с проходом в центре. Вдоль стен располагались каменные скамьи. В генуэзский период (1365-1475) после пристройки гавита храм использовался армянской общиной города. Часовня в башне 1385 г. Джакомо Торселли, расположенная на 1-м этаже башни, также использовалась, вероятно, арм. общиной города. Часовня в т. н. Георгиевской башне - небольшое помещение во внутренней части нижнего яруса башни, квадратное в плане, с хорошо сохранившейся конхой в вост. стене. При раскопках было выявлено основание каменной алтарной преграды и неск. уровней полов. На стенах сохранились остатки фресок. Вход в часовню расположен в юж. стене башни (Гавриил (Айвазовский). 1844. С. 326; Фронджуло. Раскопки Судакского. 1974. С. 354-355; Фронджуло. 1975. С. 367; Баранов. 1988; Майко. 2007. С. 230-245, 250-252).

В портовой части Сугдеи раскопано 4 храма. Храм 1995 г. расположен в зап. секторе портовой части Сугдеи, у подножия горы Полвани-Оба. Сооружение однонефное одноапсидное со входом в зап. стене, с каменной лестницей вдоль сев. стены шириной 0,75 м, огражденной подпорной стеной. Храм 1993 г. расположен в вост. секторе портовой части Сугдеи, на обрыве скалистого утеса (Майко. 2007. С. 226-230). Сохранилась кладка апсиды и часть юж. стены однонефного храма со входом. Храм 12 апостолов, расположенный у основания башни Фредерико Астагуэрро (1386), посвященный, согласно местным преданиям, прор. Илии (Гавриил (Айвазовский). 1844. С. 326),- однонефная постройка с апсидой 5-гранной формы снаружи и полукруглой изнутри. Свод храма не сохранился, но убедительно реконструируется как стрельчатое перекрытие с 2 подпружными арками. На стенах заметны остатки фресковой росписи. Часовня 1966 г., расположенная на обрыве береговой кромки портовой части Сугдеи, на участке раскопа III «Приморское укрепление», представляет собой домашнюю молельню квадратной формы, сложенную на глиняном растворе со стропильной крышей; она входила в архитектурный комплекс усадьбы (Джанов. 1997. С. 223-226).

На территории посада средневековой Сугдеи раскопано 3 храма. Однонефный храм 1999 г. с прямоугольным притвором находился в 150 м к северо-востоку от башни Коррадо Чикало (1404), на юго-вост. стороне скалы. Крестово-купольный храм 1994 г., расположенный в 500 м к северо-западу от городища,- одноапсидный с каменной алтарной преградой. К нему прилегает неск. грунтовых могил. Однонефный т. н. храм Параскевы расположен в 200 м к северо-западу от главных ворот Сугдеи, согласно преданиям, был посвящен вмц. Параскеве. Свод выполнен в виде стрельчатого перекрытия с 2 подпружными арками. Апсида снаружи 5-гранная, изнутри полукруглая. Ниша в сев. стене алтаря выполняла функции жертвенника (Гавриил (Айвазовский). 1844. С. 326; Баранов, Майко, Джанов. 1997; Фарбей. 2001. С. 60-62; Майко. 2007. С. 148-152, 206-218).

Близ Сугдеи раскопано 5 храмовых объектов. Часовня 1995 г. на юж. склоне горы Перчем была однонефным сооружением площадью не более 5 кв. м. Внутренняя часть апсиды заложена сплошной кладкой, в к-рую вмонтировано каменное основание престола. Храм монастыря св. Пантелеимона в 1,5 км к северо-западу от городища, у юж. подножия горы Перчем (Фомин. 1927. С. 47; Баранов, Майко, Джанов. 1997),- крупная 2-нефная 2-апсидная постройка с обширным нартексом, юж. неф имел отдельный каменный алтарь и исполнял функцию парекклисиона. Храм использовался как место погребения и заупокойных служб (под полом находилось большое количество могил). Во время раскопок был обнаружен блок с остатками греч. надписи по сырой штукатурке: «...воздвигнут от основания храм святого великомученика и бессребреника Пантелеимона (?) трудами...» На основании деталей литургического характера комплекс монастыря можно отнести к обычному типу поздневизант. мон-рей, находившихся под патронатом частных лиц. На одном из юж. отрогов горы Перчем расположен «средневековый монастырь XIV-XV вв.» в 1,5 км к северо-западу от Судакской крепости (Тур. 1997. С. 117-125), был обнесен многоугольной каменной оградой. Центральным сооружением являлся однонефный базиликальный храм со стропильным перекрытием, сложенный на глиняном растворе, с полом, вымощенным плинфой. Вдоль внутреннего периметра ограды располагалось неск. помещений. Перед входом в храм обнаружены 3 плитовые могилы. «Средневековый храм на горе Ай-Георгий» (Гавриил (Айвазовский). 1844. С. 327) был однонефной постройкой на западном склоне с нишей жертвенника в северной стене. В кладке стен был обнаружен блок с надписью: «Начало с Богом, аминь. В год от Христа 1406, 12-го…» В 60-х гг. ХХ в. храм и монастырские постройки, примыкавшие к нему, были снесены при террасировании склона. «Монастырь в урочище Димитраки» располагался на невысоком мысе над морем, был окружен оборонительной стеной и включал крупный одноапсидный 4-столпный храм, трапезную и кельи (Баранов. 1984. С. 242-243). Его связывают с упомянутым в Сугдейском Синаксаре мон-рем Богородицы Скутариотиссы (Джанов. 2010. С. 573).

«Пещерный монастырь» расположен по дороге из г. Судака в пос. Нов. Свет, на склонах гор Сокол и Соколёнок, на обрывистом утесе, примыкающем с востока к Новосветовской бухте, в обрыве вертикальной скалы, на высоте ок. 10 м от подножия (Майко. 2014. С. 47-48). От храма сохранились сев. стена и фрагмент торцевой, а также часть пола длиной 6,5 м. В верхней части сев. стены вырублены 2, а на зап. стене - 1 крест. Не исключено, что комплекс возник во 2-й пол. Х в. Примерно в 200 м к западу находятся еще 1 храм и группа пещерных сооружений. В XIX в. сохранялось посвящение мон-ря вмч. Георгию.

Основная часть предметов христ. быта датируется 2-й пол. X-XIII в. Находки более раннего и более позднего времени единичны (Там же. С. 165-182). В Сугдее обнаружено 18 энколпионов древнерус., визант. и болг. производства. Большая часть представляла собой погребальный инвентарь; 2 энколпиона с обломанными верхними лучами были обнаружены при исследовании жилых и хозяйственных построек, 3 найдены в ходе археологических разведок. При этом условно датировать комплекс можно только благодаря энколпионам 1-й пол. XIII в. из погребений 133 и 187 некрополя Судак-II и захоронения 26 некрополя т. н. храма Параскевы. В остальных документированных случаях они найдены в комплексах более позднего времени.

Вторую значимую категорию культовых находок составляют бронзовые, костяные, пирофиллитовые и свинцовые кресты-медальоны, входившие в ожерелья. К 3-й относят бронзовые, каменные, свинцовые и перламутровые кресты-тельники из погребений Сугдеи, а также разнообразные кресты, обнаруженные в процессе подводных археологических исследований в ее бухте. Христ. медальоны XI-XII вв.- категория мелкой визант. пластики, с трудом поддающаяся классификации. Среди них - бронзовые медальоны с изображениями святых, камеи и медальоны, изготовленные в технике перегородчатой эмали. Большинство составляют свинцовые медальоны с христ. символикой. Исключительное место среди культовых находок занимает фрагмент фаянсовой овальной иконки с сохранившейся частью нимба и ушком для подвешивания из могилы 216 некрополя Судак-II. Видимо, икона была привезена из копт. Египта. Отдельную категорию находок составляют иконы из стеатита, вероятно являвшиеся христианскими реликвиями. Известны 4 фрагмента подобных икон с изображениями Богоматери, Распятия и Христа Пантократора.

Небольшую коллекцию фрагментов церковной утвари трудно связать с конкретным храмом. Наиболее известны бронзовые кадила, бронзовые и алебастровые лампадофоры, состоявшие из плоского основания, массивного крюка, распределителя и 3 цепочек, изготовленных из 3 профилированных стержней, которые соединены с помощью незамкнутых колец, между ними располагался крест. К культовым находкам условно относятся и т. н. бронзовые «самоварчики», или «мощевики»; их могли носить в составе ожерелий либо самостоятельно. Редкую категорию церковной утвари составляют глиняные штампы для просфор с рельефным крестом.

В. В. Майко

Фулльская епархия

Источники не содержат точных указаний на местонахождение Фулл и Фулльской епархии. В историографии известны ок. 20 памятников, к-рые могли быть средневек. Фуллами. Поиски велись в 3 регионах: в горном К. (Чуфут-Кале, Бакла, Эски-Кермен, Кыз-Кермен, Фуна, Загайтанская скала), на Юж. берегу К. (Рускофиль-Кале, Кастрополь, Партенит, окрестности Ливадии, Ореанды, Аутки) и в Юго-Вост. К. (Карасубазар, Солхат, Отуз, Коктебель, Тепсень, городище у с. Вишенного близ Белогорска; см.: Кулаковский. К истории… 1898. С. 194-196; Бертье-Делагард. 1920. С. 66-67; Кропоткин. 1958. С. 199-201; Майко. 2002. С. 133-137; Он же. 2004. С. 11-17; Мыц. О локализации Фулл. 2002; Сорочан. 2002).

Наиболее обоснованной является локализация Фулл на плато Тепсень, около пос. Коктебель, между Феодосией и Судаком. Открыто не более 5% территории городища, занимавшего все плато или большую его часть - площадью ок. 19,5 га. Большинство исследователей относят этот памятник к т. н. крымскому варианту салтово-маяцкой культуры, носителями к-рой были тюрки-болгары, заселившие значительную часть К. в эпоху Хазарского каганата. Это население в Житии св. Константина Философа названо «народом фульским», а в нотиции де Бора - «хотцирами» (Кропоткин. 1958. С. 198-202, 212-218; Айбабин. 1999. С. 207; Майко. 2002. С. 133-145; Он же. 2004. С. 11-17, 250, 284; Флоря. 2000. С. 76-77; Цукерман. 2010. С. 426).

По предварительным данным, жизнь на поселении продолжалась примерно с сер. VIII до сер. (2-й четв.) X в. (Майко. 2004. С. 55, 276-277). Высказано предположение, что после гибели городища центр Фулльской епархии был перенесен в Сугдею (Кропоткин. 1958. С. 218; Майко. 2002. С. 144-145). На городище открыты руины неск. церквей. В центральной части находилась большая 3-нефная 3-апсидная базилика с нартексом (37,5×21,0 м), перекрытая каменными сводами. Скорее всего именно эта церковь была кафедральным храмом Фулльской епархии. Предшествующая базилика была меньше, 3-нефная и 3-апсидная, перекрытая стропильной черепичной крышей. На определенном этапе в ее апсиде была сооружена кладка из саманных кирпичей «в елку», характерная для салтовцев. В 60 м к югу располагалась небольшая 3-апсидная церковь (12,4×16,4 м) с 2 свободно стоящими опорами внутри, раскопанная в 1929 г., ныне утраченная. Остатки 2 однонефных храмов-часовен открыты в юго-вост. части плато в 1957 и 1998 гг. Вблизи городища Тепсень располагалось одновременное и идентичное по культуре поселение на холме Кордон-Оба. На нем открыта однонефная церковь с притвором, построенная во 2-й пол. IX в. на фундаментах более раннего храма с использованием кладки «в елку» (Баранов. 1990. С. 133-137). При исследовании храмов и некрополей Тепсеня и Кордон-Обы обнаружены предметы христ. культа и церковной утвари: сердоликовая вставка в перстень с вырезанным удлиненным крестом между 2 рыбами, найденная в 2001 г. в пифосарии (помещение, где установлены громадные сосуды-пифосы) 2-й пол. IX - 1-й пол. X в., ближайшая аналогия найдена в могильнике у Новоотрадного и датируется не позднее 70-х гг. III в. В 1886 г. в ходе работ по добыванию камня на городище Тепсень обнаружен древнерус. бронзовый энколпион XII - 1-й пол. XIII в. с изображениями Распятия по центру и 3 святых в медальонах на концах верхней и боковых ветвей. В слоях разрушения храмов были обнаружены бронзовые цепи с крючками от лампадофоров, а также литейная форма из сланца для отливки медальона с крестом. Из раскопок городищ и некрополей Тепсеня и Кордон-Обы происходят 10 железных и бронзовых крестов 3 типов: спаянных из 2 частей, цельнолитых и проволочного с гнездом для вставки в перекрестье (2-я пол. VII-IX в.; Барсамов. 1932. С. 5; Кропоткин. 1957. С. 257-258; Майко. 2004. С. 20-22, 246-249, 273).

И. А. Завадская

История К. в XVIII-XXI вв.

8 апр. 1783 г. был подписан манифест о присоединении К., Тамани и Кубанской земли к России. 2 мая рус. эскадра вошла в Ахтиарскую (Севастопольскую) бухту. 2 февр. 1784 г. образована Таврическая обл., в 1796 г. она вошла в состав новообразованной Новороссийской губ., в 1802 г. в результате разделения Новороссийской губ. на 3 части возникла Таврическая губ., в составе к-рой было 7 уездов. Из них 4 (Симферопольский, Феодосийский (до 1787 Левкопольский), Евпаторийский и Перекопский) располагались на территории полуострова, а 3 - на материке. В 1820 г. Тмутараканский у. отошел Черноморскому казачьему войску, в 1837 г. из Симферопольского у. выделился Ялтинский, в 1842 г. был образован Бердянский у., и такое адм. устройство сохранялось до 1917 г. практически неизменным.

Сразу после присоединения К. к России несколько тысяч татар переселились в Румелию и Анатолию, куда отправились также члены правящей семьи Гиреев и мн. представители крымско-татарской знати. В 90-х гг. XVIII в. отток в Османскую империю татар. населения продолжился, в т. ч. в связи с введением в К. в 1796 г. крепостной зависимости. Согласно рескрипту от 18 сент. 1796 г., татары освобождались от рекрутских повинностей и военных постоев, им предоставлялось право разбирать взаимные тяжбы у улемов, а на татар. помещиков (мурзаков) власти распространили права российского дворянства. После Бахчисарайского восстания 1808 г. и еще ряда случаев массовых волнений татар. населения ок. 300 тыс. чел. в адм. порядке были выселены преимущественно в Анатолийскую и Румелийскую провинции Османской империи.

В это же время начинается заселение К. рус. колонистами; первую волну в 80-90-х гг. XVIII в. составили военные и казаки. В Симферопольском у. возникли рус. села Подгородняя, Петровская, Мазанка, Курцы, Мангуш, Зуя, Бия-Сала, В. Саблы и Владимировка; в Феодосийском - Изюмовка, Елизаветовка; в районе Евпатории - Трех-Абламы и Степановка, в районе Керчи - Петровка и Катерлез. В 10-х гг. XIX в. в К. поселяются немцы-меннониты, а также греки, албанцы, румыны и болгары, бежавшие из Османской империи. Рус. колонизация, активно проходившая в 10-20-х гг. XIX в., несколько ослабла в 30-х гг. в связи с частыми засухами и неурожаями.

В сер. XIX в. значительные изменения в национальном составе населения К. были связаны с Крымской войной (1853-1856), принесшей огромные разрушения. Массовое отселение крымских татар в Османскую империю в годы войны и сразу после нее завершилось в 1862 г. По офиц. данным, только за 1860-1862 гг. по паспортам и удостоверениям переселилось 181 177 чел. обоего пола. На месте опустевших татар. аулов (напр., в одном Перекопском у. опустело 278 поселков, всего в 4 крымских уездах татары покинули 687 селений) основывались нем. или болг. сельскохозяйственные колонии. В 1876 г. Александр II Николаевич издал указ о прощении бежавших в Османскую империю татар и о разрешении им вернуться. Еще одна массовая эмиграция состоялась в 1889-1895 гг., когда К. покинули от 30 до 100 тыс. татар.

На рубеже веков происходит резкий рост населения, как сельского (в 1897-1917 на 33%), так и городского (в те же годы на 43%), прежде всего за счет рус. населения (доля русских в сельском населении достигла 30%, а в городском - 56,6%). Сохранялся и многонациональный состав населения: наиболее значительными были общины крымских татар (42% сельского и ок. 12% городского населения), на сельских территориях - немцев и украинцев, евреев (в городах до 15%), греков, армян, болгар и поляков. Со 2-й пол. XIX в. К. развивался как курортная зона, в то же время были основаны заводы Керченский металлургический, Севастопольский судостроительный, строились железные дороги (Харьков-Севастополь в 1869-1875). Основой экономики К. оставалось сельское хозяйство (к 1913 на его долю приходилось 55%; преобладали мукомольная, консервная, табачная и др. отрасли пищевой промышленности; было добыто ок. 300 тыс. т соли).

После Февральской революции 1917 г. на основе Крымского мусульманского благотворительного об-ва был создан Временный мусульманский революционный комитет, который 25 марта того же года созвал Всекрымский мусульманский съезд, устранивший лояльного к российским властям муфтия С. М. Кипчакского и избравший Временный крымско-татарский мусульманский исполком, его главой стал муфтий Номан Челебиджихан (Челеби Челебиев). В июле 1917 г. образовалось крымско-татар. национальное движение «Мили-Фирка», объединившее большинство политических лидеров крымских татар и интеллигенцию под лозунгом «Крым - для крымцев!». Был создан Крымский революционный штаб. Организованный ими 16-17 нояб. 1917 г. I Всекрымский съезд Советов осудил октябрьский переворот в Петрограде. В течение нояб.-дек. 1917 г. был избран курултай К., правительство во главе с муфтием Челебиджиханом, к-рый принял Конституцию К.

В марте 1917 г. избираются первые Советы депутатов в Симферополе и Севастополе, где большевистская фракция не набрала большинства. 26 окт. 1917 г. власть в Севастополе захватили меньшевики, к-рые создали Севастопольский военревком и Крымский губревком. Однако в кон. нояб. 1917 г. на партийной конференции большевиков Таврической губ. был выработан план борьбы за установление советской власти в К. 16 дек. власть в Севастополе перешла к Военно-революционному комитету (ВРК), контролируемому большевиками. Севастопольский ВРК возглавил борьбу за советскую власть, которая была установлена в янв. 1918 г. во всем К. В февр. большевики добились самороспуска курултая, а также расформирования крымско-татарских воинских частей; муфтий Челебиджихан был расстрелян. 21 марта 1918 г. на заседании большевистского ЦИК была провозглашена ССР Таврида как часть РСФСР.

18 апр. 1918 г. в нарушение Брестского мира началась нем. интервенция в К., 22 апр. был занят Симферополь. 24 апр. около Алушты татар. вооруженные формирования захватили в плен и расстреляли почти все большевистское правительство Тавриды. 30 апр. нем. интервенты завершили оккупацию К. 21 июня 1918 г. при поддержке нем. оккупационной администрации было сформировано 1-е крымское краевое правительство во главе с ген. М. А. Сулькевичем, литов. татарином. МВД К. возглавил кн. С. В. Горчаков, а главой МИД стал политический лидер крымских татар Дж. Сейдамет.

В нояб. 1918 г. в К. высадились войска Антанты. 14 нояб. правительство Сулькевича было распущено, вместо него 15 нояб. было сформировано новое правительство во главе с караимским кадетом С. С. Крымом.

В марте 1919 г. начали действовать большевистские формирования в районе Керчи, 3-4 апр. Красная Армия провела успешные бои за Перекоп и уже 11 апр. взяла Симферополь и Евпаторию. 15 апр. 1919 г. премьер-министр и все члены правительства К. покинули полуостров. 30 апр. Красная Армия вытеснила англо-франц. войска из Севастополя, а 6 мая официально провозглашена Крымская ССР во главе с временным рабоче-крестьянским правительством.

4-5 июня 1919 г. произошли уличные бои между красными и белогвардейцами в Керчи, а 18 июня армия А. И. Деникина начала успешное контрнаступление на Ак-Монайском фронте. 24 июня белые заняли Симферополь. 28 июня главноначальник Таврической губ. упразднил татар. директорию. Был восстановлен в правах бывш. таврический муфтий Кипчакский, на полуострове нашли приют тысячи беженцев с территорий, контролируемых большевиками.

В окт. 1919 г. Красная Армия начала наступление на Южном фронте и в янв. 1920 г. вела бои уже на подступах к К. 4 апр. 1920 г. Деникин передал П. Н. Врангелю должность главнокомандующего войсками Юга России, вся власть перешла в его ведение. В июне 1920 г. войска Врангеля перешли в наступление в Сев. Таврии. Но 2 нояб. они вынуждены покинуть Сев. Таврию, а 8-12 нояб. Красная Армия взяла штурмом укрепления Перекопского перешейка и прорвалась в К. 11 нояб. 1920 г. Врангель подписал указ об эвакуации всех белогвардейских учреждений К. 13 нояб. Красная Армия снова вступила в Симферополь, 16 нояб. заняла Севастополь и Керчь и окончательно вытеснила войска Врангеля с полуострова. Последней 17 нояб. была взята Ялта. В К. начался красный террор.

18 окт. 1921 г. вместо ранее существовавшей Крымской ССР совместным постановлением ВЦИК и СНК РСФСР в пределах Крымского п-ова была организована Крымская АССР как часть РСФСР; при этом оставался нерешенным территориальный спор между Крымской АССР и Украинской ССР по поводу сев. уездов бывш. Таврической губ., отошедших Украине; для разрешения проблемы тем же постановлением создавалась специальная комиссия из представителей РСФСР и УССР.

10 февр. 1922 г. ЦИК и СНК Крымской АССР издали указ «О татаризации советских государственных аппаратов и о применении татарского языка в учреждениях республики». Согласно этому указу, делопроизводство во всех учреждениях республики должны были перевести на крымско-татар. язык, получивший в республике статус официального.

17 мая 1924 г. Крымский обком принял решение расселить на свободных землях Крымской АССР (50 тыс. дес.) значительный контингент евреев. 15 июня 1926 г. Президиум ЦИК СССР утвердил постановление, в к-ром одобрялся план привлечь в течение 10 лет 100 тыс. евр. семей к сельскохозяйственному труду в К. 30 июля 1926 г. Президиум принял новый закон о переводе севернокрымских земельных угодий в фонд Всесоюзного комитета по переселению. Это решение спровоцировало конфликт с советским руководством К., возглавляемым татар. лидерами. В свою очередь они выдвинули план переселения в К. 200 тыс. татар из Румынии и 200 тыс. татар из Болгарии, к-рые выехали с полуострова в XIX - нач. ХХ в., а также план переселения на юж. берег К. малоземельных крымско-татар. крестьян из сев. районов полуострова. Несмотря на отказ Москвы поддержать это предложение, татар. руководители К. начали реализацию этих планов (в 1926-1928 они были сняты с должностей и репрессированы). В кон. 20-х гг. XX в. развернулась кампания по борьбе с татар. национализмом и крымским контрреволюционным движением. В то же время политика коренизации, в т. ч. и татаризации, не была свернута. Так, в 1930 г. были образованы первые национальные районы К.: крымско-татарские Алуштинский, Балаклавский, Бахчисарайский, Судакский, Ялтинский, Фрайдорфский евр. р-н, Биюк-Онларский нем. р-н, Ишуньский (позднее Красноперекопский) укр. р-н. В 1935 г. образованы Куйбышевский (Албатский) крымско-татар., Лариндорфский евр. и Тельманский нем. национальные районы. Также в 1935 г. Симферополь, Севастополь, Керчь и Феодосия стали городами республиканского подчинения. К началу Великой Отечественной войны все районы потеряли национальный статус (в 1938 - немецкие, в 1939 - еврейские, затем все остальные). В 1938-1939 гг. в К. в ходе репрессий против граждан иностранного происхождения наиболее пострадала польск. община К. (ок. 5 тыс. чел.).

Во время Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. К. стал местом ожесточенных сражений с немецко-фашистскими захватчиками. 18 авг. 1941 г. в условиях наступления нем. войск была депортирована в Ср. Азию вся нем. община К. (свыше 51 тыс. чел., учитывая и смешанные русско-нем. семьи). 29 янв. и 8-10 февр. 1942 г. была депортирована вся итал. община К. (свыше 1,5 тыс. чел.), в основном из районов Керчи и Феодосии. В нояб. 1941 г. почти весь К. был захвачен немецко-румын. войсками, и на его территории началось создание органов оккупационной администрации. С окт. 1941 по июль 1942 г. продолжалась героическая оборона Севастополя, кровопролитными боями сопровождалась Керченско-Феодосийская операция 1941-1942 гг. 23 окт. 1941 г. был создан Центральный штаб партизанского движения в К., в городах действовали десятки подпольных групп. В апр.-мае 1944 г. полуостров был освобожден. Ущерб, нанесенный врагом оккупацией, составил свыше 20 млрд р. (в ценах 1941 г.): полностью были разрушены города Керчь и Севастополь, мн. курорты, исторические памятники, 127 сельских населенных пунктов, 300 промышленных предприятий, свыше 22,9 тыс. жилых домов.

По приказу И. В. Сталина 18 мая 1944 г. свыше 183 тыс. крымских татар были депортированы в Ср. Азию «за пособничество оккупантам». Поиски скрывавшихся от депортации татар продолжались до авг. 1944 г., всего в мае-авг. 1944 г. депортации подверглось 194,3 тыс. крымских татар. 24-27 июня 1944 г. были выселены крымские греки (15 040 чел.), крымские болгары (12 420 чел.), крымские армяне (9620 чел.).

Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 30 июня 1945 г. Крымская АССР была преобразована в Крымскую обл. В соответствии с Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 29 окт. 1948 г. Севастополь был выведен из состава Крымской обл. и стал городом республиканского подчинения. В первую очередь особый статус был связан с необходимостью восстановления города, почти полностью разрушенного во время войны. 19 февр. 1954 г. постановлением Президиума Верховного Совета РСФСР Крымская обл. была передана в состав Украинской ССР. При этом Севастополь стал городом республиканского подчинения в Украинской ССР.

12 нояб. 1990 г. Крымский облсовет назначил проведение референдума о статусе К. На референдуме, прошедшем 20 янв. 1991 г., за воссоздание Крымской АССР как субъекта Союза и участника нового предполагаемого Союзного договора высказались 93% принявших участие в голосовании. 12 февр. 1991 г. Верховный Совет Украинской ССР лишь частично признал результаты голосования, восстановив Крымскую АССР как автономную часть суверенной Украинской ССР. После этого Крымский облсовет был преобразован в Верховный Совет Крымской АССР. 4 сент. 1991 г. парламент автономии принял «Декларацию о государственном суверенитете Крыма», провозглашавшую К. суверенным государством в составе Украины и переименовывавшую Крымскую АССР в суверенную Республику Крым. Однако уже 22 апр. 1992 г. Верховный Совет Украины принял Закон «О статусе Республики Крым», существенно урезавший права региона и полномочия местных властей и ущемлявший особый статус республики. Это вызвало протесты населения К. В итоге Верховный Совет К. 5-6 мая 1992 г. в экстренном порядке вводит в действие Конституцию К., закреплявшую за ним статус суверенного гос-ва в составе Украины, и принимает «Акт о государственной самостоятельности Крыма», фактически ставивший К. в конфедеративные отношения с Украиной. Спустя нек-рое время акт был аннулирован парламентом К. по требованию Киева.

21 мая 1992 г. было принято постановление Президиума Верховного Совета РФ, в к-ром передача К. в 1954 г. из состава РСФСР в состав Украинской ССР признавалась неконституционной и предлагалось урегулировать вопрос о статусе К. путем межгос. переговоров России и Украины с участием руководства К. Данное постановление, хотя и не было одобрено Президентом России, заставило власти Украины искать приемлемые для обеих сторон пути решения крымской проблемы. Конфликт между властями Украины и К. разрешился 30 июля 1992 г., когда Верховный Совет Украины принял компромиссный, согласованный с обеими сторонами Закон «О разграничении полномочий между органами государственной власти Украины и Крыма», власти К. отказались от идеи проведения референдума о независимости. Кроме того, крымские парламентарии 25 сент. 1992 г. приняли новый согласованный вариант Конституции К., провозглашавший республику «правовым, светским государством в составе Украины».

14 окт. 1993 г. Верховный Совет К. принял республиканский Закон «О Президенте Крыма», в к-ром он обозначался как глава гос-ва и исполнительной власти. 30 янв. 1994 г. первым Президентом К. был избран Ю. А. Мешков, лидер политического блока «Россия», набравший ок. 73% голосов. 27 марта 1994 г. был избран новый состав Верховного Совета К., в к-ром большинство мест получил блок Мешкова «Россия». В тот же день прошел плебисцит, на к-ром большинство граждан проголосовали за восстановление старой Конституции К., дающей республике особые полномочия. Этот вариант Конституции, утвержденный 20 мая 1994 г. крымским парламентом, был отвергнут Киевом.

В результате политического и экономического давления, оказываемого Киевом на власти К., в нач. 1995 г. раскололся блок «Россия», было сформировано новое, проукр. большинство в крымском парламенте. Опираясь на его поддержку, Верховная Рада по предложению Президента Украины Л. Д. Кучмы 17 марта 1995 г. отменила Конституцию К. и упразднила пост Президента К., а также отменила закон 1992 г. о разграничении полномочий между Украиной и К., предоставлявший республике широкие права. Вместо этого был принят Закон Украины «Об Автономной Республике Крым», согласно которому РК переименовывалась в Автономную Республику Крым, а статус ее определялся теперь как «административно-территориальная автономия в составе Украины». 31 марта 1995 г. Президент Украины Кучма лишил Верховный Совет К. права формировать правительство республики, назначать глав судов и передал это право парламенту Украины. В апр. 1995 г. Мешков, Президент К., не признававший решения Киева, был силой выдворен из служебного офиса в Симферополе, а позже лишен права проживать в К. В янв. 1996 г. парламенты Украины и К. приняли согласованный вариант Конституции К., к-рый закреплял все ограничения Киева в отношении автономного статуса К.

7 марта 1996 г. Президиум Верховного Совета К. выступил с заявлением, в котором осуждал очередные попытки Киева ограничить автономию К., предпринимавшиеся в новых проектах конституции Украины. Тем не менее принятая в июне 1996 г. новая Конституция Украины предоставила центральным органам власти Украины широкие полномочия в отношении К. 21 нояб. 1998 г. Верховный Совет К. принял еще одну новую Конституцию К., к-рую 23 дек. 1998 г. утвердила Верховная Рада Украины. Она была введена в действие 11 янв. 1999 г.

В результате эскалации политической напряженности на Украине после свержения президента В. Ф. Януковича Верховный Совет К. 11 марта 2014 г. принял Декларацию независимости. 16 марта 2014 г. на территории К. был проведен общекрымский референдум, по результатам которого Верховный Совет К. 17 марта 2014 г. провозгласил независимость республики, принял ее новое офиц. название - РК, переименовал Верховный Совет в Гос. совет и обратился к РФ с предложением о принятии РК на правах субъекта Федерации в ее состав. 18 марта 2014 г. в Москве был подписан договор между РФ и РК о принятии в РФ РК и об образовании в составе РФ новых субъектов (принят Гос. думой РФ 20 марта 2014, одобрен Советом Федерации 21 марта 2014, в тот же день ратифицирован Президентом РФ). Одновременно 21 марта 2014 г. указом Президента РФ образован Крымский федеральный окр. с центром в Симферополе, куда включены Республика Крым и Севастополь как город федерального значения.

Русская Православная Церковь

1779-1917 гг.

Еще в 1771-1772 гг. Готский митр. Игнатий (Газадини) отправил 2 письма в Синод РПЦ с просьбой принять его епархию в юрисдикцию Русской Церкви. 25 февр. 1778 г. командующий русскими войсками в К. получил от имп. Екатерины II указание приглашать крымских христиан на поселение в Азовскую и Новороссийскую губернии, а губернаторы - принимать и поселять выходцев из К. В 1779 г. получивший российское подданство свт. Игнатий был назначен архиереем для христиан-переселенцев. Под управление митр. Игнатия была передана часть территории и храмов Славянско-Херсонской епархии (создана в 1775; см. Днепропетровская и Павлоградская епархия).

Мон-рь в честь Успения Пресв. Богородицы в Бахчисарае. Звонница. Фотография. 2013 г.Мон-рь в честь Успения Пресв. Богородицы в Бахчисарае. Звонница. Фотография. 2013 г.После манифеста имп. Екатерины II о присоединении к России К., Тамани и Кубанской земли 7 марта 1787 г. Готская епархия была преобразована в Феодосийское и Мариупольское вик-ство (см. Кафское викариатство) Екатеринославской и Херсонесско-Таврической епархии, к-рое просуществовало до 1799 г. Паству викариатства составляли греки из Приазовья и Таврической обл. В 1790 г. архиерейский дом был перенесен из Феодосии в Ст. Крым. Согласно 1-му статистическому отчету о храмах полуострова, предоставленному в Синод в сент. 1793 г. Феодосийским еп. Иовом (Потёмкиным), в К. насчитывалось 80 православных церквей, из них только 33 неразрушенные. По др. сведениям, имелась 71 церковь (40 уцелевших), а по клировым ведомостям, их осталось немногим более 20 (21 приход), в т. ч. единственный мон-рь - Балаклавский во имя вмч. Георгия. В 1787 г. в К. жило 27 412 православных.

На рубеже XVIII и XIX вв. в К. переселялись греки из Османской империи, восстанавливались греческие поселения, возникали новые населенные пункты, строились храмы: в 1789 г.- молитвенный дом в Бахчисарае, на месте к-рого в 1799 г. возвели Николаевский собор, в 1792 г. в Ахтиарском предместье Севастополя - деревянную ц. св. апостолов Петра и Павла (на ее месте в 1844 построен Петропавловский собор), в 1793 г.- Николаевский греч. собор в Карасубазаре, в 1793-1797 гг.- Успенский собор в Еникале, в 1794 г.- Николаевский греч. храм в Евпатории (перестроен в 1805 в кафедральный собор), в 1806 г.- греч. Троицкий храм в Симферополе (при нем в 1818 открылась церковноприходская школа), в 1816 г.- греч. Ильинский храм в Феодосии, в 1829 г.- Александро-Невский собор в Симферополе, в 1832 г.- греч. Успенский храм в Ст. Крыму. Крупнейшим греч. поселением в К. стала греко-болгарская колония Балта-Чокрак Симферопольского у., в к-рой в 1835 г. был построен греч. Пантелеимоновский храм. До сер. XIX в. возникли болг. колонии Кишлав и Ст. Крым в Феодосийском у. Во время Крымской войны 1853-1856 гг. были разрушены десятки правосл. церквей. Пострадали почти все храмы Севастополя, кроме Морского Николаевского собора, полностью был разрушен греч. Петропавловский собор, к-рый только в 1882 г. удалось восстановить.

Пещерная ц. в честь Успения Пресв. Богородицы в Бахчисарае. До XV в.Пещерная ц. в честь Успения Пресв. Богородицы в Бахчисарае. До XV в.В 1837 г. Екатеринославско-Херсонская епархия была разделена на Екатеринославскую и Херсонскую, территория последней включила Таврическую губ. 16 нояб. 1859 г. в границах Таврической губ. была создана Таврическо-Симферопольская епархия (см. Симферопольская и Крымская епархия). В 1869 г. вышел № 1 «Таврических епархиальных ведомостей». Были созданы образовательные учреждения: Таврическое муж. ДУ (1869), Таврическая ДС (1873), епархиальное жен. уч-ще.

Мон-рь во имя святых Космы и Дамиана в Алуште. Фотография. Нач. XXI в.Мон-рь во имя святых Космы и Дамиана в Алуште. Фотография. Нач. XXI в.Во 2-й пол. ХIХ в. в К. благодаря деятельности Херсонского и Таврического архиеп. Иннокентия (Борисова) было открыто 8 монастырей в местах, «чтимых издавна в народе по христианским воспоминаниям». В нояб. 1849 г. архиеп. Иннокентий обратился в Синод с предложением основать Бахчисарайский Успенский скит (см. Бахчисарайский в честь Успения Пресв. Богородицы мужской монастырь), а также киновии при церквах: св. Анастасии в долине р. Качи, прор. Илии в Козской долине, св. Матфея в Судакской долине, вмч. Георгия около г. Ст. Крым, св. Иоанна Предтечи с источником у горы Кизилташ, св. Георгия с источником в урочище Катерлез около Керчи, при древней церкви в Инкермане, при источниках: св. Иоанна Предтечи около дер. Комары, прп. Параскевы в урочище Топлы, при источнике Сувлух-Су святых Космы и Дамиана. В 1850 г. были открыты: Бахчисарайский Успенский скит, инкерманский во имя сщмч. Климента и херсонесский во имя равноап. кн. Владимира мон-ри. В 1856 г. был основан Кизилташский во имя свт. Стефана Сурожского мужской монастырь. В 1860 г. предоставляется самостоятельный статус бывш. киновиям Бахчисарайского Успенского скита: Керченскому Катерлезскому (Катерлесскому) во имя вмч. Георгия Победоносца и алуштинскому Космы и Дамиана, святых бессребреников. Одним из самых последних в К. в 1864 г. был учрежден Топловский (Тополёвский) во имя прп. Параскевы женский монастырь.

В 1871 г. в Таврической епархии насчитывалось 289 церквей, из них 263 каменные и 26 деревянных, 11 храмов имело статус соборных. В 1885 г. в епархии служили 585 священников, действовали 239 церковноприходских школ. Активно развивалась противомусульм. и противораскольническая миссии. К нач. ХХ в. число действующих церквей достигло 305. В 1902 г. был построен Александро-Невский собор в Ялте. Значительная часть духовенства Таврической епархии несла службу на кораблях и в военных частях Черноморского флота, большинство монахов, приписанных к Балаклавскому Георгиевскому мон-рю, являлись корабельными священниками.

После начала первой мировой войны был создан епархиальный комитет помощи больным и раненым воинам, в Симферополе открылся епархиальный госпиталь на 50 коек, организованы лазареты при мон-рях. По постановлению епархиального съезда на военные нужды в епархии было собрано 14,5 тыс. р., муж. мон-ри передали 1 тыс. р.

1917-1941 гг.

В послании к пастве от 5 марта 1917 г. Таврический архиеп. Димитрий (Абашидзе) (см. Антоний (Абашидзе)) приветствовал Февральскую революцию 1917 г. 19 апр. симферопольские священнослужители привели граждан и воинские части города к присяге «на верность Российскому государству и Временному правительству». В резолюции съезда духовенства и мирян Таврической епархии в мае 1917 г. говорилось: «Съезд духовенства и мирян Таврической епархии радуется освобождению Церкви православной от светской власти и приветствует свободу Церкви, не страшится отделения Церкви от государства, признавая это отделение высшим и идеальным выражением полной свободы Христовой церкви» (Российское духовенство и свержение монархии в 1917 г.: Мат-лы и архивные док-ты по истории РПЦ / Сост.: М. А. Бабкин. М., 2006. С. 170).

Во время революционных событий и гражданской войны в отношении Церкви в К. неоднократно совершались акты насилия со стороны большевистских властей и революционно настроенных матросов и населения: в ночь на 5 окт. 1917 г. был осквернен и ограблен кафедральный Александро-Невский собор, 14 янв. 1918 г. матросы расстреляли настоятеля Покровского храма в с. Саблы прот. Иоанна Углянского, во мн. приходах священников изгоняли из домов, лишали имущества, подвергся разгрому епархиальный свечной завод. После того как 1 апр. 1918 г. была закрыта консистория, во всех храмах стали читать молитву об устроении церковной жизни. Стало широко известно о мученической смерти 19 дек. 1917 г. прот. Михаила Чефранова, служившего в севастопольской Свято-Митрофаниевской военной ц. На заупокойной литургии в храме Московской ДС 31 марта 1918 г. патриарх Московский и всея России свт. Тихон в сослужении сонма архиереев молился об упокоении новомучеников Российских, в т. ч. пострадавших в К. В нач. апр. 1918 г. был зверски убит настоятель храма вмч. Георгия Победоносца в Армянском Базаре (ныне Армянск). В докладе патриарху Тихону в 1918 г. архиеп. Димитрий (Абашидзе) сообщил о захвате духовных учебных заведений и мученической кончине более 20 священнослужителей епархии.

Временное высшее церковное управление на Юго-Востоке России (ВВЦУ ЮВР), в работе к-рого принимал участие архиеп. Димитрий, предложило руководству Белой Армии 25-27 сент. 1920 г. провести дни покаяния «в связи с необходимостью оздоровления тыла в религиозно-нравственном отношении». Во всех храмах было зачитано послание ВВЦУ ЮВР, подписанное архиепископами Димитрием (Абашидзе) и Феофаном (Быстровым), еп. Вениамином (Федченковым). Ради покаянных дней была объявлена амнистия. На пароходе «Цесаревич Георгий» из Сербии в Севастополь была доставлена чудотворная Курская-Коренная икона Божией Матери «Знамение», к-рую встречали крестные ходы из всех севастопольских церквей, главнокомандующий ген. Врангель, члены правительства, народ. 3 нояб. чудотворный образ был перевезен в Ялту. Было опубликовано распоряжение «О воспрещении на территории юга России в дни траура и молитвенной памяти убиенных и в смуте погибших, то есть 12, 13 и 14 сентября 1920 года, всякого рода зрелищ и увеселений». Выступавшие с публичными лекциями пытались осмыслить революционные события.

В нояб. 1920 г. более 145 тыс. беженцев, в т. ч. мн. священнослужители, покинули К. Архиеп. Димитрий не уехал, по благословению патриарха Тихона в авг. 1921 г. он ушел за штат и поселился в Топловском мон-ре, где власти разрешили ему оставаться не более года. 23 авг. 1921 г. управление епархией принял Никодим (Кротков), возведенный патриархом в сан архиепископа (по благословению патриарха Тихона в июне 1920 прибыл из Киева в Симферополь, перейдя линию фронта). Карательные мероприятия, широко применявшиеся в К. сразу после окончательного утверждения советской власти, в полной мере затронули православных священнослужителей: 3 дек. 1920 г. в Феодосии были казнены священники Андрей Антименко, Димитрий Богословский, Андрей Животков, Иоанн Карманов, Андрей Красницкий, Павел Левицкий, Григорий Солодовников, Евлампий Щекин и еще более 200 чел. 16 дек. был расстрелян сщмч. Андрей Косовский. 25 дек. 1920 г. Военно-революционный трибунал приговорил к расстрелу священника с. Петровского Феодосийского у. Георгия Русаневича.

В 1921 г. в Симферополе действовал комитет, занимавшийся вопросами отделения Церкви от гос-ва. «Союз приходских советов Симферополя», организованный архиеп. Никодимом, делегировал своего представителя на собрания комитета, однако его мнение учитывалось в редких случаях. После начала кампании по изъятию церковных ценностей архиеп. Никодим благословил приходам и верующим оказать помощь голодающим. КрымЦИК 30 марта 1922 г. издал указ, в котором всем правосл. храмам предписывалось в 36-часовой срок сдать ценности по имеющимся описям. 20-24 июня 1922 г. власти провели ревизию архиерейской канцелярии. Комиссия обнаружила, что канцелярии епархиального совета (образована 29 янв. 1919 вместо Таврической духовной консистории - ГАРК. Ф. Р-999. Оп. 1. Д. 137. Л. 3) нет, вместо нее имеется канцелярия Таврического епископа, к-рая именуется канцелярией правления «Союза приходских церквей города Симферополя». По документам нельзя было определить материальное положение епархии, что было квалифицировано как сопротивление власти. Правящего архиерея публично обвиняли в сопротивлении властям.

В изъятии церковных ценностей в качестве представителя раскольнической «Живой церкви» активно участвовал симферопольский прот. Евгений Эндека. После посещения в Москве центральных органов обновленческих структур Эндека уже в качестве уполномоченного Высшего церковного управления (ВЦУ) явился к архиеп. Никодиму с требованием передать ему управление Таврической епархией, но архиепископ ответил отказом. Опасаясь ареста, архиеп. Никодим вместе с архиеп. Димитрием, находившимся под домашним арестом в Топловском мон-ре, принял решение рукоположить во епископа вдового прот. Александра Зверева (см. Сергий (Зверев), сщмч.) после пострига его в монашество. Это решение одобрил Киевский и Галицкий митр. Михаил (Ермаков). 30 июля 1922 г. архиеп. Никодим нарек прот. Александра епископом Мелитопольским и Севастопольским, 1 авг. было учреждено Мелитопольское викариатство Таврической епархии для Мелитопольского, Бердянского и Генического уездов. 28 авг. 1922 г. на подворье Космодамиановского монастыря в Симферополе для пострига и архиерейской хиротонии собрались архиеп. Никодим, тайно приехавший архиеп. Димитрий (Абашидзе), настоятель кафедрального Александро-Невского собора прот. сщмч. Димитрий Игнатенко, прот. Семен Кикоть, протодиак. Петропавловского собора Димитрий Полежаев, игум. Космодамиановского монастыря Вирсавия (Подозникова) и мирянин Н. Митькин. На следующий день еп. Сергий обратился к таврической пастве с посланием, напечатанным в типографии Космодамиановского подворья.

Уехать в Мелитополь еп. Сергию не удалось, т. к. он был арестован вместе с архиеп. Никодимом. С 22 нояб. по 1 дек. 1922 г. проходил открытый суд над «крымскими церковниками» во главе с архиеп. Никодимом (73 чел.) по обвинению в сопротивлении изъятию церковных ценностей. Почти все они были признаны виновными, архиеп. Никодим приговорен к 8 годам лишения свободы (освобожден в 1923 по амнистии, в К. не смог вернуться из-за противодействия ОГПУ). Еп. Сергий «за недостатком улик» получил год условно, в февр. 1923 г. он был официально утвержден на Мелитопольской кафедре. Сразу после суда обновленцы получили разрешение НКВД К. на захват кафедрального Александро-Невского собора. «Живой церкви» были также переданы мн. храмы, монастырские подворья, свечной завод. В К. прибыл раскольнический «епископ» Петр Рождественский. В янв. 1923 г. партийные чиновники сформулировали офиц. позицию по церковным событиям в К. Церковь, по мнению властей, оставалась «активным гнездом контрреволюции... необходимо решительно устранить церковную администрацию, не сумевшую понять дух времени, заменить ее более свежими людьми... создать точки дружественного соприкосновения с государственной властью». В связи с вышеизложенным рекомендовалось негласно поддерживать «обновленцев в борьбе против реакционного духовенства путем передачи под законными предлогами в их ведение храмов, часовен и источников церковных доходов, подрывая этим экономическую основу существования черносотенного духовенства... Когда же старые церковники будут побеждены, наступит момент ударить и по их преемникам - обновленцам» (Доненко Н., прот. Наследники царства. Симф., 2000. Т. 1. С. 184).

Власти отреагировали и на создание Мелитопольского вик-ства, сообщив, что «организована новая епархия по инициативе епископа Сергия, черносотенного реакционера... С отделением Мелитопольского и Бердянского уездов от Таврической епархии Крым лишается возможности продолжать работу по расколу православной церкви - тихоновщина как раз перед собором возьмет верх. Посему ГПУ просит убрать епископа Зверева и протоиерея Сердобольского и ликвидировать самостоятельность Мелитопольской епархии» (Бахревский В. А. Святейший Патриарх Тихон. М., 2001. С. 664). В кон. апр. 1923 г. из Москвы пришло указание об аресте еп. Сергия и прот. Евгения Сердобольского. 11 мая еп. Сергий был арестован, что вызвало бурный протест верующих, предполагаемая высылка архиерея в Архангельскую губ. была отменена, как отметил работник ГПУ, «ввиду его большой популярности». Еп. Сергий возобновил антиобновленческую деятельность, пытался защищать гонимых пастырей. Когда в 1923 г. были арестованы сщмч. Димитрий Игнатенко и др. крымские священники, он обратился в ГПУ с просьбой отпустить арестованных под его личную ответственность. Епископу было отказано с предупреждением о том, что подобные ходатайства будут рассматриваться «как содействие контрреволюции». В мае 1923 г. был арестован и выслан из К. архиеп. Димитрий (Абашидзе), 8 окт. арестовали и выслали еп. Сергия. 26 янв. 1923 г. во епископа Севастопольского, викария Таврической епархии, был хиротонисан Александр (Раевский), в том же году уклонившийся в обновленчество; в 1924 г. он принес покаяние, был принят в сущем сане и назначен епископом Керченским (до 20 марта 1928). Под давлением властей и правосл. епископская кафедра в 1924 г. была перенесена в Феодосию.

В сер. 20-х гг. XX в. в Москве было принято решение усилить контроль над религ. жизнью К. с учетом пограничного статуса региона (в 1922 в К. действовали 178 правосл. храмов и 480 мечетей, также имелись 2 старообрядческие общины, 5 общин евангелистов, 17 католич. общин и 71 лютеран. община, 22 общины иудеев, 4 группы баптистов, 13 орг-ций др. конфессий). 27 мая 1925 г. образован стол по делам религ. культов при Центральном административном управлении НКВД Крымской АССР (ГАРК. Ф. Р-663. Оп. 18. Д. 4. Л. 40). Решением Президиума Крымского ЦИК от 13 авг. 1925 г. была создана Центральная комиссия по церковным делам при Президиуме Крымского ЦИК из 6 чел.: 3 представителей правоохранительных органов (НКВД, ГПУ, прокуратуры) и 3 представителей Президиума ЦИК К.; комиссию возглавил глава Президиума ЦИК В. Ибраимов. 15 окт. 1927 г. эта структура была переименована в Центральную комиссию по делам культа при Крымском ЦИК. Одной из причин образования комиссии стали многочисленные нарушения законодательства в работе местного админотдела НКВД, а также несогласованность в работе ответственных за религ. сферу различных ведомств (ГАРК. Ф. Р-663. Оп. 10. Д. 1299. Л. 2-3). В дек. 1932 г. Симферопольский и Крымский еп. сщмч. Порфирий (Гулевич) написал главе Центральной комиссии по вопросам культов П. Г. Смидовичу жалобу на Крымскую комиссию по вопросам культов в связи с тем, что ему было запрещено совершать некоторые молебны и произносить проповеди в храме (ГАРК. Р-663.17.33. Л. 93). Смидович сделал Крымской комиссии замечание за превышение своих полномочий и вмешательство в сферу компетенции ГПУ. 29 янв. 1936 г. еп. Порфирий вновь пожаловался во ВЦИК, сообщив, что Комиссия по вопросам культов при ЦИК Крымской АССР незаконно требовала каждый раз брать разрешение на совершение богослужений, проявляла «администрирование», угождала обновленцам и допускала «стеснения и ограничения в отношении верующих патриаршей ориентации» (ГАРК. Ф. Р-663. Оп. 17. Д. 33. Л. 226-227). Еп. Порфирий много служил в храмах епархии, проповедовал, призывал молиться «о сосланных и заключенных, невинно томящихся в изгнании архиереях, священстве, монашествующих и мирянах», активно выступал против обновленцев, называя их «антихристами, продавшимися властям». В 1933 г. за проповедническую деятельность был арестован, через 2 месяца освобожден. Епископа вновь арестовали 9 окт. 1936 г., через неск. дней схватили его помощника прот. сщмч. Николая Казанского. После 4 месяцев тюремного заключения еп. Порфирий и прот. Николай были приговорены к 5 годам адм. высылки. Владыка был отправлен в Казахстан, там вновь обвинен в антисоветской пропаганде, 2 дек. 1937 г. расстрелян. В это же время были расстреляны священнослужители, сподвижники и единомышленники еп. Порфирия: священномученики Елеазар Спиридонов (6 дек. 1937), Димитрий Киранов (4 янв. 1938), Тимофей Изотов (8 февр. 1938), Николай Мезенцев (14 февр. 1938), Иоанн Блюмович (13 апр. 1938), преподобномученики Варфоломей Ратных (10 февр. 1938), Владимир (Пищулин; 10 февр. 1938), Антоний (Корж; 14 марта 1938), мч. Димитрий Спиридонов (29 нояб. 1938) и др. Одним из последних 12 февр. 1945 г. погиб от голода в исправительно-трудовом лагере мч. Стефан Наливайко. К 1941 г. все правосл. храмы К., кроме Всехсвятского на Новом городском кладбище в Симферополе (принадлежал обновленцам), были закрыты.

Прот. Николай Доненко, В. Г. Пидгайко

1941-1944 гг.

В условиях нем. оккупации с нояб. 1941 г. фактическое руководство приходами РПЦ в К. осуществлял церковный отдел Симферопольской городской управы во главе с выпускником КДА А. Семёновым. С первых же дней существования этот подотдел повел борьбу с бывш. обновленцами, принуждая их к публичному раскаянию перед прихожанами в грехе раскола. В К. не было правосл. архиерея, с духовенством пытался наладить контакт назначенный в авг. 1942 г. епископ Екатеринославский и Мелитопольский Димитрий (Маган). Не позднее сент. 1942 г. крымские приходы взял под свое окормление хиротонисанный 21 июля 1942 г. во епископа Херсонского Серафим (Кушнерук) (с дек. 1942 епископ Мелитопольский и Таврический), принадлежавший к Автономной УПЦ.

К кон. 1942 г. в Симферополе действовали 5 храмов РПЦ. Существовала обновленческая Крымская епархия, к-рой принадлежал кладбищенский Всехсвятский храм в Симферополе. Его настоятелем в 1941 г. стал бывш. обновленческий «епископ» Викентий Никипорчик, которого ранее обновленческое руководство неоднократно запрещало в служении за аморальность: он оставлял церковную деятельность, с июля 1938 по янв. 1939 г. находился под арестом (ГАРК. Ф. Р-4808. Оп. 1. Д. 2989). После начала войны Никипорчик снова объявил себя епископом, вел переговоры с иерархами УАПЦ, проводил совместные богослужения с автокефалистскими клириками. После того как в Симферополь приехал еп. Серафим, обновленцы К. начали терять паству. В авг. или сент. 1942 г. от Викентия отошла кладбищенская церковь; ее клирики, прот. Николай Швец и свящ. Стефан Шпаковский, были приняты через покаяние в юрисдикцию еп. Серафима. Никипорчик, пользуясь поддержкой нем. чиновников, обустроил новый храм Всех святых в Симферополе, получил в городе храм святых Константина и Елены, попытался организовать приход в Мелитополе. Однако в окт. 1942 г. он был арестован за то, что крестил евреев (его дочь была замужем за евреем), и вскоре казнен. По сходному обвинению в 1942 г. был казнен прот. Николай Швец, однако позже прот. Архангельский в докладе в Московскую Патриархию утверждал, что прот. Н. Швец был казнен за чтение в своем храме воззвания патриаршего местоблюстителя митр. Сергия (Страгородского).

В 1942-1943 гг. было возобновлено много церквей в греч. селах и были рукоположены греч. клирики. К нач. 1943 г. открыты соборы Николаевский Морской и Владимирский в Севастополе, Николаевский в Балаклаве. К авг. 1943 г. в К. насчитывалось 70 действующих храмов, из них 5 в Симферополе. К весне 1944 г. число открытых храмов достигло 82. В связи с попытками крымских греков отделиться и создать свою церковную юрисдикцию еп. Серафим 5 мая 1943 г. выступил с посланием, в котором выразил поддержку деятельности церковного подотдела во главе с Семёновым. 14 мая 1943 г. еп. Серафим утвердил создание Крымского епархиального благочиннического совета, главой к-рого был избран старейший клирик региона, благочинный К. прот. Митрофан Василькиоти из Севастополя. Фактическими руководителями совета были заместители прот. Митрофана: прот. Павел Бобров и Семёнов. Все свои решения Крымский совет должен был согласовывать с Мелитопольско-Таврическим епархиальным управлением. В июне 1943 г. представители Крымского совета впервые приняли участие в состоявшемся в Мелитополе общеепархиальном совещании благочинных. 13 сент. 1943 г. еп. Серафим, резиденция которого тогда была в Симферополе, совершил последнюю службу в Мелитополе и эмигрировал в Румынию, протоиереи М. Василькиоти и П. Бобров уехали с отступающими нем. частями в Германию. К весне 1944 г. в Симферополе действующими были 6 церквей, к открытию готовился Петропавловский храм.

13 апр. 1944 г. Симферополь был освобожден от фашистов. Накануне было переизбрано руководство Крымского епархиального совета. Его новым председателем стал настоятель Всехсвятского храма прот. Евгений Ковальский, заместителем председателя - настоятель Трехсвятительского храма свящ. Иоанн Милославов, секретарем - Семёнов. 16 мая 1944 г. они отправили письмо в Совнарком Крымской АССР с сообщением о том, что 21 мая в греч. соборе Симферополя будет совершен благодарственный молебен по случаю завершения операции по освобождению К. Впосл. все 3 руководителя совета были репрессированы.

К июню 1944 г. в К. действовали 74 храма, в них служили 63 священника и 2 диакона. 10-30 июня 1944 г. по храмам Крымской епархии совершил инспекционную поездку уполномоченный Московской Патриархии прот. Александр Архангельский. 30 июня прот. А. Архангельский распорядился распустить Крымский епархиальный благочиннический совет и образовал вместо него Временное епархиальное управление церквами К. Временно управляющим делами Крымской епархии назначен настоятель Благовещенской ц. Симферополя прот. Иоанн Крашановский, его заместителями стали прот. Иоанн Милославов и свящ. Порфирий Клягин.

1944-1991 гг.

Постановлением Синода от 3 авг. 1944 г. управляющим Крымской епархией был назначен архим. Иоасаф (Журманов), хиротонисанный 13 авг. в Москве и 22 авг. прибывший в Симферополь. Кафедральным храмом стал греч. Троицкий собор, архиерейская резиденция находилась при Благовещенской ц. бывш. симферопольского подворья Космо-Дамиановского мон-ря. Вместо единого Крымского благочиния в 1944 г. в республике появились 7 благочиннических округов: Симферопольский, Севастопольский, Карасубазарский (с 1945 Белогорский), Джанкойский, Евпаторийский, Феодосийский, Керченский. Под давлением властей новый еп. Иоасаф 20 окт. 1944 г. отказался от Петропавловского собора в Симферополе (ГАРК. Ф. Р-2647. Оп. 7. Д. 2. Л. 12), к-рый готовился к открытию в период оккупации, а после освобождения сразу был передан Церкви (в храме даже проводились богослужения по случаю изгнания нем. оккупантов), в окт. 1944 г. закрыл Константино-Еленинскую, Трехсвятительскую и Покровскую церкви в Симферополе (на том основании, что для Симферополя 7 церквей - «слишком много»), 3 церкви в Ялте объединил в один приход с оставлением одного действующего храма. В кон. 1944 г. закрылись храмы в райцентрах Фрайдорф (ныне пос. Новосёловское Раздольненского р-на), Ички (ныне пос. Советский), Колай (ныне пос. Азовское Джанкойского р-на), часовня в Бахчисарае, прекратилось богослужение в храме, восстановленном в 1941 г. румынами, в с. Сарайлы-Кият (ныне Мирное Симферопольского р-на). В нач. 1945 г. упразднены Николаевский храм в Балаклаве, Рождество-Богородицкий в с. Сейтлер-Вакуф (ныне Разливы Нижнегорского р-на), Рождество-Богородицкий храм в с. Шакул (ныне Самохвалово Бахчисарайского р-на), Преображенский в с. Скеля (ныне Родниковское в черте Севастополя), Покровский в Джурчи (ныне Первомайское), Георгиевский в Лариндорфе (ныне Крестьяновка Первомайского р-на). Вместо изъятого храма в Ст. Крыму община получила бывш. арм. церковь в этом городе. К нач. 1946 г. в К. имелось 57 действующих церквей и молитвенных домов, служили 57 священников и 4 диакона. В 1946 г. в связи с депортацией из К. в 1945 г. греков и болгар закрылись храмы в селах Карасан (ныне Ровное Красногвардейского р-на), Мурзакой (ныне Дивное Белогорского р-на), Аджи-Ибрам (ныне Ключи Симферопольского р-на), Кишлав (ныне Курское Белогорского р-на). Ходатайства прихожан об открытии храмов не удовлетворялись. В виде исключения власти в 1945 г. поддержали просьбу свящ. Андрея Шовского, ранее состоявшего в партизанском движении, об открытии правосл. молитвенного дома в с. Мангуш (в 1945-1962 Партизанское; с 1962 - Прохладное) Бахчисарайского р-на, где в кон. 1943 г. все взрослое мужское население, свыше 150 чел., было расстреляно немцами за связь с партизанами, а церковь была сожжена. В 1944-1945 гг. несколько клириков было арестовано по обвинениям в коллаборационизме, в частности настоятель Всехсвятской ц. в Симферополе прот. Евгений Ковальский.

Свт. Лука (Войно-Ясенецкий). Фотография. 60-е гг. ХХ в.Свт. Лука (Войно-Ясенецкий). Фотография. 60-е гг. ХХ в.5 апр. 1946 г. еп. Иоасаф был переведен на Тамбовскую кафедру. 24 мая в К. был назначен архиеп. св. Лука (Войно-Ясенецкий). В отчете крымского уполномоченного за 1-й квартал 1948 г. об архиерее сообщается: «Из 11 священников, посвященных в сан после 1945 г., 10 посвящены архиепископом Лукой. 20 священников подвергались в свое время репрессиям или были судимы. Отношение архиепископа Луки к этой категории священников и к посвященным им лично более чем благожелательное: предоставляет им лучшие приходы, не подвергает их частым переброскам из одного прихода в другой. Особенно это заметно по отношению к подвергавшимся репрессиям, как «страдавшим за православную веру»» (ГАРФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 1032. Л. 30). Во 2-й пол. 40-х - нач. 50-х гг. XX в. продолжились аресты и высылка священников, обвиненных в коллаборационизме и антисоветской деятельности. Были репрессированы в 1945 г. по обвинению в коллаборационизме прот. Алексий Моссиенко (настоятель Александро-Невского собора в Ялте и благочинный Ялтинского окр.), свящ. Константин Павленко (настоятель храма в Красногвардейском) и др. В 1948-1950 гг. еще несколько священников были арестованы или высланы; именно эту последнюю группу духовенства пытался защитить архиеп. Лука. На встрече с уполномоченным по делам РПЦ 5 мая 1951 г. архиеп. Лука вступился за репрессированных клириков, подчеркнул, что «это были его самые лучшие священники» (ГАРФ. Ф. 6991. Оп. 1. Д. 769. Л. 59).

Церковь во имя прор. Илии в Евпатории. Фотография. 10-е гг. ХХI в.Церковь во имя прор. Илии в Евпатории. Фотография. 10-е гг. ХХI в.В 1948 г. был закрыт Владимирский храм в Симферополе, в следующем году закрыты храмы в селах Новожиловка Зуйского р-на, Садовое Нижнегорского р-на, церковь бывш. Топловского монастыря в пос. Мичурино Кировского р-на. В 1951 г. закрыт храм в с. Новоивановка Нижнегорского р-на. К 1958 г. в К. насчитывалось 48 приходов, служили 47 священников, 7 диаконов. В условиях антирелиг. кампании кон. 50-х - нач. 60-х гг. XX в. число приходов уменьшилось более чем в 3 раза. Закрывались в основном городские храмы: Покровский и Благовещенский в Симферополе, Покровский собор в Севастополе, Ильинский храм в Евпатории, Феодоро-Стратилатовский в Алуште, Феодоро-Тироновский в Ялте, Михайловский в Алупке, Покровский в Судаке, Успенский в Ст. Крыму, Всехсвятский в Феодосии, Введенский в Керчи, Петропавловский в Джанкое, Казанско-Богородицкий храм в Красногвардейском. К нач. 1961 г. действующими оставались 29 церквей, на регистрации состояло 26 священников. В 1961-1963 гг. сняты с регистрации еще 14 церквей, и действующими остались 15. Эта цифра оставалась неизменной до 1983 г. Последние закрытия и сносы церквей имели место в К. в сер. 80-х гг. XX в. В 1983 г. была снята с регистрации община в с. Григорьевка Красногвардейского р-на, а храм был снесен как аварийный. То же самое произошло в 1985 г. с храмом в с. Портовом Раздольненского р-на, к-рый также решили разрушить.

В 1986 г. православные К. начали борьбу за возвращение святынь. Впервые с послевоенных лет были зарегистрированы общины в Алуште, к-рой вернули закрытый в 1962 г. Феодоро-Стратилатовский храм, в Севастополе, в Судаке (одновременно Совет по делам религий принял решение об отказе в регистрации 3-й правосл. общины в Симферополе при Петропавловском соборе). В дальнейшем отказов в регистрации общин не было. В 1989 г. были зарегистрированы приходы Иоанно-Предтеченский в Керчи, в Советском, в с. Магазинка Красноперекопского р-на, в Ст. Крыму, община во имя 12 апостолов в Балаклавском р-не Севастополя, приходы в Черноморском, в Армянске. В следующем году была учреждена 3-я православная община в Симферополе, приходы в Раздольном, в пос. Зуя (ныне Белогорского р-на), Ильинский приход в Евпатории, приходы в Джанкое, в пос. Форос Ялтинского горсовета.

В 1990 г. от Крымской епархии отделили Днепропетровско-Запорожскую епархию (с 1973 временно находилась в подчинении Крымской).

1992-2015 гг.

Свято-Владимирский собор в Херсонесе. 1861–1876 гг. Архитекторы Д. Гримм и М. Ю. Арнольд. Севастополь. Фотография. Нач. XXI в.Свято-Владимирский собор в Херсонесе. 1861–1876 гг. Архитекторы Д. Гримм и М. Ю. Арнольд. Севастополь. Фотография. Нач. XXI в. 27 июля 1992 г. архиепископом Симферопольским и Крымским был назначен Лазарь (Швец; с 25 нояб. 2000 митрополит). По инициативе архиеп. Лазаря в 1992 г. был создан межконфессиональный совет К. «Мир - дар Божий», в к-рый вошли представители 8 конфессий. В 1997 г. открыто Симферопольское ДУ, в 2006 г. оно было реорганизовано в Таврическую ДС, к-рая разместилась в дореволюционном здании.

В июле 1992 г. в К. было зарегистрировано 48 правосл. общин, из к-рых только 30 имели постоянных священников. К 2010 г. число приходов епархии возросло до 394 (не считая 132 приходов в Джанкойской и Раздольненской епархии, учрежденной в 2008). Восстановлены 9 обителей, возрождается монашеская жизнь еще в 4 средневек. пещерных монастырях. С 1992 г. регистрируются греч. правосл. общины: приход храма св. Феодора Тирона в Ялте, Симферопольская община, Константино-Еленинский приход в с. Чернополье Белогорского р-на. В 2004 г. был освящен Свято-Владимирский собор в Херсонесе.

В 2000 г. Архиерейский юбилейный Собор РПЦ внес имена архиеп. Луки (Войно-Ясенецкого) и др. Крымских святых Нового времени в Собор новомучеников и исповедников Российских. В 2008 г. причислен к лику святых Гурий (Карпов), архиеп. Таврический.

Решением Синода УПЦ от 11 нояб. 2008 г. из Симферопольской и Крымской епархии было выделено 7 районов в сев. части Крымского п-ова, которые составили Джанкойскую и Раздольненскую епархию. 20 нояб. 2008 г. во епископа Джанкойского был хиротонисан Нектарий (Фролов). 9 июля 2009 г. он был переведен на др. кафедру, 14 февр. следующего года во епископа Джанкойского был хиротонисан Алипий (Козолий). 20 дек. 2012 г. 2 района К. были выделены в Феодосийскую и Керченскую епархию, которую возглавил митр. Платон (Удовенко).

В. Г. Пидгайко

Церковная архитектура

Крестовоздвиженская ц. в Ливадии. 1864–1866 гг. Архит. И. А. Монигетти. Фотография А. Шимаевой. 2007 г.Крестовоздвиженская ц. в Ливадии. 1864–1866 гг. Архит. И. А. Монигетти. Фотография А. Шимаевой. 2007 г. К. с присоединением его к России в кон. XVIII в. развивалась в русле общероссийских тенденций. В стиле классицизм были построены Покровская ц. в Судаке (1819-1829), собор блгв. кн. Александра Невского в Симферополе (1823-1829, архит. И. И. Шарлемань, разрушен в 1930; с 2003 воссоздается), ц. Усекновения главы св. Иоанна Предтечи в пос. Массандра (1829-1832, архит. Ф. Ф. Эльсон), ц. иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» в с. Насыпном (1830). Церкви свт. Иоанна Златоуста в Ялте (1833-1837; не сохр.) и вмч. Феодора Стратилата и Всех Крымских святых в Алуште (1837-1842) были возведены по проектам архит. Г. И. Торичелли с элементами неоготики. Успенская ц. в Гурзуфе. 1887–1890. Архит. М. Н. Чичагов. Фотография. Кон. XIX — нач. ХХ в.Успенская ц. в Гурзуфе. 1887–1890. Архит. М. Н. Чичагов. Фотография. Кон. XIX — нач. ХХ в.Особо активно церковное зодчество развивалось с 50-х гг. XIX в. Примерами русско-визант. стиля являются: Крестовоздвиженская ц. в Ливадии (1864-1866, архит. И. А. Монигетти), шатровая ц. свт. Афанасия Великого в Керчи (1864), Петропавловский собор (1866-1870, архит. К. Е. Лазарев) и Троицкая ц. (1868, архит. И. Ф. Колодин) в Симферополе, Казанский собор в Феодосии (1907-1911, архит. Г. Л. Кейль), ц. Феодоровской иконы Божией Матери в Бахчисарае (1913). Собор блгв. кн. Александра Невского в Ялте. 1891–1902 гг. Архитекторы Н. П. Краснов и П. К. Теребенев. Фотография. Нач. XXI в.Собор блгв. кн. Александра Невского в Ялте. 1891–1902 гг. Архитекторы Н. П. Краснов и П. К. Теребенев. Фотография. Нач. XXI в.Близость к территориям бывш. Византии повлияла на особую популярность визант. стиля при строительстве церквей Вознесенской в Ливадии (1872-1876, архит. А. Г. Венсан; не сохр.), блгв. кн. Александра Невского при гимназии в Симферополе (1880-1882; не сохр.), Покровской в Ореанде (1884-1885, архит. А. А. Авдеев), Успенской в Гурзуфе (1887-1890, архит. М. Н. Чичагов; не сохр.), Никольской в с. Мазанка (1882-1899, архит. М. С. Коморицкий), ап. Луки близ с. Кудрино (1904), прор. Илии в Евпатории (1911-1918, архит. А. Л. Генрих) и собора свт. Николая в Евпатории (1893-1899, архит. А. О. Бернардацци). В рус. стиле возведены Воскресенская ц. близ пос. Форос (1888-1892, архит. Н. М. Чагин), собор блгв. кн. Александра Невского в Ялте (1891-1902, архитекторы Н. П. Краснов и П. К. Теребенев), ц. арх. Михаила в Алупке (1903-1908) и Покровская ц. в с. Войкове Первомайского р-на (1903-1910, архит. Х. К. Васильев). В неорусском стиле - ц. свт. Николая в Н. Массандре (1916, архит. В. Н. Максимов). В духе средневек. кавказской архитектуры построены Преображенская ц. в имении Харакс в Гаспре (1906-1908, архит. Краснов) и арм. ц. Сурб-Рипсиме в Ялте (1909-1914, архит. Г. М. Тер-Микелов).

П. С. Павлинов

Старообрядчество

Небольшие группы старообрядцев во 2-й пол. XIX в. стали заселять аулы в К., опустевшие после выезда значительной части крымских татар в Османскую империю. Первая старообрядческая община в К. появилась в 1874-1876 гг. в с. Мама Русская Феодосийского у. (ныне Курортное Ленинского р-на). Село основали выходцы из Нижегородской губ., переселившиеся на побережье Азовского м. для занятий рыбным промыслом, позже к ним прибавились выходцы из старообрядческих уездов Черниговской губ. В письме Керченского благочинного в Таврическую консисторию от 23 сент. 1884 г. впервые упоминается, что раскольники имеют в Маме Русской молельню, при ней уставщика, крестьянина Черниговской губ. Власа Никитина. По данным Таврического епархиального миссионерского комитета за 1897 г., в Еникале жили 49 беспоповцев. Последователей Белокриницкой иерархии насчитывалось 24 чел. в Керчи и 288 чел. в Феодосийском у. (община в Маме Русской и небольшая группа в Казантипе). На рубеже XIX и XX вв. появилась община старообрядцев в Симферополе. 14 дек. 1900 г. делегация крымских старообрядцев встретилась в Ялте с С. Ю. Витте и имп. св. Николаем II Александровичем.

22 марта 1907 г. жители с. Мама Русская обратились к губернатору Тавриды с просьбой зарегистрировать общину, 27 марта такое разрешение было получено (ГАРК. Ф. 27. Оп. 1. Д. 13351. Л. 5). Община имела молитвенный дом и церковноприходскую школу. 17 нояб. 1916 г. Таврическое губернское правление позволило окормлять этот приход старообрядческому военному священнику из Севастополя Иакову Никулину. В окт. 1914 г. с просьбой о регистрации обратилась севастопольская община во главе с Иаковом Никулиным, разрешение пришло 22 мая следующего года (Там же. Д. 13050. Л. 30). В 1913 г. в Таврической губ. были учтены окружники (268 чел.) (см. «Окружное послание»), из них в Симферополе 40 чел. и в с. Мама Русская 228 чел. В 1917 г. в Севастополе и Перекопе имелись единоверческие (см. Единоверие) общины.

24 июля 1916 г. старообрядческий Московский архиеп. Мелетий (Картушин) обратился к начальнику штаба Верховного главнокомандующего России с просьбой о введении на Черноморском флоте должности священника старого обряда. 3 авг. командующий Черноморским флотом назначил флотским священником Иакова Никулина. 3 февр. 1917 г. архиеп. Мелетий поставил Никулина старообрядческим благочинным Черноморского флота. В дек. 1919 г. Деникин по просьбе архиеп. Мелетия подтвердил за Никулиным полномочия военного священника на территории, контролируемой Добровольческой армией. Летом 1920 г. на средства Никулина был произведен ремонт храма в Маме Русской.

В нач. 20-х гг. XX в., после установления в К. советской власти, из 3 старообрядческих приходов прошла перерегистрацию только община в Маме Русской, но и она была закрыта решением комиссии по вопросам культов при ЦИК К. от 25 окт. 1925 г. (ГАРК. Ф. Р-663. Оп. 17. Д. 33. Л. 13). Молитвенное здание стало клубом, церковная утварь была частично спасена верующими, впосл. возвращена в храм. Рождество-Богородичный храм в Маме Русской был возобновлен в авг. 1942 г. При освобождении села в апр. 1944 г. церковь была частично разрушена, к 1948 г. восстановлена. В сер. 40-х гг. XX в. в общину Мамы Русской входило 223 чел. В 1946-1948 гг. уполномоченный по религиозным культам Крымской обл. зафиксировал незарегистрированную старообрядческую общину численностью 30 чел. в Симферополе. В нач. 60-х гг. местная власть усилила преследование незарегистрированных религ. групп. Были обнаружены нелегальные старообрядческие общины в Симферополе (45 чел.) и Севастополе (30 чел.). Под давлением властей обе группы распались.

Постановлением Совета по делам религий при СМ СССР от 25 янв. 1990 г. получила регистрацию община в Симферополе (ГАРФ. Ф. 6991. Оп. 6. Д. 4257. Л. 7). 17 марта 1992 г. зарегистрирована новая редакция устава Рождество-Богородичного прихода в с. Курортном (бывш. Мама Русская), к-рый не прекращал функционировать с 1942 г. В 1999 г. зарегистрирована община свт. Иоанна Златоуста в Севастополе, в 2011 г.- ялтинская община Введения во храм Пресв. Богородицы. Две последние общины храмов не имеют. В сент. 2014 г. К. посетил старообрядческий митр. Московский и всея Руси Корнилий (Титов), к-рый поставил вопрос о строительстве старообрядческих храмов в Севастополе и Керчи. Все действующие старообрядческие общины К. принадлежат к Русской православной старообрядческой церкви (Белокриницкая иерархия).

Бывшие общины РПЦЗ и «истинно православных христиан»

В 20-30-х гг. XX в. на территории К. получило распространение движение «истинно православных» христиан (ИПХ), проявлявшее активность и в послевоенный период. В 1957 г. в с. Мазанка представители этого движения, т. н. катакомбники, отказались принять участие в выборах в Верховный Совет СССР, чем привлекли к себе внимание властей. В группе было 29 чел., называвших себя «старогреческим направлением тихоновского течения». 12 чел., включая руководителя группы С. Н. Чередина, арестовали. Группа продолжила существование, в 1962 г. в выборах не участвовали уже 36 катакомбников. Др. группа ИПХ существовала в кон. 50-х в Алупке, в нее входило ок. 30 чел. (большинство молодежь). Несмотря на то что в 1961 г. руководитель группы И. Бойко выступил в прессе с отречением от религии, Алупкинская группа ИПХ существовала до 80-х гг. XX в.

В 90-х гг. XX в. в К. появились общины Русской Православной Церкви за границей (РПЦЗ). Первой стала община «Российской православной свободной церкви» (РПСЦ) (объединение приходов РПЦЗ в России и странах СНГ в 90-х гг. XX в.) в Севастополе, зарегистрированная в 1990 г. Ее создали перешедшие в РПСЦ клирик Трехсвятительского храма в Симферополе прот. Андроник Кохно и настоятель Никольского храма-памятника на Братском кладбище Севастополя свящ. Георгий Кохно. В 1991 г. были зарегистрированы 4 общины РПСЦ: в Керчи, в Симферополе, в Феодосии и в Ялте. Три из них вошли в Суздальскую епархию во главе с Валентином Русанцовым (см. Российская православная автономная церковь (РПАЦ)), последняя - в Тамбовско-Одесскую епархию Лазаря (Журбенко).

С 1994 г. общины РПСЦ в К. перерегистрировались в составе «Русской истинно-православной церкви» (самоназвание общин РПЦЗ на Украине). На этом настаивал неканонически рукоположенный 27 марта 1994 г. в юрисдикции Валентина Русанцова «епископ Симферопольский и Крымский» Агафангел Пашковский. В 1994 г. были зарегистрированы «Русская ИПЦ г. Симферополя» (в ведении Агафангела Пашковского), община в Симферополе св. Царственных мучеников Одесской епархии РПСЦ (в ведении Лазаря (Журбенко)). В дек. 1996 г. в Симферополе получило регистрацию Крымское епархиальное управление «Русской ИПЦ» во главе с Пашковским. Созданный В. Лапковским «Крымский благочиннический округ РПСЦ юрисдикции за границей» (в ведении Канского еп. Варнавы (Прокофьева)) отказался подчиняться Пашковскому. В 1997 г. Пашковский инициировал открытие на окраине Симферополя женского мон-ря. В 1998 г. в Симферополе зарегистрирована община арх. Михаила Крымской епархии Русской ИПЦ, в 1999 г.- Рождество-Богородичный приход в Керчи (в 2000 присоединился к УПЦ), в 2000 г. получили регистрацию община Всех святых в Феодосии, Троицкий приход в с. Чистеньком Симферопольского р-на и приход св. царевича Алексия в Симферополе. После создания в 2001 г. РПЦЗ в новую юрисдикцию митр. Виталия (Устинова) (РПЦЗ(В)) перешло большинство крымских приходов, подчинявшихся Пашковскому. Последним приходом в ведении Русской ИПЦ в К. 16 нояб. 2007 г. получил регистрацию приход св. царевича Алексия в Ялте.

Синод РПЦЗ 19 марта 2003 г. постановил объединить Крымско-Симферопольскую и Одесскую епархии в одну с центром в Одессе во главе с Пашковским. В К. в подчинении Пашковского остался только приход прп. Елисаветы Феодоровны в Феодосии (2002). 19 апр. 2007 г. Пашковский был запрещен в служении Синодом РПЦЗ, 1 сент. 2009 г. лишен сана. Сторонники Пашковского, живущего в Одессе, в нояб. 2008 г. объявили его «митрополитом» и «первоиерархом» очередной раскольнической группы, прикрывавшейся названием РПЦЗ.

В 2001 г. в Симферополе в офисном здании был обустроен домовый храм для «Симферопольской общины Русской ИПЦ юрисдикции РПЦЗ(В)» во имя св. Царственных мучеников, к-рая находится в юрисдикции ответвления РПЦЗ во главе с Владимиром (Целищевым). В этой же юрисдикции оказался и настоятель прихода в Феодосии В. И. Лапковский. После монашеского пострига с именем Мартин он был поставлен 8 окт. 2010 г. во «епископа Алексинского и Южнорусского»; изредка совершает службы в К.

Из других направлений движения ИПХ известна община бывш. священника УПЦ КП, затем Российской ИПЦ Андрея Егорова, зарегистрированная в нояб. 2003 г. в Керчи как «благотворительный фонд св. апостола Андрея Первозванного». Община называет себя представительством в К. раскольнической Черногорской православной церкви. В том же году заявила о себе община РПАЦ в с. Митяеве Сакского р-на. В 2003 г. с уведомлением о своей деятельности в Совет по делам религий К. обратилась «Киновия Украинской истинно православной церкви» с храмом Преображения Господня в с. Мраморном Симферопольского р-на во главе с «архиепископом Херсонесским и Готским» Дамианом Акимовым. При его участии в 2007 г. был открыт муж. скит с часовней Христа Спасителя на горе Шулдан близ с. Терновка Балаклавского р-на Севастополя. «Архиепископ» Дамиан, начавший свою деятельность в К. в 2002 г. в юрисдикции Украинской ИПЦ под управлением «митрополита» Антония Власова, в 2003-2005 гг. состоял в ИПЦ-Рафаила (в ведении лжемитр. Рафаила Прокопьева (Мотовилова), в 2005-2008 гг. в подчинении ИПЦ-Синода митрополитов (под рук. «митрополита» Алексия Киселёва-Тихомирова), затем создал собственную юрисдикцию. В 2007-2008 гг. община «архиепископа» Дамиана Готского пыталась проводить несанкционированные строительные работы на территории средневек. пещерных мон-рей в урочище Челтер-Мармара и на горе Мангуп. Их деятельность была пресечена властями. Впосл. в данных пещерных комплексах были открыты обители УПЦ: на Мангупе с 2008 г. действует Благовещенский скит, а в пещерном мон-ре Челтер-Мармара в 2009 г. основан скит прп. Саввы Освященного. Группа «архиепископа» Дамиана располагает Покровским скитом в с. Терновка, скитом Христа Спасителя на горе Шулдан, Благовещенским скитом в с. Айвазовском Кировского р-на (открыт в 2009). Группа Акимова известна приверженностью к эзотерике и оккультизму.

С 2008 г. в К. существует небольшая группа сторонников ИПЦ-Рафаила, к-рую в 2008-2009 гг. возглавлял живший в Севастополе «епископ Крымский и Херсонесский» Владимир Полищук (бывш. «епископ Одесский» УПЦ КП). После его ухода от «рафаиловцев» Крымскую епархию ИПЦ-Рафаила в 2009 г. возглавил В. П. Сикилинда («иеромонах» Исидор), активно использующий эзотерические практики.

Расколы кон. XX - нач. XXI в.

УПЦ КП

25 июня 1995 г. в Симферополе зарегистрировали общину УПЦ КП во имя равноапостольных Владимира и Ольги под рук. прот. Владислава Махоты, перешедшего в раскол из УПЦ. Этому предшествовала регистрация Махотой 13 февр. 1995 г. в юрисдикции УПЦ 1-го «украиноязычного православного прихода г. Симферополя» во имя равноапостольных Владимира и Ольги, актив к-рого был тесно связан с укр. националистическим об-вом «Просвита». В общине вскоре произошел раскол, связанный с коммерческой деятельностью Махоты под прикрытием церковного служения. Группа недовольных Махотой 11 июля 1995 г. зарегистрировала в Симферополе общину УАПЦ во имя Св. Софии.

26 июня 1996 г. Махота зарегистрировал в Симферополе устав Крымского епархиального управления УПЦ КП. 18 июля он принял монашество с именем Антоний, 21 июля 1996 г. хиротонисан Филаретом (см. ст. Денисенко М. А.) во «епископа Симферопольского и Крымского» УПЦ КП. В 1996 г. власти передали УПЦ КП здание бывш. Симферопольского военно-политического уч-ща, где разместили управление Крымской епархией УПЦ КП и кафедральный собор равноапостольных Владимира и Ольги. Осенью 1996 г. от Махоты из-за его коммерческой деятельности отделилась украинская казачья община Симферополя. В сент. 1997 г. Махота был переведен в г. Хмельницкий. В нояб. 1997 г. новым секретарем с правами управляющего Крымской епархией УПЦ КП назначен «священник» Павел Кущ, с июля 2000 г. «епископ» Климент.

При поддержке укр. властей, к-рая в К. не могла быть широкой в условиях неприятия раскольников подавляющим большинством правосл. крымчан, создавались новые общины УПЦ КП. Все новообразованные приходы получали от гос-ва богослужебные помещения в безвозмездную аренду. Однако далеко не все зарегистрированные общины УПЦ КП нормально функционировали из-за нехватки прихожан и нежелания «священников» обслуживать малочисленные приходы. 6 июня 1995 г. зарегистрированы Иоанно-Богословский приход в пос. Гурзуф Ялтинского горсовета, Николаевский приход УПЦ КП в Севастополе, настоятелем которого в 2003 г. стал бывш. преподаватель Нахимовского военно-морского училища В. Е. Щипаков, принявший монашество с именем Макарий; он претендовал на руководство «филаретовцами» в К., добился получения несколькими клириками УПЦ КП статуса «капелланов Военно-морских сил Украины». В 1996 г. получили регистрацию Покровская община в Симферополе, приход вмц. Варвары в Керчи, Успенская община в Ялте, Рождество-Богородичная община в с. Лесноселье Симферопольского р-на и Николаевская община в с. Ярком Поле Джанкойского р-на. В 1997 г. зарегистрирована Рождество-Богородичная община в пос. Симеиз Ялтинского горсовета (в 2000 перешла в УПЦ). В 1998 г. регистрируются приходы: Александро-Невский в с. Софиевка Симферопольского р-на, Троицкий в пос. Гаспра Ялтинского горсовета, Вознесенский в пос. Кореиз Ялтинского горсовета, Благовещенский в с. Новосёловка Симферопольского р-на, Кирилло-Мефодиевский в Евпатории, Покровский в с. Перевальном Симферопольского р-на. В 1999 г. зарегистрирована Димитриевская община в с. Балки Белогорского р-на.

После того как Филарет был предан анафеме в 1997 г., священнослужители 2 приходов УПЦ КП в Ялтинском горсовете присоединились к УПЦ и выступили с покаянием в СМИ. В 2010 г. в УПЦ перешел зарегистрированный в 2001 г. муж. мон-рь УПЦ КП во имя прп. Паисия Величковского в с. Морозовка Балаклавского р-на Севастополя. В 2011 г. бывш. «епископ» УПЦ КП Паисий Дмоховский, насельник этого мон-ря, также вернулся в УПЦ и принял в 2011 г. великую схиму с именем Лазарь. В авг. 2011 г. обитель освятил митр. Владимир (Сабодан). Тогда же к УПЦ МП присоединилось и подворье Паисиевского мон-ря УПЦ КП с храмом Вознесения Господня в с. Гончарном Балаклавского р-на Севастополя.

С первых лет руководство УПЦ КП в К. активно занималось политической деятельностью. В 1996 г. Филарет, впервые посетивший Симферополь в качестве главы УПЦ КП, сделал ряд заявлений в поддержку крымскотатарского меджлиса. В мае 1999 г. на митинге сторонников меджлиса в Симферополе управляющий епархией УПЦ КП Кущ призвал крымских татар к совместной борьбе против Московского Патриархата. В июле 2000 г. Денисенко на встрече с главой меджлиса М. Джемилевым договорился о совместных действиях против УПЦ, после чего муфтий Э. С. Аблаев и «епископ» Кущ вышли из межконфессионального совета К. Тогда же на совместной с Джемилевым пресс-конференции Филарет сделал заявление в поддержку совершённых татарами разрушений крестов в К.

В 2000-х гг. сеть приходов УПЦ КП расширялась, часто сопровождаясь захватом храмов УПЦ. В 2002 г. были поставлены на учет общины Михайловская в с. Осовины Ленинского р-на и Воскресенская в с. Октябрьском Первомайского р-на. В апр. 2003 г. «филаретовцы» захватили в с. Перевальном Симферопольского р-на здание приходского храма, который начала строить община УПЦ; власти разрешили конфликт в пользу УПЦ КП, в 2014 г. храм был возвращен канонической общине. В 2003 г. регистрацию получили приходы УПЦ КП: Рождество-Богородичный в с. Межгорье Белогорского р-на, Иоанно-Предтеченский в пос. Красногвардейское, Успенский в с. Островском Первомайского р-на, Георгиевский в с. Кумовом Раздольненского р-на. В 2004 г. зарегистрированы Георгиевский приход в с. Останине Ленинского р-на, Николаевский в пос. Новофёдоровка Сакского р-на, прп. Агапита Печерского в г. Саки, святых Гурия, Самона и Авива в с. Михайловка Сакского р-на, святых Веры, Надежды, Любови и Софии в пос. Черноморское. В 2006 г. поставлены на учет приходы Андреевский в Евпатории, св. Иоанна Воина в с. Перевальном Симферопольского р-на.

В период президентства В. А. Ющенко (2005-2010) крымские общины УПЦ КП стали получать более активную поддержку украинских властей. В 2006 г. Филарет и «архимандрит» Макарий Щипаков открыли приход во имя апостолов Петра и Павла при военно-учебном центре украинского флота в Севастополе, рядом с к-рым было освящено место под строительство храма (позже захват участка был отменен по решению суда). С 2009 г. Щипаков служил в Климентовской ц. при укр. военном госпитале в бухте Омега, в 2002-2009 гг. находившейся в УАПЦ. В 2009 г. началось строительство Георгиевского храма в Феодосии и Преображенского храма в с. Мраморном. В 2013 г. Симферопольский горсовет дал разрешение Крымской епархии УПЦ КП на выделение места под строительство кафедрального собора Христа Спасителя в Симферополе (строительство не началось).

УПЦ КП позиционировала себя в К. как конфессия, ставившая своей целью религиозную консолидацию украинского населения и на этом основании добивавшаяся от властей Украины и К. финансовой помощи и привилегий. Тем не менее даже в сев.-зап. районах К.-Красноперекопском, Раздольненском и Первомайском, где украинцы численно преобладают,- раскольники серьезной поддержки не имели.

УАПЦ

начала свою деятельность на Крымском п-ове в янв. 1992 г., когда шло формирование укр. военно-морских сил, для идейного воспитания которых властями создавались т. н. военные храмы, часто в ведении автокефалистов. 31 янв. 1992 г. была зарегистрирована Троицкая община УАПЦ в Севастополе. Громкая акция с участием духовенства УАПЦ имела место 1 марта 1992 г. Несколько сот членов УНА-УНСО и «епископ» Белоцерковский УАПЦ Владимир Романюк приехали из Киева в Севастополь. «Епископ» участвовал в митинге и служил панихиду на окраине Севастополя на месте расстрела в 1918 г. большевиками моряков петлюровской армии.

С 1999 г. Троицкую общину УАПЦ в Севастополе возглавлял свящ. Игорь Чикита (с 2008 «иеромонах» Серафим), подчинявшийся Харьковско-Полтавскому «епископу» Игорю Исиченко. В 2002 г. он открыл домовый храм во имя свт. Климента Римского при укр. военном госпитале в бухте Омега (в 2009 храм перешел в ведение УПЦ КП). Чикита также окормлял белорус. правосл. общину Севастополя, в 2009 г. объявил о переходе в Белорусскую автокефальную православную церковь и об организации в Севастополе «украинского представительства» этой структуры. Вскоре переехал в США, где стал раскольническим «епископом». В 1995 г. в непосредственном подчинении Димитрию Яреме в Симферополе была зарегистрирована община УАПЦ во имя Св. Софии, в 1999 г. поставлена на учет община Христа Спасителя Таврическо-Херсонской епархии УАПЦ в Керчи.

В 2001 г. в Симферополе в юрисдикции главы УАПЦ «митрополита Тернопольского и Подольского» Мефодия Кудрякова появились «подворья» Тернопольской митрополии УАПЦ - приходы арх. Михаила и Введенский. В дек. 2001 г. была зарегистрирована Крымская епархия УАПЦ в составе 3 общин. Новую структуру возглавил «архиепископ» Херсонесский и Крымский Иоанн (Я. В. Модзолевский). Власть «архиепископа» Модзолевского в 2002 г. признали симферопольская Покровская община (создана в 2002, в 2005 присоединилась к УПЦ), Троицкий приход в Севастополе, община Праведников мира во имя Всех святых в Симферополе (создана в 2002). В 2006 г. «архиепископ» Модзолевский пытался присоединиться к Симферопольской епархии УПЦ при условии, что 9 приходов его епархии будут выделены в «Херсонесское викариатство», а сам он станет викарным епископом Симферопольской епархии. Его условия не были приняты, Модзолевский остался в УАПЦ (ГАРК. Ф. Р-3909. Оп. 1. Д. 237. Л. 14). 2 марта 2007 г. он был освобожден от управления Херсонесско-Крымской епархией и назначен «архиепископом Уманским», викарием Киевской митрополии УАПЦ. Крымская епархия была передана под управление Мефодия Кудрякова, однако фактически она уже не существовала.

В К. самостоятельно действовала УАПЦ-соборная. В 2005-2006 гг. в ее юрисдикции был построен Покровский мужской скит с реабилитационным центром «Возрождение» в с. Терновка Балаклавского р-на Севастополя, общину возглавил бывш. архимандрит РПЦЗ Владимир (Левицкий). 18 июля 2005 г. он был объявлен «епископом Херсонесским и Крымским». В 2006 г. Левицкий перешел в Автономную Украинскую православную церковь в Америке, где по-прежнему титуловался «епископом», называл себя «капелланом» Военно-морских сил Украины, в 2007-2008 гг. его сторонники построили Троицкую часовню на территории укр. военно-морского госпиталя в Севастополе. В 2011 г. реабилитационный центр в Терновке был закрыт, в следующем году Левицкий переехал в Одессу и вошел в юрисдикцию лжемитр. Агафангела Пашковского.

Римско-католическая Церковь. Кон. XVI - нач. XXI в.

К кон. XVI в. на территории Султанского санджака (Юж. берег К.) почти все католич. храмы перестали существовать, действующими оставались единичные приходы во внутренних районах Крымского ханства. Из донесений посла польск. короля к крымскому хану известно, что в 1578 г. действовали только 2 католич. церкви в Каффе, остальные же католические храмы в К. были закрыты. В нач. XVII в. католикам удалось возобновить миссионерскую деятельность в К. В 1612 г. по разрашению хана поселился в К. близ Каффы польск. иезуит Францишек Згода. В 1625 г. хан Джанибек-Гирей дал разрешение доминиканцам вести проповедническую работу в ханстве. Не позднее 1634 г. свою резиденцию в Каффе основал доминиканец Эмидио Дортелли д'Асколи, титуловавшийся «префектом Каффы и Татарии». В своем «Описании Татарии» он упоминает, что в Каффе сохранилась лишь «генуэзская церковь», восстановленная на средства местного армяно-католич. населения, но «ее приход оставался ничтожным». О наличии в Каффе лишь 1 католич. храма сообщал в 1650 г. франц. инженер Г. Левассёр де Боплан.

В 1701 г. в Бахчисарае открылась миссия иезуитов, организованная благодаря франц. посланнику при Оттоманской Порте. Служители миссии, опекаемые франц. дипломатами в Стамбуле, получили от хана разрешение на служение среди христиан К., как невольников, так и свободных (греков и армян). На месте разрушенной арм. церкви Пресв. Богородицы на окраине Бахчисарая был устроен католич. храм, к-рый вскоре по приказу хана Селима-Гирея (1702-1704) был разрушен. В 1706 г. иезуитам было разрешено восстановить церковь и открыть при ней коллегию. Церковь построили не позднее 1713 г. Деятельность миссии сначала охватывала неск. городов в центральных и зап. районах К.: Бахчисарай, Оркапы (Перекоп), Карасубазар, Гёзлев (ныне Евпатория). Девлет III Герей, хан К. в 1716-1717 гг., разрешил иезуитам открыть филиал миссии в Каффе (возможно, в связи с деятельностью там общины армяно-католиков) и даже построить там храм (реализовано не было). В 1736 г., при вторжении в К. войск фельдмаршала гр. Х. А. Миниха, сгорела Бахчисарайская коллегия с домовым храмом и б-кой. В 1810 г. франц. и нем. иезуиты (гр. Э. Ш. А. де Монфор (также известный как Ш. А. Г. Монтандон, автор путеводителя по К.), А. Пирлинг, Ф. Гофман) развернули свою деятельность в нем. колониях Таврической и Херсонской губерний. 13 марта 1820 г. имп. Александр I подписал указ об изгнании из Российской империи членов ордена иезуитов.

На место ушедших в 80-х гг. XVIII в. с полуострова греч. и арм. христиан, переселившихся в Приазовье, в К. после 3-го раздела Польши (1795) устремились польск. переселенцы и нем. колонисты. В К. существовала также франц. католич. община из эмигрантов. В 60-х гг. XIX в. в Перекопском у. появились 4 чеш. колонии: Табор (ныне с. Макаровка Первомайского р-на), Богемка (ныне с. Лобаново Джанкойского р-на), Цареквичи (ныне с. Пушкино Красногвардейского р-на), хутор Александровка (ныне с. Александровка Красногвардейского р-на). В 1-й пол. XIX в. в Керчи сложилась довольно крупная итальянская община, у истоков к-рой стоял генуэзец Р. Скасси, занимавшийся торговлей с черкесами. Он добился для Керчи статуса градоначальства (1821), учреждения порта (1827), установил торговые связи с Сардинским королевством (в него тогда входила Генуя). В 1835-1840 гг. итал. община в Керчи построила Успенский храм. К нач. ХХ в. итальянцы составляли 2% населения Керчи.

В 1889 г. в Таврической губ. имелось 9 самостоятельных католич. приходских храмов и 32 филиальных, все они относились к Симферопольскому деканату Тираспольско-Саратовской епархии; насчитывалось ок. 16 тыс. прихожан. Помимо приходов в Симферополе, Ялте, Севастополе, Феодосии, Евпатории и Керчи статус самостоятельных имели также храм Всех святых в нем. колонии Розенталь (ныне Ароматное Белогорского р-на), храм св. Амвросия в г. Перекопе, храм св. Иосифа в дер. Мисхор Ялтинского у. По переписи 1897 г., в Таврической губ. насчитывалось более 29 тыс. католиков лат. обряда.

В 1924 г. на гос. регистрации состояли 17 католич. общин. В К. тогда насчитывалось 42 350 немцев (из них 1/4 были католиками) и 5730 поляков. Поляки были выселены из К. в 1937-1938 гг., в 1941 г. депортированы немцы. В 1958 г. властям стало известно о тайной католич. общине в колхозе «Дружба народов» в с. Петровка (ныне Красногвардейского р-на). Сюда из Житомирской обл. в 50-х гг. XX в. переселилось 20 польских семей, в частном доме была устроена молельня, к-рую посещало от 10 до 15 чел. В нач. 60-х гг. община была разгромлена. Др. нелегальная католич. община численностью 20 чел. существовала в эти годы в с. Подгорном Красногвардейского р-на.

В 1992 г. была зарегистрирована 1-я в К. в постсоветский период католич. община лат. обряда в Керчи, которой вернули полуразрушенное здание Успенского храма. В том же году встала на учет Успенская община в Симферополе, к-рая в 1997 г. оборудовала в частном доме часовню. В 1993 г. зарегистрирован приход Непорочного зачатия в Ялте, ему вернули здание костела в центре города, при храме действует мон-рь доминиканцев. В 1995 г. получили регистрацию общины Матери Божией Милосердной в Джанкое, Матери Божией Неустанной помощи в с. Лобанове (бывш. Богемка) Джанкойского р-на, в с. Ярком Джанкойского р-на, Успенская община в с. Кольчугине (бывш. Кроненталь, Булганак) Симферопольского р-на. Последней общине в 2003 г. был передан бывш. лютеран. храм села, после ремонта в 2010 г. он был освящен в честь Рождества Пресв. Богородицы. В 1995 г. зарегистрирована община Пресвятого сердца Иисуса в с. Александровка Красногвардейского р-на, к-рая получила старый чеш. костел. В 1996 г. зарегистрирован приход Всех святых в Феодосии, при нем с февр. 2002 г. действует община францисканцев. В 1997 г. зарегистрирован приход св. Мартина в Евпатории, при нем в 1999 г. был организован мон-рь миссионеров облатов. В 1998 г. зарегистрирован Климентовский приход в Севастополе, размещающийся при часовне; историческое здание Климентовского костела в центре Севастополя занимает кинотеатр. В 2001 г. зарегистрирована община Милосердия Божия в с. Братском Первомайского р-на. В 2003 г. поставлена на учет Троицкая община в Алуште. Последней в 2005 г. получила регистрацию община в с. Литвиненкове Белогорского р-на. Помимо 14 зарегистрированных католич. общин лат. обряда без регистрации действуют общины в Армянске, Красноперекопске, Нижнегорском и Красногвардейском, приписанные к Джанкойскому приходу, а также часовни в с. Докучаеве Красногвардейского р-на и в с. Цветочном Белогорского р-на.

4 мая 2002 г. было образовано Одесско-Симферопольское католическое еп-ство, в составе которого с 2008 г. существует Крымский генеральный викариат. В 2008-2011 гг. генеральным викарием с пребыванием в Симферополе являлся еп. Петр Геркулиан Мальчук. Его усилиями в К. были построены большие католические храмы: Матери Божией Милосердной в Джанкое, св. Мартина в Евпатории (освящены в 2010). С нояб. 2012 г. Крымский викариат возглавляет еп. Яцек Пыль, имеющий резиденцию при Успенском храме в Симферополе. Основная масса прихожан - поляки, немцы, чехи, однако есть и значительное число украинцев, т. к. среди них католич. миссионеры ведут активную прозелитическую деятельность (в половине римско-католич. храмов К. регулярно служат мессы на укр. языке).

Армянская католическая Церковь

Об армяно-католиках в К. впервые упоминается в письме папы Римского Иоанна XXII от 28 марта 1318 г.: папа благодарит армян из Каффы за их обращения в Рим по ряду вопросов и за согласие подтвердить свою приверженность католич. вере. В 1333 г. доминиканцы армянского происхождения основали в Каффе католич. мон-рь. С 40-х гг. XIV в. известен армяно-католич. орден братьев-униторов (униатов) свт. Николая; с сер. XIV в. ордену принадлежала ц. св. Николая в Каффе. К этому же времени относятся упоминания об армяно-католич. мон-ре свт. Николая, а также об арм. ц. арх. Михаила в Каффе. Среди участников Флорентийского Собора был не только униат. армяно-католич. епископ Каффы Минас, но и наместник Киликийского (Сисского) арм. патриарха в К. архим. Саргис из Каффы, подписавший решения Собора. После 1475 г. армяно-католич. приходы в К. пришли в упадок.

В нач. XIX в. Армянская католич. Церковь возобновила свою деятельность в К. В 1833-1846 гг. в Карасубазаре существовали приход свт. Григория Просветителя и армяно-католич. школа, к-рыми руководил историк, монах-мхитарист Минас Медичи (Бжишкян), прибывший из Венеции. С сер. XIX в. существовал Крымский армяно-католич. деканат с центром при католич. Успенском храме в Феодосии, относившийся к Саратовско-Тираспольской католич. епархии. Ему принадлежали также приходы в Симферополе (храм построен в 1861), Евпатории, Керчи и Карасубазаре. В 1931 г. был закрыт последний армяно-католич. храм в Карасубазаре.

Украинская греко-католическая Церковь

(УГКЦ). Первая община УГКЦ в честь Успения Пресв. Богородицы была зарегистрирована в 1991 г. в Севастополе, при местном укр. об-ве «Просвита», в 2000 г. был устроен храм. Командование украинского флота и местная администрация оказывали униатам активную поддержку. В 1997 г. была зарегистрирована Андреевская община в пос. Золотая Балка г. Севастополь (с 2014 с. 1-е отделение Золотой Балки). В 2002 г. зарегистрирована Васильевская община в с. Гончарном Балаклавского р-на.

С 1992 г. действуют общины Св. Троицы в Ялте, св. Иосафата Кунцевича в Симферополе, с 2002 г.- Рождество-Богородичная община в Алуште, с 2003 г.- Воскресенский приход в пос. Парковое Ялтинского горсовета, с 2004 г.- приход равноапостольных Владимира и Ольги в Керчи. В 2005 г. получили регистрацию приходы: Покровский в Евпатории, Троицкий в Джанкое, Николаевский в Ялте (храм освящен в 2011). Последней в 2007 г. была зарегистрирована Николаевская община в с. Маленьком Симферопольского р-на.

В 2003 г. был создан Одесско-Крымский экзархат УГКЦ. 13 февр. 2014 г. папа Римский Франциск утвердил предложение главы УГКЦ Святослава Шевчука об отделении от Одесско-Крымского экзархата УГКЦ Крымского верховно-архиепископского экзархата с центром в Симферополе. Временным администратором Крымского экзархата стал Тубурсико-Буренский еп. Михаил Бубний, его интронизация состоялась 12 апр. 2014 г. в Одессе. Центром Крымского деканата УГКЦ является Троицкий храм в пос. Отрадное Ялтинского горсовета (освящен в 2011). В 2012 г. в этот храм из Львова перенесли частицу мощей сщмч. Климента.

Армянская апостольская Церковь

(ААЦ). Посл. четв. XVIII - нач. XXI в. После вхождения К. в состав Российской империи в 1783 г. часть крымских армян вернулась в родные места, на полуостров также приезжали переселенцы из Вост. и Зап. Армении. Правительство создало армянам привилегированные условия: им были возвращены храмы, земли, городские кварталы; в Ст. Крыму и Карасубазаре созданы городские национальные самоуправляемые общины. Крымские армяне входили в Нахичевано-Бессарабскую епархию. Главой епархии в 1780-1801 гг. был Иосиф (Аргутинский-Долгорукий), благодаря усилиям к-рого укрепилась арм. община К. В 1794 г. был возрожден Сурб-Хачский мон-рь близ Ст. Крыма, оставленный насельниками в 1778 г. В 1-й пол. XIX в. в К. было восстановлено 11 арм. церквей. В 1803 г. начало работу Карасубазарское духовное правление, в 1812 г. учреждено Карасубазарское наместничество Верховного патриарха-католикоса всех армян, в 1842 г. должность патриаршего наместника была заменена на должность главного попечителя арм. церквей Таврической губ. В 1820 г. архиеп. Иоаннес избрал местом своего пребывания Карасубазар, позднее кафедра была перенесена в Феодосию.

В 1858 г. архиепископом Нахичевано-Бессарабской епархии стал Гавриил (Айвазян или Айвазовский, брат И. К. Айвазовского). Под его руководством были восстановлены мн. арм. храмы К. Епархиальная кафедра размещалась в церкви Рештакапетац (Архангелов) в Феодосии. Архиепископ добился открытия в Феодосии арм. уч-ща. В 1879 г. кафедра епархии переведена из Феодосии в Кишинёв. На рубеже XIX и XX вв. были построены новые храмы в Евпатории, Ялте, Симферополе, Феодосии, для 2 последних ряд икон написал И. К. Айвазовский. В 1897 г. в Таврической губ. насчитывалось 7494 армяно-григорианина и 1206 армяно-католиков.

В 1921 г. в К. жили свыше 12 тыс. армян. В 20-х гг. XX в. армянское духовенство подверглось репрессиям. В 1923 г. был закрыт главный духовный центр крымских армян - мон-рь Сурб-Хач, в кон. 20-х гг. упразднен мон-рь св. Илии в с. Бахчи-Эли (ныне Богатое Белогорского р-на). Последней в 1937 г. была закрыта арм. часовня на кладбище в Симферополе. В 1944 г. из К. как «немецкие пособники» были депортированы болгары, греки и армяне. В 50-70-х гг. разрушены 3 армянские церкви: базилика в бывш. с. Орталан (ныне Земляничное), 2 церкви XVIII в. в Симферополе - армяно-католическая и григорианская.

Церковная и национально-культурная жизнь арм. общины полуострова возобновилась в 1990-1991 гг. В 1991 г. зарегистрирована 1-я в К. община ААЦ в Ялте, получившая в 1993 г. историческое здание храма св. Рипсимии. В 1993 г. поставлена на учет община в Феодосии, получившая в том же году бывш. храм во имя архангелов Михаила и Гавриила. В 1998 г. в Феодосии были возвращены верующим собор бывшего армянского мон-ря Сурб-Геворг и ц. Сурб-Саргис. В 1995 г. зарегистрирован приход ААЦ в Симферополе. В 1997 г. в Симферополе на армянском кладбище построена ц. Сурб-Акоб. В 2000 г. зарегистрирована община Сурб-Хач в Ст. Крыму, получившая в 2002 г. ансамбль мон-ря Сурб-Хач. В 2001 г. зарегистрирована община в Севастополе. В 2002 г. верующим вернули Архангельский храм в Керчи.

Из недействующих или переданных др. общинам арм. святынь К. известны мон-рь в пос. Орджоникидзе Феодосийского горсовета, храм Христа Спасителя в с. Богатом Белогорского р-на, храмы Сурб-Саргис и Сурб-Урбат в с. Тополёвка Белогорского р-на, сохранились также руины арм. мон-ря св. Фоки на мысе Ай-Фока близ Судака, остатки пещерной церкви близ с. Курского Белогорского р-на, храм 12 апостолов в генуэзской крепости в Судаке, руины ц. св. Григория в Керчи, полуразрушенный храм в с. Солнечном, руины мон-ря св. Стефана близ с. Первомайского Кировского р-на.

Протестантские церкви, деноминации и секты

Первые нем. колонии появились в К. в 1804-1805 гг.: в Симферопольском у.- Нейзац, Фриденталь и Розенталь (ныне Красногорское, Курортное и Ароматное Белогорского р-на), в Феодосийском у.- Судак Немецкий, Гейльбурн (ныне территории с. Приветного Кировского р-на), Герценберг (ныне с. Пионерское Феодосийского горсовета) и Цюрихталь (ныне с. Золотое Поле Кировского р-на). В 1811 г. была основана колония Кроненталь (ныне с. Кольчугино Симферопольского р-на). В 1824 г. в них проживали 1630 чел. Немцы селились также в Симферополе, Феодосии и др. городах, где занимались ремесленным производством и торговлей. К 1860 г. на полуострове было не менее 40 нем. населенных пунктов. В 60-70-х гг. XIX в. правительство вновь решило пригласить колонистов для освоения земель, к-рые покинули крымские татары в 1856-1862 гг. К 1917 г. на Крымском п-ове были известны следующие нем. волости: Эйгенфельдская Перекопского у., Кронентальская, Нейзацкая Симферопольского у. и Цюрихтальская Феодосийского у.

Первый на крымских землях лютеран. приход был открыт в Цюрихтале, самом крупном нем. поселении на полуострове. В кон. XIX в. лютеран. общины появились за пределами нем. колоний, в крупных городах К. В 1838-1839 гг. в Симферополе возведена 1-я кирха (перестроена в 1889-1890), в 1886 г. построена кирха св. Марии в Ялте, в 1887 г. возведена кирха в предместье Судака (ныне пос. Уютное Судакского горсовета). В 1892 г. появилась лютеран. община в Севастополе, вскоре была построена кирха. В нач. XX в. в К. имелось 186 евангелическо-лютеран. общин (20 913 чел.). В 1924 г. на регистрации состояла 71 лютеранская община. В 1941 г. крымские немцы были депортированы, и религ. жизнь лютеран. общин возобновилась только в 90-х гг. XX в., когда началась репатриация немцев на территорию К. В 1992 г. были зарегистрированы первые лютеранские общины в Симферополе и Ялте, в 1994 г.- в Судаке, в 1996 г.- в Севастополе и пос. Первомайское, 1997 г.- в с. Мирном Симферопольского р-на, в 1999 г.- в Красноперекопске. В нач. 2000-х гг. нек-рые общины распались из-за выезда части крымских немцев в Германию. В ходе переписи 2001 г. ок. 2800 жителей К. назвали себя немцами.

На нач. 2014 г. в К. действовали 2 основные лютеран. конфессии: Немецкая евангелическо-лютеранская церковь Украины с центром в Одессе, имеющая 9 зарегистрированных общин в РК (в Симферополе, Керчи, Евпатории, Феодосии, Судаке, Ялте, пос. Коктебель Феодосийского горсовета), и Украинская евангелическо-лютеранская церковь, имеющая 9 зарегистрированных общин в РК (из них 5 автономных) и 2 в Севастополе. Кроме того, зарегистрированы 3 независимые лютеранские общины. Немецкая евангелическо-лютеранская церковь Украины образовала в пределах полуострова Крымское пробство. Из общин Украинской лютеранской церкви, которые в 2003 г. оформились в Крымскую лютеранскую епархию, наиболее многочисленными являются Андреевский приход в Симферополе (основан в 1998) и приход Христа Спасителя в Севастополе (в марте 2014 начато строительство храма). Также действуют общины в Зуе и Феодосии. Отдельно существует автономная «Единая евангелическо-лютеранская церковь» с зарегистрированными общинами в Судаке и Ялте.

Среди нем. населения К. значительную часть составляли меннониты. Наиболее известные колонии меннонитов - Карасан (основана в 1862, ныне с. Ровное Красногвардейского р-на) и Спат (основана в 1882, ныне пос. Гвардейское Симферопольского р-на). Среди крымских меннонитов возникло неск. толков, из них наиболее значительными были вюстизм и гюпферство. Основателем 1-го толка был бывш. лютеран. пастор Э. Вюст, создавший в 40-50-х гг. XIX в. среди нем. колонистов в Таврической губ. неск. сепаратистских общин. В 1855 г. из группы вюстовцев, живших на р. Молочной, выделилась секта гюпферов (прыгуны, танцующие меннониты), заканчивавших моления радениями с плясками. Гюпферы положили начало сформировавшейся в 1860 г. меннонитской братской общине (новоменнониты). В 1874-1875 гг., после утверждения нового устава о воинской повинности, мн. крымские меннониты эмигрировали в США. В 1882 г. от меннонитов отделились «последователи истинной христианской веры», или «апостольские христиане», которых среди крымских немцев было немного. В 1894 г. их центром было с. Темир-Булат Перекопского у. В Спате часть меннонитов в 90-х гг. XIX в. перешла к баптистам.

В нач. XX в. в К. насчитывалось 29 меннонитских и 10 т. н. сепаратистских общин общей численностью ок. 4 тыс. чел. В авг. 1911 г. состоялся съезд меннонитов Таврической губ., в работе к-рого участвовало 147 делегатов. На съезде были рассмотрены вопросы о меннонитских общинах, о нем. уч-щах, о препятствиях к вступлению в брак, о направлении меннонитов за границу для получения церковного образования, о содействии брит. об-ву меннонитов. К 1924 г. в К. насчитывалось 5500 меннонитов. Они жили в Джанкойском, Симферопольском, Феодосийском и Евпаторийском уездах. Значительная часть меннонитов покинула СССР в 20-х гг. XX в. В 90-х гг. XX в. общины меннонитов появились в Запорожской обл. Украины, откуда их активность распространилась и на К.

В кон. XIX - нач. ХХ в. в Таврической губ. получил распространение штундизм, вскоре трансформировавшийся в баптизм (см. ст. Баптисты). Центром штундизма стал Бердянский у. (села Нововасильевка, Астраханка и Новоспасское), где ранее были широко представлены молокане. Вероучение штундо-молокан (штундистов донского толка) изложено в «Кратких правилах веры христиан евангельского вероисповедания, пресвитериан», составленных и изданных З. Д. Захаровым, жителем с. Астраханка. В 1883-1884 гг. в нем. крымских колониях Спат, Шенталь, Токульчак и др. появились баптист. проповедники из поселений по р. Молочной. По данным православной Таврической консистории, штундо-баптизм появился в Севастополе в 1888 г., в Перекопском и Днепровском уездах в нач. 90-х гг., в Симферопольском у. в 1894 г., в Евпатории в 1895 г. По данным Таврического епархиального миссионерского комитета, к 1897 г. распространение в Тавриде штундизма донского толка удалось пресечь, в губернии были представлены только штундисты баптистского толка: в Севастополе - 89 чел., в Перекопском у.- 139, в Евпаторийском у.- 76 чел. В 1900 г. в Симферополе открылся молитвенный дом штундо-баптистов, к-рый возглавил выходец из немецких лютеран Ф. Шексман. Вероучительно близкие к баптистам евангельские христиане в 1908 г. зарегистрировали Керчь-Еникальскую общину (в Керчи) и общину в Новогеоргиевской слободке (предместье Феодосии).

В 1924 г. в К. состояли на регистрации 5 общин евангельских христиан (евангелистов) и 4 общины баптистов. В янв. 1926 г. прошел 1-й съезд Крымского объединения церквей христиан-баптистов. К кон. 30-х гг. XX в. орг-ции баптистов были разгромлены, в 1941-1944 гг. деятельность возобновили 19 общин. В 1946 г. власти запретили работу баптистских орг-ций в Кировском и Ленинском районах, в 1947 г.- в с. Новоантоновка Красногвардейского р-на. В 1958-1964 гг. были сняты с регистрации общины баптистов в Советском, Красногвардейском и Бахчисарае. Всего в этот период на территории К. действовали 13 баптистских орг-ций. Деятельность баптистов в К. активизировалась в нач. 90-х гг. XX в. По данным на 2014 г., во Всеукраинский союз церквей евангельских христиан-баптистов входили 66 общин в РК и 13 в Севастополе.

В К. существуют также общины отделившегося от баптистов движения инициативников (т. н. чистых баптистов), к-рые принципиально не регистрируются. Инициативники появились в 60-х гг. XX в. в Ялте, Евпатории, Симферополе и др. местах. Главным их центром был город Саки, где действовал подпольный молитвенный дом, в к-ром на богослужения собиралось до 150 чел.

В настоящее время общины Федерации союзов евангельских христиан баптистов имеют 3 зарегистрированные орг-ции в РК. Независимые баптистские орг-ции представлены 14 общинами в РК и 6 в Севастополе (Корейская баптистская церковь (3 общины), Библейская баптистская церковь (2 общины) и др.).

Пресвитериане (см. Пресвитерианские церкви), впервые зарегистрировавшиеся в К. в 1991 г., имеют 7 общин в РК, которые объединяют верующих в основном корейского происхождения, функционируют при поддержке миссионеров из Юж. Кореи.

Методисты (см. Методистские церкви) с 1993 г. имеют зарегистрированные общины в Симферополе, Севастополе и Керчи.

С 1997 г. в Симферополе и Ялте свои зарегистрированные общины имеет Армия спасения.

По офиц. данным, 1-я община адвентистов в К. появилась в 1882 г. среди немцев, живших в Саках и окрестных селениях. По утверждению самих адвентистов, их 1-я в Российской империи легальная община была образована в 1886 г. в мест. Берды-Булат Перекопского у. (ныне Привольное Красноперекопского р-на) в К., где они крестили в свою веру 19 немцев, принадлежавших к местной общине меннонитов-сепаратистов. Позже община переместилась в район Евпатории. Первым пресвитером стал Готфрид Тец из Евпатории, избранный в 1895 г. главой общин К. и Бессарабии. Сначала адвентисты Евпатории скрывали свою принадлежность и маскировались под штундо-баптистов. В 1886 г. община насчитывала 30 чел., в 1890 - 71 чел., а с 1895 г. значится уже разделенной на 2 группы: в Евпатории и в с. Чигирь Перекопского у. Позже возникла община адвентистов в с. Тимошевка Перекопского у. Адвентисты отказались от работы среди правосл. населения, сосредоточив все свои силы на работе среди баптистов. Евпаторийская община адвентистов получила регистрацию в 1906 г. Севастопольская община адвентистов впервые упоминается в 1907 г. В 1911 г. в Таврической губ., по офиц. статистике, насчитывалось 162 адвентиста, из них 59 русских и 103 немца, в основном проживавших в Евпаторийском у.

В 1945 г. к адвентистской общине Симферополя, существовавшей с 1942 г., примкнуло большинство крымских субботников («иудействующих»), уцелевших в период немецко-фашистской оккупации, к-рые ранее составляли отдельное зарегистрированное религ. об-во. В 1946 г. молитвенные дома адвентистов в Евпатории и Джанкое были закрыты. В наст. время на полуострове действуют 26 орг-ций адвентистов в РК и 3 в Севастополе. Имеется община реформированных адвентистов в Симферополе.

Христиане веры евангельской (см. Пятидесятники) свои первые общины на территории К. создали в 20-х гг. XX в. В эти годы общины К. неск. раз посещал И. Е. Воронаев. В результате к пятидесятникам примкнуло много баптистов, а само движение приобрело массовый характер. К нач. 2014 г. наиболее широко на полуострове были представлены следующие централизованные орг-ции пятидесятников: Украинский центр объединенной церкви христиан веры евангельской (27 общин в РК), Всеукраинский союз церквей пятидесятников (6 общин в РК и 6 в Севастополе), Союз свободных христиан евангельской веры (6 общин в РК). Евангельские христиане в духе апостолов имеют 2 общины в РК и 1 в Севастополе. Близкий к пятидесятникам религ. центр «Союз церкви Божией Украины» имеет 2 общины в РК и 1 в Севастополе. В К. действуют неопятидесятнические общины (умеренного толка): 40 в РК и 3 в Севастополе.

Харизматические движения

в К. относятся как к умеренному крылу, так и к крайним направлениям. Общины Полного Евангелия имеют 63 орг-ции в РК и 8 в Севастополе. Из этой группы наиболее известна орг-ция «Посольство Божье» под рук. пастора-нигерийца С. Аделаджи, штаб-квартира которой находится в Киеве. Первая община этой группы - «церковь Иисуса Христа Посольства Божьего» была зарегистрирована в 2002 г. в Симферополе. Под этим же названием в следующем году получила регистрацию община в с. Терновка Балаклавского р-на Севастополя. На полуострове сейчас насчитывается 13 общин «Посольства Божьего», зарегистрированных под разными названиями. Действуют также 5 религ. объединений, получивших регистрацию под видом общественных орг-ций. Среди других орг-ций харизматического толка наиболее известными являются Украинская христианская евангельская церковь «Жемчужина Христа», «Знамя Христа», «Любовь Христа», «Мировая жатва», всего -18 общин в РК и 2 общины в Севастополе. В Симферополе действует также церковь «Великая благодать» - необаптистская орг-ция на базе созданной в 1994 г. американским проповедником У. Майнсвинкелом из церкви «Миссия благодати». Община Церкви полного благословения, к-рая откололась от церкви «Великая благодать», зарегистрирована в Евпатории. Союз церквей христиан веры евангельской «Слово жизни», основанный в 1983 г. в Швеции, в 1998 г. зарегистрировал орг-цию в Симферополе. В 2005 г. его общины появились в Севастополе и в пос. Научный Бахчисарайского р-на.

Христианская церковь полного Евангелия «Новое поколение» появилась как филиал неохаризматического движения латв. пастора А. С. Ледяева (запрещено в большинстве регионов России). В 1994 г. была зарегистрирована община этого движения в Первомайском, ставшая его центром; в 1995 г. зарегистрирована община в с. Восход Красногвардейского р-на, в 1997 г. поставлены на учет сообщества в Джанкое, Симферополе, с. Петровка Красногвардейского р-на. Позже общины последователей Ледяева появились в Бахчисарае (2001), Саках (2002), Ялте (2006), Феодосии (2007), Севастополе (2007). В Джанкое был открыт психолого-реабилитационный центр, деятельность к-рого получила неоднозначную оценку.

В сер. 50-х гг. XX в., гл. обр. в Джанкойском р-не, появились Иеговы свидетели. В наст. время действуют 80 общин иеговистов в РК, 5 - в Севастополе. В 1996 г. на полуострове появились мормоны, к-рые в наст. время имеют общины в Симферополе, Евпатории, Керчи и 2 в Севастополе.

Ислам

В период с V по XIV в. в К. доминирующее положение занимало христианство, распространенное в генуэзских колониях, греч. и арм. селениях; в хазарских поселениях исповедовали иудаизм. С VIII в. через мусульм. купцов и суфийских шейхов в К. проник ислам. В ХIII в., после завоевания полуострова монголо-татарскими войсками, начался процесс исламизации населения К. В период правления принявшего ислам золотоордынского Берке-хана (50-60-е гг. XIII в.) были созданы первые мусульм. поселения Эски-Сала и Эски-Юрт (в предместье Бахчисарая). По преданию, к-рое в XVII в. записал тур. историк и дипломат Э. Челеби, после завершения похода в Ср. Азию хан привел с собой и поселил в К. 1800 среднеазиат. улемов, шейхов и «св. отшельников», к-рые оказали большое влияние на развитие ислама в Крымском улусе. Так, одну из первых мечетей Солхата (Кырыма; ныне Ст. Крым) в 1263 г. построил выходец из Бухары. Др. центром религ. влияния на К. стал мамлюкский Египет. На средства егип. султана Бейбарса, уроженца Крыма и союзника Берке-хана, в 1287 г. в Солхате была построена новая соборная мечеть. Окончательное утверждение и институализация ислама в Золотой Орде произошли в правление хана Узбека (1313-1342). В Крымском улусе, как и в др. регионах Золотой Орды, ислам распространялся в форме суннизма ханифитского и шафиитского толков. В XIV в. главным религиозно-образовательным центром для мусульман К. стал Кырым (Солхат). К этому периоду относится строительство в городе т. н. медресе - мечети Узбека. Также ок. 1500 г. было основано Зинджирли-медресе близ Бахчисарая, с к-рым были связаны такие деятели К., как историки Мухаммед Нидаи Кайсуни-заде по прозвищу Реммал-ходжа (XVI в.), Абдул Вели-эфенди и Хейр-Заде-эфенди (XVII в.), Сеид Мухаммед Риза (XVIII в.), известный философ Абдул Азиз-эфенди (XVII в.).

Мечеть в Гурзуфе. 1880-е гг. Архит. Д. Гримм. Фотография. Нач. ХХ в.Мечеть в Гурзуфе. 1880-е гг. Архит. Д. Гримм. Фотография. Нач. ХХ в.С образованием в 40-х гг. XV в. самостоятельного Крымского ханства с правящей династией Гиреев из рода Чингисидов процесс исламизации крымских греков, армян и др. народов полуострова часто происходил насильственными методами, особенно на территории т. н. Султанского санджака (части К., подчиненной непосредственно тур. султану). К нач. XVII в. там насчитывалось 70 мечетей, 5 медресе и 9 текие (обитель) и при этом только 2 христ. храма (католический и армянский). К 1475 г. в Крымском ханстве завершился процесс сакрализации власти. Было утверждено право крымских ханов на хутбу, т. е. поминание их имен в пятничной молитве после имен пророка Мухаммада и его сподвижников, что рассматривалось в ислам. мире как один из важнейших признаков независимого гос-ва. Большинство мусульман К. относилось к традиц., ханафитскому мазхабу; был распространен и суфизм с целым рядом текие. По данным Ибн Баттуты, уже в 1332 г. существовало текие в районе Кырыма (Солхата). Историк Мухаммед Риза (XVIII в.) писал, что крупнейшими суфийскими азизами (места паломничества) были могилы суфийских шейхов в мавзолеях Кемаль-Ата и Чобан-Ата в районе Кырыма (Солхата). Крупнейшими суфийскими текие считались Колечский (в с. Колеч близ Акмесджита, с могилой суфийского шейха Ахмеда-эфенди Колечского), Качский (с. Кача), Чуюнчинский (с. Чуюнчи в Байдарской долине) и Ташулинский (с. Ташели близ Ст. Крыма). Возникло и местное суфийское братство «Колечли» (от названия с. Колеч). Влияние суфиев особенно возросло в XVII в., когда суфизма стали придерживаться отдельные представители ханского рода Гиреев. Тогда же, по данным Челеби, получило распространение суфийское братство последователей Якуба-эфенди из Инкермана. Было известно также текие дервишей-молчальников (мушитов) Ени-джами близ Акмесджита (ныне Симферополь), руины которого сохранились до настоящего времени. Также в XVII в., по данным Челеби, в К. получил распространение шафиизм, его придерживались проживавшие на севере Крымского п-ова ногайцы, а также влиятельные роды Мансуров, Ширинов (Ширинских) и Мангытов.

Мусульманское духовенство играло важную роль в жизни К. Так, в 1597 г. Каффский муфтий Абд ар-Раззак объявил фетву в пользу действующего хана Газы-Гирея и против его соперника Фетх-Гирея, что и решило исход борьбы. В 1756 г. Кади-эскер (заместитель муфтия) Кырым-Рызы инициировал низложение действующего хана Арслан-Гирея. Периодически со стороны крымскотатарского духовенства предпринимались попытки насильственной исламизации иноверцев и разрушения их культовых сооружений. В 1697 г. были уничтожены 2 церкви в г. Карасубазар (ныне Белогорск). В 1705 г. шейх Хамид-эфенди пытался разрушить синагогу, но иудеи получили защиту у крымского хана. В Бахчисарае в нач. XVIII в. была разрушена католич. часовня миссии иезуитов. Католич. соборы в г. Солдайя (ныне Судак) и в г. Каффа (ныне Феодосия) были перестроены в соборные мечети.

В XVII в., по свидетельству Челеби, в Бахчисарае действовали 24 мечети, 2 медресе и 17 мектебов, 9 текие; в Акмесджите - 5 мечетей, 3 мектеба и 2 медресе, 3 текие; в Гёзлеве (ныне Евпатория) - 24 мечети, из них 5 - соборных, 2 медресе, 5 мектебов, 3 текие; в Карасубазаре - 28 мечетей, из них 5 соборных, 5 мектебов, 4 текие; в Солхате - 5 мечетей, из них 2 - соборные, 2 медресе, 2 текие, 1 мектеб.

В 1774 г. по Кючюк-Кайнарджийскому мирному договору Россия признала духовный авторитет тур. султана, «яко Верховного Калифа Магометанского закона» и конфессиональную зависимость от него ставших тогда политически самостоятельными мусульман-суннитов Тавриды. После ликвидации Крымского ханства (1783) Екатерина II в Манифесте от 8 апр. 1783 г. дала клятву мусульманам Тавриды «охранять и защищать их лица, храмы и природную веру, коей свободное отправление со всеми законными обрядами пребудет неприкосновенно». В 1783 г. в К. насчитывалось 1531 мечеть, 21 текие, 25 медресе, 35 мектебов, а муфтием К. был Мусалар-эфенди, занимавший эту должность до своей смерти в 1791 г. В течение 3 лет мусульмане К. оставались без муфтия. 23 янв. 1794 г. именным указом царицы в «Таврической области» было создано новое учреждение - Духовное правление во главе с муфтием Сеидом Мегметом, крымским кади-эскером. Манифест Екатерины II от 16 сент. 1796 г. определил ряд вопросов судебной деятельности Таврического муфтията, его участие в наследственных делах, а также освобождение всех членов Духовного правления от налогов. Данный документ также ставил в обязанность мусульм. духовенству Тавриды «утверждение» своей паствы в «непоколебимой преданности к власти Российской» и поощрял традиц. для ислама практику милостыни (закята).

Памятник имп. Екатерине II в Симферополе. Фотография. Нач. ХХ в.Памятник имп. Екатерине II в Симферополе. Фотография. Нач. ХХ в.В эпоху Екатерины II началась массовая эмиграция татар-мусульман с территории бывш. Крымского ханства и массовая раздача их земель рус. дворянству из ближнего окружения императрицы. По некоторым подсчетам, в 1783-1795 гг. К. покинули ок. 80 тыс. татар, а в 1796-1802 гг.- ок. 30 тыс. Вопрос о вакфах (вакуфах, вукуфах) - неотчуждаемых земельных угодьях, доход с к-рых предназначался для определенных целей, напр. для содержания медресе, раздачи бедным и т. д., превратился в важную часть вопроса о контроле над земельными массивами. Ни российские власти, ни переселенцы не могли стать хозяевами вакуфных земель, а по данным О. А. Игельстрома, к вакфам в этот период принадлежали ок. 30% обрабатываемых земель. 9 нояб. 1794 г. был принят сенатский указ «Об оставлении владельцев Таврической области в свободном распоряжении их поместьями, вотчинами и тому подобными дворянскими имениями с распространением права сего на их наследников». Этим актом для недворян вводился запрет на приобретение и аренду новых земельных участков, т. е. перекрывался путь завещания земель вакфам.

23 дек. 1831 г. Николаем I было принято «Положение о Таврическом Магометанском Духовенстве и подлежащих ведению его делах», согласно которому управление духовными делами мусульманского населения К. находилось в ведении Таврического Магометанского Духовного правления (ТМДП) с центром в Симферополе, подчиненного губернскому правительству и Главному управлению духовных дел иностранных исповеданий. В состав Духовного правления входили: председатель - муфтий, признававшийся «духовным главой магометан Тавриды и Западных губерний»; его помощник/заместитель - кади-эскер; а также уездные кадии. «Положением» 1831 г. был определен порядок управления вакфами. В подчинении Таврического муфтията находились: 1) мечети с учрежденными при них уч-щами и текие; 2) принадлежащие этим мечетям и текие вакфы; 3) «магометанское духовенство Тавриды и Западных губерний». Все это свое «достояние» руководство ТМДП обязано было держать в «спокойствии» и «порядке». Еще в 1829 г. было определено, что «на содержание мечетей и училищ употребляются одни только доходы с вакуфов». 31 мая 1835 г. император утвердил мнение Госсовета «О размежевании вакуфов в Таврическом полуострове». На 1835 г., согласно переписи, в К. числились 1 муфтий, 1 кади-эскер, 5 кадиев, 454 хатиба, 1113 имамов, 931 муэдзин, преподаватели учебных заведений: 103 мударриса и 201 аджи (гочи).

Крымская война 1853-1856 гг. вызвала новую волну эмиграции татар из К. в Турцию. Согласно сообщениям Новороссийского и Бессарабского генерал-губернатора от 1869 г., в результате массового переселения в ряде районов появился недостаток как духовных лиц, так и прихожан. Были обнаружены 754 мечети, оставшиеся без надзора. 28 февр. 1885 г., в связи с тем что стали известны факты незаконного перевода вакфов из ведомства Таврического Духовного правления в ведение частных лиц, было решено создать особую вакуфную комиссию. 5 апр. 1891 г. Комитет министров утвердил положение, к-рым было приостановлено принудительное выселение временно водворенных на вакуфных землях безземельных татар. В 1893 г. впервые был опубликован список всех имеющихся в Таврической губ. вакфов с указанием их площади, а также описанием их особенностей. Отдельные вакфы включали азизы. К 1917 г. в 5 уездах К. вакфам принадлежало 87 614 дес. земли на селе, а также ок. 500 домов и лавок и более 300 дес. земли в городах. Общая сумма капиталов от крымских вакфов в 1914 г. превышала 800 тыс. р.

В 1892 г. в Таврической губ. насчитывалось 347 мечетских мектебов (школ). До 1917 г. крупнейшие медресе (Зинджирли) существовали при мечети в Салачике близ Бахчисарая, при Ханской мечети в Бахчисарае, при соборной мечети Кебир-джами в Симферополе, при Ханской мечети в Евпатории, при Ханской мечети в Карасубазаре и в ряде др. мест. На 1897 г. ислам исповедовало 103 785 мужчин и 86 729 женщин, т. е. 13,14% от общего населения края. Среди мусульманских национальностей Тавриды были учтены 187 947 крымских татар и 2197 крымских турок. Таврического (крымского) муфтия назначал министр внутренних дел и утверждал в должности император. Основные финансовые средства находились в руках председателя вакуфной комиссии.

После Февральской революции на основе Крымского мусульм. благотворительного об-ва 12 марта 1917 г. был создан Временный мусульман. революционный комитет (ревком) из 15 чел. 25 марта 1917 г. ревком созвал Всекрымский мусульманский съезд, где был поставлен вопрос об избрании нового муфтия К. 25 марта 1917 г. в Симферополе на курултае муфтием ТМДП и председателем Временного крымско-мусульм. исполнительного комитета (ВКМИК) был избран Номан Челебиджихан (Челеби Челебиев). Сразу же после съезда была отправлена телеграмма министру - председателю Временного правительства кн. Г. Е. Львову. Муфтий Челебиджихан и председатель комиссии по вакфам прапорщик Дж. Сейдамет сообщали о принятых решениях съезда: 1) все вакуфные имущества и капиталы, образованные от доходов с этих имуществ, считаются достояниями национальными и принадлежащими крымским татарам; 2) вслед. сего управление вакуфными имуществами и хозяйственное распоряжение капиталами должно находиться непосредственно в руках крымских татар и под их контролем; 3) все адм. должности в управлении вышеупомянутыми имуществами должны занимать лица, избираемые всеми крымскими татарами путем всеобщего, прямого, равного и тайного голосования.

1-2 окт. 1917 г. в Симферополе состоялся 2-й Всекрымский съезд представителей мусульман, к-рый принял решение о созыве курултая. 26 нояб. 1917 г. в Бахчисарае, на территории ханского дворца, курултай избрал Крымскую национальную Директорию под председательством Челебиджихана, сохранив за ним должность муфтия. 5 дек. 1917 г. Крымская национальная Директория объявила себя Крымским Национальным правительством и выпустила воззвание, в к-ром призвала к сотрудничеству представителей всех национальностей, проживавших в К. Т. о. в К. начали существовать курултай (парламент) - законодательный орган и Правительство (Директория) - исполнительный орган. Однако уже 26 янв. 1918 г. муфтий Челебиджихан был арестован большевиками и впосл. расстрелян. В июне 1919 г., после прихода в Крым армии Деникина, татар. Директория была упразднена, и восстановлен в правах бывший муфтий К.- С. М. Кипчакский. 13 апр. 1920 г. с разрешения белогвардейских властей он начал издавать офиц. печатный орган муфтията - газ. «Крымские мусульмане». Позднее правительство Врангеля, согласно его заявлению от 8 окт. 1920 г., планировало создать Управление делами крымских татар во главе с муфтием, но из-за последовавшего вскоре разгрома врангелевцев этот план не был реализован.

После победы Красной Армии в гражданской войне было провозглашено учреждение Народного управления религиозными делами мусульман Крыма (НУРДМК). 10 янв. 1923 г. его устав был зарегистрирован в НКВД Крыма, а 15 янв. 1923 г. состоялся съезд крымских мусульман под председательством Ибрагима Тарпи. Съезд подчеркнул традиц. культурно-просветительское значение института вакфов и постановил «обратиться в Крымский ЦИК и СНК с ходатайством о возвращении вакуфных земель и долгов». В мае 1923 г. НУРДМК признали на всесоюзном уровне.

2-3 июня 1923 г. в Симферополе прошел 2-й Съезд представителей мусульманских общин К. В 1925 г. вместо И. Тарпи НУРДМК возглавил М. А. Халиль. В 1925 г. он открыл курсы для подготовки хатибов, имамов и муэдзинов при мечети Аджи-Курти (упразднены в 1926). К 1926 г. в К. были зарегистрированы 347 служителей культа, 31 община, было 58 городских и 320 сельских мечетей. В 1933 г. НУРДМК самораспустилось, муфтий Халиль сложил с себя полномочия (арестован в 1936). В 1941-1944 гг., во время оккупации К. немцами, татарам было разрешено открыть мечети (было открыто 250 мечетей) и медресе, а также создать мусульм. комитеты, но восстановить муфтият не позволили. После начала перестройки, в мае 1989 г. в К. были зарегистрированы первые мусульм. татар. общины в Саках и Раздольном. Уполномоченным мусульм. общин стал репатриант из Казахстана, бывш. учитель Сервер Сеутов. Для нужд общины властями было передано заброшенное здание главной симферопольской мечети Кебир-джами. Сеутов получил от Совета по делам религий при СМ СССР разрешение на проведение в июне 1989 г. съезда крымских татар (курултая). В 1991 г. решением 2-го Курултая крымскотатар. народа был создан меджлис, или миллий меджлис (национальный меджлис) - исполнительный орган национального Курултая крымских татар, председателем которого стал Мустафа Джемилев (по нояб. 2013). Изначально меджлис представлял себя как прототип государственной структуры национального гос-ва крымскотатарского народа и сформулировал цели национального движения крымских татар - создание национально-территориальной автономии на территории Крымского п-ова.

В 1991 г. был образован кадият (Духовное управление) мусульман К., имевший статус мухтасибата в составе ДУМ европейской части СССР. Кадием стал имам симферопольской мечети Сеитджелил Ибрагимов. В период массового возвращения из мест депортации крымскотатарского народа в авг. 1992 г. в Симферополе состоялось Всекрымское собрание представителей мусульм. общин, на котором было учреждено Духовное управление мусульман Крыма (ДУМК). Первым муфтием был избран Ибрагимов. В 1995 г. его сменил Нури Мустафаев, во всем поддерживавший деятельность меджлиса. В дек. 1997 г. мусульм. община Бахчисарая при поддержке меджлиса заняла мечеть на территории ханского дворца-музея. В 1999 г. новым муфтием К. был избран Э. С. Аблаев. В этот период активизировались радикальные исламские организации, а многие мусульм. общины были втянуты в политическую борьбу между меджлисом и его оппонентами - др. татар. орг-циями (напр., с партией «Милли Фирка» и орг-цией «Авдет»). 7 авг. 1998 г. в Симферополе была зарегистрирована 1-я в К. независимая мусульм. община «Нур», имам к-рой Фарид Канцеров симпатизировал ваххабитам. Др. автономную группу мусульман-радикалов возглавил в 1999 г. Сервер Джелялов, лидер общины «Арафат» из с. Украинка Симферопольского р-на. В мае 2001 г. Джелялов провел в Симферополе съезд по созданию параллельного «Симферопольского муфтията», но не был признан большинством крымских мусульман в качестве муфтия и позднее отошел от религ. деятельности. Радикалов поддерживала Всеукраинская ассоциация «Альраид» с симферопольским филиалом «Арраид», основанным в 1997 г., и имам мечети при культурном центре «Арраид» (Симферополь) шейх Сейран Арифов, который сделал ряд заявлений в поддержку религ. учения и практики ваххабизма. При президенте Ющенко на Украине произошли дальнейшая политизация религиозной жизни мусульман К. и активизация деятельности мусульм. радикалов. Не последнюю роль в распространении радикальных идей сыграли «миссионеры-религиеведы» - спецпредставители Министерства религий Турции, которые в 90-х гг. XX в. с разрешения властей Украины организовали в Симферополе т. н. Управление Турецкой Республики по делам религии в Крыму, и работали в качестве советников при ДУМК (в 1999 их было 28, в 2005 - 30); координатор этих советников Бекир Каплан до 2007 г. занимал должность зам. муфтия К. и курировал финансовую помощь Турции мусульманам К. Усиление радикальных настроений проявилось в организации серии «крестоповалов» правосл. юбилейных поклонных крестов в 2000 г., а также в нападении 25 июля 2001 г. группы татар на Бахчисарайский Успенский мон-рь, к-рое курировал меджлис и в к-ром, по данным Комитета религий Крыма, лично участвовал муфтий Аблаев (ГАРК. Ф. Р-3909. Оп. 1. Д. 204. Л. 10).

В 2003-2006 гг. муфтият К. отстранил от должности 20 имамов, в основном - выпускников Азовского медресе (в пос. Азовское), они были замечены в тесных связях с ваххабитами или с международным религ.-политическим движением «Хизб-ут-Тахрир» (часто называемое «хизбами»; признано в РФ террористической орг-цией), целью которого является создание ислам. гос-ва (халифата), а пропагандистская деятельность направлена на призыв мусульман к строгому следованию законам своей религии, а немусульман - к принятию ислама. В 2005 г. в Алуште и Судаке произошли первые столкновения за контроль над мечетями между сторонниками ДУМК и «Хизб-ут-Тахрир». В 2005-2008 гг. «Хизб-ут-Тахрир» принимала меры к легитимации своей деятельности в К. через регистрацию подконтрольных ей мусульм. общин и т. о. расширила сферу деятельности на Бахчисарайский, Симферопольский и Красногвардейский р-ны, а также на некоторые населенные пункты юж. берега К., в частности на города Ялту, Алушту и Судак. 2 июля 2007 г. была зарегистрирована община «Давет» в Железнодорожном р-не Симферополя, руководитель к-рой Руслан Рамазанов выступил с открытой поддержкой идеологии «Хизб-ут-Тахрир». На 2006 г. ДУМК подчинялись ок. 320 религ. орг-ций, а 33 - являлись независимыми. Впоследствии большая часть «независимых общин» перешла к «хизбам» и ваххабитам (салафитам). В то же время в Евпатории, на месте крымскотатар. поселка Исмаил-Бей (ныне микрорайон Евпатории) еще в кон. 90-х гг. сложился анклав, во главе к-рого встал имам местной общины «Авдет-джами» - Ридван Велиев, выпускник Киевского исламского ун-та и глава крымского представительства ДУМ Украины, находившийся до 2010 г. в подчинении муфтия Украины шейха Ахмеда Тамима. Члены общины активно развивали духовное наследие суфизма и способствовали возрождению азизов (или зияратов), построенных в честь пребывания или захоронения там т. н. эвлиев («мусульманских святых», см. ст. Вали). Именно из них сформировалось объединение общин, оппозиционное как ДУМК, так и ислам. радикалам, о создании которого было объявлено в 2009 г. на съезде в Евпатории. 14 дек. 2010 г. это объединение официально зарегистрировалось в Департаменте религий Украины как централизованная орг-ция Духовный центр мусульман Крыма (Крымский муфтият) во главе с муфтием Велиевым.

В сент. 2013 г. V Курултай мусульман Крыма переизбрал Аблаева главой ДУМК. Кроме того, делегаты поддержали решение, на основании к-рого потребовали от общин «Баттал Челеби», «Сеит Нафе», «Къады Маале», «Мерхамет» (все 4 в Симферополе), «Хасан» (с. Пионерское Симферопольского р-на), «Алушта» передать имущество на баланс муфтията и провести перевыборы их председателей. В документе указано, что эти общины «используют культовые объекты для политической и предпринимательской деятельности»; реальной же причиной была их связь с радикальными исламистами. В крымском отделении «Хизб-ут-Тахрир» подтвердили, что в общины «Сеит Нафе» и «Алушта» входят члены их орг-ции и сообщили, что решение Курултая выполнено не будет.

В нач. 2014 г. в Духовный центр мусульман Крыма входили 37 поставленных на учет общин (7 зарегистрированных со статусом юридического лица и 30 находящихся в процессе регистрации). Духовное управление мусульман Крыма имело 921 учтенную общину (346 - имевших полноценную регистрацию и 575 находившихся в процессе регистрации). Независимых мусульманских общин насчитывалось 49. Всего в К. было учтено 1007 мусульм. орг-ций, из них 353 имели статус юридического лица. После воссоединения К. с Россией в авг. 2014 г. была создана новая централизованная орг-ция - Центральное духовное управление мусульман Крыма «Таврический муфтият». В учредительном съезде в Симферополе 21-22 авг. 2014 г. приняло участие более 100 делегатов из разных районов полуострова, поддерживавших интеграцию крымских татар с Россией и находящихся в оппозиции к муфтию Аблаеву и меджлису. Основу нового объединения составили общины Духовного центра мусульман Крыма. Однако глава Духовного центра Велиев не стал входить в новую структуру и заявил о намерении перерегистрировать свою уже действующую централизованную орг-цию с центром в Евпатории. У «Таврического муфтията» в Симферополе действует свое медресе, где обучаются ок. 70 студентов. Руководители «Таврического муфтията» заключили договор о сотрудничестве с ЦДУМ России во главе с Т. С. Таджутдином. 27 февр. 2015 г. ДУМК получило правоустанавливающие документы для деятельности по российским законам, перерегистрировавшись в Минюсте Крыма под названием Централизованная религиозная организация Духовное Управление мусульман Крыма и города Севастополь.

Иудаизм

Дохазарская история иудейских общин в К. мало изучена, и это дает основание для существования многих, нередко слабо обоснованных концепций о возникновении 2 этноконфессиональных групп - крымчакской и караимской. В наст. время можно уверенно говорить лишь о том, что в формировании культуры этих народов большую роль сыграл тюркский этнос. Керчь, по-хазарски Крц, была одним из центров Хазарского каганата, гос. религией которого был иудаизм. Другим крупным центром Хазарии был город на месте нынешнего Партенита. Среди археологических находок в Керчи и Партените известны многочисленные каменные надгробия (мацевы) с иудейской символикой, датируемые хазарской эпохой. Начиная с XIII в. через генуэзские колонии в К. переселялись евреи из Византии и Европы. В кон. XV в. евреи Тавриды приняли беглецов-единоверцев из Литвы и Киева. Они принесли новые веяния в религ. жизнь крымских евреев, результатом которых стали создание раввином Моисеем из Киева нового молитвенника и обновление религиозной практики. Еврейские кварталы находились на Мангупе (мыс Чуфут-Чеарган-Бурун), в Чуфут-Кале (близ Бахчисарая) и в генуэзской Каффе (ныне Феодосия). В XV в. в предместье Каффы, по некоторым данным, было до 4 тыс. евр. домов. Гонения на евреев и притеснения были довольно частым явлением, о чем свидетельствует и устав генуэзских колоний 1449 г., предписывающий защищать колонистов от посягательств евреев.

В XVI в. путешественник Мартин Броневский, посетивший К., писал, что евреи живут в урочище Инкермана («Ингерманц»), Балаклаве («Ямбольц»), Мангуп («Манкоп»), Феодосии («Кафе»), где они занимаются садоводством и торговлей. Доминиканец Жан де Люк в «Описании перекопских и ногайских татар, черкесов, мингрелов и грузин» 1625 г. сообщал, что Мангуп был населен евреями и что их было много и в Каффе. Для мусульман (турок и татар) статус евреев-раввинистов и евреев-караимов был одинаков - они считались подвластным немусульм. населением, платившим особый подушный налог (см. ст. Зиммии). При этом как отдельные личности, так и целые семьи или группы получали от крымских ханов специальные ярлыки, гарантирующие ханские милости и освобождение от тех или иных ограничений. Хан Селямет-Гирей (1608-1610) дал евреям большие льготы, он же освободил их от налогов и охранял их от насилия в Чуфут-Кале. Хан Мурад-Гирей I в 1682 г. выдал ярлык евреям города Чуфут-Кале, в к-ром подтвердил права их собственности на земли около столицы Бахчисарай. В 1728 г. хан дал ярлык евреям г. Карасубазара (ныне Белогорск) на право земельной собственности в городе и на освобождение их от гос. налогов и торговых пошлин.

После вхождения Крымского п-ова в состав Российской империи евреи поначалу не испытывали явных ограничений. В нояб. 1829 г. вышел указ о выселении евреев из Севастополя, ставшего военно-морской базой Черноморского флота. Тем не менее в 1859 г. евреи получили дозволение торговать в городе, а в 1861 г.- им разрешили заниматься здесь ремеслом и проживать постоянно. В этот период Севастополь и Симферополь становятся основными центрами иудаизма в К. По некоторым данным, к 1863 г. численность евреев-раввинистов в К. составила 5 тыс. чел., половину из к-рых составляли крымчаки (древнейшие жители полуострова крымские тюркоязычные евреи). В 1881 г. численность евреев-раввинистов в К. уже превышала 10 тыс. чел. В 1924 г. в К. на гос. регистрации состояли 22 общины иудеев. По переписи 1926 г., в К. проживали 39 920 евреев-ашкеназов, 6080 крымчаков и 4520 караимов. По переписи 1939 г., на полуострове насчитывалось 65, 3 тыс. евреев.

В кон. 20-х - нач. 30-х гг. XX в. с разрешения советской власти и при финансовой поддержке созданной в 1924 г. компании «Агро-Джойнт» проходит массовая евр. колонизация К. С 1925 г. переселением евреев в К. занимался также КомЗЕТ (Комитет по земельному устройству еврейских трудящихся при Президиуме Совета национальностей ЦИК СССР). В результате в сев. К. приехали ок. 10 тыс. евреев, основавших там десятки евр. колхозов. В них процветала культурная жизнь, действовали школы с преподаванием на идише, функционировали синагоги и молельные дома. Однако новые колонисты, судя по коротким спискам членов религ. общин, были в основном малорелиг. людьми. Синагога существовала лишь в Курман-Кемельчи (ныне Красногвардейское), в 1928 г. она была ликвидирована властями, а ее имущество передано в молитвенный дом пос. Авода, расположенного неподалеку. Небольшие группы, арендовавшие в качестве молельных домов частные домовладения, существовали в кон. 20-х гг. XX в. в новообразованных евр. коммунах Найлебен, Хаклай, Ойфлейбунг в Джанкойском р-не, а также в евр. райцентре Фрайдорф.

После начала Великой Отечественной войны из К. удалось эвакуироваться менее чем половине евр. населения. Систематическое уничтожение евреев было начато по инициативе командующего 11-й армией нем. Вооруженных сил Э. фон Манштейна и проводилось под рук. айнзатцгруппы «В», к-рой командовал О. Олендорф. Помимо нацистов К. заняли также и румын. войска. В поимке и уничтожении скрывавшихся евреев активно участвовала румын. жандармерия. Жертвами оккупантов стали различные группы евр. населения. Так, 2 поселка татов сожгли близ Евпатории. Практически все крымчаки (до войны ок. 7 тыс. чел.) в Симферополе, Карасубазаре были расстреляны оккупантами к нач. 1942 г. В июле 1942 г. были уничтожены 4,2 тыс. евреев Севастополя, 29 нояб.- более 7 тыс. евреев Керчи. Массовый расстрел произошел в Симферополе 11 дек. 1941 г., когда были уничтожены 14 тыс. чел. После консультаций со специалистами по расовым вопросам из Берлина в живых были оставлены караимы. В ходе оккупации полуострова вместе с евреями-горожанами были уничтожены жители евр. колхозов и районов степного К. Всего же в К. в 1941-1942 гг., только по нем. источникам, были расстреляны ок. 25 тыс. евреев и крымчаков. По данным советских офиц. документов, число жертв составляет не менее 40 тыс. чел. Уцелели ок. 500 евреев и крымчаков, а таты в К. были истреблены полностью.

После Великой Отечественной войны в Симферополе была открыта синагога, к-рую посещали иудеи-ашкенази и иудеи-крымчаки. В 1996 г. в К. появилась община любавических хасидов. В 1997 г. были зарегистрированы первые общины прогрессивного иудаизма. На 2014 г. из 13 зарегистрированных общин 8 относились к прогрессивному иудаизму, 4 - объединяли ортодоксальных иудеев и 1 - хасидов. В Севастополе существуют община прогрессивных и община ортодоксальных иудаистов. Согласно всеукр. переписи населения 2001 г., в К. проживали 4531 еврей, 715 караимов и 280 крымчаков (или, в др. формулировках самоидентификации, «крымских евреев»).

Крымчаки

Отдельную общность в иудейской религии составляет крымчакская ветвь иудаизма, имевшая особые ритуалы и традиции. Т. н. ритуал крымчакского обычая был составлен в XVI в. каффским раввином Моисеем га-Голе, а в нач. XVIII в. эту службу возродил раввин Карасубазара Давид бен Элиезер Лехно. Этноконфессиональная общность крымчаков, по всей видимости, сложилась из различных иудейских групп, как проживавших в К. в раннее средневековье, так и мигрировавших сюда в эпоху Крымского ханства. Во времена Крымского ханства основными местами проживания крымчаков являлись Карасубазар, Мангуп-Кале (близ Бахчисарая) и Каффа. Небольшие крымчакские общины были в Гёзлеве (ныне Евпатория) и Солхате (ныне Ст. Крым), где до XIX в. также имелись молитвенные дома (каалы). В Карасубазаре, где в 1516 г. был построен каал, крымчаки образовали общину замкнутого типа с кровнородственными связями (эндогамией), особым иудейским ритуалом, позволявшим сохранить пережитки языческих верований, и постепенно превратились в особую этноконфессиональную общность. В 1832 г. в документах Российской империи впервые появляется упоминание о «карасубазарских евреях, не имеющих связей с обычными евреями». Массовое переселение крымчаков Карасубазара в Керчь началось после Крымской войны 1853-1856 гг. В Керчи в 1866-1868 гг. был построен крымчакский каал. По переписи 1897 г., численность крымчаков составляла 3466 чел. Появление в нач. XIX в. в К. большого числа этнических польск. евреев привело к активному вытеснению крымчаков из их древних молитвенных домов, что произошло, напр., в Феодосии (у крымчаков в нач. XIX в. отняли т. н. Старую синагогу, построенную в раннем средневековье; разрушена в 1923) и в Ст. Крыму. В сер. XIX в. крымчакская община Карасубазара пригласила из Турции еврея-сефарда Хаима Хизкияху Медини, к-рый стал духовным наставником общины - гахамом (с 1866 по 1899). Он попытался внедрить в религ. культ крымчаков сефардский ритуал, а также устранить древние тюрк. языческие пережитки. Вытеснить древний крымчакский ритуал («ритуал Кафы») так и не удалось.

К кон. XIX в. религ. дела крымчаков были переданы в юрисдикцию Еврейского духовного правления, к-рому стали подчиняться крымчакские каалы в Карасубазаре и Керчи. Вскоре правление запретило чтение молитв и выступление с проповедями на языке крымчаков в их молитвенных домах, что крымчаки восприняли как ущемление своих религ. и национальных прав. В 1903 г. они открыли 2 каала в крымчакском квартале Симферополя, и уже в 1904 г. один из них перестал подчиняться Еврейскому духовному правлению. В 1908 г. был открыт крымчакский каал в Евпатории, в 1913 г.- в Феодосии, также действовал каал в г. Джанкой.

В 20-х гг. XX в. начинается постепенная ассимиляция крымчаков с остальным евр. населением К. В 1929 г. крымчаки проживали в основном в Симферополе (2,5 тыс. чел.), Карасубазаре (1,05 тыс. чел.) и Севастополе (830 чел.) и лишь 560 чел. оставались в Феодосии - историческом центре крымчакской общины.

14 дек. 1992 г. в Симферополе была зарегистрирована 1-я после войны крымчакская религ. орг-ция «Къяал Акодеш по ритуалу Кафы» под рук. историка И. В. Ачкинази. В общине имелся также духовный наставник - рабай (знаток молитв) Я. М. Бакши (ум. в 1994). Силами участников общины был основан музей крымчакской культуры. Однако попытки возобновить проведение регулярных богослужений по «ритуалу Кафы» не увенчались успехом.

Караимы

Первые караимские анклавы появились вскоре после татар. вторжения в К. Впервые караимы упоминаются в 1278 г. в Солхате (ныне Ст. Крым). В XIV-XVII вв. караимские общины сформировались в таких населенных пунктах, как Кырк-Ер (Чуфут-Кале), Мангуп, Гёзлев и Карасубазар. В нач. XIV в., в период расцвета Феодоро (Мангупское княжество) складывается многочисленная еврейско-караимская община, пополнявшаяся беженцами из Византии. После захвата К. турками и падения княжества Феодоро в 1475 г. мангупские караимы оказались под властью османских губернаторов, приписавших Мангуп к личным владениям султана. С началом тур. господства караимская община в Кырк-Ере (Чуфут-Кале) увеличивалась. В нач. XVII в. в городе, к-рый стали называть Кале (крепость), преобладало караимское население - отсюда и появилось название Чуфут-Кале (Еврейская крепость). Караимы были известны как торговцы, крестьяне и ремесленники, в частности кожевенники. По всей видимости, уже в XIII-XIV вв. местные караимы полностью перешли на этнолект крымскотатар. языка. В 50-х гг. XVIII в., по свидетельству караимского писателя Симхи Исаака Луцкого, караимы жили в 4 общинах: Чуфут-Кале, Гёзлеве, Мангупе и Каффе. В 1783 г. небольшие общины караимов имелись также в Ст. Крыму и Бахчисарае, а из разоренного в ходе русско-тур. войны Мангупа караимы переехали в Чуфут-Кале. К сер. XIX в. Чуфут-Кале и Мангуп окончательно обезлюдели, в Ст. Крыму тоже почти не осталось караимов, их община переместилась в Евпаторию. При имп. Екатерине II караимы объявили себя активными приверженцами России (хотя значительная часть их руководства ушла в Турцию вместе с турками и татарами) и жесткими оппонентами евреев-раввинистов, несмотря на попытки последних добиться догматического и вероисповедного сближения караимов с иудейской религией.

С кон. XVIII в. российское правительство начинает отделять караимов от остальных евреев и освобождать их от ряда антиевр. законов (хотя в правительственных документах караимы именуются именно как «крымские евреи», или «евреи-караимы»). Так, в 1795 г. они были освобождены от двойного налогообложения, в 1827 г.- от обязательной службы в армии, а с 1863 г. караимы окончательно были уравнены в правах с остальными подданными Российской империи. В связи с такими привилегиями в караимы записалось неск. тысяч крымчаков. При поддержке властей в Евпатории в 1807 г. построена большая караимская кенаса (караимская синагога), в 1815 г.- малая. Также в 1837 г. появился первый духовный центр южнорусских караимов. Высочайшим указом от 3 марта 1837 г. о таврическом караимском духовенстве было образовано Таврическое караимское духовное правление с центром в Евпатории. Тем же указом устанавливались правила избрания караимского духовенства и вероучителей, а также функционирование кенас. Главой правления являлся гахам - высшее духовное лицо караимов. При нем действовал духовный совет из газзанов (караимских раввинов) и шамашей (вероучителей караимских школ). Первым гахамом караимского духовенства Тавриды стал Тобия Сима Леви-Бобович, утвержденный в этой должности указом сената в апр. 1839 г., его ведению помимо Тавриды подлежали также караимские общины Одессы и Киева. 15 мая 1851 г. подписан высочайший указ о даровании караимам в местечке Чуфут-Кале 25-летнего освобождения от городской и земской повинностей и об отпуске 500 р. на заведение в Чуфут-Кале караимского народного уч-ща с 2 учителями. В 1894 г. было открыто Александровское караимское духовное уч-ще в Евпатории, где готовили газзанов и шамашей (до 1918). К нач. 1917 г. в ведении гахама Тавриды находилось 12 кенас. По переписи 1897 г., караимов насчитывалось 8911 чел., а в 1924 г.- 5534. Большая разница в количестве караимов связана с тем, что ранее караимами записывали себя и крымчаки, чтобы избежать ограничений в правах, а к 1924 г. надобность в этом исчезла. Перерегистрацию прошли кенасы в Симферополе, Бахчисарае, Севастополе, Феодосии, Евпатории. В 1926 г. в К. проживали 4,5 тыс. караимов, а в 1937 г.- 3,4 тыс., что было связано с усилившимися в советский период миграционными процессами в караимской общине и закрытием кенас (последняя в Севастополе в 1931).

В период нем. оккупации возобновили деятельность кенасы в Симферополе и Евпатории. После освобождения К., в 1945 г. газзан Симферопольской кенасы Я. Б. Шамаш и его помощник И. И. Эгиз были арестованы за «контрреволюционную деятельность». Новым газзаном стал С. М. Кумыш, но уже в 1947 г. Симферопольская кенаса была закрыта. Евпаторийская кенаса была закрыта в 1959 г., после чего религ. жизнь караимов практически прекратилась.

В 1991 г. в Евпатории была зарегистрирована 1-я караимская община, к-рой власти передали комплекс из 2 кенас. Первым газзаном стал В. З. Тирияки. В 1997 г. караимы зарегистрировали общину в Бахчисарае. Она взяла на себя организацию паломничеств к почитаемой у караимов священной роще и к кладбищу в Иосафатовой долине близ Бахчисарая. В 2000 г. было зарегистрировано Караимское духовное правление в Евпатории (вскоре переименованное в Духовное управление крымских караимов Украины). Первым гахамом стал Давид Эль; в 2011 г. его сменил Тирияки. В 2014 г. Симферопольской караимской религ. общине «Чолпан» вернули здание Симферопольской кенассы.

Иудеохристиане

появились в К. в нач. 20-х гг. XX в. Мессианские евреи, в отличие от ортодоксальных иудеев, признают Христа Мошиахом (Мессией) и ожидают Его скорого второго пришествия в соответствии с иудейскими религ. понятиями; при этом практикуют обрезание и др. иудейские ритуалы. В 1925-1927 гг. упоминается один из первых в К. иудеохрист. толков - «Библейская иудеохристианская церковь сионистов Иисуса Христа» в Севастополе, упраздненная властями в авг. 1927 г. В тот же период существовала зарегистрированная община «библейских иудеохристиан» в Симферополе.

30 сент. 2002 г. в Евпатории была зарегистрирована община мессианских евреев «Хава нагила», которую возглавил пастор Виктор Виленский, директор благотворительного учреждения - христ. реабилитационного центра «Воля». Под его руководством в 2002-2010 гг. были зарегистрированы 7 общин «мессианских иудеев».

Буддизм

В 2014 г. на регистрации состояли община в Ялте (1993) и 2 общины в Севастополе. В Севастополе действует основанный в 1994 г. центр «Алмазного пути» школы Карма-кагьюпа.

Новые религиозные движения

В 1991-1992 гг. в К. получили регистрацию 3 общины кришнаитов, в 1992 г. в Ялте - псевдохрист. группа «Святославная церковь Иисуса Христа», которая вскоре распалась; в 1992-1993 гг. активизировались муниты (см. ст. Мун Сан Мён). В 1993 г. Совет по делам религий К. отказал в регистрации действовавшим в Симферополе общинам «Церкви объединения», после чего муниты продолжили попытки регистрироваться, но уже как общественная орг-ция (напр., как «Международный фонд образования»). В нояб. 1993 г. более 20 адептов секты «Белое братство», подвергшихся психологической обработке и покинувших семьи, были возвращены из Киева в К. с помощью милиции (ГАРК Крыма. Ф. Р-3909. Оп. 1. Д. 159. Л. 36).

В нач. 90-х гг. XX в. в К. получили также распространение вост. оккультные практики и эзотерические культы. В 1993 г. при Симферопольском гос. ун-те открылся «Ведический факультет» с «Центром трансцендентальной медитации Махариши Махеш Йоги», правомерность существования к-рого была оспорена в 1994 г. в совместном заявлении Совета по делам религий и Мин-ва здравоохранения К., после чего фак-т был закрыт. В настоящее время адепты Махариши, зарегистрировавшиеся как общественная орг-ция, имеют ашрам (общину) в с. Прохладном Бахчисарайского р-на. В 1995 г. зарегистрированы община «Всемирная чистая религия» (Сахаджа-Йога) в Симферополе и «Община Бахаи» (см. ст. Бахаи религия) в Ялте. В 1996 г. в Симферополе получили регистрацию «Духовный центр Вселенский храм света» и «Центр Шри Чин Моя». В Ялте местная «народная целительница» зарегистрировала в 1996 г. «Даосскую религиозную общину возрожденной драгоценности», в 1999 г.- Ялтинское об-во духовного возрождения «Фиолет». В Севастополе и Симферополе под видом центра эзотерических знаний и школы ашрам-йоги «Гухья Самаджа» с 1998 г. зарегистрированы последователи Аум Синрикё, идеологом стал «гуру» В. Минцев. В 2003-2004 гг. адепты секты покинули К.

В 1998 г. в Евпатории появились виссарионовцы (см. ст. Последнего завета церковь), а в Феодосии действовало оккультное об-во «Черный лотос». С 1999 г. в пос. Мирный Евпаторийского горсовета существует «Апостольская вселенская церковь Солнца» (фонд «Святая Киевская Русь») - отделившаяся от «Богородичного центра» тоталитарная группа, члены к-рой пытались получить регистрацию как пятидесятники. Поддержкой многих деятелей культуры К. пользуется движение рериховцев (см. ст. Рерихи). Председателем Крымского отд-ния Международного центра Рерихов с 1991 г. является Л. В. Кудряшова, директор Симферопольского художественного музея (с 2006). Действует «Севастопольский городской фонд Рерихов» с центром детского творчества «Уриэль» им. Н. К. Рериха. Укр. власти оказывали покровительство последователям сайентологии в К. В 2005 г. при поддержке крымского премьер-министра А. С. Матвиенко «Церковь сайентологии» активизировала свою деятельность в Симферополе. В 2008 г. она получила регистрацию в Севастополе; в Керчи, Севастополе и Симферополе ее структуры действуют также как общественные орг-ции.

В. Г. Пидгайко

Арх.: ГАРК. Ф. Р-663. Оп. 10. Д. 221, 388, 823, 889, 1139, 1208, 1299; Оп. 17. Д. 33; Оп. 18. Д. 8, 10, 25, 33, 68; Ф. Р-3909. Оп. 1. Д. 150-271; Ф. Р-2647. Оп. 1. Д. 2; Ф. Р-3295. Оп. 1. Д. 2; Ф. Р-999. Оп. 1. Д. 137; Оп. 2. Д. 402; Ф. 540. Оп. 1. Д. 93; Ф. 26. Оп. 4. Д. 520; Ф. 27. Оп. 1. Д. 10131, 13050, 1351; Суров Е. Г. Отчет о раскопках в северо-зап. части Херсонесского городища в 1963 г. // Науч. арх. НЗХТ. Д. 1138. Л. 1-248; Мыц В. Л. Отчет о раскопках средневекового укрепления Алустон в 1989 г. // ИАНАНУ. Д. 1989/32.
Ист.: Сборник старинных грамот и узаконений Российской империи касательно прав и состояния русско-подданных караимов. СПб., 1890.
Лит.: Кёппен П. И. О древностях Юж. берега Крыма и гор Таврических. СПб., 1837; [Гавриил (Айвазовский), архиеп.] Остатки христ. древностей в Крыму: Уезд Феодосийский // ЗапООИД. 1844. Т. 1. С. 320-328; он же. Заметка о происхождении Новороссийских армян // Там же. 1867. Т. 6. С 550-555; он же. Армяно-Григорианские архиереи в Новороссии и Бессарабии // Там же. 1875. Т. 9. С. 315-318; Гавриил (Розанов), еп. Статистико-хронологическо-ист. описание Таврической епархии. Од., 1848; Уваров А. С. Извлечение из всеподданнейшего отчета об археол. разысканиях в 1853 г. СПб., 1855. С. 158-173; Мурзакевич Н. Н. Пребывание иезуитов в Крыму // ЗапООИД. 1860. Т. 4. С. 466-467; он же. Херсонесская церковь св. Василия (Владимира) // Там же. 1863. Т. 5. С. 996-997; Древние акты Константинопольского патриархата, относящиеся к Новороссийскому краю // Там же. 1867. Т. 6. С. 445-473; Родионов М. Статистико-хронолого-историческое описание Таврической епархии: Общий и частный обзор. Симф., 1872; Святого сщмч. Ефрема, еп. Херсонского (сказание) о совершившемся над отроком чуде сщмч. и ап. Климента // ЗапООИД. 1875. Т. 9. С. 134-148; Струков Д. М. Древние памятники христианства в Тавриде. М., 1876; Кушнерев Х., свящ. Армянские древности Таврического п-ова // ЗапООИД. 1877. Т. 10. С. 441-451; Отчет Имп. Одесского об-ва истории и древностей с 14 нояб. 1883 г. по 14 нояб. 1884 г. Од., 1885; Гермоген (Добронравин), еп. Справочная книжка о приходах и храмах Таврической епархии. Симф., 1886; Юргевич В. Две печати, найденные в визант. Херсоне в 1884 г. // ЗапООИД. 1886. Т. 14. С. 1-21; Косцюшко-Валюжинич К. К. Важное археол. открытие в Крыму // ИТУАК. 1891. № 13. С. 55-61; он же. Отчет о раскопках в Херсонесе в 1901 г. // ИИАК. 1902. Вып. 4. С. 51-119; он же. Извлечение из отчета о раскопках в Херсонесе в 1902 г. // Там же. 1904. Вып. 9. С. 1-62; Кулаковский Ю. А. Керченская христ. катакомба 491 г. СПб., 1891. (МАР; 6); он же. Две керченские катакомбы с фресками. СПб., 1896. (МАР; 19); он же. Епископа Феодора «Аланское послание» // ЗапООИД. 1898. Т. 21. Мат-лы. С. 11-27; он же. К истории Готской епархии (в Крыму) в VIII в. // ЖМНП. 1898. Ч. 315. Февр. Отд. 2. С. 173-202; Феодосий, диак. О местоположении Св. Земли нач. VI в. / Изд.: И. Помяловский. СПб., 1891. (ППС; Т. 10. Вып. 1); Бертье-Делагард А. Л. Древности Юж. России: Раскопки Херсонеса. СПб., 1893. (МАР; 12); он же. О Херсонесе. СПб., 1907. (ИИАК; 21); он же. Как Владимир осаждал Корсунь. СПб., 1909; он же. Исследование нек-рых недоуменных вопросов средневековья в Тавриде // ИТУАК. 1920. № 57. С. 1-135; Ягич И. В. Вновь найденное свидетельство о деятельности Константина Философа, первоучителя славян Св. Кирилла. СПб., 1893; Латышев В. В. Сборник греч. надписей христ. времен из Юж. России. СПб., 1896; он же. Греческие и лат. надписи, найденные в Юж. России в 1895-1898 гг. СПб., 1899. (МАР; 23); он же. Жития св. епископов херсонских. СПб., 1906. (ЗапИФО; Т. 8. № 3); он же, пер. Страдание святых священномучеников и епископов Херсонских Василея, Капитона и иных с ними // ИИАК. 1907. Вып. 23. С. 108-112; Высотский А. Л. Сведения о состоянии раскола и сектантства и о деятельности правосл. миссии в Таврической епархии в 1897 г. // Таврические ЕВ. 1898. Ч. неофиц. № 1. С. 30-50; № 6. С. 388-403; № 10. С. 642-646; № 21. С. 1417-1422; № 22. С. 1474-1488; № 23. С. 1593-1610; № 24. С. 1693-1710; Петровский С. В. Апокрифические сказания об Апостольской проповеди по Черноморскому побережью // ЗапООИД. 1898. Т. 21. С. 1-184; The Syriac Chronicle Known as That of Zachariah of Mitylene / Transl. into Engl. by F. J. Hamilton, E. W. Brooks. L., 1899; Шкорпил В. В. Три христ. надгробия, найденные в Керчи в 1898 г. // ЗапООИД. 1900. Т. 22. Отд. 5. С. 59-60; он же. Боспорские надписи, найденные в 1911 г. // ИИАК. 1912. Вып. 45. С. 9-22; Франко I. Святий Климент у Корсунi // ЗНТШ. 1902. Т. 46. Кн. 2. С. 11-44; Т. 48. Кн. 4. С. 45-144; 1903. Т. 56. Кн. 6. С. 145-180; 1904. Т. 59. Кн. 3. С. 181-208; Т. 60. Кн. 4. С. 209-256; Айналов Д. В. Развалины храмов. М., 1905. (Памятники христ. Херсонеса; 1); он же. Мемории св. Климента и св. Мартина в Херсонесе // Древности: Тр. МАО. 1916. Т. 25. С. 67-88; он же. Мраморная группа Жертвоприношения Исаака // SK. 1927. Т. 1. С. 187-190; Шахматов А. А. Корсунская легенда о крещении Владимира. СПб., 1906; Вестберг Ф. Ф. О житии св. Стефана Сурожского // ВВ. 1907. Т. 14. Вып. 2/3. C. 227-236; Репников Н. И. Некоторые могильники области Крымских готов // ЗапООИД. 1907. Т. 27. С. 101-148; он же. Партенитская базилика // ИИАК. 1909. Вып. 32. С. 91-140; Бенешевич В. Н. Синайский список отцов Никейского первого Вселенского Собора // ИИАН. Сер. 6. 1908. Т. 2. № 3. С. 281-306; Шестаков С. П. Очерки по истории Херсонеса в VI-X вв. по Р. Хр. М., 1908. (Памятники христ. Херсонеса; 3); Васильевский В. Г. Хождение ап. Андрея в стране мирмидонян // Труды. СПб., 1909. Т. 2. Вып. 1. С. 213-295; он же. Житие Стефана Нового. Житие Иоанна Готского // Там же. 1912. Т. 2. Вып. 2. С. 297-350, 351-367; он же. Русско-визант. исследования: Жития свв. Георгия Амастридского и Стефана Сурожского // Там же. Пг., 1915. Т. 3. С. 1-98; Маркевич А. И. Островок в Казачьей бухте, как предполагаемое место кончины св. Климента, папы римского // ИТУАК. 1909. № 43. С. 105-114; Лавров П. Жития херсонских святых в греко-слав. письменности. М., 1911. (Памятники христ. Херсонеса; 2); Лепер Р. Х. Из раскопок в Херсонесе в 1906-9 гг. // ИИАК. 1911. Вып. 42. С. 92-107; Лопарев Х. М. Византийские жития святых VIII-IX вв. // ВВ. 1911. Т. 17. Отд. 1. С. 1-224; 1913. Т. 18. Отд. 1. С. 1-147; Печенкин Н. Роспись христ. катакомбы, находящейся близ Херсонеса, на земле Н. И. Тура // ИТУАК. 1912. № 48. С. 145-149; Житие свв. епископов Херсонских в груз. Минее / Вступ. ст.: В. В. Латышев; пер.: К. Кекелидзе // ИИАК. 1913. Вып. 49. С. 75-88; Ростовцев М. И. Античная декоративная живопись на юге России. СПб., 1914. Т. 1; Скубетов М. Древнехрист. фамильный склеп IV в. с фресковой декоративной росписью близ Херсонеса (на земле Н. И. Тура), окончательно доследованный в нояб. 1912 г. // ИТУАК. 1916. № 53. С. 177-189; Васильев А. А. Готы в Крыму // ИзвГАИМК. 1921. Т. 1. С. 265-344; 1927. Т. 5. С. 179-282; idem (Vasiliev A. A.) The Goths in the Crimea. Camb. (Mass.), 1936; Брунов Н. И. Памятники ранневизант. архитектуры в Керчи // ВВ. 1927. Т. 25. С. 87-105; idem (Brunov N. I.) Une église byzantine à Chersonèse // L'art byzantin chez les Slaves, l'ancienne Russie, les Slaves catholiques. P., 1932. P. 25-34; Фомин А. А. Обзор предварительных разведочных работ в Судаке // Вторая конф. археологов СССР в Херсонесе. Севаст., 1927. С. 47; Гриневич К. Э. Херсонес Таврический: История, руины, музей. Севаст., 19282; он же. Четырехапсидное здание в Херсонесе: (Новая попытка его объяснения) // Сорочан С. Б. Византийский Херсон. Х.; М., 2013. Ч. 3. С. 401-407; Греков Б. Д. «Повесть временных лет» о походе Владимира на Корсунь // ИТОИАЭ. 1929. Т. 3. С. 99-112; Протасов Н. Д. Раскопки в Судаке летом 1928 г. // Крым. М.; Л., 1929. № 1(9). С. 86-97; Кандидов Б. П. Церковь и Гражданская война на юге. М., 1931; Барсамов Н. С. Сообщение об археол. раскопках средневек. городища в Коктебеле, 1929-1931 гг. Феодосия, 1932; Гайдукевич В. Ф. Памятники раннего средневековья в Тиритаке // Сов. Арх. 1940. № 6. C. 190-204; он же. Боспорское царство. М.; Л., 1949; он же. Некрополи нек-рых боспорских городов // МИА. 1959. № 69. C. 154-238; Якобсон А. Л. Из истории средневек. архитектуры в Крыму // Сов. Арх. 1940. № 6. С. 205-226; он же. Средневек. Херсонес. М.; Л., 1950. (МИА; 17); он же. Разведочные раскопки средневек. поселения Горзувиты (близ Гурзуфа) // КСИИМК. 1954. Вып. 53. С. 109-120; он же. К истории русско-корсунских связей (XI-XIV вв.). // ВВ. 1958. Т. 14(39). С. 116-128; он же. Раннесредневековые поселения Вост. Крыма // МИА. 1958. № 85. C. 458-501; он же. Раннесредневек. Херсонес: Очерки истории материальной культуры. М.; Л., 1959. (МИА; 63); он же. Армянский мон-рь XIV в. близ Белогорска в Крыму // ИФЖ. 1964. № 4. С. 230-235; он же. Средневековый Крым. М.; Л., 1964; он же. Раннесредневек. сельские поселения Юго-Зап. Таврики. Л., 1970. (МИА; 168); он же. Мозаичный пол X в. в Херсонесе (Херсоне) // ПКНО, 1982 г. Л., 1984. С. 504-512; он же. Закономерности и этапы развития архитектуры средневек. Херсона // ВВ. 1988. Т. 49(74). С. 162-172; Белов Г. Д. Раскопки в сев. части Херсонеса в 1931-1933 гг. // Археологические памятники Боспора и Херсонеса. М.; Л., 1941. С. 202-267. (МИА; 4); он же. Херсонес Таврический // КСИИМК. 1946. Вып. 13. С. 142-143; Лихачев Д. С. Повести о Николе Заразском: (Тексты) // ТОДРЛ. 1949. Т. 7. С. 257-406; Белов Г. Д., Якобсон А. Л. Квартал XVII // Мат-лы по археологии Юго-Зап. Крыма (Херсонес, Мангуп). М.; Л., 1953. С. 109-159. (МИА; 34); Левченко М. В. Взаимоотношения Византии и Руси при Владимире // ВВ. 1953. Т. 7(32). С. 194-223; Тиханова М. А. Базилика: Раскопки на плато Мангупа // МИА. 1953. Вып. 34. С. 334-389; Кропоткин В. В. Крест-складень из Коктебеля // Сов. Арх. 1957. № 2. С. 257-258; он же. Из истории средневек. Крыма: (Чуфут-Кале и вопрос о локализации города Фуллы) // Там же. 1958. № 28. С. 198-218; Корзухина Г. Ф. О памятниках «корсунского дела» на Руси: (По мат-лам медного литья) // ВВ. 1958. Т. 14(39). С. 129-137; Талис Д. Л. Из истории русско-корсунских полит. отношений в IX-X вв. // Там же. 1958. Т. 14(39). С. 103-115; он же. Сюреньская крепость // Там же. 1972. Т. 33. С. 218-229; Домбровский О. И., Паршина Е. А. О раннесредневек. застройке территории античного театра // Сообщ. Херсонесского музея. Симф., 1960. № 1. С. 36-42; Арсеньева Т. Н. Некрополь рим. времени у дер. Ново-Отрадное // Сов. Арх. 1963. № 1. С. 192-203; Жеребцов Е. Н. К изучению раннесредневек. памятников Херсонеса // ВВ. 1963. Т. 23(48). С. 205-213; Гилевич А. М. Новый клад херсоно-визант. монет // Там же. 1964. Т. 24(49). С. 150-158; Залесская В. Н. Часть бронзового креста-складня из Херсонеса // Там же. 1964. Вып. 25(50). С. 167-175; она же. О сюжетах двух херсонесских рельефов с «выемчатым» фоном // Сообщ. ГЭ. Л., 1976. Вып. 41. С. 35-37; она же. Два раннесредневек. глиняных светильника из Сев. Причерноморья // Сов. Арх. 1988. № 4. С. 233-237; Пятышева Н. В. «Земляной путь» рассказа о походе Владимира на Корсунь // Там же. 1964. № 3. С. 104-114; Νυσταζοπούλου Μ. Γ. Η εν τη ταυρική χερσονήσω πόλις Σουγδαία από του ΙΓ μέχρι του ΙΕ αιώνος. Αθήναι, 1965; Домбровский О. И. Фрески средневек. Крыма. К., 1966; он же. Архитектурно-археол. исслед. Загородного крестообразного храма Херсонеса // МАИЭТ. 1993. Вып. 3. С. 289-318; он же. Византийские мозаики Херсонеса Таврического. Poznań, 2004; он же. О хронологии «Базилики Уварова» // Историческое наследие Крыма. Симф., 2004. № 3/4. С. 11-31; Романчук А. И. К вопросу о положении Херсонеса в «темные века» // АДСВ. 1972. Вып. 8. С. 42-55; она же. Херсонес XII-XIV вв.: Ист. топография. Красноярск, 1986; она же. «Слои разрушения X в.» в Херсонесе: (К вопросу о последствиях корсунского похода Владимира) // ВВ. 1989. Т. 50(75). С. 182-188; она же. Западный загородный храм Херсонеса // Там же. 1990. Т. 51(76). С. 165-171; она же. Очерки истории и археологии визант. Херсона. Екат., 2000; eadem (Romančuk A. I.) Studien zur Geschichte und Archäologie des Byzant. Cherson. Leiden; Boston, 2005; она же. Исследования Херсонеса-Херсона: Раскопки, гипотезы, проблемы. Екат., 2007. Ч. 2: Византийский город; Колесникова Л. Г. Раннехристианская скульптура Херсонеса // Херсонес Таврический: Ремесло и культура. К., 1974. С. 55-64; она же. Связи Херсона-Корсуня с племенами Вост. Европы в домонг. период // Херсонесский сб. Севаст., 2006. Вып. 15. С. 129-150; Микаелян В. А. На крымской земле: История арм. поселений в Крыму. Ер., 1974; он же. История крымских армян. К.; Ер.; Симф., 2004; Фронджуло М. А. Раскопки в Судаке // Феодальная Таврика. К., 1974. С. 139-150; он же. Раскопки Судакского отряда // Археол. открытия 1973 г. М., 1974. С. 354-355; он же. Раскопки в Судаке // Там же, 1974 г. М., 1975. С. 366-367; Darrouzès J. Listes épiscopales du concile de Nicée (787) // REB. 1975. T. 33. P. 5-76; Анохин В. А. Монетное дело Херсонеса. К., 1977; Банк А. В. Прикладное искусство Византии IX-XII вв. М., 1978; Мещеряков В. Ф. О времени появления христианства в Херсонесе Таврическом // Актуальные проблемы изуч. истории религии и атеизма. Л., 1978. С. 121-144; Кубланов М. М. Новые погребальные сооружения Илурата // КСИА. 1979. Вып. 159. C. 90-97; Obolensky D. The Crimea and the North before 1204 // Αρχείον Ποντου. Αθήναι, 1979. Τ. 35. Σ. 123-133; Чичуров И. С. Византийские ист. соч.: «Хронография» Феофана, «Бревиарий» Никифора: Тексты, пер., коммент. М., 1980; Кутайсов В. А. Четырехапсидный храм Херсонеса // Сов. Арх. 1982. № 1. С. 155-169; Макарова Т. И. Археол. данные для датировки ц. Иоанна Предтечи в Керчи // Там же. № 4. C. 91-106; она же. Археол. раскопки в Керчи около ц. Иоанна Предтечи // МАИЭТ. 1998. Вып. 6. C. 344-393; Бармина Н. И. Историческое место Мангупской базилики в христ. архитектуре Таврики: АКД. М., 1983; Соколова И. В. Монеты и печати визант. Херсона. Л., 1983; она же. Византийские печати VI - 1-й пол. IX в. из Херсонеса // ВВ. 1991. Вып. 52(77). С. 201-213; Баранов И. А. Раскопки в урочище Димитраки близ Судака // Археол. открытия 1982 г. М., 1984. С. 242-243; он же. Главные ворота средневек. Солдайи // Архитектурно-археол. исследования в Крыму. К., 1988. С. 81-97; он же. Таврика в эпоху раннего средневековья. К., 1990; он же. Застройка визант. посада на участке главных ворот Судакской крепости // Византийская Таврика. К., 1991. С. 101-121; Рудаков В. Е. Христианские памятники Баклы: Храмовый комплекс X-XIII вв. // АДСВ. 1984. [Вып. 21]: Античная и средневек. идеология. С. 35-57; Богданова Н. М. К вопросу о городском управлении в Херсонесе в нач. XIII в. // Социальные группы традиционных обществ Востока. М., 1985. Ч. 1. С. 42-63; она же. О времени взятия Херсона кн. Владимиром // ВВ. 1986. Т. 47(72). С. 39-46; она же. Церковь Херсона в X-XV вв. // Византия, Средиземноморье, славянский мир. М., 1991. С. 19-49; она же. Херсон в X-XV вв.: Проблемы истории визант. города // ПричернСВ. 1991. Вып. 1. С. 8-172; Романчук А. И., Лосицкий Ю. Г. Квартал XIII-XVIII сев. района Херсонеса в XII-XIV вв.: (Опыт соц. реконструкции) // АДСВ. 1985. [Вып. 22]: Проблемы соц. развития. С. 102-122; Диатроптов П. Д. Распространение христианства в Херсонесе Таврическом в IV-VI вв. // Античная гражданская община. М., 1986. С. 127-151; idem (Diatroptov P. D.) The Spread of Christianity in the Bosporus in the IIIrd-VIth Cent. // Ancient Civilizations from Scythia to Siberia. Leiden, 1999. Vol. 5. N 3. P. 215-244; он же. Еще раз к вопросу о датировке росписей херсонесских христ. склепов // Церковная археология юж. Руси: Сб. мат-лов междунар. конф. «Церковная археология: проблемы, поиски, открытия» (Севастополь, 2001 г.). Симф., 2002. С. 34-37; Зубарь В. М., Павленко Ю. В. Херсонес Таврический и распространение христианства на Руси. К., 1988; Лосицкий Ю. Г. Опыт реконструкции крестообразных храмов Херсонеса // Архитектурно-археол. исследования в Крыму. К., 1988. С. 27-36; Николаева Э. Я. К вопросу о христианстве на Боспоре Киммерийском // Научно-атеистические исслед. в музеях. Л., 1988. C. 14-16; Паршина Е. А. Эски-Керменская базилика // Архитектурно-археол. исследования в Крыму. К., 1988. С. 36-59; Рапов О. М. Еще раз о датировке взятия Корсуни кн. Владимиром // ВВ. 1988. Т. 49(74). С. 190-194; Беляев С. А. Пещерный храм на главной улице Херсонеса: (Опыт интерпретации и реконструкции) // Византия и Русь. М., 1989. С. 26-55; он же. Поход князя Владимира на Корсунь: (Его последствия для Херсонеса) // ВВ. 1990. Т. 51(76). С. 153-164; он же. «Базилика на холме» в Херсонесе и «церковь на горе» в Корсуни, построенная кн. Владимиром // Byzantinorussica. М., 1994. № 1. С. 7-47; он же. Христианская топография Херсонеса: Постановка вопроса, история изучения и совр. положение // Церковные древности: VII Междунар. Рождественские образоват. чт.: Сб. докл. М., 1999. С. 3-49; он же. О названии церкви, в которой был крещен кн. Владимир // ДРВМ. 2001. № 2(4). С. 50-68; он же. Необходимость системно-информационного подхода при исслед. частных и локальных событий: (На примере изуч. Уваровской базилики в Херсонесе) // Очерки истории христ. Херсонеса. СПб., 2009. С. 90-108; Айбабин А. И. Хронология могильников Крыма позднеримского и раннесредневек. времени // МАИЭТ. 1990. Вып. 1. С. 3-86; он же. Могильники VIII - нач. X в. в Крыму // Там же. 1993. Вып. 3. С. 121-132; он же. Этническая история ранневизант. Крыма. Симф., 1999; он же. Проблемы хронологии визант. крепости на плато Эски-Кермен // МАИЭТ. 2007. Вып. 13. С. 129-150; Алексеенко Н. А. Патриарший моливдовул из Херсонеса // АДСВ. 1990. Вып. 25. С. 25-29; он же. Новые находки печатей представителей городского управления Херсона // МАИЭТ. 1996. Вып. 5. С. 155-170; он же. Булла патр. Николая Мистика из Херсона // Древности, 2004. Х., 2004. С. 260-264; он же. Печать Митрофана Смирнского из Херсона: Ссыльный митрополит в Таврике // Sacrum et profanum. Севаст., 2007. Вып. 3; idem (Alekseyenko N.) L'Administration byzantine de Cherson: Catalogue des sceaux. P., 2012; Герцен А. Г. Крепостной ансамбль Мангупа // МАИЭТ. 1990. Вып. 1. С. 87-166; он же. Мангуп: город в Крымском поднебесье. Симф., 2007; Пиоро И. С. Крымская Готия. К., 1990; Поппэ А. Политический фон крещения Руси: (Рус.-визант. отношения в 986-989 гг.) // Как была крещена Русь. М., 19902. С. 202-240; Бородин О. Р. Римский папа Мартин I и его письма из Крыма: (Статья, пер., коммент.) // ПричернСВ. 1991. Вып. 1. С. 173-190; Гадло А. В. Византийские свидетельства о Зихской епархии как источник по истории Сев.-Вост. Причерноморья // Из истории Византии и византиноведения: Межвуз. сб. / Ред.: Г. Л. Курбатов. Л., 1991. С. 93-106; Зубарь В. М. Проникновение и утверждение христианства в Херсонесе Таврическом // Византийская Таврика. К., 1991. С. 8-29; он же. Некоторые особенности распространения христианства на Боспоре // Боспорский феномен. СПб., 1999. С. 321-326; Матанцева Т. А., Сорочан С. Б. Навершие архиерейского жезла с надписью // Вестн. Харьковского ун-та. 1992. № 362: История. Вып. 25. С. 90-96; Якобсон А. Л., Таманян Ю. А. Армянская архитектура в Крыму. Ер., 1992; Бережанская Б. Б. Еврейские поселения [Агро-Джойнт] // Изв. Крымского респ. краевед. музея. Симф., 1993. № 4. С. 46-50; Веймарн Е. В., Айбабин А. И. Скалистинский могильник. К., 1993; Герцен А. Г., Могаричев Ю. М. Крепость драгоценностей: Кырк-Ор, Чуфут-Кале. Симф., 1993; они же. К вопросу о церк. истории Таврики в VIII в. // АДСВ. 1999. Вып. 30. С. 95-115; Мальгин А. В. Из наследия А. Л. Бертье-Делагарда // Крымский музей. Симф., 1994. № 1. С. 151-169; Цукерман К. Епископы и гарнизон Херсона в IV в. // МАИЭТ. 1994. Вып. 4. С. 545-561; idem (Zuckerman C.) Byzantium's Pontic Policy in the Notitia Episcopatuum // La Crimee entre Byzance et le Khaganat Khazar / Ed. C. Zuckerman. P., 2006. P. 201-230; он же. Политика Византии в Сев. Причерноморье по данным Notitiae episcopatuum // МАИЭТ. 2010. Вып. 16. С. 399-435; Байер Г.-В. Митрополии Херсона, Сугдеи, Готии и Зихии по данным просопографического лексикона времени Палеологов // АДСВ. 1995. Вып. 27. С. 65-76; Диатроптов П. Д., Емец И. А. Корпус христ. надписей Боспора // Эпиграфический вестн. М., 1995. Вып. 2. С. 7-40; Катунин Ю. А. Из истории христианства в Крыму: Таврическая епархия (2-я пол. ХIХ - нач. ХХ в.) Симф., 1995; он же. Монастыри Крыма: Катерлезская и Косьмодамиановская киновии // Культура народов Причерноморья. Симф., 1998. № 5. С. 227-233; он же. Монастыри Крыма в ХIХ-ХХ вв.: (По мат-лам крымских архивов). Симф., 2000; он же. Православие Крыма в годы Первой мировой и Гражданской войны (1916-1920 гг.). Симф., 2000; он же. Русская правосл. церковь в годы Второй мировой войны (1939-1945 гг.). Симф., 2000; он же. Православие Крыма в 1917-1939 гг.: Проблема взаимоотношений с гос-вом. К.; Симф., 2002; он же. Православная церковь и гос-во: Проблема взаимоотношений в 1917-1939 гг.: (На мат-лах Крыма): Дис. Симф., 2003; он же. Взаимоотношения гос-ва и правосл. церкви в Крыму в 1945-1950 гг. Симф., 2004; он же. Симферопольская и Крымская епархия в 1950-1964 гг. Симф., 2004; Пономарев А. Л., Сериков Н. И. 989 (6496) год - год крещения Руси: (Филол. анализ текстов, астрология и астрономия) // ПричернСВ. 1995. Вып. 2. С. 156-185; Голофаст Л. А. Штампы V-VII вв. на посуде группы «африканской краснолаковой» из раскопок Херсонесского городища // МАИЭТ. 1996. Вып. 5. С. 77-84; она же. Штампы V-VII вв. на посуде группы «фокейской краснолаковой» из раскопок Херсонесского городища // Там же. 2002. Вып. 9. С. 135-216; Ченцова В. Г. Мат-лы к истории Херсона в ср. века // Там же. 1996. Вып. 5. С. 171-183; Баранов И. А., Майко В. В., Джанов А. В. Раскопки в средневек. Сугдее // Археологические исслед. в Крыму 1994 г. Симф., 1997. С. 38-45; Джанов А. В. Часовня-евктерий XIII в. в портовой части Сугдеи // Матерiали 5-ï Мiжнародноï археол. конф. студентiв та молодих вчених. К., 1997. С. 223-226; он же. Монастырь на мысе Димитраки // Сугдейский сб. К.; Судак, 2010. Вып. 4. С. 569-573; Доненко Н., прот. Претерпевшие до конца: Священнослужители Крымской епархии 30-х гг. Симф., 1997; Кирилко В. П. Византийская архитектура Мангупа // Археология Крыма. Симф., 1997. Т. 1. С. 89-97; Лебедев А. П. Духовенство древней Вселенской Церкви. СПб., 1997; Могаричев Ю. М. Пещерные церкви Таврики. Симф., 1997; он же. К вопросу о «пещерном храме» на Главной улице Херсонеса // Проблемы истории, филологии, культуры. 2000. Вып. 8. С. 229-237; он же. К вопросу о начальной истории Сугдейской епархии // Культовые памятники в мировой культуре: Археол., ист. и филос. аспекты. Севаст., 2003; он же. Крымская агиография как отражение изменений в полит. и церковной структуре Таврики иконоборческого периода // Проблемы истории, филологии, культуры. М.; Магнитогорск, 2003. Вып. 13. С. 261-280; он же. О некоторых вопросах истории Вост. Крыма VIII-IX вв. // Сугдейский сб. 2006. Вып. 2. С. 237-248; он же. Православные святые средневековой Тавриды. Симф., 2012; он же. К вопросу о ссылке в Херсон Иосифа Гимнографа // Нартекс: Byzantina Ukrainensis. Х., 2013. Т. 2. С. 288-294; он же. Средневековый Крым (VI - сер. XIII в.): История, религия, культура. Симф., 2014; Оверман Э., Макленнан Р., Золотарев М. И. К изучению иудейских древностей Херсонеса Таврического // Археологiя. К., 1997. № 1. С. 57-63; Рыжов С. Г. Новые данные о «базилике в базилике» // Античный мир. Византия. Х., 1997. С. 290-299; он же. Малые храмы-часовни Херсонеса // Древности, 2004. Х., 2004. С. 160-166; Созник В. В., Туровский Е. Я., Иванов А. В. Новый христ. памятник из некрополя Херсонеса у Карантинной бухты // Археологiя. 1997. № 1. С. 64-74; Соломоник Э. И. Древнейшие евр. поселения и общины в Крыму // Евреи Крыма: Очерки истории. Симф.; Иерус., 1997. С. 9-22; Тур В. Г. Археологические исследования средневек. мон-ря на г. Перчем-Кая // Археология Крыма. Симф., 1997. Т. 1. С. 117-125; он же. Особенности нац.-религ. политики Российской империи в Таврической губ.: (По архивным мат-лам XIX ст.) // Матерiали VII звiтноï науково-практичноï конф. професорсько-викладацького складу Кримського юридичного iн-ту НУВС. Сiмф., 2005. Ч. 1. С. 23-32; он же. Православные мон-ри Крыма в XIX - нач. XX вв. К., 20062; Бочаров С. Г. Фортификационные сооружения Каффы (кон. XIII - 2-я пол. XV в.) // ПричернСВ. 1998. Вып. 3. С. 82-116; он же. Фортификационные сооружения генуэзского Воспоро в XIV-XV вв. // Там же. 2015. Вып. 9. С. 127-147; Золотарев М. И., Коробков Д. Ю. Новое о еп. Капитоне и крещении жителей Херсонеса в IV в. по Р. Х. // ЦА. 1998. Вып. 4. С. 111-115; Карпов С. П. Регесты документов фонда Diversorum Filze секретного архива Генуи, относящиеся к истории Причерноморья // ПричернСВ. 1998. Вып. 3. С. 9-81; он же. Древнейшие постановления Сената Венецианской республики о навигации в Черном море // Там же. 2000. Вып. 4. С. 11-18; он же. История Трапезундской империи. СПб., 2007; он же. Итальянские морские республики и Золотая Орда: Кризис 1343-1349 гг. // Там же. 2015. Вып. 9. С. 8-43; Логинов С. В. Об одной ошибке Таврической духовной консистории // Культура народов Причерноморья. 1998. № 3. С. 188-192; Pülz A. Die frühchristliche Kirchen des taurischen Chersonesos/Krim // MChrAr. 1998. Bd. 4. S. 45-78; Виноградов А. Ю. Апостол Андрей и Чёрное море: Проблемы источниковедения // ДГВЕ, 1996-1997. М., 1999. С. 348-367; он же. Надписи княжества Феодоро в фондах Херсонесского музея // ПричернСВ. 2000. Вып. 4. С. 444-446; он же. Херсонесский храм св. Петра и его эпиграфич. памятники // Херсонесский сб. 2005. Вып. 14. С. 91-93; он же. Загородный крестообразный храм в Херсонесе и его надписи // Вопросы эпиграфики. М., 2009. Вып. 3. С. 226-249; он же. «Миновала уже зима языческого безумия…»: Церковь и церкви Херсона в IV в. по данным лит. источников и эпиграфики. М., 2010; Завадская И. А. К дискуссии о религ. принадлежности раннего храма комплекса «Базилика 1935 г.» в Херсонесе // Исторический опыт межнац. и межконфес. согласия в Крыму. Симф., 1999. С. 52-60; она же. Хронология памятников раннесредневек. христ. архитектуры Херсонеса (по археол. данным) // МАИЭТ. 2000. Вып. 7. С. 77-90; она же. О происхождении христ. архитектуры ранневизант. Херсонеса // Там же. 2001. Вып. 8. С. 261-289; она же. Баптистерии Херсонеса: (К истории крещального обряда в ранневизант. период) // Там же. 2002. Вып. 9. С. 251-271; она же. Еще раз о датировке Загородного крестообразного храма и его мозаики // Восток-Запад: Межконфес. диалог: Сб. науч. тр. Севаст., 2003. С. 51-59; она же. Христианизация ранневизант. Херсонеса (IV-VI вв.) // МАИЭТ. 2003. Вып. 10. С. 402-426; она же. Декоративно-символическая система росписи херсонесских христ. склепов: Проблемы хронологии и генезиса // Там же. 2005. Вып. 11. С. 258-288; она же. О строительных периодах храма св. Апостолов Петра и Павла в Партените // Там же. 2006. Вып. 12. Ч. 1. С. 299-320; она же. Христианские расписные склепы Крыма в контексте развития погребальной росписи в ранневизант. период // Там же. 2009. Вып. 15. С. 89-131; она же. Катастрофа в Херсоне в кон. X-XI в.: Критика гипотезы о землетрясении // Там же. 2010. Т. 16. С. 456-487; eadem (Zavadskaya I. А.) Early Christian Painted Tombs in Crimea // MChrAr. 2013. Bd. 19. S. 41-67; Евреи в Крыму: Краткий очерк истории иудейских общин Крыма / Сост.: Ю. М. Могаричев, И. И. Вдовиченко. Симф., 1999; Науменко В. Е. Церковная география Таврики в VII-IX вв. по данным Notitiae episcopatuum // Крымский архив. Симф., 1999. № 5. С. 9-23; он же. К вопросу о характере визант.-хазарских отношений в кон. VIII - сер. IX вв. // Проблемы истории, филологии, культуры. 2002. Вып. 12. С. 544-568; он же. К вопросу о церк.-адм. устройстве Таврики в VIII-IХ вв. // АДСВ. 2003. Вып. 34. С. 123-145; он же. К вопросу о готском епископе на VII Вселенском Соборе в Никее и церковно-полит. ситуации в Крымской Готии в кон. VIII - нач. IX вв. // Sacrum et profanum. Севаст., 2005. Вып. 1. С. 129-140; Плетнева С. А. Очерки хазарской археологии. М.; Иерус., 1999; Пуцко В. Г. Бронзовый киотный крест Херсонеса: (Визант.-киевская металлопластика нач. XIII в.) // ВВ. 1999. Вып. 58(83). С. 165-171; Смычков К. Д. Печати церк. иерархов из Херсона // АДСВ. 1999. Вып. 30. С. 124-129; Абдуллаева З. З. Крымскотатарское духовенство накануне присоединения Крыма к России // Культура народов Причерноморья. 2000. № 14. С. 59-63; она же (Хайрединова З. З.) Возникновение и развитие Таврического магометанского духовного правления (кон. XVIII - нач. XX в.): Канд. дис. / Таврический нац. ун-т им. В. И. Вернадского. Симф., 2003; Абдуллаєва М. А. Духовно-релiгiйне життя грекiв в Криму: наприкiнцi XVIII - на початку XX ст. К., 2000; она же. Грецькi громади Криму у 1917-1938 рр.: Етноконфесiйний аспект. К., 2001; она же. Православнi храми та мон-рi Криму як осередки духовного життя грецького населення (кiн. XVIII - 30-i роки ХХ ст.): Дис. К., 2001; Бойцова О. Є. Iслам в Криму: Нац.-релiгiйна iдентифiкацiя кримських татар (друга пол. XV - кiн. XVIII ст.): Дис. К., 2000; она же. Ислам в Крымском ханстве. Севаст., 2004; Дагрон Ж. Двуликий Крым (IV-X вв.) // МАИЭТ. 2000. Вып. 7. С. 294-301; Зубарь В. М., Хворостяный А. И. От язычества к христианству: Начальный этап проникновения и утверждения христианства на юге Украины (2-я пол. III - 1-я пол. VI в.). К., 2000; Пономарев А. Л. Население и территория Каффы по данным Массарии - бухгалтерской книги казначейства за 1381-1382 гг. // ПричернСВ. 2000. Вып. 4. С. 317-443; он же. Крымское ханство и консулат Каффы в 1466 г. (870/871 г. х.): Власть и деньги // Там же. 2015. Вып. 9. С. 44-108; Сазанов А. В. Базилика 1987 г. и некоторые проблемы интерпретации памятников христ. Херсонеса // Там же. 2000. Вып. 4. С. 276-316; он же. К вопросу о времени сооружения четырехапсидного храма Херсонеса // Херсонесский сб. 2004. Вып. 13. С. 202-210; Сорочан С. Б., Зубарь В. М., Марченко Л. В. Жизнь и гибель Херсонеса. Х., 2000; Уханова Е. В. Обретение мощей св. Климента, папы римского, в контексте внешней и внутр. политики Византии сер. IX в. // ВВ. 2000. Т. 59(84). С. 116-128; Флоря Б. Н. Сказания о начале слав. письменности. СПб., 20002; Auzepy M. F. Gothie et Crimée de 750 à 830 dans les sources ecclésiastiques et monastiques grecques // МАИЭТ. 2000. Вып. 7. С. 324-331; Зинько Е. А. Проблемы исследования позднеантичных боспорских расписных склепов // Там же. 2001. Вып. 8. С. 67-73; она же. Христианские мотивы в росписях пантикапейских склепов // Там же. 2003. Вып. 10. С. 78-89; она же. Вопросы хронологии раннехрист. склепов Боспора // Боспорский феномен: Проблемы хронологии и датировки памятников: Мат-лы междунар. научн. конф. СПб., 2004. Ч. 1. С. 308-318; Змерзлий Б. В. Полiтика радянськоï держави щодо Росiйськоï Правосл. Церкви у Криму в 1921-1929 рр.: Дис. К., 2001; Коровина А. К. Гермонасса в раннесредневек. период // Таманская старина. СПб., 2001. Вып. 1. С. 21-31; Степанова Е. В. Судакский архив печатей: предварительные выводы // АДСВ. 2001. Вып. 32. С. 97-108; Фарбей О. М. Дослiдження посаду середньовiчноï Сугдеï у 1999 р. // Археологiчнi вiдкриття в Украïнi 1999-2000 рр. К., 2001. С. 60-62; Адаксина С. Б., Кирилко В. П., Мыц В. Л. Археологические исследования в Партените в 2001 г. // Отчетная археол. сессия за 2001 г. / ГЭ. СПб., 2002. С. 35-41; они же. Отчет об археол. исследованиях средневек. крепости Чембало (г. Балаклава) в 2004 г. СПб., 2005; Бєлоглазов Р. М. Полiтика радянськоï влади щодо релiгiйних конфесiй у 1920-ï рр.: (За мат-лами Кримськоï АСРР): Дис. Симф., 2002; Лосицкий Ю. Г., Паршина Е. А. Эски-Керменская базилика // Православные древности Таврики: (Сб. мат-лов по церк. археологии). К., 2002. С. 99-113; Майко В. В. О локализации Фулл и Фулльской епархии в раннесредневек. Таврике // Там же. С. 133-145; он же. Средневековое городище на плато Тепсень в Юго-Вост. Крыму. К., 2004; он же. Средневековые некрополи Судакской долины. К., 2007; он же. Восточный Крым во 2-й пол. X-XII в. К., 2014; Мусин А. Е. Археология Корсунской легенды: (Археол. коммент. к летописной статье 6496 года и «корсунские древности» на Руси) // Православные древности Таврики. К., 2002. С. 146-154; Мыц В. Л. О локализации Фулл и Фулльской епархии // Церковная археология Юж. Руси. Симф., 2002. С. 116-120; он же. Ранний этап строительства крепости Алустон // Алушта и Алуштинский регион с древних времен до наших дней. К., 2002. С. 16-29; он же. Каффа и Феодоро в XV в.: Контакты и конфликты. Симф., 2009; Сорочан С. Б. «Зачарованный клад»: Еще раз о локализации Фул (Фулл) // АДСВ. 2002. Вып. 33. С. 71-79; он же. Последний монастырский храм с баптистерием в поздневизант. Херсоне // Вiсник Харкiвського нац. ун-ту iм. В. Н. Каразiна. 2004. № 633: Iсторiя. Вип. 36. С. 210-221; он же. Сугдея в «темные века» // Сугдейский сб. К.; Судак, 2004. Вып. 1. С. 333-347; он же. Византийский Херсон (2-я пол. VI - 1-я пол. X в.): Очерки истории и культуры. Х., 2005. 2 ч.; он же. Мартирий Воскрешения, или еще раз о херсонесском склепе на земле Н. И. Тура // АДСВ. 2006. Вып. 37. С. 140-153; он же. Два лика «пещерного храма» Херсонеса/Херсона // Херсонесский колокол. Симф., 2008. С. 344-351; он же. О положении и статусе Сугдеи в VI-IX вв. // Древности, 2006-2008. Х., 2008. С. 108-124; он же. О визант. принципе перенесения сакрального пространства на примере херсонского храма Богоматери Влахернской // Древности, 2009. Х., 2009. Вып. 8. С. 168-178; он же. О паломническом комплексе во имя мч. Климента Римского в округе визант. Херсона // Вiсник Харкiвського нац. ун-ту iм. В. Н. Каразiна. 2010. № 908: Iсторiя. Вип. 42. С. 29-39; Тункина И. В. Русская наука о классических древностях Юга России (XVIII - сер. XIX в.). СПб., 2002; Канталiнська Ж. В. Вiдносини радянськоï держави та правосл. церкви в Криму в кiн. 40-х - на початку 60-х рокiв ХХ ст.: Дис. Запорiжжя, 2003; Крым, Сев.-Вост. Причерноморье и Закавказье в эпоху средневековья, IV-XIII вв. М., 2003; Бибиков М. В. Byzantinorossoca: Свод визант. свидетельств о Руси. М., 2004. Т. 1; Герцен А. Г., Махнева-Чернец О. А. «Пещерные города» Крыма. Симф., 2004; Джанов А. В., Майко В. В., Фарбей А. М. Христианские храмы Сугдеи // Софiйськi читання. К., 2004. Вип. 2. С. 86-91; Красносельцев Н. Ф. Западные миссии против татар-язычников и особенно против татар-мухаммедан. Каз., 2004. С. 181; Ранневизантийские сакральные постройки Херсонеса Таврического / Ред.: А. Б. Бернацки, Е. Ю. Кленина, С. Г. Рыжов. Poznań, 2004; Сухарев М. В. Становище правосл. населення Криму в 70-i - на початку 80-х рр. XVIII ст. // Культура народов Причерноморья. 2004. № 50. Т. 2. С. 184-186; Харитонов С. В. Древний город Эски-Кермен: Археология, история, гипотезы. СПб., 2004; Херсонес Таврический в сер. I в. до н. э.- VI в. н. э.: Очерк истории и культуры. Х., 2004; Хрушкова Л. Г. Христ. памятники Крыма: (Состояние изучения) // ВВ. 2004. Т. 63(88). С. 167-194; она же. О начале христ. Херсонеса Таврического: крестовидная церковь на главном кладбище // Сугдейский сб. 2005. Вып. 2. С. 393-420; она же. Крестовидные мартирии в Херсонесе Таврическом и на христ. Востоке: начало традиции // Sacrum et Profanum: Сб-к науч. тр. Севаст., 2007. Вып. 3: Небесные патроны и земные служители культа. С. 211-226; она же. О живописи раннехрист. склепов в Крыму: 100 лет после М. И. Ростовцева // Византия в контексте мировой культуры. СПб., 2008. С. 121-132. (Тр. ГЭ; 42); eadem (Khroushkova L. G.). Chersonesos in the Crimea: The First Christian Buildings (4th-5th Cent.) // Antiquité tardive. P., 2008. T. 16. P. 45-62; eadem. Opus Sectile Pavements in the Crimea and on the East Coast of the Black Sea // 11th Intern. Colloquium on Ancient Mosaics, October 16th-20th, 2009, Bursa Turkey. Istanbul, 2011. P. 505-518; она же. Базилика в Партенитах (Юж. Крым): Мог ли быть в ней похоронен еп. Иоанн Готский? // Климентовский сб. Севаст., 2013. С. 384-408; Шумський К. В. Духовно-навчальнi заклади Таврiйськоï Єпархïï (1859-1920 рр.): Дис. Сiмф., 2004; Яшаева Т. Ю. Формы для отливки крестов из раскопок Херсонеса // Культовые памятники в мировой культуре: Археол., ист. и филос. аспекты. Севаст., 2004. С. 101-104; она же. Ампула св. Мины и карта херсонских пилигримов // Sacrum et Profanum. Севаст., 2005. Вып. 1: Культ святых мест в древних и совр. религиях. С. 201-206; она же. Поздневизант. пещерная лавра Херсона // МАИЭТ. 2006. Вып. 12. С. 321-360; Греческие предания о Св. апостоле Андрее / Изд. подг.: А. Ю. Виноградов. СПб., 2005. Т. 1: Жития; Храпунов И. Н. Древняя история Крыма. Симф., 20052; Бернацки А. Б., Кленина Е. Ю. Сакральная архитектура визант. Херсона: (По результатам раскопок и аэроснимков) // Херсонесский сб. 2006. Вып. 15. С. 37-58; Скржинская Е. Ч. Судакская крепость: История, археология, эпиграфика. Киев; Судак; СПб., 2006; La Crimée entre Byzance et le Khaganat Khazar / Éd. C. Zuckerman. P., 2006; Бєльський О. В. Старообрядництво в Пiвденнiй Украïнi: формування та розвиток у другiй пол. XVIII - на початку XX ст.: Дис. Сiмф., 2007; Дворник Ф. Идея апостольства в Византии и легенда об ап. Андрее. СПб., 2007; Катунiна О. В. Полiтика партiï та радянського уряду у вiдношеннi релiгiйних культiв у 40-60-ти рр. ХХ ст.: (На мат-лах Криму): Дис. Запорiжжя, 2007; Могаричев Ю. М., Сазанов А. В., Шапошников А. К. Житие Иоанна Готского в контексте истории Крыма «хазарского периода». Симф., 2007; Православные мон-ри: Симферопольская и Крымская епархия УПЦ МП. Симф., 2007; Ступко М. В., Туровский Е. Я., Филиппенко А. А. О судьбах расписных склепов первых христиан Херсонеса // Sacrum et Profanum. Севаст., 2007. Т. 3: Небесные патроны и земные служители культа. С. 189-192; Хайрединова Э. А. Раннесредневековые кресты из Юго-Зап. Крыма // МАИЭТ. 2007. Вып. 13. С. 151-181; она же. Медальоны с изображением св. всадника из могильника у с. Лучистое // Там же. 2014. Вып. 19. С. 147-210; Катунин Ю. А., Катунина Е. В. Борьба гос-ва с религ. культами в Крыму в 40-60-е гг. XX в. Симф., 2008; Макидонов А. В. К светской и церк. истории Новороссии. Запорожье, 2008; Рибак I. В. Полiтика радянськоï влади щодо Росiйськоï правосл. церкви в Криму (1917-1941 рр.): Дис. Черкаси, 2008; Туровский Е. Я., Филиппенко А. А. Хронология склепов ранних христиан некрополя Херсонеса (в свете данных раскопок 2006 г.) // МАИАСК. 2008. Вып. 1. С. 45-48; они же. Топография и история изучения склепов с живописной росписью на некрополе Херсонеса Таврического // Сугдейский сб. 2010. Вып. 4. С. 274-289; Хапаев В. В. Разрушение Херсонеса на рубеже X-XI вв.: К изуч. причин // Бахчисарайский ист.-археол. сб. Симф., 2008. Вып. 3. С. 143-160; Антонова И. А., Никонов А. А. Следы разрушительных землетрясений в Херсонесе и окрестностях в рим. время и в раннем средневековье // Очерки по истории христ. Херсонеса / Отв. ред.: С. А. Беляев. СПб., 2009. С. 14-51; Бойцова Е. В. и др. Ислам в Крыму: Очерки истории функционирования мусульм. ин-тов. Симф., 2009; Курникова О. М. Документальные источники по истории османских владений на территории Крыма в XVI-XVIII вв.: Дис. М., 2009; Могаричев Ю. М. и др. К. Житие Стефана Сурожского в контексте истории Крыма иконоборческого времени / Ю. М. Могаричев, А. В. Сазанов, Е. В. Степанова, А. К. Шапошников. Симф., 2009; Филиппов А. Е. Росписи раннехрист. склепов Херсонеса Таврического в контексте худож. традиции: синтез с архитектурой, символика, литург. основа // Очерки по истории христ. Херсонеса. СПб., 2009. С. 193-322; Юрочкин В. Новые христ. памятники «пещерного города» Бакла в Крымской Готии // Сев. и Зап. Причерноморье в античную эпоху и средневековье: Мат-лы 11-го заседания Совместных комиссий по истории, археологии, этнологии и фольклористике при Президиуме НАН Украины и Акад. Румынии / Ред.: С. Г. Бочаров, В. Кожокару. Симф., 2009. С. 275-311; Biernacki A. В. Wczesnobizantyjskie elementy i detale architektoniczne Chersonezu Taurydzkiego. Poznań, 2009; Саргсян Т. Э. Армянские жития св. епископов Херсонеса // Сугдейский сб. 2010. Вып. 4. С. 202-224; Кизилов М. Б. Крымская Иудея. Симф., 2011; Фомин М. В. Погребальная традиция и обряд в визант. Херсоне: (IV-X вв.). Х., 2011; Яшаева Т. и др. Наследие визант. Херсона: [Кат.] / Т. Яшаева, Е. Денисова, Н. Гинькут, В. Залесская, Д. Журавлев. Севаст.; Остин, 2011; Калиновский В. В. «Древностей - и замечательных, и интересных, и красивых - непочатый уголок»: Церк. крымоведение (1837-1920). К.; Симф., 2012; Могаричев Ю. М. и др. Жития епископов Херсонских в контексте истории Херсонеса Таврического / Ю. М. Могаричев, А. В. Сазанов, Т. Э. Саргсян, С. Б. Сорочан, А. К. Шапошников. Х., 2012. (Нартекс: Byzantina Ukrainensis; 1); Рiшняк О., Садова О., Туровський А., Фiлiппенко А. Некрополь Херсонеса Таврiйського: Новi сторiнки в iсторiï дослiджень. Львiв, 2012; Виноградов А. Ю., Каштанов Д. В. «Чудо св. Климента» в контексте херсонской традиции: Лит. оформление локальных торжеств // Климентовский сб. Севаст., 2013. С. 90-117; Науменко В. Е., Пономарев Л. Ю. К ист. топографии Боспора X-XII вв.: Об обстоятельствах находки и местоположении так называемой «Церкви Шевелева» («Церкви 1833 г.») // Нартекс: Byzantina Ukrainensis. Х., 2013. Т. 2. С. 295-308; они же. Христианские памятники и топография Боспора X-XII вв. // Климентовский сб. Севаст., 2013. С. 244-263.
Рубрики
Ключевые слова
См.также