КИЕВО-ПЕЧЕРСКАЯ ЛАВРА
Том XXXIII , С. 8-83
опубликовано: 24 мая 2018г.

КИЕВО-ПЕЧЕРСКАЯ ЛАВРА

Содержание

ставропигиальный муж. мон-рь УПЦ в Киеве (Украина).

X-XIII вв.

Киево-Печерский монастырь располагался на юж. окраине древнего Киева, в непосредственной близости от с. Берестова, где c кон. X в. находилась загородная резиденция киевских князей с ц. во имя св. Апостолов. Сведения о возникновении и первых 10-летиях истории монастыря содержатся в Повести временных лет (10-е гг. XII в.) (ПВЛ), Житии прп. Феодосия Киево-Печерского (далее: ЖФ), Киево-Печерском патерике (1-я треть XIII в.) (далее: КПП). Нек-рые противоречия текстов этих источников свидетельствуют об отражении в них разных монастырских традиций, которые условно принято именовать «антониевской» и «феодосиевской». Первая, фрагментарно сохранившаяся в ПВЛ и КПП, была представлена ныне утраченным древним Житием прп. Антония Киево-Печерского; вторая, усваивающая прп. Феодосию Киево-Печерскому ключевую роль в создании обители, отразилась в его Житии.

Киево-Печерская лавра. Фотография. 2011 г.Киево-Печерская лавра. Фотография. 2011 г.Об истории возникновения К.-П. л. повествует «Сказание, чего ради прозвася Печерский монастырь» (далее: СПМ), к-рое известно в 2 версиях - летописной (под 6559 (1051) г.) и патериковой. Согласно 1-й редакции, пришедший с Афона мон. Антоний поселился на месте, где до поставления в митрополиты (1051) подвизался в небольшой пещерке берестовский свящ. Иларион. Во 2-й, представленной списками 2-й Кассиановской редакции КПП (1462), говорится, что прп. Антоний вернулся со Св. горы на Русь и поселился в Варяжской пещере на берегу Днепра еще при св. кн. Владимире (Василии) Святославиче (978/80-1015), но с началом братоубийственной войны 1015-1019 гг. вновь ушел на Афон. Второе возвращение мон. Антония в Киев состоялось при св. кн. Ярославе (Георгии) Владимировиче Мудром (1019-1054). Попытку А. А. Шахматова увидеть в этом рассказе соединение 2 версий истории становления Киево-Печерского мон-ря, из к-рых «антониевская» относила возникновение обители ко времени кн. Владимира, а «феодосиевская» - к последним годам правления кн. Ярослава, следует признать несостоятельной. По мнению А. М. Кубарева и П. С. Казанского, рассказ о двукратном путешествии прп. Антония на Афон, читаемый в списках 2-й Кассиановской редакции КПП, является результатом лит. деятельности ее составителя - печерского мон. Кассиана.

Возникновение Киево-Печерского мон-ря принято относить к 1051 г., под к-рым в ПВЛ читается СПМ. Но эта датировка условна: точное время основания обители неизвестно. Хронологический расчет летописца был прост и логичен. С одной стороны, он располагал датированным сообщением о поставлении Илариона митрополитом Руси в 1051 г. («В лето 6559. Постави Ярославъ Лариона митрополитомъ русина в святей Софьи, собравъ епископы»), а с другой - знал из текста СПМ, что прп. Антоний поселился на холме уже после того, как бывший берестовский священник стал главой Русской Церкви. Эти обстоятельства и позволили летописцу отнести СПМ к 1051 г. По предположению А. Ю. Карпова, возвращение прп. Антония на Русь и поселение в окрестностях с. Берестова могло иметь место уже во 2-й пол. 40-х гг. XI в.

В сообщении о том, что прп. Антоний поселился на холме, где втайне молился будущий митрополит Руси, некоторые исследователи (А. В. Поппе) усматривают намек на участие Илариона в учреждении Киево-Печерского мон-ря. Однако для подобных утверждений нет серьезных оснований. В рассказе о пещерке свящ. Илариона скорее следует видеть монастырское предание кон. XI - нач. XII в., к-рое пыталось связать начальную историю обители с авторитетом митр. Илариона.

Келья прп. Антония в Ближних пещерах. Фотография. 2013 г.Келья прп. Антония в Ближних пещерах. Фотография. 2013 г.Согласно СПМ, обитель была основана уроженцем Любеча, принявшим постриг с именем Антоний в одном из афонских мон-рей. Здесь он получил навыки иноческого жития, после чего был отправлен на Русь, напутствуемый словами настоятеля: «Иди в Русь опять, и буди благословленье от Святыя Горы, яко от тебе мнози черньци быти имуть» (ПСРЛ. Т. 1. Вып. 1. Стб. 156). После долгих поисков прп. Антоний решил поселиться на высоком берегу Днепра в районе с. Берестова. Ископав пещеру, он подвизался в бдении и молитвах. Слава о нем распространилась среди окрестных жителей. Взошедший на киевский престол кн. Изяслав (Димитрий) Ярославич вместе с дружиной посетил преподобного, чтобы получить благословение и испросить молитвы. Вскоре сложилась небольшая монашеская община, трудами к-рой были созданы пещерная церковь и кельи. В числе первых последователей прп. Антония были прп. Никон Великий и прп. Феодосий Печерский.

План Ближних (Антониевых) пещер. Патерик, или Отечник, Печерский. К., 1661 (РГБ)План Ближних (Антониевых) пещер. Патерик, или Отечник, Печерский. К., 1661 (РГБ)В ЖФ прп. Нестор сообщает, что не санкционированное кн. Изяславом пострижение 2 близких к нему людей - Ефрема (управляющий княжеским двором, буд. митрополит Переяславский) и прп. Варлаама (сын боярина Иоанна) - стало причиной конфликта князя с общиной. Кн. Изяслав угрожал уничтожить пещеры и отправить иноков в заточение. Конфликт был улажен благодаря заступничеству супруги князя, польки Гертруды. Но единство общины было нарушено: прп. Никон отправился в Тмутаракань и там основал обитель в честь Успения Пресв. Богородицы, мон. Ефрем выбрал местом подвигов один из к-польских мон-рей. Прп. Антоний переселился на соседний холм (впосл. Ближние пещеры), где основал новое отшельническое поселение («новый монастырь»). Причину этих изменений обычно усматривают в стремлении печерской братии к уединению, которое могло быть нарушено либо стечением народа, либо продолжающимся гневом кн. Изяслава (Казанский; архим. Леонид (Кавелин), Л. К. Гётц). Но, по всей видимости, кризис был вызван вмешательством князя во внутренние дела монастыря, которое выразилось в назначении на игуменство Варлаама (ок. 1060-1061), и начавшейся в связи с этим трансформацией отшельнической общины в киновиальную (общежительную). О том, что судьба сына боярина Иоанна была небезразлична кн. Изяславу, свидетельствует последующее назначение его настоятелем княжеского киевского во имя вмч. Димитрия Солунского монастыря: «Изяславъ же постави манастырь святаго Дмитрия и выведе Варлаама на игуменьство… хотя створити вышнии сего манастыря, надеяся богатьству» (ПСРЛ. Т. 1. Вып. 1. Стб. 159). По благословению прп. Антония при Дальних пещерах были возведены первые наземные постройки: деревянная ц. в честь Успения Пресв. Богородицы, кельи и др.

Келья прп. Феодосия в Дальних пещерах. Фотография. 2013 г.Келья прп. Феодосия в Дальних пещерах. Фотография. 2013 г.Переход к киновии был осуществлен в игуменство прп. Феодосия Печерского (ок. 1062-1074) введением общежительного Студийского устава. История обретения устава по-разному излагается в источниках. Согласно СПМ, он был получен прп. Феодосием от студийского мон. Михаила, пришедшего в Киев с митрополитом-греком Георгием; по ЖФ - от мон. Ефрема, который изготовил его копию непосредственно в столице Византии. Большинство исследователей (Е. Е. Голубинский, Д. С. Ищенко, М. И. Бълхова, А. М. Пентковский) полагают, что прп. Феодосий заимствовал Алексеевскую редакцию Студийского устава. А. В. Поппе указывает на введение в Киево-Печерском мон-ре Студийского устава в редакции Никиты Стифата, напрямую восходящей к Ипотипикону прп. Феодора Студита. Однако это мнение слабо аргументировано.

Студийский устав предусматривал обобществление имущества, общий стол, равенство всех в отношении к монастырским работам. Подробно регламентируя поведение монахов в трапезной, он определял правила относительно пищи братии и времени ее приема. Насельники могли выходить за пределы монастыря с разрешения игумена и только по крайней необходимости. Существовал строгий запрет на ношение одежды из дорогих и ярких тканей, прием пищи вне трапезной, использование для своих нужд труда слуг и др., монахам не разрешалось собираться в кельях. Прп. Феодосий активно боролся с любыми проявлениями стяжательства. Обнаружив в келье инока к.-л. имущество, не предусмотренное уставом, он приказывал бросать его в печь. Некоторые послабления делались для больных и немощных старцев. Описание быта печерских насельников в период игуменства прп. Феодосия, которое дает прп. Нестор в его Житии, свидетельствует, что в основных частях Студийский устав был введен в Киево-Печерском мон-ре в полном объеме. Однако после кончины прп. Феодосия ряд требований устава стал постепенно нарушаться. Из рассказов КПП следует, что уже в посл. четв. XI в. среди иноков существовало разделение на богатых и бедных, бытовала практика оплаты взаимных услуг, монахи имели частную собственность и т. д. С введением Студийского устава принято связывать появление в Киево-Печерском мон-ре «греческого чиноначалия». Источники упоминают о послушаниях доместика, экклисиарха, эконома, келаря, пономаря, вратаря.

План Дальних (Феодосиевых) пещер. Патерик, или Отечник, Печерский. К., 1661 (РГБ)План Дальних (Феодосиевых) пещер. Патерик, или Отечник, Печерский. К., 1661 (РГБ)Во время игуменства Феодосия резко возросло число пострижеников: согласно СПМ, оно достигло 100 чел. Высказывалось мнение (в т. ч. Гётц), что прп. Феодосий несколько смягчил условия приема в обитель: если ранее существенную роль играл социальный статус кандидата, то в годы его игуменства в обитель принимали всех желающих (Goetz. 1904). Хотя для подобных утверждений нет серьезных оснований, однако известно, напр., что бедная одежда прп. Феодосия не помешала прп. Антонию дать согласие на его пострижение. Прп. Нестор в ЖФ сообщает, что при игум. Феодосии был введен обязательный испытательный срок, по истечении к-рого желающий принять постриг мог стать монахом. Вероятно, рост числа пострижеников следует объяснять сочетанием нескольких факторов: заинтересованностью самого игум. Феодосия, который понимал, что многочисленная братия - залог стабильности и процветания обители, а значит, независимости Киево-Печерского монастыря от ктиторов - князей и бояр, и большим авторитетом мон-ря в древнерус. обществе, сформировавшимся за счет высокого благочестия и аскетизма его основателей.

Принятие Студийского устава означало «оттеснение Антониевской особножительной традиции», но оно не пресекло развития отшельничества. Параллельно с общиной, к-рой руководил прп. Феодосий, продолжала существовать община анахоретов, жизнь к-рой направлялась прп. Антонием. Одним из ее членов был прп. Исаакий Чернь, 7 лет находившийся в пещерном затворе. Единственным способом его связи с миром было небольшое оконце, через к-рое он принимал хлеб и воду от прп. Антония. В мае 1069 г., когда прп. Антоний был вынужден покинуть Киев и переселиться в Чернигов, отшельническое поселение временно прекратило существование. Разбитый параличом прп. Исаакий остался без заботы и внимания. После того как прп. Антоний покинул монастырь, прп. Феодосий «шедъ с братьею взя Исакия и принесе к собе в келью, и служаше около его» (ПСРЛ. Т. 1. Вып. 1. Стб. 194).

Переселение прп. Антония в главный город Северской земли было связано с политическими событиями 1068-1069 гг.: изгнанием восставшими киевлянами кн. Изяслава, возведением на киевский стол полоцкого кн. Всеслава Брячиславича и последующим возвращением кн. Изяслава в столицу Руси: «В си же времена приключися прити Изяславу из Ляховъ, и нача гневатися Изяславъ на Антонья изъ Всеслава, и присла Святославъ в ночь поя Антонья Чернигову» (Там же. Стб. 193). На юго-восточной околице города, в местности, известной под названием Болдины горы, прп. Антоний основал Богородичный мон-рь. Вероятно, становление новой обители осуществлялось усилиями не только прп. Антония, но и части его ближайших сподвижников, последовавших за учителем. Покровителем братии был кн. Святослав (Николай) Ярославич. Материалы археологических исследований свидетельствуют, что пещерный комплекс на Болдиных горах имеет сходство с подземельями Киево-Печерского мон-ря. А значит, жизнь печерян в новых условиях не претерпела существенных изменений.

Источники не сообщают о времени и об обстоятельствах возвращения прп. Антония в Киев. В исторической лит-ре бытует мнение, согласно к-рому кн. Изяслав, вскоре раскаявшись, упросил прп. Антония вернуться в Киев, что тот с радостью и сделал (Карпов). Оно восходит к позднему Житию прп. Антония в составе печатной редакции КПП 1661 г. Его воспроизводит свт. Димитрий (Савич (Туптало)) Ростовский: «Когда князь Изяслав одумался, убедился в несправедливости своего гнева, он послал в Чернигов, прося Антония вернуться. Антоний, кроткий и смиренный подвижник, откликнулся на эту просьбу. Не желал он оставить овец без пастыря, вернулся к покинутой им, находящейся в смятении пастве». Но для подобных интерпретаций нет оснований. Более убедительным представляется мнение Казанского, согласно которому возвращение преподобного следует относить к кон. марта 1073 г., когда кн. Святослав Ярославич овладел Киевом.

Незаконно захватив великокняжеский стол, черниговский князь нуждался в поддержке населения столицы. Поэтому практически сразу после утверждения кн. Святослава в Киеве принимается решение о строительстве каменного Успенского собора, причем местом его возведения становится поселение отшельников (Ближние пещеры), а не общежительный мон-рь прп. Феодосия (Дальние пещеры). Из княжеской казны на строительство была выделена большая по тем временам сумма - 100 гривен золотом. Видимо, этим решением кн. Святослав пытался снискать расположение не только монахов-отшельников, но и киевлян, для которых прп. Антоний являлся духовным авторитетом. Так, согласно ЖФ, князь в присутствии множества людей собственноручно начал копать ров под фундамент будущего храма.

Прп. Феодосий. Гравюра. Патерик, или Отечник, Печерский. К., 1702. Л. 40 об. (РГБ)Прп. Феодосий. Гравюра. Патерик, или Отечник, Печерский. К., 1702. Л. 40 об. (РГБ)Согласно «Слову о создании церкви Печерской» (в составе КПП), прп. Антоний трижды молился Богу с просьбой указать место возведения храма и трижды оно было отмечено чудесными знамениями. В отличие от него игум. Феодосий не был сторонником кн. Святослава, и в то время, когда начинались работы по возведению Успенского собора, находился в оппозиции к черниговскому князю. Согласно прп. Нестору, он настойчиво обличал кн. Святослава в вероломстве, используя для этого любые способы: «Овъда епистолия пиша посылааше томоу, овъгда же вельможамъ его приходящемъ къ немоу обличааше того о неправьдьнемь прогънании брата, веля темъ поведати томоу». Противостояние зашло так далеко, что после одного из обличительных писем, в котором кн. Святослав был уподоблен древним «гонителям» и «братоненавистникам», по Киеву распространился слух о возможном заточении Феодосия.

Вероятно, смерть прп. Антония положила конец не только противостоянию между кн. Святославом и прп. Феодосием, но и обособленному существованию 2 общин. Уже начавшееся строительство Успенского собора предопределило перевод братии из «ветхого монастыря» (Дальних пещер) в «новый» (Ближние пещеры). Вероятно, идея интеграции была предложена игум. Феодосием, который выступил в качестве преемника прп. Антония. Поэтому уход в Тмутаракань прп. Никона Великого в сопровождении 2 черноризцев позволяет предположить, что часть отшельников не была довольна этим объединением. Менее чем через год (3 мая 1074) прп. Феодосий скончался. Согласно завещанию, его тело было погребено в пещере, в к-рой печерский игумен затворялся на время Великого поста. В период игуменства Стефана (1074-1077/78) слияние общин завершилось созданием единого монастырского комплекса. Братия была переведена в «новый монастырь», и только неск. человек остались в «ветхом монастыре» для погребения усопших и совершения ежедневной заупокойной литургии. Однако память о некогда обособленном существовании Феодосиевой и Антониевой общин сохранилась в топографии Киево-Печерского монастыря в виде разделения его территории на Ближние и Дальние пещеры.

При игум. Стефане было завершено строительство Успенского собора (11 июля 1075/76). В 1077/78 г. в результате внутримонастырского мятежа, о причинах к-рого источники умалчивают, преемник прп. Феодосия сначала был лишен игуменства, а затем и вовсе изгнан из обители. Возможно, смещение игум. Стефана было связано с претензиями на старейшинство в Киево-Печерском монастыре Никона Великого, вернувшегося из Тмутаракани ок. 1077 г. Опираясь на финансовую помощь бояр, своих «духовных сыновей», игум. Стефан основал неподалеку на Клове собственный мон-рь, посвященный Влахернской иконе Божией Матери.

Свт. Ефрем Переяславский. Патерик, или Отечник, Печерский. К., 1661. Л. 136 (РГБ)Свт. Ефрем Переяславский. Патерик, или Отечник, Печерский. К., 1661. Л. 136 (РГБ)При игумене прп. Никоне (1077/78-1088) велись работы по украшению интерьеров Успенского собора. В этот период обучение ремеслу художника в обители проходил прп. Алипий - первый известный по имени иконописец Др. Руси. Период настоятельства игум. Никона был отмечен попыткой церковного прославления прп. Антония, которая выразилась в составлении его Жития. Но, видимо, эта инициатива не нашла поддержки у духовных и светских властей Киева, хотя факт почитания преподобного в мон-ре не вызывает сомнений. В ЖФ прп. Нестор отмечает, что игуменство Никона не было спокойным временем для обители: неоднократно предпринимались попытки поднять мятеж против настоятеля.

14 авг. 1089 г., в 1-й год игуменства прп. Иоанна, с участием Киевского митр. Иоанна II, епископов свт. Луки Белгородского и Иоанна Черниговского, свт. Исаии Ростовского и Антония Юрьевского состоялось торжественное освящение Успенского собора (ПСРЛ. Т. 1. Вып. 1. Стб. 208). Вскоре после этого было принято решение о перенесении в него мощей прп. Феодосия Печерского. Не располагая поддержкой великокняжеской власти и митрополии, митр. Иоанн предпочел опереться на ту часть епископата, к-рая была воспитана в стенах Киево-Печерского мон-ря. Приглашение принять участие в торжествах получили епископы Ефрем Переяславский, Стефан Владимирский, Иоанн Черниговский. В ПВЛ под 6599 (1091) г. сохранилось подробное описание обретения мощей прп. Феодосия. За 3 дня до праздника Успения Богородицы игумен и автор рассказа посетили место погребения преподобного, где обозначили место буд. раскопа. Копать предстояло «кроме устья», т. е. в стороне от заложенного входа в пещеру, вероятно, чтобы не допустить обрушения кладки и повреждения мощей. Т. о., необходимо было выкопать новый вход в пещерную келью прп. Феодосия. Игумен распорядился не сообщать никому из братии о предстоящих раскопках и взять в помощь одного из иноков. Вечером 12 авг. монахи отправились в пещеру. Работая попеременно, они трудились до самой полуночи и уже начали переживать, что копают не в ту сторону. Но в момент, когда в мон-ре ударили в било к заутрене, вход в пещеру был прокопан. Обретение мощей сопровождалось чудесными знамениями. Два черноризца стали свидетелями явления 3 огненных дуг, к-рые протянулись от пещеры к церкви, «иде же положенъ бысть Феодосий». «Зарю великую» над пещерой видел в Богородицком мон-ре на Клове еп. Стефан. Взяв с собой ученика Климента, он поспешил отправиться к месту погребения своего учителя. О том, что путь к мощам прорыт, уведомили игумена, к-рый вскоре пришел в сопровождении 2 монахов. Когда мощи были обретены нетленными, игум. Иоанн с неск. монахами положил их на мантию и вынес из пещеры (Там же. Стб. 209-212).

По всей видимости, инициатива прославления прп. Феодосия не получила признания со стороны прибывшего на Русь митрополита-грека свт. Николая. Известие о перенесении мощей подвижника с участием 3 епископов, вероятно, было воспринято новым главой Русской Церкви негативно, поскольку в нем нетрудно было усмотреть угрозу падения авторитета власти митрополии. Для того чтобы реализовать инициативу прославления прп. Феодосия, игум. Иоанну необходима была поддержка нового киевского правителя кн. Святополка Изяславича (1093-1113). Однако добиться этого не удалось, по-видимому, из-за резкого осложнения внешнеполитической ситуации, связанной с половецкой военной угрозой. 26 мая 1093 г. половцы нанесли тяжелое поражение рус. князьям на р. Стугне. В 1094 г. вместе с кн. Олегом (Михаилом) Святославичем они разграбили Черниговское княжество, а уже в следующем году сожгли Юрьев (ныне г. Белая Церковь, Украина). В 1096 г. хан Боняк внезапно появился под стенами Киева. Половцы обрушились на пригород столицы, сожгли княжеский двор в Берестове, а затем разграбили Киево-Печерский мон-рь, убив неск. монахов. Неспособность кн. Святополка обеспечить безопасность внешних рубежей стала причиной недовольства его политикой со стороны широких слоев населения, к-рое было поддержано печерской братией. Игум. Иоанн выступил с обличениями в адрес кн. Святополка, обвинив князя в жадности и насилии. По приказу кн. Святополка настоятель был схвачен и сослан в Туров. Заключение игум. Иоанна продлилось недолго: благодаря ходатайству кн. Владимира Всеволодовича Мономаха (возможно, на Любечском съезде в 1097) он вскоре получил возможность вернуться в Киево-Печерский монастырь. Место его погребения неизвестно.

Возвращение свт. Ефрема Переяславского в Киев. Гравюра Л. Тарасевича. Патерик, или Отечник, Печерский. К., 1702 (РГБ)Возвращение свт. Ефрема Переяславского в Киев. Гравюра Л. Тарасевича. Патерик, или Отечник, Печерский. К., 1702 (РГБ)К нач. XII в. ситуация изменилась. С кончиной игум. Иоанна и приходом на игуменство св. Феоктиста (ок. 1103) Святополк начал открыто покровительствовать печерянам: «Святополкъ же приде в Печерьскыи манастырь на заоутреню на Оуспенье святыя Богородица, и братья целоваша и с радостью великою, [глаголюще], яко врази наша побежени быша, молитвами святыя Богородица и святаго отца нашего Феодосья. Такъ бо обычаи имеяше Святополкъ: коли идяше на воину, или инамо, толи, поклонивъся оу гроба Феодосьва и молитву вземь оу игумена ту сущаго, то же идяше на путь свои» (Там же. Стб. 282). Используя благоприятный момент, игумен ходатайствовал перед князем о прославлении прп. Феодосия в масштабах всей Руси. В обители понимали, что княжеская власть может реализовать этот замысел, преодолев возможное противодействие со стороны митрополита-грека и части епископата. Согласно летописной статье 6616 (1108) г., кн. Святополк поддержал инициативу братии и отдал соответствующее распоряжение митрополиту, к-рый обязал архиереев внести имя прп. Феодосия в синодики для ежегодного поминания, что было равносильно офиц. канонизации.

Период игуменства Феоктиста, продолжавшийся до янв. 1113 г., ознаменовался возведением в монастыре каменной трапезной (не сохр., известна по результатам археологических раскопок) и надвратной ц. во имя Св. Троицы. Согласно преданию, храм над главными воротами Киево-Печерского мон-ря был построен на средства кн. Святослава Давидовича, принявшего постриг 17 февр. 1107 г. (см. Николай Святоша, прп.). После того как 12 янв. 1113 г. игум. Феоктист был хиротонисан митр. Никифором I на Черниговскую кафедру, Киево-Печерский мон-рь возглавил игум. Прохор (поставлен 9 февр. 1113). Новый настоятель упоминается первым среди игуменов, 2 мая 1115 г. участвовавших в торжественном перенесении мощей св. князей Бориса и Глеба. Это свидетельство дает основание полагать, что уже в нач. XII в. Киево-Печерский мон-рь занимал 1-е место среди столичных обителей. Ипатьевская летопись датирует смерть игум. Прохора 15 нояб. 1125 г. Его преемник игум. Тимофей упоминается в летописи под 1130 г. в связи с решением ростовского тысяцкого Георгия оковать раку прп. Феодосия. Согласно «Слову о поковании раце преподобнаго отца нашего Феодосия Печерьского» (в КПП), для этих целей было выделено 500 гривен серебром и 50 гривен золотом.

Под 1128 г. Лаврентьевская летопись сообщает: «Преяша церковь Дмитрия печеряне, и нарекоша ю Петра, съ грехом великим и неправо» (Там же. Стб. 299). Исследователи по-разному интерпретируют это известие. П. Г. Лебединцев, М. Д. Присёлков, Я. Н. Щапов относят его на счет Димитриевского мон-ря, основанного кн. Изяславом, но Голубинский, Д. Н. Слюсарёв, М. К. Каргер полагают, что речь идет о ц. св. Димитрия, располагавшейся рядом с Киево-Печерским мон-рем. Мнение о поглощении Печерской обителью Димитриевского мон-ря представляется более аргументированным. Оно основывается на свидетельстве статьи 1158 г. Ипатьевской летописи о крупных пожертвованиях в пользу Киево-Печерского мон-ря, сделанных кн. Ярополком Изяславичем и его дочерью, вдовой минского кн. Глеба Всеславича. После 1128 г. сведения о Димитриевском мон-ре в источниках отсутствуют.

В списке печерских игуменов («О игуменех печерских отъ начала бывших») в качестве преемников Тимофея названы Пимен и Акиндин. Однако источник этих сведений неизвестен. С 1168 г. в летописи упоминается игум. Поликарп, исполнявший важные поручения киевских князей (под 1170, 1171), а также участвовавший в торжественной встрече в Киеве смоленского кн. Романа Ростиславича (под 1174). После кончины игумена летом 1182 г. в обители произошли волнения: братия не могла выбрать нового настоятеля. Только после общего молебна в Успенском соборе было принято единодушное решение: «Послемся к Васильеви попови на Щьковицю, абы былъ намъ игоуменъ и оуправитель стадоу черноризиць Федосьева манастыря Печерьского» (ПСРЛ. Т. 2. Cтб. 627). Василий был удивлен решением печерян, считая себя недостойным такой чести, но в итоге согласился. Пострижение и поставление было совершено в Киево-Печерском мон-ре митр. Никифором с участием епископов Лаврентия Туровского и Николая Полоцкого. Высокую оценку игум. Василию дает свт. Кирилл, еп. Туровский («Послание некоего старца к богоблаженному Василию архимандриту о схиме»), называя его «вторым Феодосием». В «Послании...» также содержится свидетельство, неизвестное по др. источникам, о том, что в игуменство Василия вокруг обители была возведена каменная стена.

Высокий авторитет Киево-Печерского мон-ря в обществе позволял его игуменам проводить достаточно независимую политику в отношении светских и духовных властей. Известны конфликты Киево-Печерского мон-ря с киевскими князьями Изяславом Ярославичем, Святославом Ярославичем, Святополком Изяславичем. Мон-рь сохранял определенную дистанцию по отношению к митр. Клименту Смолятичу, а при игум. Поликарпе вступил в конфликт с Киевским митр. Константином II в вопросе о постах в Господские праздники (60-е гг. XII в.). Вероятно, в 1171 г. печерский настоятель получил титул архимандрита, возглавив черное духовенство столицы в его взаимоотношениях с митрополией и великокняжеской властью. По мнению Поппе, этот титул был пожалован игум. Поликарпу К-польским патриархом Михаилом III (1170-1178), соответствующую грамоту доставил на Русь приехавший в июне 1171 г. митр. Михаил. Согласно др. мнению (напр., Щапова), инициатива учреждения архимандритии в Киево-Печерском монастыре исходила от княжеской власти.

Привлечение щедрых жертвователей и вклады богатых пострижеников обеспечили Киево-Печерскому мон-рю экономическую независимость и сделали его крупнейшим собственником. Уже в период игуменства Феодосия у обители имелись собственные села и «монастырские работники». После кончины кн. Ярополка Изяславича (22 нояб. 1086) Киево-Печерский мон-рь получил права на взимание доходов с Небельской, Деревской и Луческой волостей, а также с земель близ Киева. Вероятно, в 80-х гг. XI в. митр. Переяславский Ефрем передал обители двор в Суздале с храмом во имя вмч. Димитрия Солунского и пригородные села. На средства кн. Глеба Всеславича (600 гривен серебром и 50 гривен золотом) была возведена каменная трапезная. После его кончины (13 сент. 1118) Киево-Печерский мон-рь получил от вдовы князя 100 гривен серебром и 50 гривен золотом, а после ее кончины - 5 сел с челядью. Уже к кон. XI в. обитель имела возможность влиять на ценовую ситуацию киевского рынка, выступая в качестве серьезного конкурента местного купечества. Многочисленные бенефиции позволяли Киево-Печерскому мон-рю создавать дочерние обители - скиты (Гнилецкие пещеры). Материальный достаток позволял решать некоторые социальные задачи города. При обители существовала больница с ц. во имя св. первомч. Стефана. Каждую пятницу по распоряжению прп. Феодосия заключенные в тюрьмах получали от обители воз хлеба. Монастырь покровительствовал и бедным городским приходам.

Киево-Печерский мон-рь был одним из крупнейших культурных и духовных центров Руси, школой подготовки иерархов. Только со 2-й пол. XI до нач. XIII в. ок. 50 бывш. печерских насельников занимали епископские кафедры. В стенах обители работали иконописцы, действовала мастерская по производству смальты. Уже в 60-х гг. XI в. в Киево-Печерском мон-ре не только переписывали и переплетали рукописи, но и создавали оригинальные произведения лит-ры (летописи, жития, поучения, послания). Рассказывая о деятельности игумена прп. Феодосия, Нестор пишет: «Мъногашьды же пакы великоуоумоу Никоноу седящю и делающю книгы, блаженоуоумоу въ скраи того седящю и прядоущю нити еже на потребу таковоуоумоу делоу».

По мнению Шахматова, летописание в Киево-Печерском мон-ре началось уже в 60-х гг. XI в. и завершилось ок. 1073 г. составлением Первого Киево-Печерского свода - «свода Никона». А. А. Гиппиус указывает на существование «Свода 1060 г.», связывая его появление с лит. деятельностью прп. Варлаама Печерского (Гиппиус А. А. К проблеме редакций Повести временных лет // Славяноведение. 2007. № 5. С. 20-44; 2008. № 2. С. 3-24). В 1093-1095 гг. в стенах Киево-Печерского мон-ря был составлен Второй Киево-Печерский свод, чаще всего именуемый Начальным сводом. Согласно Шахматову, это был 1-й общерус. летописный свод, в котором нашла отражение критика деятельности современных летописцу князей и дружинников. На нач. XII в. приходится составление летописного свода, получившего название «Повесть временных лет». Большинство исследователей считают, что его автором был монах Киево-Печерского монастыря прп. Нестор. В ПВЛ прошлое Руси помещено в контекст всемирной истории христианства.

Мощи прп. Нестора Летописца. Фотография. 2013 г.Мощи прп. Нестора Летописца. Фотография. 2013 г.С именем мон. Нестора связано и написание 2 ранних агиографических сочинений - «Чтения о житии и погублении блаженную страстотерпцю Бориса и Глеба» и «Жития преподобного отца нашего Феодосия игумена Печерского». В обширном введении «Чтения...» излагаются основные вехи библейской истории человечества, представленной Нестором как борьба добра и зла. Для агиографа князья Борис и Глеб являют собой идеал христ. правителей: они набожны, милостивы к вдовицам и сиротам, покорны старшим, готовы жертвовать собственной жизнью ради других. Точное следование мон. Нестора византийскому агиографическому канону позволило С. А. Бугославскому предположить, что «Чтение...» предназначалось для «произнесения во время монастырских трапез».

ЖФ - первое из сохранившихся древнерус. житий чина преподобных. Мон. Нестор рассказывает о жизни и подвигах прп. Феодосия, насыщая текст живыми характеристиками печерских монахов, реалистичными изображениями быта, яркими диалогами героев. Вопрос о том, когда мон. Нестор писал «Чтение...» и ЖФ, является предметом научной дискуссии: одна часть исследователей относит составление памятников к кон. 70-х - 80-м гг. XI в. (Шахматов, Поппе, Н. М. Левитский), другая - к нач. XII в. (М. П. Погодин, Бугославский, А. Г. Кузьмин, Ю. А. Артамонов).

Свт. Симон. Гравюра. Патерик, или Отечник, Печерский. К., 1702 (РГБ)Свт. Симон. Гравюра. Патерик, или Отечник, Печерский. К., 1702 (РГБ)Др. старейшим памятником древнерус. агиографии было Житие прп. Антония Печерского. Ряд исследователей высказали сомнения в его существовании (Казанский, И. П. Хрущёв, Г. П. Федотов, Р. Д. Босли). Однако сведения Жития, заимствованные составителем Начального свода, а также ссылки на него авторов КПП свидетельствуют, что Житие прп. Антония не только существовало, но и пользовалось популярностью среди неск. поколений печерских книжников. Житие, составленное, вероятно, во время игуменства Никона (80-е гг. XI в.), повествовало о жизни и подвигах основателя Киево-Печерского мон-ря, об истории обители и о жизни некоторых выдающихся пострижеников. Высказывалось мнение, что Житие писалось не в Киеве, а в Чернигове или Тмутаракани (Розанов. 1914).

Прп. Поликарп. Гравюра. Патерик, или Отечник, Печерский. К., 1661 г. (РГБ)Прп. Поликарп. Гравюра. Патерик, или Отечник, Печерский. К., 1661 г. (РГБ)Печерские агиографические традиции получили развитие в творчестве еп. Владимиро-Суздальского свт. Симона (в прошлом постриженика Киево-Печерского мон-ря) и мон. Поликарпа. Первому принадлежит «Слово о создании Печерской церкви» (не ранее 1222), Послание к Поликарпу с приложением 9 рассказов о печерских черноризцах (между 8 сент. 1224 и 22 мая 1226); второму - Послание к игум. Акиндину и 11 рассказов о печерских монахах (нач. 30-х гг. XIII в.) (см. также Акиндин, прп.). В стенах Киево-Печерского монастыря писались послания, поучения и молитвы. Так, вероятно, ок. 1069 г. прп. Феодосием было составлено послание к кн. Изяславу Ярославичу - «Слово... о вере крестьянской и о латыньской». Ему же обычно атрибутируют 8 кратких, простых по композиции поучений к братии. Терпение и любовь, пост и молитва, смирение и милостыня - таковы основные темы поучений прп. Феодосия.

Источники упоминают о существовании в Киево-Печерском мон-ре б-ки, в состав к-рой входили слав., греч., лат. и евр. рукописи.

В XII-XIII вв. многочисленных паломников привлекали святыни обители: чудотворная икона Божией Матери, вода «из печерского кладезя», мощи подвижников, рака прп. Феодосия. Само место расположения Киево-Печерского мон-ря почиталось святым, что способствовало формированию здесь обширного некрополя. В обители были погребены киевский тысяцкий Ян (Иоанн) (1106) и его супруга Мария (1091).

Исключительное значение Киево-Печерского мон-ря в истории становления рус. монашества было отмечено летописцем на рубеже XI и XII вв.: «Мнози бо манастыри от цесарь и от бояръ и от богатьства поставлени, но не суть таци, каци суть поставлени слезами, пощеньемь, молитвою, бденьемь». Говоря же о введении в обители Студийского устава, летописец замечает: «От того же манастыря переяша вси манастыреве уставъ: темь же почтенъ есть манастырь Печерьскый старей всехъ» (ПСРЛ. Т. 1. Вып. 1. Стб. 159-160). В 1240 г. Киево-Печерский мон-рь был разграблен войсками Батыя, но не прекратил своего существования.

Ю. А. Артамонов

1240 - 2-я треть XIV в.

Во 2-й пол. XIII - нач. XVI в. игуменами были Серапион (50-60-е гг. XIII в.- 1273), Агапит (1288), Максим (1335), Давид (до 1377 - до 1392), Феодосий (1398), Иоанн, Азарий, Варсонофий, Никифор (1434), Авраамий (17 окт. 1437), Игнатий, Николай (до 16 июня 1446 - после 1462), Макарий, Иоанн (до 1470 - после 1476), Иоасаф (с 1477(?)), Феодосий (Войнилович) (до 1 сент. 1482 - после 10 марта 1493), Филарет (Волынец) (до 23 апр. 1494 - после 25 авг. 1501), Феодосий, Сильвестр, Вассиан (до 1506 - после 1508).

Исторические свидетельства о Киево-Печерском мон-ре с сер. XIII до 2-й пол. XIV в. скудны. Кроме редких фрагментарных летописных упоминаний и свидетельств в различных исторических актах имеются устные предания, зафиксированные в более поздних источниках (XV-XVII вв.), а также археологические исследования кон. XX - нач. XXI в., внесшие значительные уточнения. Согласно Лаврентьевской летописи 1377 г. (свод 1305 г.), во время штурма Киева монг. воины «святую Софью разграбиша, и манастыри все, и иконы, и кресты честныя, и взя оузорочья церковная взяша, а люди от мала и до велика вся убиша мечем» (ПСРЛ. Т. 1. Вып. 2. Стб. 470). Поскольку Киево-Печерский мон-рь находился за линией городских стен, он, по-видимому, подвергся разорению в начале осады Киева, т. е. уже в сент. 1240 г. В «Синопсисе» настоятеля мон-ря в сер. XVII в. Иннокентия (Гизеля) говорится, что «нечестивые варвары овнами, или таранами, стены каменные монастырские столкши… и самую небеси подобную церковь Пресвятыя Богородицы оскверниша… верх до полуцеркви по окна повелением проклятого Батыя испровергоша, такожде и верх олтаря великого по перси иконы пресвятыя Богородицы изща, и весь Монастырь со всеми украшениями и каменными стенами искорениша и разметаша» (К., 18365. С. 125-127).

Осенью 1240 г. часть братии была убита монголами (в т. ч. сщмч. Лукиан); другим удалось спастись в окрестных лесах. Накануне нападения монголов на обитель монахи сумели замуровать все входы в Ближние и Дальние пещеры, благодаря чему были спасены главные святыни Киево-Печерского мон-ря: мощи святых, по-видимому, часть икон и рукописных книг (Евгений (Болховитинов). 1831. С. 332). По приказу монголов в сер. XIII в. оставшиеся в живых монахи и киевляне разобрали укрепления Киево-Печерского мон-ря, включая стены (Ивакин Г. 1982. С. 77). Несмотря на разорения 1240 г. и последующих лет, на территории обители сохранилась каменная надвратная Свято-Троицкая ц. Богослужение в ней, очевидно, не прерывалось в течение длительного времени. Уцелела и Иоанно-Предтеченская ц., в к-рой тоже, видимо, совершались богослужения (Он же. 1996. С. 166, 171). Вместе с братией погибли или были уведены в рабство монастырские ремесленники. Их мастерские, расположенные за оградой Киево-Печерского мон-ря, были разрушены монголами и уже больше не восстанавливались. Новые ремесленные постройки появились в обители лишь в кон. XIII-XIV в.

До получения в 1267 г. митр. Кириллом II ярлыка, освобождавшего церковных людей от уплаты налогов, монашествующие облагались налогами наравне с проч. жителями Киева и часто попадали в рабство за недоимки. Прибывший в Юж. Русь в 1246 г. чиновник («сарацин») «из партии Куйюк-хана и Бату» тех из церковных людей, кто не смогли заплатить наложенную на них дань, увел в Орду (Плано Карпини Дж., дель. История монгалов. Рубрук Г., де. Путешествие в вост. страны. Книга Марко Поло. М., 1997. С. 57-58; и др.).

В кон. 50-х - 60-х гг. XIII в., когда Киев вновь стал местом временного пребывания Киевского митрополита (Кирилла II), началось возрождение монастырской особножительной жизни на регулярной основе. Очевидно, именно в это время настоятелем Киево-Печерского монастыря стал архим. Серапион (в 1273 о нем упом. в связи с поездкой митр. Кирилла II в Сев.-Вост. Русь и поставлением Серапиона во епископа Владимирского). Фрагментарность сохранившихся источников не дает возможность установить имя его преемника, известно лишь, что в 1288 г. на похоронах владимиро-волынского кн. Владимира (Иоанна) Васильковича присутствовал киево-печерский архим. Агапит. В годы настоятельства архим. Серапиона укреплялись связи обители с одним из влиятельных «заднепровских» князей - вел. кн. Черниговским и кн. брянским Романом Михайловичем Старым, который вел напряженную борьбу против литовцев и правителей Смоленского вел. княжества, претендовавших на его владения. При Киево-Печерском мон-ре кн. Роман основал в своих владениях Свенский в честь Успения Пресв. Богородицы монастырь. Когда в кон. зимы - весной 1299 г. Киев и его окрестности подверглись особенно сильному ордынскому разорению, митр. Киевский и всея Руси Максим, как и значительная часть населения города («весь Киевъ розбежалъся»), покинул Киев и направился в Брянск («а митрополитъ иде ко Бряньску и оттоле иде в Суждальскую землю и со всемъ своимъ житьемъ» (ПСРЛ. Т. 1. Вып. 2. Стб. 485)). Еще одним косвенным подтверждением связей Киево-Печерского монастыря с Черниговским и Брянским княжеством может служить тот факт, что в 1335 г., при Киевском митр. Феогносте, в числе кандидатов «[на епископию] богоспасаемаго города Чернигова» и Брянска был архим. Максим (ПДРКП. Прил. № 7. Стб. 443-446).

Со времени Батыева нашествия и до 2-й пол. XIV в. жизнь братии была малообеспеченной и требовала значительных трудов: датируемые этим периодом землянки-кельи, обнаруженные археологами в митрополичьем саду, содержат очень скромные бытовые предметы, там же были раскопаны ремесленные мастерские, по всей вероятности костореза и мастера по металлу. Часть предметов, принадлежавших печерянам, была привозной, новгородского и херсонесского происхождения (Iвакiн Г. 1996. С. 169-171). О том, каким образом складывалась монашеская жизнь в Киево-Печерском мон-ре в правление митрополитов Феогноста и свт. Алексия, к-рые неоднократно пребывали в Киеве, свидетельств не сохранилось.

Посл. треть XIV - нач. XVI в.

Возрождение Киево-Печерского монастыря как одного из духовных и экономических центров Православия в Юж. Руси связано с периодом правления в Киевском великом княжестве сначала в качестве отцовского наместника (до 1377), а затем и самостоятельного правителя Владимира (Василия) Ольгердовича (ок. сер. 60-х гг. XIV в.- 1395). Во время его княжения в каменных зданиях обители были произведены реставрационные работы, у апсид Успенского собора сделаны небольшие контрфорсы (Беляева. 1982. С. 104; Iвакiн Г. 1996. С. 173). Очевидно, произведенные работы были связаны не только с временным снижением военной опасности от набегов ордынцев на Ср. Поднепровье, но и с увеличением числа паломников, приходивших на богомолье в Киево-Печерский монастырь. Возрождению популярности обители способствовало ежедневное поминание преподобных Антония и Феодосия и др. подвижников (напр., кн. Николая Святоши и Моисея Угрина) в Успенском соборе Московского Кремля (ДРВ. Ч. 6. С. 436, 438, 488) и в главных храмах епископий Сев.-Вост. Руси (РГБ. Ф. 344. № 99. Л. 53 об.).

Во 2-й пол. XIV - нач. XV в., судя по найденным на территории Киево-Печерского монастыря монетным кладам, материальное положение обители улучшилось (в нояб. 1898 в одном из горшков было обнаружено 2236 монет различного происхождения). В кон. XIV в. для хозяйственных целей были разобраны руины собора Кловского мон-ря посл. четв. XI в., разрушенного монголами, очевидно, также в 1240 г. По мнению укр. археологов, в этом принимали участие печерские монахи, по-видимому получившие право распоряжаться оставшимся от обители имуществом (Ивакин Г. 1982. С. 80-81; Он же. 1996. С. 180-181). В кон. XIV в. в крепости, построенной в Киеве на Замковой горе, было возобновлено «осадное место» (подворье на случай военной опасности) Киево-Печерского мон-ря. Оно известно по упоминаниям в источниках XVI-XVII вв. Согласно люстрации 1552 г., здесь находилось 9 дворов, принадлежавших обители. Осенью 1399 г. новым великокняжеским наместником в Киеве Литовский вел. кн. Витовт назначил своего ближайшего соратника и родственника кн. Иоанна Ольгимонтовича Гольшанского († после 1401). Будучи православным, этот князь поддерживал местные обители, включая Киево-Печерский мон-рь, с к-рым у его семьи установились доверительные отношения. Кн. Гольшанский стал одним из его самых щедрых вкладчиков. Киево-Печерский мон-рь пользовался вниманием его сыновей Андрея и Симеона, бывших в нач. XV в. также великокняжескими наместниками в Киеве.

В сер. авг. 1399 г., после разгрома 12 авг. на р. Ворскле войск Литовского вел. кн. Витовта и гибели киевского кн. Иоанна Борисовича, войска хана Тимур-Кутлуга и его темника Едигея подошли к городу, но штурмовать его укрепления не стали. В результате переговоров ордынцы удовлетворились получением выкупа с Киева. Он составил «3000 рублевъ Литовъскым серебром» (ПСРЛ. Т. 25. С. 229). Благодаря условиям этого мира Киево-Печерский мон-рь не пострадал. Он заплатил ордынцам 30 р. (ПСРЛ. Т. 11. С. 174; Т. 40. С. 132).

Большое внимание обители оказывала вдовствующая Литовская вел. кнг. Иулиания Александровна Тверская. По-видимому, еще до 1377 г. ее духовником стал печерский архим. Давид. Позднее связям между Киево-Печерским мон-рем и Тверью способствовал его постриженик свт. Арсений, еп. Тверской и Кашинский.

Монастырские акты кон. XIV - XV в. и синодик 1482 г. свидетельствуют о довольно развитой структуре управления Киево-Печерского монастыря. Обитель возглавлял архимандрит, кандидатуру к-рого с посл. трети XV в. утверждал правитель Великого княжества Литовского. Он рассматривал Киево-Печерский монастырь как одно из своих держаний, разрешение на управление которым Ягеллоны могли выдать еще при жизни действовавшего настоятеля (АЗР. Т. 1. № 117. С. 143). С сер. XV в. 1-е место после архимандрита в Киево-Печерском мон-ре занимал уставник. С кон. XIV в. в управлении имуществом большую роль играл ключник («полатник»), выбиравшийся из монастырских старцев. С 40-х гг. XV в. в Киево-Печерском мон-ре известен и келарь (Грамоти XIV ст. 1974. С. 135; АЗР. Т. 1. № 46. С. 60). Появление этой должности в обители свидетельствует об определенном изменении во внутренней жизни монахов, происшедшем, очевидно, в кон. 1-й - нач. 2-й четв. XV в. Помимо келаря большую роль в управлении монастырским хозяйством играл ключник. С кон. XIV в. монах, исполнявший эту должность, также выступал как писец вкладных грамот (Грамоти XIV ст. 1974. С. 135). К кон. XV в. значение «полатника» возросло. Наряду с некоторыми др. старцами после получения вклада в обитель он имел право вписывать имена членов семьи вкладчика в синодик (Голубев. 1892. С. 81. Примеч. 5). В монастырских актах он указывался ранее духовника, уставника и застольников (Украïнськi грамоти XV ст. 1965. № 3. С. 31). Кроме того, к кон. XV - нач. XVI в. относится упоминание должности наместника архимандрита. По свидетельству Киевского митр. Фотия, прибывшего на Русь в 1410 г., братия Киево-Печерского монастыря отличалась образованностью («понеже сами искусни есте по языку вашему божественаа писаниа и имеющее всегда и прочитающе самую тую книгу великаго Лествичника, и сего же ради убо о семь како болшеи не пишю», а также «весте же пакы и великаго Исаака, и великаго Дорофеа, и прочиихъ божественных отец…»). Во время 1-го приезда в Киево-Печерский мон-рь митр. Фотий общался с насельниками и, по-видимому, осматривал монастырскую б-ку. Летом 1416 г. темник Едигей совершил набег на Киев, разграбил и сжег посад. Не пострадал лишь Киевский замок, расположенный на горе над Подолом. Участь киевлян разделили монахи Киево-Печерского мон-ря. Ордынцы «монастырь Печерьскии пограбиша и пожгоша» (ПСРЛ. Т. 25. С. 242). В поздней Густынской летописи (кон. XVI в.) отмечалось, что ордынцы «поплени Рускую землю и Киевъ и Печерский монастыръ сожже и со землею соровна, яко оттоле Киевъ погуби красоту свою, и даже доселе уже не може бытии таковъ» (ПСРЛ. Т. 40. С. 133). Очевидно, именно во время этого внезапного набега ордынцев могло быть утрачено большинство ранее спасенных рукописных памятников.

В Киево-Печерском мон-ре вместо особножительного постепенно вводился общежительный устав. Этот процесс мог начаться под влиянием Киевского митр. Фотия, отправившего печерской братии 3 послания. Первое (авг. 1411, датировка А. И. Плигузова) и второе (на праздник Вознесения Господня, год неизв.) касаются прежде всего укрепления монашеской дисциплины. К этому времени усилилось имущественное расслоение среди братии, а авторитет настоятеля обители подвергался сомнению. В посланиях митр. Фотий подчеркнул важность исполнения всех монашеских заповедей («творить по преданию всего иноческаго чина и оустава»), осудил пьянство и чревоугодие, напомнил о запрете ухода из обители без разрешения настоятеля, об обязательном участии в церковных службах. Митрополита возмущало, что нек-рые печерские иноки, «называющихся тоя честныа обители, и яко забывших к Богу даннаго своего обета, и иже оумерьтвившихъ собе мирови, безъчинъными пьяньствы себе помрачяюще, и въ смешении корчемных и со иноязычными собе смешающе въ преседании и в кощюнах, и всему всегда тако предлежащих» (Фотий. 2005. № 14. С. 302-303). Об отношении Киево-Печерского мон-ря к попытке Литовского вел. кн. Витовта отстранить от власти митр. Фотия и признать вместо него митр. Григория Цамблака, участвовавшего в работе униат. XVI Констанцского Собора, прямых свидетельств не сохранилось, но отсутствие имени Григория Цамблака в монастырском синодике (1482) подтверждает то, что братия Киево-Печерского мон-ря не разделяла униат. идей кн. Витовта и политики митр. Григория. Летом 1420 г., во время пребывания в Великом княжестве Литовском, митр. Фотий посетил Киев и, очевидно, Печерский мон-рь. В связи с этой поездкой святитель написал 3-е послание в обитель, в к-ром он вновь коснулся вопросов о необходимости соблюдения братией монашеских обетов и традиций (Там же. № 17. С. 331-336, 462-463).

В 30-х гг. XV в., во время династического кризиса и феодальной войны в Великом княжестве Литовском, Киево-Печерский мон-рь поддерживал претензии вел. кн. Свидригайло Ольгердовича, к-рый боролся против своего двоюродного брата Литовского вел. кн. Сигизмунда Кейстутовича за великокняжеский престол в Вильне. Об этом свидетельствует неск. источников. Так, в 1434 г., в период настоятельства архим. Никифора, в выходной записи писца Иосифа, переписавшего Толкования архиеп. Феофилакта Болгарского на Евангелия от Иоанна и от Луки, отмечалось, что это событие произошло «при самодеръжци литовьском великом князи Швитригайле», а также «при архиепископе нашем Герасиме Киевском и всея Руси» (РНБ. F. 1. 73. Л. 331; Запаско. 1995. С. 295). Т. о., в 1432-1435 гг. Киево-Печерский мон-рь признавал и духовную власть митр. Герасима, кандидата, выдвинутого на Киевскую митрополию вел. кн. Свидригайло. В его жалованной грамоте (17 окт. 1437) отмечается, что в это время 1-е место в составе великокняжеской рады занимал печерский архим. Авраамий (АЮЗР. Т. 1. № 19. С. 12). Некоторые влиятельные сторонники Литовского вел. кн. Свидригайло являлись вкладчиками обители. В их числе - князья Пинские, Кобринские, Гольшанские, Друцкие и Острожские, из рода к-рых происходил печерский инок прп. Феодор. В кон. XV - нач. XVII в. его потомки также были вкладчиками Киево-Печерского мон-ря. Тесные отношения с обителью поддерживала и княжеская семья Слуцких-Олельковичей. В правление польск. кор. и Литовского вел. кн. Казимира IV Ягеллончика она смогла вернуть под свое управление Киевское великое княжество. Поскольку Киево-Печерский мон-рь являлся традиционным местом погребения князей Олельковичей, они жертвовали значительные средства, чтобы возродить комплекс монастырских построек. В период княжения Александра (Олелько) Владимировича (1440-1455) и его сына Симеона Александровича (1455-1470) Киево-Печерскому мон-рю пожаловали земельные владения и держания, обеспечивавшие его независимое материальное положение. Благодаря вкладам семьи Слуцких-Олельковичей был возрожден каменный Успенский собор. После 1462 г. Олельковичам удалось добиться того, чтобы архимандритом Киево-Печерского мон-ря стал близкий к ним Макарий, ранее бывший настоятелем Слуцкого во имя Св. Троицы мон-ря (АЮЗР. Т. 1. № 232. С. 296). В 1470 г. в связи с восстановлением Успенского собора по заказу Киевского вел. кн. Симеона Александровича «был выполнен рельеф-триптих с изображением Оранты, Антония и Феодосия». На рельефе была вырезана надпись: «Основана бысть церковь Пресвятыя Богородица Печерскаа на старом основании при великом короли Казимире благоверным князем Симеоном Александровичем отчичи Киевском при архимандрите Иоанне» (Ивакин Г. 1982. С. 94).

В 70-х гг. XV в. Киево-Печерский монастырь был вновь вовлечен во внутриполитическую и в церковную борьбу в Великом княжестве Литовском. Поддерживая претензии слуцкого и копыльского кн. Михаила Александровича Олельковича на Киевское вел. княжество, в 1470-1471 гг. братия вместе с др. киевлянами не принимала на воеводство католика пана Мартина Гаштольда, дважды подходившего к Киеву с войсками. Воспользовавшись внутренними проблемами в Ср. Поднепровье, в 1473 г. ордынцы вновь разорили окрестности Киева. Киево-Печерский мон-рь не пострадал (ПСРЛ. Т. 40. С. 138), но монастырским владениям, по-видимому, был нанесен материальный ущерб. Синодик обители 1482 г. отмечает такую категорию служилых людей, как «дворяне Пречистои Печерьскои» и «слоугы печерьскыи», появление к-рых в обители в этот период связано с необходимостью защищать свои владения, а также, вероятно, с активным участием в политической жизни (Голубев. 1892. С. 7-8, 39). Власть над ними принадлежала архимандриту, на что польск. короли особо указывали в текстах привилеев, данных настоятелям Киево-Печерского мон-ря (Метрыка Вялiкага Княства Лiтоўскага: Кн. 30 (1480-1546): Кн. запiсаў № 30 (копiя канца XVI в.). Мiнск, 2008. № 149. С. 220). С XVI в. известно, что во время возвращения из Вильны в Киев печерские слуги нередко выполняли функции королевских гонцов (Lietuvos Metrika: Кnygа 564. 1996. N 35. S. 56). Дворянами и слугами командовал «моршалокъ Пєчєрскiй». Однако лица, находившиеся в подчинении Киево-Печерскому мон-рю, не обладали налоговыми привилегиями: они наряду с митрополичьими, епископскими и бискупскими людьми обязаны были платить «зуполное мыто» в пользу киевского Никольского кляштора и его приора (Lietuvos Metrika: Кnygа 9 (1511-1518): Užrašymu Knyga 9 / Рar. K. Pietkiewicz. Vilnius, 2002. N 564(25). S. 312-314).

В 1472 г., при нареченном митр.-униате («электе») и Смоленском еп. Мисаиле, печерский архим. Иоанн стал митрополичьим наместником в Киевской архиепископии. 14 марта 1476 г., при митр. Мисаиле, имя архим. Иоанна попало в послание духовных и светских лиц, адресованное папе Римскому Сиксту IV, с просьбой о церковной унии. Вряд ли подобные униат. симпатии настоятеля Киево-Печерского монастыря были возможны без одобрения по крайней мере части его главных ктиторов и покровителей. Слуцкий и копыльский кн. Михаил Александрович Олелькович и его младший двоюродный брат бельский кн. Федор Иванович также упоминались в этом послании (Флоря. 2007. С. 246-248). Но уже в 1477-1478 гг. братия Киево-Печерского мон-ря вместе с др. противниками унии попыталась провозгласить нового Киевского митрополита - Галактиона (в миру Григорий Халецкий), представителя правосл. боярского рода. В отличие от митр. Мисаила имя Галактиона после его кончины было записано в синодик обители.

1481 г. датируется 1-й известный по публикациям документ К-польской Патриархии, определивший ставропигию мон-ря,- Грамота патриарха К-польского Максима (сохр. копия в рус. пер., внесена в Луцкие земские книги 4 июня 1670 по просьбе архим. Иннокентия (Гизеля) - АрхЮЗР. 1859. Ч. 1. Т. 1. № 1. С. 1-3). Однако совр. исследователи оспаривают подлинность этого документа (Русакова Ю. М. Неавтентичнi документи Києво-Печерського мон-ря XVI-XVII ст.: Текстологiя та поземельний аспект побутування: АКД. К., 2008. С. 3).

В 1481 г. в Киеве были казнены участники заговора против польского кор. Казимира IV Ягеллончика князья Михаил Александрович Олелькович и И. Ю. Гольшанский, которые, так же как и сбежавший в Москву кн. Ф. И. Бельский, входили в число крупных вкладчиков Киево-Печерского мон-ря. Они поминались в обители на богослужениях, причем первые два как «оубиєнные». О политической ориентации Киево-Печерского мон-ря в эти годы свидетельствует текст синодика 1482 г., в одной из первых статей к-рого («Помяни, Г[оспод]и, князи наших вєликых») наряду с Литовскими вел. князьями из рода Гедиминовичей записаны поименно все Московские вел. князья, начиная со св. блгв. вел. кн. Даниила Александровича (Там же. С. 6-7). В сент. 1482 г. Киево-Печерский мон-рь был разорен во время захвата Киева и его окрестностей войсками крымского хана Менгли-Гирея. Многие жители были взяты в плен. В предисловии к синодику 1482 г. отмечалось, что ордынцы «Божественую церковь опустиша, и вся святыя книги, и иконы пожгоша». Очевидно, это произошло уже 1 сент., когда ордынцы подошли к Киеву (ПСРЛ. Т. 12. С. 215). Но вскоре часть монашеской братии была выкуплена, т. к. писец отмечает, что он начал писать синодик «по днехъ неколикых изъ ихъ поганьства изшедше…». При обороне обители погибло несколько слуг. Для вечного поминания в синодик в 1482 г. были вписаны «слоугы печерьскыи от тотаръ, Коунець и товарищи его, побиты: Кондрата. Ефрема. Андреа. Сергеа. Никона. Исидора. Игнатиа. Мефедиа» (Голубев. 1892. С. 2, 39). Киево-Печерский мон-рь восстанавливался трудами архим. Феодосия (Войниловича). При нем и его преемниках в обители, по-видимому, работали Феодор Иконник и «моураль» Фома. Члены их семей были внесены в монастырский синодик (Там же. С. 21, 37). В кон. 90-х гг. XV в. (после 1494/95) была разобрана монастырская трапеза 1-й трети XII в., к-рая пострадала во время разорения обители в сент. 1482 г. У сев. стены Успенского собора была построена небольшая часовня-усыпальница (Iвакiн Г. 1996. С. 171, 174).

В кон. XV - нач. XVI в. в Киево-Печерском мон-ре ощущались экономические последствия набегов ордынцев в 1482 и 1497 гг. Каменное строительство, реставрация зданий и частая смена настоятелей подорвали материальное положение обители. Тем не менее развитие Киево-Печерского мон-ря способствовало поддержке его высокого духовного авторитета. Так, в 1498 г. новогрудский воевода пан Александр Ходкевич, сын умершего в крымском плену киевского воеводы Ивана Ходкевича, при поддержке митр. Иосифа II (Солтана) основал в своих владениях в Подляшье Супрасльский мон-рь. Его первыми насельниками стали выходцы из Киево-Печерского монастыря, которые посвятили приделы главного монастырского собора прп. Феодосию Печерскому и святым Борису и Глебу.

Землевладение

В XIII-XV вв. Киево-Печерский мон-рь постепенно становится одним из самых крупных церковных землевладельцев Ср. Поднепровья. Власти обители добились, чтобы в сер. XIII - кон. XIV в. им были переданы загородные Зверинецкий мон-рь, пещеры которого до XVII в. иногда использовались для захоронений, а также Стефаниев Пресв. Богородицы Влахернской на Клове мон-рь. В сер. XII - кон. XV в. печерский наместник управлял и Златоверхим Михайловским монастырем. Кроме того, печерской братии вплоть до кон. XV в. принадлежал значительный участок земли на Угорской горе в Киеве, где была похоронена мать прп. Феодосия. Такое близкое соседство с Киево-Печерским мон-рем не нравилось братии расположенной здесь же киевской Николо-Пустынской обители, к-рая в итоге добилась от печерского архимандрита продажи ей этого участка земли. Вскоре Киево-Печерский монастырь получил рядом новое земельное владение. Этот случай вызвал протест властей Николо-Пустынского мон-ря. Они обратились к кор. Сигизмунду I Старому и попросили его настоять на выкупе этой вотчины у Киево-Печерского мон-ря. В нач. XVI в. смежные владения обоих монастырей находились недалеко от Киева, за Днепром (АЮЗР. Т. 1. № 48. С. 37).

О владениях Киево-Печерского монастыря до 1482 г. сохранилось мало известий в источниках, т. к. в сент. 1482 г., когда «было у Киеве Божое зневоление», многие «записы предковъ» его вкладчиков «погорели зъ ихъ печатьми» (АЗР. Т. 1. № 111. С. 130). Ок. 1459 г. кн. Юрий Симеонович Гольшанский подтвердил права мон-ря на владение землями и оставил в его подчинении людей. Ранее по грамоте эти пожалования обители сделал его дед, киевский наместник (после 12 авг. 1399) кн. Иоанн Ольгимонтович Гольшанский († после 1401). «Сидевшие на земле» люди Иванишевичи были обязаны давать годовую дань «светой Богородици Печерской… у Глуской волости» размером в меру меда и один рубль «грошей Литовскихъ», а в Поречье Андрей «зъ землею и зъ данью» платил полмеры меда и полтину «грошей Литовская» (АЗР. Т. 1. № 72. С. 92).

Внук Литовского вел. кн. Ольгерда кн. Андрей Владимирович, приезжавший в 1446 г. в обитель на богомолье, по примеру своих ближайших родственников также делал земельные вклады в пользу Киево-Печерского мон-ря. Первоначально нек-рые из них, очевидно, принадлежали обители на распространенном в XV в. праве держания. Так, напр., во время правления в Киеве его старшего брата вел. кн. Александра (Олелько) Владимировича и его сына вел. кн. Симеона Александровича в имении Остр архимандрит Киево-Печерского монастыря на условном праве держал с. Чернин (АЗР. Т. 1. № 77. С. 98). Пожалования кн. Андрея Владимировича лишь позднее отошли властям обители. 1 дек. 1532 г. кн. Алексей Лахтынович и его мать кнг. Маруха за обязательство включения их имен и имен их родственников в помянник отдали обители Печерский двор с сельцом («вески») Печерским «зъ частью моею сноповою и грошовою, зо всими моими доходами», с землями, а также с людьми (АСЗР. Т. 2. № 13. С. 11). Владения находились возле дороги в Могилёв. Ранее двор принадлежал кн. Андрею Владимировичу (АЗР. Т. 1. № 46. С. 59-60). Вероятно, появление у Могилёва таких географических топонимов, как двор Печерский и одноименное сельцо, могло быть связано с деятельностью властей Киево-Печерского мон-ря. Данный вывод косвенно подтверждают названия некоторых владений обители, расположенных на Чернигово-Северской земле. Так, в Посемье находилась Печерская волость, в которой располагался Печерский Путивльский Молченский в честь Рождества Пресв. Богородицы мон-рь. Помимо нее на Северщине Киево-Печерский мон-рь имел владения под Стародубом и Новгородом-Северским (Русина. 1992; Она же. 1998. С. 23, 136, 152-156). Часть этих владений ок. 1496-1500 гг. была пожалована новгород-северским кн. Василием Ивановичем Шемячичем и стародубским кн. Семеном Ивановичем Можайским (Каштанов С. М. О взаимоотношениях Киево-Печерского мон-ря с правительством царя Федора Ивановича в 1585 г. // ИА. 2005. № 1. С. 175-188). После вхождения этих земель в состав Московского гос-ва в нач. XVI в. власти не стали лишать Киево-Печерский мон-рь владельческих прав на эти монастырские вотчины, сначала разрешив монахам собирать здесь церковную дань, а в кон. XVI в. заменив ее стабильным доходом в 50 р. из своей казны (Там же. С. 177, 195).

В 1488 г. Киево-Печерский мон-рь получил во владение с. Княжичи, права на к-рые были подтверждены в 1569 г. Между 1493/94 и 1499 гг. братья Полозовичи подтвердили владельческое право Киево-Печерского мон-ря на 1/3 земли с. Бобрица на р. Бобрик «у Васильковском обрубе». Здесь сидел человек, к-рый со 2-й пол. XV в. «дань давал в Пречистое дом полтретя ведра меду». Летом 1499 г. Киево-Печерский мон-рь вернул эту землю ее прежним владельцам в обмен на ежегодную дань в 5 ведер меда киевской меры (Люта. 1999. С. 31-32).

10 марта 1493 г. в пользу Киево-Печерского мон-ря была составлена жалованная подтвердительная грамота от имени кнг. Федоры Ивановны, жены кн. Иоанна Семеновича Кобринского. В ней внучка кн. Андрея Владимировича и кнг. Марии указывала, что ранее они «записали» обители свое имение Осово вместе со всеми данями и доходами. Поскольку эта грамота была утрачена во время разорения крымцами Киево-Печерского монастыря в 1482 г., то его архим. Феодосий (Войнилович) «просилъ» кнг. Федору, чтобы она вклад в обитель подтвердила «своимъ записомъ» (АЗР. Т. 1. № 111. С. 130).

16 марта 1486 г. др. представитель видного православного магнатского рода, вкладчик обители пан Юрий Иванович Зиновьевич († после 1516) вместе с супругой и детьми, «подлугъ отца своего данья и запису», подтвердил права Киево-Печерского мон-ря на «отчинное свое и дединное» с. Киселевичи, расположенное в Бобруйской волости. Согласно его распоряжению, проживавшие в Киселевичах селяне были обязаны по-прежнему давать властям Киево-Печерского монастыря «лукно уставное» меда и 100 грошей, «а возити тымъ людемъ тую дань и тые грошы, самымъ». За этот вклад монахи обещали «свечу ставити у Пречистое дому, отъ году до году, надъ гробомъ отца моего и за душу всихъ родителей моихъ, и память чинити за продковъ моихъ и за весь родъ мой, и на веки память чинити за всихъ моихъ родителей нынешнихъ и напотомъ будучихъ». На этой подтвердительной грамоте стоит печать архим. Феодосия (АЗР. Т. 1. № 86. С. 105-106). Киево-Печерский монастырь владел данной вотчиной в Бобруйской вол. и до осени 1524 г. собирал здесь церковную дань. 3 окт. 1524 г. паны Миколай, Михаил и Юрий Зиновьевичи, дети пана Юрия Ивановича, добились от кор. Сигизмунда I Старого выдачи грамоты и посылки в Киселевичи дворянина Грицко Павловича, который запретил представителям обители собирать дань в с. Киселевичи (Lietuvos Metrika: Кnygа 14 (1524-1529): Užrašymu Knygа 14 / Рar. L. Karalius, D. Antanavicius. Vilnius, 2008. N 492(419). S. 203-204).

23 апр. 1494 г. Литовский вел. кн. Александр Ягеллончик подтвердил права Филарета «ажъ до смерти своее» на архимандритию в Киево-Печерском мон-ре, которые ранее он получил от польск. кор. Казимира IV Ягеллончика (АЗР. Т. 1. № 117. С. 143).

Весной (до 29 апр.) 1506 г. кн. Михаил Львович Глинский, душеприказчик киевского воеводы кн. Дмитрия Путятича-Друцкого, для поминания умершего и его родителей отдал в Киево-Печерский мон-рь половину данников Зеремцов за р. Березиной и «устав меда», который «съ нихъ идетъ» (АЗР. Т. 1. № 224. С. 370).

31 дек. 1506 г. кн. Алексей Львович Толочко Буйницкий (из рода князей Друцких) пожаловал Киево-Печерскому мон-рю двор Барсуковский «зъ даниною моею медовою и грошовою, и зов сими моеми доходами, и што кеды на насъ шло», включая людей, «которые въ Добрейце» живут, и с землей («грунтомъ») Цвирковским, и «зъ тыми людьми, которые на чиншу седят». При этом из медовой дани в обитель должно было идти 15 пудов. Отданные люди обязывались служить Киево-Печерскому мон-рю «вечно и непорушно» (АСЗР. Т. 2. № 5. С. 6).

В нач. XV в.- 1500 г. часть деревень с людьми в вол. Буйгород принадлежала Киево-Печерскому монастырю, в 1503-1509 гг. сначала временно, а в 1514 г. окончательно отошла вел. кн. Иоанну III Васильевичу (СбРИО. 1892. Т. 35. № 75. С. 400). В 1543 г. кн. Богуш Федорович Корецкий пожаловал Киево-Печерскому монастырю с. Безрадичи (ныне Ст. Безрадичи), которое ранее выслужил его отец и вкладчик обители кн. Ф. И. Корецкий (Люта. 1999. С. 32).

Согласно ревизии 1552 г., мон-рю принадлежало 20 сел и деревень, население к-рых платило церковную дань его властям (РГАДА. Ф. 389. Оп. 1. № 563. Л. 44 об.- 45).

С кон. XIV в. в Киево-Печерском мон-ре составлялись и заверялись частные акты. Напр., 21 нояб. 1398 г. «у Печерскомъ монастыре» полатник Филарет написал вкладную грамоту вотчинника Семена Сколкова из имения Лесники. Братия за полученный ею щедрый вклад должна была поминать его ближайших предков (Грамоти XIV ст. 1974. № 72. С. 134-135). Этот факт свидетельствует о ведении в обители поминальных записей вкладчиков. Позднее они составили отдельный синодик, рукопись которого, очевидно, пострадала во время разорения Киево-Печерского монастыря в 1482 г. 16 июня 1446 г. кн. Андрей Владимирович, внук Литовского вел. кн. Ольгерда, составил в обители завещание. По этому поводу в Киево-Печерском монастыре князь советовался с женой, с архим. Николаем и «съ святыми старци, и съ своими бояры». Свидетелями в его духовной грамоте стали насельники обители: архим. Николай, уставник Иона Философ, ключник Давид, келарь Герасим и «иныхъ господы наше старцевъ много», а также кн. Глеб Дмитриевич, бояре и слуги кн. Андрея Владимировича. Духовную князя писал «старец Пахнотий, Лихачевъ братъ» (АЗР. Т. 1. № 46. С. 60). 16 марта 1486 г. архим. Феодосий (Войнилович) запечатал грамоту литов. магната пана Ю. И. Зиновьевича (Там же. № 86. С. 106).

Киево-Печерский монастырь как центр духовной жизни Руси

В связи с последствиями монг. нашествия (1240) и установившегося ордынского ига (1242-1480), которое сопровождалось многочисленными набегами на Киев и Ср. Поднепровье, сохранилось не так много источников, свидетельствующих о Киево-Печерском мон-ре в XIII-XV вв. Одними из главных являются синодики ц. в честь Введения во храм Пресв. Богородицы и Киево-Печерского мон-ря, к-рые содержат сведения об обители как о духовном центре Руси.

В сер.- 2-й пол. XIII в. в отличие от киевского Выдубицкого во имя арх. Михаила мон-ря Киево-Печерская обитель в основном поддерживала связи не с галицко-волынскими Романовичами, а с черниговскими Ольговичами. Этот факт наглядно объясняет то, что в Галицко-Волынской летописи не упоминается Киево-Печерский мон-рь после разгрома монг. царевичем Батыем Киева в 1240 г. (ср.: ПСРЛ. Т. 2. Стб. 784-786). Отсутствие сведений о нем в др. летописях, вероятно, косвенно свидетельствует о том, что с сер. XIII в. влияние Киево-Печерского мон-ря на духовную жизнь распространялось не далее пределов Ср. Поднепровья. В 50-60-х гг. XIII в. обитель, очевидно, наладила тесные связи с митр. Кириллом II. Возможно, с его разрешения в ее подчинение перешли земли уничтоженной в 1240 г. монголами братии киевского Зверинецкого мон-ря.

Собор Киево-Печерских святых. Литография. 1893 г. (ГЛМ)Собор Киево-Печерских святых. Литография. 1893 г. (ГЛМ)О тесных контактах Киево-Печерского мон-ря и митр. Кирилла II свидетельствует карьера настоятеля обители игум. Серапиона, рукоположенного во епископа Владимирского. Проповеди еп. Серапиона получили широкое распространение в Сев.-Вост. Руси. Упоминание в синодиках Киево-Печерского мон-ря митрополитов Алексия, Пимена, Дионисия и Ионы, а также отсутствие в них имен Феодорита и Романа свидетельствуют о том, что в XIV в. власти Киево-Печерского мон-ря сочувственно относились к идее сохранения общерус. митрополии и выступали против ее разделения.

Значение Киево-Печерского монастыря как духовного центра, объединившего все земли Руси, увеличивается во 2-й пол. XIV в. Прежде всего это было связано с правлением в Киевском вел. княжестве Владимира (Василия) Ольгердовича и с частым пребыванием в Киеве митр. Киприана.

Судьба рукописной б-ки обители после 1240 г. остается неизвестной. В описи церковного имущества, составленной в Киево-Печерском монастыре в 1594 г., отмечено всего 90 рукописей, нек-рые были позднейшими вкладами. Основная часть б-ки погибла во время разорений мон-ря в 1240 г., нач. XIV в., 1416 и 1482 гг., а также пожаров XVII - нач. XVIII в. (прежде всего 1713 г.). Несомненно, что в 1240 г. монахами обители в Ближних и Дальних пещерах были сохранены часть комплектов богослужебных книг, патристические сочинения и КПП.

Разорение Киева в 1299 г. и ордынские набеги на него в 1-й пол. XIV в. не способствовали развитию в обители книгописания. Утверждение Л. А. Ольшевской и С. Н. Травникова о переписке в Киеве в 1317 г., в правление кн. Иоанна I Даниловича Калиты и митр. Петра, списка КПП (Древнерус. патерики. С. 309), основанное на полууставной записи, сохранившейся на нижних полях листов 1-13 в списке данного источника в рукописи кон. XV - нач. XVI в. (РНБ. Ф. 893. № 9. 4. 130), ошибочно из-за ее явного фальсификационного характера и более позднего происхождения, чем сама рукопись (Конявская Е. Л. Очерки по истории тверской лит-ры XIV-XV вв. М., 2007. С. 202).

Известные исследователям выходные записи писцов указывают, что по крайней мере с кон. XIV в. в обители работали неместные каллиграфы. Очевидно, благодаря деятельности Литовской вел. кнг. Иулиании Александровны, митр. Киприана и Тверского еп. Арсения были заложены тесные книжные связи между Киево-Печерским мон-рем и Тверью. Так, напр., 21 марта 1406 г. в Твери была закончена переписка наиболее раннего пергаменного списка Арсеньевской редакции КПП с рукописи, по-видимому взятой ранее из Киево-Печерского монастыря. В выходной записи писца отмечается, что это событие произошло «на память святаго отца Якова», когда «созданы быша книги сия при благовернемь великом князи Иване Михаиловиче замышлениемъ боголюбиваго епископа Арсенья Тферьскаго» (Вздорнов Г. И. Искусство книги в Др. Руси: Рукописная книга в Сев.-Вост. Руси XII - нач. XV в. М., 1980. № 23).

А. П. Визирь считает, что в 1455 г. в Киево-Печерском мон-ре была переписана «Лествица» прп. Иоанна Лествичника (Визирь. 1976. С. 64). В 1460 г., при архим. Николае, согласно выходным записям писцов, для присланного ранее из Москвы митрополичьего наместника в Киеве Акакия «повелениемъ инока Касияна, крилошанина Печерьского» была написана Акакиевская редакция, а к 10 апр. 1462 г. монахами Кассианом и Иоанном закончена Кассиановская 2-я редакция КПП. Уже в посл. трети XV в. обе эти редакции получили распространение в Сев.-Вост. Руси. В 1474 г. в Киево-Печерском мон-ре был переписан значительный по объему «Златоструй», включавший Слова и поучения свт. Иоанна Златоуста. Кодекс был написан книжным полууставом, типичным для Сев.-Вост. Руси (РГБ. МДА. Фунд. Ф. 173/I. № 43. 2°. 672 л.). В XVI в. эта рукопись попала в б-ку Троице-Сергиева мон-ря.

Из ризницы Киево-Печерского монастыря происходит синодик, написанный по благословению архим. Феодосия (Войниловича), после разорительного набега на Киев войск хана Менгли-Гирея в 1482 г. (в 8°. 266 л.). Первые 126 листов синодика были написаны поздним уставом, а листы 127-215 имеют позднейшие добавления (1483 - кон. XVI в.) (ср.: Голубев. 1892. С. I-XIV; Де-Витте. 1910. С. 2-7; Запаско. 1995. С. 63). В предисловии синодика, объясняющем причины его написания, отмечается, что мн. «святыя книги» погибли во время разорения обители крымскими татарами (Голубев. 1892. С. 2).

В число рукописных книг Киево-Печерского монастыря, которые не были переписаны в местном скриптории, но впоследствии стали образцами для новых списков, входили пергаменные «Лаврское» Евангелие-апракос 80-х гг. XIV в. (датировка А. А. Турилова), бумажный Пролог нач. 50-х гг. XV в. (Булычев. 2002. С. 23-24. Примеч. 45), пергаменный Служебник 1462 г. из Пскова (поступил в б-ку обители в 1732), Толковая Псалтирь до 1492 г. из Витебска (Визирь. 1976. С. 64-65). Кроме того, в Баварской гос. б-ке хранится пергаменное Евангелие 1492 г. Оно было написано по повелению молдав. господаря Стефана III Великого диак. Феодором «въ Нямецком монастыре» и вложено в ц. Успения Пресв. Богородицы «града Хотинскаго» (Monac. slav. 1). Впосл. рукопись стала собственностью буд. Киевского митр. Петра (Могилы), к-рый в 1637 г. вложил ее в Киево-Печерский монастырь (Строев С. Описание памятников славяно-рус. лит-ры, хранящихся в публичных б-ках Германии и Франции, со снимками из рукописей. М., 1841. С. 31-32; Демкова Н. С. Древнерусские рукописи в нек-рых собраниях ФРГ // ТОДРЛ. 1983. Т. 37. С. 377-378).

Синодики Киево-Печерского монастыря дают основание считать, что в XV в. обитель по степени своего влияния на духовную жизнь средневековой Руси могла сравниться лишь с Троице-Сергиевым мон-рем. В числе паломников и вкладчиков Киево-Печерского монастыря была военно-служилая знать и духовная элита не только Ср. Поднепровья, но и всего Великого княжества Литовского, а также Русского гос-ва.

В кон. XIV - нач. XVI в. среди правосл. литовских князей прежде всего следует выделить покровителей обители - князей Слуцких-Олельковичей и Пинских, потомков вел. кн. Владимира Ольгердовича, их родственников по женской линии - князей Гольшанских, Трабских и Острожских, имевших ряд владений в Полесье и Ср. Поднепровье. Помимо Острожских Киево-Печерскому монастырю покровительствовали такие наиболее видные князья Юго-Зап. Руси и фундаторы местных церквей и обителей, как князья Корецкие, Кобринские, Сангушко, Вишневецкие и Ружинские, в В. Поднепровье - князья Заславские (Жеславские), Мстиславские, Крошинские, Полубенские, Друцкие, Путятины, Соколинские, Прихабские, Озерецкие, Одинцевичи, Буйницкие, Вяземские и Козловские, а в Подесенье - князья Трубецкие и многочисленные потомки черниговских Ольговичей (князья Воротынские, Мосальские, Мезецкие, Говдыревские и др.), князья Глинские. Мелкие князья и нетитулованная знать (паны, бояре, воеводы, шляхтичи, земяне, писари, сотники и др.), а также рядовые вкладчики (мещане) Киево-Печерского мон-ря, включая представителей черного и белого духовенства, происходили из Белой, Брянска, Вильны, Винницы, Владимира-Волынского, Давид-Городка, Дубно, Дубровицы, Жидичина, Житомира, Заславля, Клецка, Курска, Лопатина, Канева, Минска, Мозыря, Новгорода-Северского, Новгородка-Литовского, Острога, Пинска, Полоцка, Порецка, Пустынки, Путивля, Слуцка, Смоленска, Стародуба, Турова, Черкасс и Чернигова. Из Сев.-Зап. и Сев.-Вост. Руси - правители Москвы, их служилая знать (князья Патрикеевы, Ряполовские, Ромодановские, бояре Плещеевы, дворянин М. В. Дурной из рода Сорокоумовых-Глебовых и др.), духовенство (напр., настоятель Спасского мон-ря в Заяузье Ксенофонт) и горожане Москвы, Калуги, Костромы и Новгорода (Голубев. 1892. С. 4-88; НКПИКЗ. № 907. Синодик ц. Введения во храм Пресв. Богородицы Киево-Печерской лавры [список 2-й пол. XVII в.]).

Некрополь XI - нач. XVI в.

После окончания строительства и освящения Успенского собора в 1089 г. его площадь в юж. части храма и прилегающая к нему местность в пределах обители стали одним из самых престижных некрополей Киева и его округи в кон. XI-XIX в. Первенствующую роль Киево-Печерского монастыря не смогли поколебать даже события, связанные с ордынским игом XIII-XV вв. К числу древнейших захоронений относятся мощи первых насельников, а также перенесенные в Успенский собор мощи прп. Феодосия Печерского.

На территории Киево-Печерского мон-ря также были похоронены знатные и щедрые вкладчики. Первым из них стал киевский боярин Шимон (Симон) Африканович (кон. XI в.). Помимо него в обители были похоронены такие представители высшей киевской титулованной и нетитулованной знати, как тысяцкий и боярин Ян (Иоанн) Вышатич (в 1106) и его жена Мария (родители прп. Варлаама), сестра Киевского вел. кн. Владимира (Василия) Всеволодовича Мономаха - Евпраксия Всеволодовна (в 1109), минский кн. Глеб Всеславич (в 1119), его жена кнг. Анастасия Ярополковна (в 1158), дочь владимиро-волынского кн. Ярополка (Петра) Изяславича, пожаловавшего Киево-Печерскому монастырю в 1080 г. права на свои доходы в Небльской, Деревской и Луцкой волостях, а также ряд сел «около Киева», в кон. сент. 1143 г.- князь-инок Николай Святоша и др.

При изучении Успенского собора археологами было найдено 13 шиферных саркофагов, относящихся к древнерус. периоду. О существовании до 1941 г. еще 2 саркофагов известно по плану М. М. Захарченко. Кроме того, в 1961 г. один саркофаг был найден за Успенским собором. Всего в них были похоронены не менее 9 мужчин, 4 женщин и 4 детей. Число захоронений древнерус. элиты до сер. XIII в., несомненно, было больше (Холостенко. 1967. С. 58-59; Iвакiн Г. Ю., Балакiн С. А. Археологiчнi дослiдження Успенського собору у 1998 р. // Археологiчнi вiдкриття в Украïнi 1997-1998 рр. К., 1998. С. 78-79; Ивакин В. 2008. С. 142).

Захоронение вкладчиков практиковалось не только на территории Киево-Печерского мон-ря, Ближних и Дальних пещер, но и в некрополях сел, принадлежавших обители (Древнерус. патерики. 1999. С. 11).

Наибольшее число захоронений в Киево-Печерском мон-ре относится к XIV-XVIII вв. Они маркируются надгробными плитами, имеющими в т. ч. надписи. Точно датированные свидетельства письменных источников о захоронении в обители вновь встречаются с кон. XIV в. Так, напр., 15 окт. 1385 г. в Киеве «въ нятие и въ заточении» умер Суздальский и Нижегородский архиеп. Дионисий, поставленный в 1384 г. в К-поле на Киевскую митрополию. Он был похоронен в пещерах. Согласно источникам, восходящим к летописанию Троице-Сергиева мон-ря, «тело же его и до ныне цело есть и нетленно» (ПСРЛ. Т. 15. Вып. 1. Стб. 151; Т. 25. С. 212). Для поминания его имя было внесено в монастырский синодик. Это важное свидетельство источников указывает, что в Киево-Печерском мон-ре почитание свт. Дионисия началось уже в XV в.

Кроме того, необходимо отметить, что Киево-Печерский мон-рь стал одной из усыпальниц представителей старшей ветви правившей в Великом княжестве Литовском династии Гедиминовичей. Весной 1392 г. в Киеве умерла проживавшая при дворе вел. кн. Владимира Ольгердовича вдовствующая вел. кнг. Иулиания Александровна, дочь св. блгв. вел. кн. Владимирского и Тверского Александра Михайловича. Она была 2-й женой Литовского вел. кн. Ольгерда. Перед смертью вел. кнг. Иулиания Александровна приняла монашеский постриг с именем Марина, «положена бысть в Печере на Кыеве» (ПСРЛ. Т. 25. С. 219). Впосл. ее гробница находилась в Успенском соборе (Iвакiн Г. 1996. С. 175). В 1396 г. на пиру на митрополичьем дворе у Св. Софии в Киеве наместник митр. Киприана монах «з Афонской горы» Фома (Изуфов) отравил Киевского вел. кн. Скиргайло (Иоанна) Ольгердовича. Его похоронили «подле гроба Федосия Печеръчкого» (ПСРЛ. Т. 35. С. 65, 159; Т. 32. С. 71, 147; Iвакiн Г. 1996. С. 175). В кон. 1398 г. и не позднее авг. 1399 г. в обители был похоронен бывш. правитель Киевского вел. княжества - слуцкий и копыльский кн. Владимир Ольгердович (АЗР. Т. 1. № 46. С. 59). Впосл. его гробница находилась в Успенском соборе (Iвакiн Г. 1996. С. 175). В сер. июня 1446 г. в Киев на богомолье приезжал кн. Андрей Владимирович, сын вел. кн. Владимира Ольгердовича. 16 июня вместе с женой кнг. Марией и детьми кн. Глебом и кнж. Евдокией он посетил Киево-Печерский мон-рь, чтобы поклониться образу Божией Матери, отцам Антонию, Феодосию и «прочимъ преподобнымъ и богоноснымъ отцемъ Печерскымъ». Здесь княжеская семья получила благословение у архим. Николая и «у всехъ святыхъ старцевъ». Кн. Андрей Владимирович поклонился «отца своего гробу… и дядь своихъ гробомъ, и всехъ святыхъ старцевъ гробомъ въ Печере». Он «размыслихъ на своемъ сердци, колико то гробовъ, а вси тыи жили на семъ свете, а пошли вси къ Богу». Князь решил, что «помале и намъ тамо поити, где отци и братиа наша» (АЗР. Т. 1. № 46. С. 59). После 5 мая 1455 и до 25 марта 1459 г. кн. Андрей Владимирович был похоронен в Киево-Печерском монастыре. Его гроб находился в Успенском соборе (Iвакiн Г. 1996. С. 175). В 1455 г. в обители был похоронен его старший брат - Киевский вел. кн. Александр (Олелько) Владимирович. Позднее его гробница находилась в Успенском соборе (Он же. 1982. С. 78; Он же. 1996. С. 175). Согласно «Тератургиме» 1638 г. мон. Афанасия Кальнофойского, 3 дек. 1470 г. здесь же нашел упокоение его старший сын - Киевский вел. кн. Симеон Александрович Олелькович (Каргер. 1958. С. 516).

Из числа влиятельных правосл. магнатов Великого княжества Литовского в Киево-Печерском мон-ре до 1486 г. был похоронен видный полочанин пан Иван Зиновьевич (АЗР. Т. 1. № 86. С. 106), а в 1506 г.- киевский воевода кн. Дмитрий Иванович Путятич-Друцкий. При жизни кн. Путятич-Друцкий не успел сделать вклад в Киево-Печерский монастырь «по своей души и тежъ по души родителей своихъ, которыи лежать въ манастыри Печерьскомъ у Святое Пречистое въ Киеве». Это известие источника указывает на то, что в сер. XV в. в обители также был похоронен видный сторонник Литовского вел. кн. Свидригайло Ольгердовича и член его рады - кн. Иван Семенович Путята Друцкий (АЗР. Т. 1. № 224. С. 370; Lietuvos Metrika: Кnygа 6. 2007. N 19. S. 63).

А. В. Кузьмин
Ист.: Патерик Киевского Печерского мон-ря / Изд.: Д. И. Абрамович. СПб., 1911. К., 1931p; ПСРЛ. Т. 1, 2, 35. С. 23, 41, 55, 65, 72, 73, 82, 86, 102, 106, 118, 119, 138, 140, 159, 161, 186, 188, 207, 208, 230; АЗР. Т. 1. № 46. С. 59-60; № 72. С. 92-93; № 77. С. 98; № 86. С. 105-106; № 111. С. 130; № 117. С. 143; № 207. С. 355; № 224. С. 369-371; АЮЗР. Т. 1. № 48. С. 37; № 53. С. 40; № 76. С. 64-65; № 80. С. 68; № 82. С. 69; № 88. С. 73-74; № 232. С. 296; АСЗР. Т. 2. № 5. С. 6; № 13. С. 11; Голубев С. Т. Древний помянник Киево-Печерской лавры: (Кон. XV и нач. XVI ст.) // ЧИОНЛ. 1892. Кн. 6. Отд. 3. С. I-XIV, 1-88; АСЭИ. Т. 1. № 279. С. 200; Украïнськi грамоти XV ст. / Пiдгот. тексту, вступ. ст. i коммент.: В. М. Русанiвський. К., 1965. № 3. С. 30-31; Грамоти XIV ст. / Упоряд., вступ. ст., коммент. i слов.-покаж.: М. М. Пещак. К., 1974. № 72. С. 134-135; Lietuvos Metrika: Кnygа 8 (1499-1514): Užrašymu Knygа 8 / Рar. A. Baliulis e. a. Vilnius, 1995. N 80. S. 126; N 83. S. 130; Кnygа 564 (1553-1567): Viešuju reikalu Knyga 7. 1996. N 35. S. 56; N 68. S. 77; N 93. S. 100; Кnygа 6 (1494-1506): Užrašymu Knyga 6. 2007. N 19. S. 63-64; N 202. S. 147-148; Древнерус. патерики: Киево-Печерский патерик. Волоколамский патерик / Изд. подгот.: Л. А. Ольшевская и С. Н. Травников. М., 1999; Русина О. В. Мисаiлове послання Сиксту IV за Синодальним списком // Украïнський археогр. щорiчник. Н. с. К., 2002. Вип. 7. С. 281-296; Фотий, митр. Киевский и всея Руси. Сочинения. Книга глаголемая Фотиос / Подгот. текстов: Н. А. Кобяк, А. И. Плигузов. М., 2005. № 14. С. 293-308; № 16-17. С. 321-336; Кузьмук О. С. Помєнник Ввєдєнськоï ц. в Ближнiх пєчєрах Києво-Пєчєрськоï лаври // Лаврський альм. К., 2007. Вип. 18. (Спецвип. 7); Iвакiна I. Ю. Археол. дослiдження печерного комплексу Ближнiх печер НКПИКЗ у 1930-х рр. // Болховiтiновський щорiчник, 2010. К., 2011. С. 340-362.
Лит.: Евгений (Болховитинов), митр. Описание Киево-Печерской лавры с присовокуплением разных грамот и выписок, объясняющих оное, также планов лавры и обеих пещер. К., 1831 2; Казанский П. С. История правосл. рус. монашества, от основания Печерской обители прп. Антонием до основания лавры Св. Троицы прп. Сергием. М., 1855; Шахматов А. А. Киево-Печерский патерик и Печерская летопись // ИОРЯС. 1897. Т. 2. Кн. 3. С. 795-844; он же. Житие Антония Печерского и Киевская летопись // ЖМНП. 1898. Ч. 316. Март. Отд. 2. С. 105-149; он же. Разыскания о древнейших рус. летописных сводах. СПб., 1908. С. 257-289; Голубинский. Канонизация святых; Goetz L. K. Das Kiever Holenkloster als Kulturzentrum des vormongolischen Russlands. Passau, 1904; Де-Витте Е. И. Комментарии к древнейшим помянникам Киево-Печерской Лавры и киевского Златоверхого Михайловского мон-ря // ЧИОНЛ. 1910. Кн. 21. Вып. 3. Прил. С. 2-7; Присёлков М. Д. Афон в начальной истории Киево-Печерского мон-ря // ИОРЯС. 1912. Т. 17. Кн. 3. С. 186-197; он же. Очерки по церк.-полит. истории Киевской Руси Х-ХII вв. СПб., 1913; Пархоменко В. А. В какой мере было тенденциозно не сохранившееся древнейшее «Житие Антония Печерского»? // ИОРЯС. 1914. Т. 19. Кн. 1. С. 237-242; Розанов С. П. К вопросу о Житии прп. Антония Печерского // Там же. С. 34-46; Спасский Ф. Г. Рус. литургическое творчество. П., 1951. С. 114-116; Воронин Н. И. Политическая легенда в Киево-Печерском патерике // ТОДРЛ. 1955. Т. 11. С. 96-102; Каргер М. К. Древний Киев. М.; Л., 1958. Т. 1. С. 11, 16-22, 26, 28, 30, 35, 47, 50, 60, 190, 234, 239-241, 374, 405, 410, 491-492, 515-517, 519; Холостенко Н. В. Исследования руин Успенского собора Киево-Печерской лавры в 1962-1963 гг. // Культура и искусство Др. Руси: Сб. ст. в честь проф. М. К. Каргера / Отв. ред.: М. И. Артамонов. Л., 1967. С. 58-68; он же. Успенський собор Печерського мон-ря // Стародавнiй Киïв. К., 1975. С. 107-170; Килессо С. К. Киево-Печерская лавра. М., 1975; Визирь А. П. Собр. книг XV ст. в отд. рукописей ЦНБ АН УССР // Проблемы рукописной и печатной книги. М., 1976. С. 63-69; Беляева С. А. Южнорус. земли во 2-й пол. XIII-XIV в.: (По мат-лам археол. исслед.). К., 1982. С. 78, 104, 112; Ивакин Г. Ю. Киев в XIII-XV вв. К., 1982. С. 21, 38-44, 59-60, 61, 68, 75, 76-80, 85-87, 91, 93-99; он же (Iвакiн Г.). Киево-Печерский мон-рь в XIII-XV вв. // Духовная культура населения Украины с древнейших времен. К., 1991. С. 9-22; он же. Iсторичний розвиток Києва XIII - сер. XVI ст. К., 1996. С. 16, 21, 29, 52, 54, 74-76, 82, 84, 87, 101, 123, 130, 134, 159, 163-181; Козубовский Г. А., Ивакин Г. Ю. Новый клад пражских грошей вблизи Киево-Печерского мон-ря // Древняя история населения Украины. К., 1991. С. 77-86; Харламов В. А., Гончар В. Н. Хозяйственно-бытовой комплекс XIII-XIV вв. на территории Киево-Печерского заповедника // Там же. С. 67-76; Русина О. В. До питання про земельнi володiння Києво-Печерського мон-ря на Лiвобережжi: (За актами XVI-XVII ст.) // Украïнський археогр. щорiчник. Н. с. 1992. Вип. 1. С. 300-306; она же. Сiверська земля у складi Великого князiвства Литовського. К., 1998. С. 11, 23, 42, 48, 108, 152-156, 188, 197, 199; Гончар В. М. Археологiчнi дослiдження колишнього митрополичого саду Києво-Печерськоi Лаври у 1987-1988 рр. // Стародавнiй Киïв: Археол. дослiдження 1984-1989 рр. К., 1993. С. 167-185; Запаско Я. П. Пам'ятки книжкового мистецтва: Украïнcька рукописна книга. Львiв, 1995. С. 63, 295; Макарий. История РЦ. 1995. Кн. 2. С. 146-170; Кабанець. Iсторiя печерськоï канонизацii; Карпов А. Ю. Когда возник Киевский Печерский мон-рь? // Очерки феод. России. М., 1997. Вып. 1. С. 5-23; Асєєв Ю. С. Успенський собор Києво-Печерського мон-ря i його значення в розвитку архiтектури Киïвськоi Русi // Iсториiя Русi - Украïни. К., 1998. С. 61-71; Люта Т. Ю. Земельна власнiсть Києво-Печерського мон-ря в Києвi та його околицi в XVI - 1-й пол. XVII ст. // НаУКМА. К., 1999. Т. 14: Iсторiя. С. 30-38; Iвакiн В. Г. Помєнники як джерело з iсторiï роду князiв Вишневецьких // Просемiнарiй: Медiєвiстика. Iсторiя Церкви, науки i культури. К., 2000. Вип. 4. С. 67-79; он же (Ивакин В.). Топография христианских погребальных памятников древнерус. Киева // Acta Archaeologica Albaruthenica. Мiнск, 2008. Vol. 4. С. 134, 142-143; Артамонов Ю. А. Мон-рь в древнерус. городе XI - нач. XII в. // Столичные и периферийные города Руси и России в средние века и раннее новое время (XI-XVIII вв.): Докл. 2-й науч. конф. (Москва, 7-8 дек. 1999). М., 2001. С. 268-277; он же. К истории строительства Успенского собора Киево-Печерской лавры // Велика Успенська церква Киево-Печерськоi лаври: Слiд у вiках: Мат-ли мiжнар. наук. конф., 1-2 жовт. 2001 р. К., 2002. С. 20-32; он же. Житие Феодосия Печерского: Проблемы источниковедения // ДГВЕ, 2000 г. М., 2003. С. 173-277; он же. «Гипотеза, выстроенная на гипотезах»: По поводу нового исслед. А. Поппэ [рец. на: Поппэ А. Студиты на Руси. К., 2011] // ВЦИ. 2013. № 1/2 (29/30). С. 361-387; Булычев А. А. Дионисий Суздальский и его время // Архив РИ. 2002. Вып. 7. С. 7-33; Iвакiн Г. Ю., Балакiн С. А. Поховання у саркофагах Успенського собору Києво-Печерськоi лаври // Працi Центру пам'яткознавства. К., 2003. Вип. 5. С. 85-103; Кузьмук О. С. Помєнники у фондах НКПИКЗ // Могилянськi читання, 2002. К., 2003. С. 267-273; Киево-Печерська лавра - пам'ятка iсторiï та культури Украïни / Отв. ред.: Е. М. Кумченко. К., 2006. С. 7-19; Бобровський Т. А. Пiдземнi споруди Києва вiд найдавнiших часiв до сер. ХI ст.: (Спелео-археол. нарис). К., 2007. С. 49-54. Рис. 29, 30; Флоря Б. Н. Исследования по истории Церкви: Древнерус. и слав. средневековье: Сб. М., 2007. С. 50-52, 69, 129, 131-132, 246, 252-253, 280, 282, 416, 487-490, 496; Бiлоус Н. В. Киiв наприкiнцi XV - у 1-ï пол. XVII ст. К., 2008. С. 24, 43, 70-71, 75-76, 80, 87, 126, 194, 198-199, 223-224, 228, 230, 252, 262, 270; Поппэ А. Студиты на Руси: Истоки и начальная история Киево-Печерского монастыря. К., 2011.
Ю. А. Артамонов, А. В. Кузьмин

Нач. XVI в.- 1786 г.

4 июля 1522 г. по ходатайству архим. Игнатия и братии кор. Сигизмунд I дал разрешение на утверждение в Киево-Печерском мон-ре «общего жития» - введение общежительного устава. После кончины архимандрита до назначения его преемника монастырским имуществом должны были ведать киево-печерские старцы, а не киевские воеводы; архимандрита теперь избирала братия мон-ря вместе с представителями шляхты Киевской земли; воеводы могли посещать мон-рь лишь 1 или 2 раза в год во время праздников и не требовать больших даров. Также Киево-Печерский мон-рь освобождался от обязанности обслуживать посольские нужды, в т. ч. предоставлять подводы и лошадей (АЗР. Т. 2. С. 140-142). Подобные порядки ранее были установлены в Жидичинском во имя свт. Николая Чудотворца мон-ре, находившемся «в держании» кн. К. И. Острожского.

Киево-Печерская лавра. Копия XVIII в. с рис. А. ван Вестерфельда. 1651 г.Киево-Печерская лавра. Копия XVIII в. с рис. А. ван Вестерфельда. 1651 г.В 1540 г. при участии Киевского митр. Макария кор. Сигизмунд I улаживал конфликт между архим. Софронием и братией: «…великое замешане и розницы межи архимандрытом и чернцы тамошними ся деет, зачим оный монастыр у великой нерадности теперешнего часу есть, а чернцы теж послушни его быть не хотят» (Голубев. 1883-1898. Т. 1. Прил. № 1. С. 2). Король направил в Киево-Печерский мон-рь своего представителя Ивана Протасовича («дворанина нашого»), который должен был выступить в роли посредника. Именно ему мон-рь передавался во временное управление. При этом Протасович получал от короля полномочия, касающиеся имущества и доходов обители: «...а тот дворанин наш, в оном монастыри мешкаючи, мает все платы, доходы, пожитки, дани и иншие живности на одно место збирати и то вцелости ховати» (Там же. С. 3). Вмешательство Сигизмунда I было вызвано тем, что настоятельство архим. Софрония сопровождалось различными злоупотреблениями с его стороны: жестоким обращением с «клирошанами, застолпниками, слугами и людьми монастырскими», к-рые в связи с этим уходили или бежали из мон-ря; использованием доходов с монастырских поместий для собственных, семейных нужд. Кроме того, уезжая куда-либо, он брал с собой различные монастырские вещи (книги, изделия из серебра, меди) и не возвращал. Вероятно, архим. Софроний не внял просьбе короля о прекращении беспорядков в обители, и тот на его место назначил нового архим. Вассиана, бывш. настоятеля минского Вознесенского монастыря (АЗР. Т. 2. № 216; Голубев. 1883-1898. Т. 1. С. 5; Описание док-тов. 1897. С. 17-18). В кон. 1541 - нач. 1542 г. архим. Вассиану была выдана королевская жалованная грамота на управление Печерской архимандритией.

В 1551 г. во главе Киево-Печерского мон-ря был поставлен Иларион (Песочинский), избранный братией и киевской шляхтой. В 1555 г. упоминается печерский архим. Иосиф.

После кончины архим. Илариона в 1573 г. в течение некоторого времени Киево-Печерский монастырь оставался без настоятеля («архимандритство… через час немалый, перво сего ваковало»: АрхЮЗР. Ч. 1. Т. 1. № 15. С. 65). В 1574 г. братия избрала архимандритом Мелетия (Хребтовича-Богуринского). 10 нояб. 1576 г. по просьбе насельников и по ходатайству сенаторов и послов Киевской земли на сейме в Торуни кор. Стефан Баторий дал подтвердительную жалованную грамоту о. Мелетию на Киево-Печерскую архимандритию «до его живота» (т. е. пожизненно) и особым посланием известил об этом правосл. магнатов и шляхту. В грамоте отмечалось, что Мелетий избран печерским архимандритом братией и киевским духовенством, после чего утвержден в должности кор. Генрихом Валуа (Там же. № 14. С. 62-63). Речь шла и о необходимости передать в управление архим. Мелетия давно принадлежащие Киево-Печерскому монастырю владения со всеми доходами на Киевской, Волынской землях и в Великом княжестве Литовском (Там же. № 15. С. 66). Кроме того, в ответ на просьбу Владимиро-Волынского еп. Феодосия (Лазовского) 23 дек. 1579 г. кор. Стефан Баторий дал архим. Мелетию жалованную грамоту на управление Владимиро-Волынской и Брестской епископиями (Там же. № 19. С. 119-122). 16 апр. 1580 г. он утвердил передачу Владимиро-Волынской и Брестской епархии еп. Феодосием (Лазовским) киево-печерскому архимандриту (Там же. № 20. С. 123-125). Фактически между престарелым Владимиро-Волынским еп. Феодосием и архим. Мелетием была заключена сделка об уступке последнему епископской кафедры со всеми владениями и с имуществом. Архим. Мелетий стал нареченным епископом и получил права на кафедру и часть доходов епархиальных владений, сохранив за собой Киево-Печерский мон-рь и его владения. 20 апр. 1580 г. архим. Мелетий вступил в управление Владимиро-Волынской епархией на правах нареченного епископа и принял владения и имущество кафедры. В 1588 и 1589 гг., во время посещения Речи Посполитой (на пути в Москву и обратно в К-поль), патриархом Иеремией II был проведен ряд преобразований. В их числе важное место отводилось ежегодному созыву Соборов правосл. иерархов Речи Посполитой. В июне 1590 г. в г. Бресте состоялся Собор, в к-ром принимал участие и архим. Мелетий (Хребтович-Богуринский). В 1592 г. Иеремия II грамотой подтвердил статус Киево-Печерского монастыря как ставропигии К-польского патриарха (РГАДА. Ф. 124. Оп. 1. Д. 12).

Архим. Никифор (Тур), избранный настоятелем в 1593 г., получил привилей кор. Сигизмунда III на архимандритию со всем имуществом. Но 6 окт. 1594 г. нареченный архим. Никифор отказался приехать к митр. Киевскому Михаилу (Рагозе) для поставления на Печерскую архимандритию. При этом архим. Никифор писал, что Киево-Печерский мон-рь является ставропигией К-польского патриарха, а Киевский митрополит «тут жадного вряду и владзы не мает» (АЗР. Т. 4. № 52. С. 76-77; АрхЮЗР. Ч. 1. Т. 1. № 106. С. 447-448). 9 окт. 1596 г. участники униат. Брестского Собора составили соборные грамоты о низложении противников унии - архим. Никифора и Львовского еп. Гедеона (Балабана) (АЗР. Т. 4. № 109. С. 148-149; Уния в документах. 1997. С. 141-144; Описание док-тов. 1897. С. 91-92). В том же году архим. Никифор участвовал в правосл. Соборе в Бресте.

Деятельность архим. Никифора была направлена на укрепление независимости Киево-Печерского монастыря, возвращение его владений и увеличение прибыли с имеющихся земель (Описание док-тов. 1897. С. 71-75, 78-80, 93). В 1597 г. между архим. Никифором и митр. Михаилом возник конфликт по поводу спорных селений, принадлежавших монастырю. По приказу митрополита был арестован посланный в Новогрудок инок Киево-Печерского мон-ря, у него отобрали сундук с монастырскими документами (Там же. С. 93-94, 99-100). 2 дек. 1597 г. кор. Сигизмунд III выдал королевскому шляхтичу Яну Кошицу наказную грамоту, поручая ему ввести униат. митр. Михаила во владение Киево-Печерским монастырем и монастырскими землями (села Вольница, Межилесье, Дуброва, Положевичи, Ясень, Осов, Вильча, Хоромцы, Бородичи, Иванищевичи, Доколь, Поречье и Косаричи). В грамоте говорилось, что Рагоза должен сменить в качестве настоятеля обители архим. Никифора, низложенного за отказ принять унию. Предполагавшаяся передача митрополиту-униату Киево-Печерского мон-ря стала исполнением обещания, данного Рагозе еще прежде заключения Брестской унии и призванного укрепить колеблющегося иерарха в намерении примкнуть к сторонникам унии. Действия короля нарушали установленный его предшественниками и закрепленный законодательно порядок: Киево-Печерский мон-рь находился под патронатом шляхты Киевской земли, король мог назначить архимандритом обители только кандидата, предложенного братией и шляхтой (Там же. С. 98, 103; АЗР. Т. 4. № 124. С. 177). Но намерение митрополита-униата и короля не было реализовано: монастырские имения защитили и сами владельцы, и архимандрит через своих урядников.

После кончины митр. Михаила Рагозы на кафедру вступил Ипатий Потей. 26 сент. и 2 окт. 1599 г. кор. Сигизмунд III передал в его управление Печерскую архимандритию со всеми земельными владениями и с имуществом. Король объявил, что Киево-Печерский мон-рь «на вечные времена» соединяется с «достоинством» униат. митрополитов Киевских. Но Потею так и не удалось вступить в управление обителью (Описание док-тов. 1897. С. 104, 106). 12 окт. 1599 г. шляхтич Ян Кошиц, назначенный королем руководить передачей униат. митрополиту Киево-Печерского монастыря и имений, прибыл вместе с оршанским ввозным Зенковичем, со шляхтичами и слугами в монастырское имение Печерск в Оршанском повете. Здесь их встретили 2 киево-печерских монаха, вооруженные казаки и могилёвские мещане, к-рые не допустили в Печерск представителей короля. Киевский воевода (1559-1608) кн. К. К. Острожский не поддержал посланца.

После кончины в 1599 г. архим. Никифора настоятелем был избран игумен Лещинского в честь Рождества Пресв. Богородицы мон-ря Елисей (Плетенецкий). Новый архимандрит активно боролся против передачи Киево-Печерского мон-ря и его владений Потею. 22 нояб. 1600 г. сторонники Потея по его приказу захватили монастырское имение Печерск в Оршанском повете. 21 янв. 1601 г. доходы от этого имения митрополит передал на содержание униат. коллегии в Вильно.

На сейме 1603 г. правосл. депутаты во главе с князьями Александром и Константином Острожскими выдвинули требования офиц. признания Елисея (Плетенецкого) печерским архимандритом и закрепления за братией права последующего избрания настоятелей. Под давлением правосл. фракции кор. Сигизмунд III обратился к папе Римскому Клименту VIII с просьбой об отмене буллы о переходе Киево-Печерского мон-ря в подчинение Киевским митрополитам в связи с тем, что право патроната над обителью принадлежит не королю, а правосл. родам Речи Посполитой.

Архим. Елисей (Плетенецкий)Архим. Елисей (Плетенецкий)В февр. 1603 г. на Краковском сейме кор. Сигизмунд III был вынужден впервые официально подтвердить право братии Печерского монастыря выбирать архимандрита без ведома Киевского митрополита. Тем самым польск. власти признали особый, ставропигиальный статус монастыря (Жукович П. Н. Сеймовая борьба правосл. западнорус. дворянства с церковной унией (до 1609). СПб., 1901. С. 427-428). В мае 1603 г. К-польский патриарх Рафаил II утвердил ставропигию Киево-Печерского мон-ря, подчеркнув в грамоте независимость обители от Киевских митрополитов (Евгений (Болховитинов). 1831. С. 252).

В 1603 г. папа Климент VIII издал бреве, отменявшее прежнее решение, к-рым понтифик утверждал акт кор. Сигизмунда III о передаче Потею мон-ря и его земельных владений. Ранее принятое польским королем решение о передаче Киево-Печерского монастыря Потею нарушало предоставленное в 1522 г. шляхте Киевской земли право избирать вместе с братией архимандрита обители; король был вынужден подтвердить это право. Папе пришлось считаться с протестами киевской шляхты, которая на сейме Речи Посполитой решительно отстаивала свое право вместе с печерскими иноками самостоятельно избирать архимандрита. Вместе с тем понтифик потребовал от короля, чтобы тот вознаградил униат. митрополита вместо Киево-Печерского монастыря к.-л. иным владением и в дальнейшем обеспечил передачу Печерской архимандритии лицу католич. вероисповедания (АрхЮЗР. Ч. 2. Т. 1. № 5, 6. С. 40-46).

В 1605 г. архим. Елисей получил от патриарха К-польского Тимофея II грамоту с подтверждением независимости Киево-Печерского мон-ря от власти Киевских митрополитов (Евгений (Болховитинов). 1831. Приб. № 2. С. 171). 22 февр. 1605 г. король выдал избранному архим. Елисею (Плетенецкому) привилей на право возглавить Киево-Печерскую архимандритию (АЮЗР. Т. 2. № 17. С. 31-32). Однако почти одновременно (20 февр. 1605) Сигизмунд III отдал митр. Ипатию имения мон-ря в Великом княжестве Литовском (Там же. № 16. С. 30-31).

В 1606 г. по поручению кн. Константина Острожского архим. Елисей, борясь за права православных, участвовал в съезде под Сандомиром.

6 окт. 1612 г. митр. Ипатий Потей заявил протест в связи с отказом архим. Елисея (Плетенецкого) и братии признать его власть и присоединиться к унии. Конфликт был связан с пребыванием в Киево-Печерском мон-ре митр. Софийского грека Неофита, к-рый с согласия архимандрита и братии рукополагал для Киева священников и диаконов, освящал храмы (АрхЮЗР. Ч. 1. Т. 6. № 161. С. 411-413). В марте (апр.?) 1613 г. Потей вызвал на Трибунальный суд в Люблине представителей киевских мон-рей, в т. ч. и Киево-Печерского, в связи с их отказом признать его власть и присоединиться к унии.

В 1615-1616 гг. в Киево-Печерском монастыре по инициативе архим. Елисея, несмотря на сопротивление некоторых насельников, было восстановлено общежитие по образцу афонских мон-рей. Одновременно был учрежден просветительный кружок, целью которого было духовное и культурное обновление обители. Архим. Елисей купил оборудование типографии Балабанов в Стрятине, и в Радомысле, имении монастыря, было устроено бумажное производство. Для проповеднической и издательской деятельности архимандрит пригласил книжников и типографов (в т. ч. инока Памву (Берынду) и его брата Стефана, переводчика, проповедника и типографа мон. Тарасия (Земку), проповедника прот. Лаврентия Зизания, проповедника Захарию (Копыстенского), переводчика с греч. языка мон. Иосифа (Кирилловича) и др.), составивших т. н. печерский кружок.

Не ранее 20 дек. 1616 г. в Киево-Печерском мон-ре была издана 1-я книга - «Часослов» с предисловиями архим. Елисея и архидиак. Захарии (Копыстенского). В 1616-1624 гг. в типографии мон-ря было подготовлено и напечатано неск. изданий: богослужебные книги (Литургиарион [Служебник]. К., 1620), Кормчая книга (Номоканон. К., 1620, 1624), Псалтирь (К., 1624), труды свт. Иоанна Златоуста (Беседы на 14 посланий св. ап. Павла. К., 1623; Беседы на Деяния св. апостолов. К., 1624), полемические сочинения: направленная против католиков и антитринитариев «Книга о вере» (К., 1619, 2-е, расширенное издание по сравнению с изданием в Вильне ок. 1602), «Слова на латинов» прп. Максима Грека. Была подготовлена антиуниат. «Палинодия» Захарии (Копыстенского). При архим. Елисее были напечатаны составленный А. Мытурой панегирик архим. Елисею «Везерунк цнот превелебного в Боге... отца Елисея Плетенецкого» (К., 1618), «Верше на жалосный погреб Петра Конашевича Сагайдачного» Кассиана Саковича (К., 1622). В т. н. печерском кружке были сделаны переводы на церковнослав. язык неск. сочинений свт. Иоанна Златоуста (Голубев. 1883-1898. Т. 1. С. 396). Впервые в типографии Киево-Печерского мон-ря на церковнослав. языке был напечатан Анфологион. В искусно оформленных изданиях Киево-Печерского мон-ря помещались гербы меценатов и посвященные им стихи, предисловия и послесловия с описанием подготовительных работ и указанием трудившихся над книгой переводчиков, редакторов, типографов.

Архим. Елисей восстановил в Киево-Печерской обители традицию регулярных проповедей. Среди печерских проповедников 1-й четв. XVII в. известны архим. Захария (Копыстенский), иером. Тарасий (Земка), прот. Лаврентий Зизаний, инок Памва (Берында). Ок. 1618 г. архим. Елисей основал близ Киево-Печерского мон-ря женскую обитель, устроил монашескую жизнь в учрежденном в 1622 г. общежительном Дятловицком Преображенском мужском мон-ре, в который переселилась часть печерских иноков. Когда в апр. 1619 г. в Манявском в честь Воздвижения Креста Господня скиту началось возведение собора, архим. Елисей передал на строительство 20 золотых.

Архим. Елисей был похоронен в монастырском Успенском соборе. 20 нояб. 1624 г. братия и киевская шляхта избрали новым настоятелем его ближайшего сподвижника архим. Захарию (Копыстенского). В янв. 1625 г. на сейме Речи Посполитой в Варшаве послы запорожского казачества обратились к кор. Сигизмунду III с просьбой об утверждении Захарии архимандритом мон-ря. 7 февр. король выдал подтвердительную грамоту. Одним из важнейших результатов трудов архим. Захарии стало сохранение за мон-рем ставропигии К-польского патриарха. 28 июля (июня?) 1626 г. по поручению архим. Захарии киево-печерский мон. Варлаам (Дизковский) отстаивал ставропигиальные права Киево-Печерского мон-ря перед Киевским митр. Иовом (Борецким), к-рый, вероятно, был инициатором получения от К-польского патриарха Кирилла Лукариса грамот об упразднении ставропигий. В итоге митрополит признал ставропигиальный статус обители.

Особое внимание архим. Захария обратил на соблюдение общежительного устава и на регулярное произнесение проповедей в обители. При нем в Киево-Печерском мон-ре была введена цензура проповедей: дозволялось говорить только тем, кто «от писаний святых умели поучати», а не от «самомнений и странных учений». В годы настоятельства архим. Захарии число монахов увеличилось до 800. Благодаря его деятельности Киево-Печерский мон-рь стал важнейшим центром церковной жизни Юго-Зап. Руси. В марте 1627 г. архим. Захария был похоронен в Киево-Печерском мон-ре. Братия избрала архимандритом Феофана (Боярского), но кор. Сигизмунд III отказался утвердить этот выбор (Голубев. 1883-1898. Т. 1. C. 555-559).

Свт. Петр (Могила), митр. Киевский и Галицкий. Портрет. XIX в. (НКПИКЗ)Свт. Петр (Могила), митр. Киевский и Галицкий. Портрет. XIX в. (НКПИКЗ)6 сент. 1627 г. на сейме в Житомире, созванном соборными печерскими старцами, духовенство и миряне избрали архимандритом Петра (Могилу), «воеводича земель молдавских». Между тем 13 сент. житомирский староста римо-католик Ян Тышкевич во главе вооруженного отряда занял Киево-Печерский мон-рь, чтобы обеспечить «избрание» печерским архимандритом своего родственника - униат. свящ. Германа Тышкевича, ставленника униатского митр. Иосифа Вельямина Рутского. Однако, несмотря на угрозы со стороны Яна Тышкевича, братия категорически отказалась избрать архимандритом униата. 29 нояб. 1627 г. кор. Сигизмунд III грамотой утвердил Петра (Могилу) архимандритом Киево-Печерского монастыря (Там же. C. 296-297, 557).

Трудами нового настоятеля в Киево-Печерском мон-ре начались значительные преобразования, являвшиеся частью тех реформ, к-рые святитель провел в Киевской митрополии и к-рые оказали влияние на церковную и культурную жизнь восточноправосл. мира. Деятельность свт. Петра проходила на фоне усиления позиций правосл. Церкви в Речи Посполитой - в 1632 г. при избрании на престол кор. Владислав IV Ваза принял обязательства соблюдать права православных.

При архим. Петре были отреставрированы и благоустроены пещеры, построены новые гробницы для мощей. Новый настоятель завершил начатый его предшественниками процесс канонизации Киево-Печерских святых. Именно он инициировал печатное издание КПП на польском языке (1635) и начал собирать сведения о «новых» чудесах печерских отцов, происходивших в пещерах. В 1638 г. эти материалы были опубликованы мон. Афанасием Кальнофойским в кн. «Тератургима». Митр. Петр обратился к К-польскому патриарху с просьбой об офиц. прославлении печерских отцов. В 1643 г. вышел «Канон печерским святым», авторство которого, возможно, принадлежит патриаршему протосинкеллу Мелетию Сиригу. 12 янв. 1628 г. архим. Петр (Могила) обратился с посланием к московскому царю Михаилу Феодоровичу с просьбой оказать помощь обители (Там же. С. 337-338).

7 янв. 1629 г. архим. Петр издал грамоту, в к-рой требовал от братии более торжественно и величественно совершать богослужения в обители. В частности, вменялось в обязанность произносить проповеди за богослужением (архим. Петр написал в 1632 подборку проповедей «Крест Христа Спасителя и каждого человека»). Также в Киево-Печерский мон-рь по образцу католич. Церкви была введена традиция совершения великопостных пассий. В 1629 г. по благословению архим. Петра в Киево-Печерской типографии вышло исправленное издание Служебника, к-рое впервые сопровождалось изъяснением Божественной литургии для священников. В 1633 г. свт. Петр (Могила) ввел в обиход типографии Киево-Печерского мон-ря латино-польские шрифты. Прежде книги в монастырской типографии издавались только на церковнослав. языке кириллическим шрифтом. В 1631 г. он основал скитской Голосеевский в честь Покрова Пресв. Богородицы монастырь с храмом вмч. Иоанна Нового Сочавского (покровителя молдав. господарей рода Могил), передав этой обители частицу мощей святого. Заботясь об авторитете Киево-Печерского монастыря, архим. Петр ввел в титулатуру печерского архимандрита слово «Великий». О значимости монастыря в эти годы свидетельствует большое количество благотворителей; печерский инок Афанасий Кальнофойский в «Тератургиме» 1638 г. насчитывал ок. 190 имен жертвователей.

К числу важнейших начинаний архим. Петра относится организация в Киево-Печерском мон-ре школы и активная поддержка Киевского братства. 11 марта 1631 г. он вступил в число его членов, признавался старшим братчиком, опекуном и ктитором братства. 15 июня архим. Петр составил декларацию по поводу своего намерения создать в Киево-Печерском монастыре духовную школу и пригласить в качестве преподавателей из Львова 2 ученых иноков - иером. Исаию (Трофимовича-Козловского) и мон. Сильвестра (Косова). Осенью 1631 г. в новооткрытую школу было набрано ок. 100 учеников. Иером. Исаия стал ректором школы, мон. Сильвестр - ее префектом. При создании Киево-Печерской школы архим. Петр ориентировался на европ. (прежде всего польские) образцы. За основу обучения было положено преподавание лат. и польск. языков. О др. предметах, которые изучали в школе («свободные науки» - грамматика, риторика, диалектика, арифметика, музыка, геометрия, астрономия и теология), можно судить, напр., на основании панегирика, в 1632 г. поднесенного ее учениками свт. Петру.

Школа разместилась в стенах Троицкого больничного мон-ря, расположенного на верхней территории печерской обители и пользовавшегося определенной автономией (в частности, имел отдельного игумена). При этом архим. Петр приказал перевести старых и больных монахов в др. место. Но братия не согласилась на переезд и во главе с игум. Арсением организовала сопротивление. По приказу архим. Петра игум. Арсений и др. недовольные монахи были подвергнуты телесным наказаниям и заточению, в результате чего игум. Арсений скончался.

30 дек. 1631 г. члены Киевского братства обратились к архимандриту с предложением объединить Киево-Печерскую школу с Братской и разместить новую школу в Братском мон-ре. В тот же день был подписан акт об условиях объединения школ. Тем самым преодолевался конфликт, возникший ранее в связи с появлением школы в Киево-Печерском монастыре, что вызывало недовольство киевлян, видевших в этом прямое нарушение воли почившего митр. Иова (Борецкого). Кроме того, обеспокоенность верующих вызывал латино-польск. характер обучения в Печерской школе. Решение об объединении школ утвердил митр. Киевский Исаия (Копинский).

Весной 1631 г., после кончины митр. Иова (Борецкого), протопоп А. Мужиловский, принявший постриг с именем Анатолий в Киево-Печерском мон-ре, выступил как один из кандидатов на Киевскую митрополичью кафедру. Но 28 апр. 1633 г. архим. Петр был хиротонисан во епископа с возведением в сан митрополита Киевского, Галицкого и всея Руси. После поставления на Киевскую митрополию он оставался настоятелем Киево-Печерского монастыря вплоть до своей кончины. Исаия (Копинский) был переведен в Киево-Печерский мон-рь, где за ним был установлен надзор.

В нач. 1640 г. печерский наместник Игнатий (Оксенович-Старушич) во главе посольства киевского духовенства прибыл в Москву. Царю Михаилу Феодоровичу было передано прошение митр. Петра о подтверждении прежних пожалований Киево-Печерскому монастырю, помощи в ремонте храмов обители, снабжении мон-ря богослужебными книгами. Свои просьбы митрополит обосновал тем, что мон-рь «прародители твоего всесветлого царского величества великие князи российстии создаша и различными изобилии украсиша». 3 апр. на приеме у царя печерский наместник Игнатий предложил основать в Москве мон-рь, в к-ром бы киевские старцы «детей боярских и простого чину грамоте греческой и славянской учили». Царю передали в дар часть мощей равноап. вел. кн. Владимира. Государь пожаловал Киево-Печерскому монастырю Месячные Минеи, денежные средства и 40 соболей. Весной 1644 г. в Москву прибыло новое посольство из Киева, которое возглавили уставщик Киево-Печерского монастыря Иринарх и архидиак. Амвросий (Быковский) (АЮЗР. Т. 3. № 60-63. С. 65-66; РГАДА. Ф. 52. Кн. 5). В числе подарков царю были «2 книги печатные в десть, одна - Беседы апостольские, другая - Деяния апостольские с Апокалипсисом». Участники посольства получили «жалование», аналогичное дарам 1640 г. Но «жалование», посланное свт. Петру, оказалось более существенным, митрополиту было отправлено «на милостину и на церковное строенье 20 сороков соболей по цене на 1000 рублев» (РГАДА. Ф. 52. Кн. 5. Л. 133, 179 об.- 180). Скончавшийся в ночь на 1 янв. 1647 г. митр. Петр, согласно завещанию, был погребен в склепе Успенского собора («Великой Церкви») Киево-Печерского мон-ря под центральной частью храма.

Поскольку должность архимандрита Киево-Печерского мон-ря была предоставлена кор. Владиславом IV лично свт. Петру (Могиле) «до его живота», братия на основании своего давнего права избрала настоятелем обители (1647-1656) игум. виленского Свято-Духова монастыря Иосифа (Тризну), к-рого рекомендовал перед кончиной свт. Петр (Могила). Иосиф (Тризна) был пострижен и воспитывался в Киево-Печерском мон-ре, хорошо знал иноческий устав, богословские науки. 25 янв. 1647 г. в его избрании приняли участие печерские монахи во главе с наместником Варлаамом (Детковским). Став печерским архимандритом, Иосиф остался настоятелем и виленского монастыря. 27 февр. 1647 г. он подписался под актом об избрании на митрополичью кафедру Сильвестра (Косова) как «архимандрит печерский киевский, старший монастыря братского виленского». В июле 1651 г. архим. Иосиф вместе с митр. Сильвестром вел переговоры с польским командованием, готовившимся к захвату Киева. Вместе с представителями киевского магистрата печерский архимандрит встретился под Киевом с польским гетманом Я. Радзивиллом и просил пощадить город, не разорять монастырей, подчеркивая, что против Польши воюют только казаки, а не горожане. Киевские послы убеждали прекратить разграбление города и просили гетмана не допустить мародерства, Радзивилл пообещал выполнить их просьбу. 25 июля (4 авг.) польск. войска заняли Киев и оставались там до сент. 1651 г., когда городом снова овладели казаки.

Во время восстания под предводительством Б. М. Хмельницкого (1648-1654) мон-рю и его имениям был нанесен большой урон. На протяжении всего периода военных действий архим. Иосиф оставался в Киево-Печерском мон-ре, защищал его права. Так, 16 февр. 1652 г. он подал жалобу на Я. Домановского, разграбившего монастырское имение с. Вышевичи. Во время восстания в Киево-Печерском монастыре прятались некоторые польск. и укр. шляхтичи, в частности Иоаким (Яким) Ерлич из с. Коломля Волынского воеводства. В мемуарах Ерлича приводятся сведения о Киево-Печерском мон-ре сер. XVII в., указывается, что осенью 1649 г. архим. Иосиф делегировал его на сейм, созванный в Житомире по инициативе киевского воеводы А. Г. Киселя, выступавшего за переговоры с Хмельницким. Переговоры прошли в Киеве в кон. 1649 - нач. 1650 г. Ерлич привез на сейм письма архимандрита.

Когда 17 янв. 1654 г. киевляне признали власть московского царя и принесли присягу Алексею Михайловичу, архим. Иосиф вместе с митр. Киевским Сильвестром (Косовым) отказался отпустить слуг на принесение присяги, опасаясь мести со стороны польск. короля по отношению к правосл. духовенству Речи Посполитой. Действия архим. Иосифа также объясняются боязнью потерять обширные имения Киево-Печерского монастыря на польско-литов. землях и утратить привилегии и независимость, к-рыми Иосиф пользовался в Речи Посполитой как шляхтич и настоятель ставропигиального монастыря. Но 19 янв. под давлением киевских казаков архим. Иосиф все же выслал своих людей к присяге, после чего московские послы передали киевским духовным властям (в т. ч. архимандриту) «жалование» от царя Алексея Михайловича.

6 июля 1654 г. архим. Иосиф отправил царю Алексею Михайловичу грамоту, в которой высказал надежду на то, что московский государь вскоре примет в подданство весь православный народ на землях Украины, а также послал книги Апостол, Апокалипсис, резной крест и частицу мощей прп. Марка Гробокопателя Киево-Печерского. Известно, что в янв. 1656 г. царь Алексей Михайлович повелел архим. Иосифу направить в Москву проживавшего в Киево-Печерском монастыре певца мон. Иосифа (Загвойского) для обучения москвичей партесному пению.

Лавра и Печерское местечко на плане Киева. 1695 г.Лавра и Печерское местечко на плане Киева. 1695 г.В 1653 г. Киево-Печерский мон-рь и типографию посетил Антиохийский патриарх Макарий III. Даже во время боевых действий типография продолжала работать. При архим. Иосифе вышли 4 крупных издания, представлявшие собой перепечатку ранее выпущенных книг (в частности, в 1653 по благословению Иосифа был издан сокращенный вариант Требника митр. Петра (Могилы)), а также неск. брошюр. Архим. Иосиф составил особую редакцию КПП. При этом он опирался на труд Сильвестра (Косова) «Патерик, или Жития святых отцов Печерских» (К., 1635) и на более ранние редакции, содержавшие помимо агиографических повествований летописные сообщения.

Календарь и месяцеслов на 1727 г. Титульный лист. 1726 г. Мастер ГеоргийКалендарь и месяцеслов на 1727 г. Титульный лист. 1726 г. Мастер ГеоргийВ 1656-1683 гг. Киево-Печерский мон-рь возглавлял архим. Иннокентий (Гизель). В 1657 г. представители киевского духовенства выдвигали его на митрополичью кафедру. Но кандидатура лояльного по отношению к России архим. Иннокентия не была поддержана гетманом И. Е. Выговским, выступавшим за возвращение Гетманщины в состав Польско-Литовского гос-ва. В нач. 1658 г. на митрополичью кафедру был избран Луцкий еп. Дионисий (Балабан-Тукальский).

5 янв. 1658 г. архим. Иннокентий и архим. Иосиф (Нелюбович-Тукальский) обратились с посланием к Алексею Михайловичу. Они предупреждали государя о том, что шляхта занятого рус. войсками в ходе военных действий Новогрудского воеводства враждебна царской власти и тайно сносится с литов. войском. Послание содержало просьбу снова прислать рус. войска в Пинский повет, к-рый они «напрасно оставиша». Архимандриты призывали царя принять меры к искоренению унии на белорус. землях, занятых русскими войсками (АЮЗР. Т. 4. № 51. С. 83-87).

Осенью того же года печерский архимандрит выступил против Гадячского договора, заключенного гетманом Выговским с властями Речи Посполитой, и отказался от участия в Варшавском сейме 29 апр. 1659 г., к-рый должен был ратифицировать договор. В ответ на это польск. кор. Ян II Казимир обещал передать Киево-Печерский монастырь и его владения митр. Киевскому Дионисию (Балабану-Тукальскому). Но это решение не было осуществлено.

Со временем архим. Иннокентий стал лидером киевского духовенства, руководил его собраниями - «киевскими соборами», на которых принимались решения об отправке посольств в Москву. В 60-70-х гг. XVII в. в донесениях киевских воевод в Москву он характеризовался как один из верных сторонников России среди укр. духовенства. Так, в февр. 1668 г., во время поднятого гетманом И. М. Брюховецким восстания, архим. Иннокентий не впустил мятежников в Киево-Печерский монастырь, выступив против них со всеми монастырскими людьми. Печерский архимандрит неоднократно выполнял посредническую миссию в переговорах русского правительства с гетманами.

Архим. Иннокентий не раз обращался в Москву с просьбами о защите мон-ря и об оказании финансовой помощи. В 1661 г. он писал царю о московских ратных людях, разоривших монастырские владения, прося компенсировать убытки. Весной 1667 г., после заключения Андрусовского перемирия между Россией и Польшей, он ходатайствовал перед царем Алексеем Михайловичем о том, чтобы Киев не был отдан Польше. В сер. февр. 1673 г. архим. Иннокентий с братией устроил торжественную встречу рус. армии во главе с кн. Ю. П. Трубецким, посланной из Москвы на защиту Киева.

В февр. 1669 г. царь Алексей Михайлович отправил в Киево-Печерский монастырь соболей на 500 р. и 500 золотых червонцев, а осенью того же года - деньги для окончания строительства колокольни. Печерским монахам разрешалось приезжать в Москву для сбора пожертвований раз в 4 года.

Архим. Иннокентий, руководивший монастырской типографией, принимал участие в подготовке различных изданий, в частности благословил «Патерик, или Отечник, Печерский» (1661), внес исправления в сочинение архиеп. Лазаря (Барановича) «Трубы словес проповедных на нарочитыя дни праздников» (1674). В 1672 г. архим. Иннокентий направил в Москву монахов для устройства книжной лавки и организации продажи изданий обители.

30 июля 1677 (1678?) г., после принятия унии Львовским еп. Иосифом (Шумлянским), польск. кор. Ян III Собеский выдал ему привилей на Киево-Печерскую архимандритию и часть монастырских имений в Великом княжестве Литовском. В том же году печерский архимандрит подал протест в королевский суд Речи Посполитой, обвинив еп. Иосифа в незаконном присвоении титула киево-печерского архимандрита и в стремлении захватить владения обители, расположенные в Правобережной части Украины, входившей в состав Речи Посполитой. Но 10 мая 1682 г., после подтверждения перехода в унию, Львовский еп. Иосиф получил от польского кор. Яна III привилей на все имения Печерской архимандритии в Речи Посполитой (3 города, местечко и 53 села). Еп. Иосиф владел этими имениями до своей смерти и неоднократно отдавал их в аренду светским лицам. Он присвоил себе титул киево-печерского архимандрита, несмотря на то что в 1656-1683 гг. эту должность занимал пребывавший в Киеве архим. Иннокентий (Гизель). 6 февр. 1684 г., после кончины архим. Иннокентия, король вновь пожаловал архимандритию со всеми владениями Иосифу (Шумлянскому), к-рый передавал монастырские имения в аренду светским лицам, в т. ч. волынскому шляхтичу Д. Жабокрицкому.

В 1683 г. гетман И. Самойлович отправил письмо патриарху Московскому и всея Руси Иоакиму (Савёлову), прося благословение на избрание нового настоятеля. Патриарх поблагодарил гетмана за обращение именно к нему, и преподал благословение на проведение выборов (АрхЮЗР. Ч. 1. Т. 5. № 54. С. 211-212). Архимандритом был избран игум. Варлаам (Ясинский). Несмотря на приглашение патриарха Иоакима приехать для поставления в Москву, игум. Варлаам был возведен в сан архимандрита архиеп. Лазарем (Барановичем). Новый настоятель дважды обращался к патриарху Иоакиму с просьбой о получении подтвердительной грамоты на архимандритию, т. к. претензии на нее предъявлял Львовский еп. Иосиф (Шумлянский). 26 февр. 1685 г. патриарх Иоаким отправил новоизбранному архимандриту утвердительную грамоту (Там же. № 58. С. 219-222).

Митр. Киевский Варлаам (Ясинский). Портрет. XVIII в. (НКПИКЗ)Митр. Киевский Варлаам (Ясинский). Портрет. XVIII в. (НКПИКЗ)Время управления обителью архим. Варлаамом называют «золотым веком» в истории Киево-Печерского мон-ря во многом благодаря дружественным отношениям архимандрита и гетмана И. С. Мазепы, к-рый взял под защиту монастырские землевладения, запрещал местной администрации вмешиваться во внутренние дела братии и защищал их от местных жителей. После того как К-польский патриарх Дионисий IV в согласии с другими вост. патриархами в 1687 г. утвердил переход Киевской митрополии в юрисдикцию Московского патриарха, архим. Варлаам стремился к примирению с Москвой, используя ходатайства гетмана Мазепы и заручившись покровительством главы Посольского приказа кн. В. В. Голицына. Два посольства, отправленные монастырем в Москву, имели успех. 18 янв. 1688 г. архим. Варлаам обратился к царям Иоанну и Петру Алексеевичам с просьбой о подтверждении ставропигии Киево-Печерского монастыря, которой обитель обладала прежде, находясь еще в юрисдикции К-польского патриарха. Монастырь получил статус лавры и перешел в прямое подчинение патриарху Московскому и всея Руси. Отныне избрание архимандрита проходило уже с участием и по благословению патриарха Московского.

В мае-июне 1684 г. поселившийся в обители свт. Димитрий (Савич (Туптало)) по благословению архим. Варлаама (Ясинского) приступил к работе над «Книгой житий святых». Архим. Варлаам вопреки желанию патриарха Иоакима опубликовал кн. «Венец Христов» (1688) и составленные свт. Димитрием Четьи-Минеи за 1-ю четв. года (1689), к этому изданию Варлаам написал предисловие (Л. 2-4). При архим. Варлааме в К.-П. л. было установлено празднование Соборам преподобных отцов Ближних (в 1-ю субботу по отдании праздника Воздвижения Креста Господня) и Дальних (28 авг.) пещер.

Летом 1685 г. на вдовствующую Киевскую кафедру был избран митр. Гедеон (Святополк-Четвертинский). После его кончины 6 апр. 1690 г. гетман Мазепа испросил разрешение на избрание нового митрополита у царя Петра I. В июне 1690 г. на Соборе укр. духовенства и казачества архим. Варлаам был избран и 31 авг. патриархом Московским и всея Руси Адрианом хиротонисан в Успенском соборе Московского Кремля во митрополита Киевского, Галицкого и Малыя России.

Митр. Варлаам вопреки пожеланию патриарха назначил на Печерскую архимандритию светского кандидата - бывшего генерального судью Михаила Вуяхевича-Высочинского. 16 нояб. 1690 г. он был единогласно избран братией на это служение и вскоре пострижен в монашество с именем Мелетий. В дек. 1690 г. патриарх Адриан отправил послание гетману Мазепе с выражением неудовольствия по поводу избрания архимандритом светского лица. Но 31 окт. 1691 г. патриарх в послании наместнику К.-П. л. Паисию извещал о позволении совершить поставление Мелетия в архимандрита (АрхЮЗР. Ч. 1. Т. 5. № 84. С. 296-298; № 96. С. 323-325). Перед кончиной Мелетий завещал лавре свои земли - Жукин, Воропаев, Буромку, Шиловичи и двор в Киеве.

29 июня 1697 г. наместником К.-П. л. был избран архим. Иоасаф (Кроковский), который заботился прежде всего о строительстве и благоукрашении храмов, а также о хозяйственной деятельности. При архим. Иоасафе было завершено возведение ц. во имя Всех святых и крепостной стены вокруг лавры, в 1700 г. на Ближних пещерах построена ц. в честь Воздвижения Честного Креста. Для Киево-Печерской типографии было построено каменное помещение и закуплено оборудование. Здесь было выпущено ок. 40 изданий, среди которых «Жития святых» митр. Ростовского Димитрия (1689-1705), КПП (1702), напрестольное Евангелие (1707) и др. В лаврской типографии печатались и светские издания, напр. «Артикул воинский» (1705). В предисловии к КПП архимандрит объявлял себя сторонником реформ имп. Петра.

Митр. Киевский и Галицкий Иосаф (Кроковский). Портрет. XVIII в. (НКПИКЗ)Митр. Киевский и Галицкий Иосаф (Кроковский). Портрет. XVIII в. (НКПИКЗ)В кон. XVII - нач. XVIII в. в лавре проживало много воспитанников Киево-Могилянской академии. Указом имп. Петра I от 18 июня 1700 г. Киевский митр. Варлаам должен был найти «из архимандритов и игуменов, или иных знаменитых иноков добраго и ученаго и благагонепорочнаго жития человека, которому бы в Тобольске быть митрополитом» и дать ему неск. монахов, к-рые могли бы совершать миссионерское служение среди нехристиан. Таким миссионером стал наместник приписного лаврского Свенского мон-ря архим. Филофей (Лещинский). С нач. XVIII в. почти все Тобольские, Иркутские, Казанские, Астраханские и Архангельские архиереи были выходцами из К.-П. л. Печерское монашество сыграло ведущую роль в истории «внешних миссий» в Китае и Монголии. Так, в 1719 г. иером. св. Иннокентий (Кульчицкий) в числе 36 монашествующих был вызван в С.-Петербург и назначен обер-иеромонахом в г. Або (Турку, Финляндия), а в 1721 г. хиротонисан во епископа «для проповеди Слова Божия и размножения ради православныя восточнаго благочестия веры в Хинское государство», т. е. в Китай. Впосл. он стал 1-м епископом Иркутским, Нерчинским и Якутским.

19 окт. 1707 г. по представлению гетмана Мазепы и утверждению Петра I архим. Иоасаф был избран митрополитом Киевским и всея Малой Руси, 15 авг. 1708 г. рукоположен в Успенском соборе Московского Кремля. Вскоре К.-П. л. утратила своего могущественного покровителя - гетмана Мазепу, выступившего против царя. В нояб. 1708 г. Мазепа был предан анафеме, а в 1709 г. лаврские книгоиздатели выпустили панегирик, написанный архиеп. Феофаном (Прокоповичем) в честь победы Петра I в Полтавской битве. Лаврская архимандрития оставалась вакантной до 20 июля 1710 г. (согласно др. данным - до 17 июня 1711), когда по благословению митр. Рязанского и Муромского Стефана (Яворского) архимандритом обители стал Афанасий (Миславский). При нем лаврская типография издала 7 объемных трудов: «Жития святых» (1711-1718) свт. Димитрия Ростовского, «Ифика иерополитика» (1712), напрестольное Евангелие (1712), «Катехизис» (1712), «Алфавит духовный» (1713), «Молитвословец повседневный» (1713), Календарь на 1714 г.

После кончины Афанасия (Миславского) в 1715 г. в присутствии митр. Иоасафа (Кроковского) и гетмана И. И. Скоропадского архимандритом К.-П. л. был избран Иоанникий (Сенютович). На время его настоятельства приходится одно из тяжелейших испытаний лавры - пожар 1718 г. практически уничтожил типографию, нанес значительный урон храмам, особенно Успенскому собору, монастырской ризнице, архиву и библиотеке. С 1720 г. началось восстановление поврежденных пожаром сооружений и возведение новых. Царское правительство пожертвовало на ремонт 5 тыс. р. и прислало в Киев архит. Ф. Васильева. Для нужд строительства в монастырских вотчинах основали кирпичные и известняковые заводы. Со временем возрождается монастырская типография и б-ка (она находилась сначала в Успенском соборе, а с 1745 была перемещена на колокольню).

В 1721 г. по духовному завещанию скончавшегося митр. Смоленского Варлаама (Коссовского) в К.-П. л. была передана часть его б-ки (в т. ч. Библия «полская Вуйкова», творения свт. Григория Богослова, Амвросия, еп. Медиоланского, и прочие «книги полские и латинские»), бархатный «золотной» саккос и др. облачения (ОДДС. Т. 1. Прил. № 20. Стб. CXLI-CXLII). В 1722 г. постриженик К.-П. л. бывш. митр. Тобольский Филофей (Лещинский) направил в обитель богатую ризницу с золотой и серебряной богослужебной утварью, облачениями, украшенными драгоценными камнями, но в мест. Ревяки (близ Н. Новгорода) она была разграблена (Там же. Т. 2. Ч. 2. Стб. 204-206). Бывший наместник обители архим. Варлаам (Голенковский; † 1740) передал в обитель по завещанию значительную сумму денег (Там же. Т. 5. Стб. 171-172). Среди архиереев, завещавших К.-П. л. книжные собрания - еп. Черниговский Зосима (Прокопович) и др.

В 10-20-х гг. XVIII в. указами Петра I в новоустроенный с.-петербургский Александро-Невский монастырь (впосл. лавра) из К.-П. л. направлялись иеромонахи и монахи «для пения в крылос» и др. послушаний (напр., в 1716-1720 в столичной обители служил на клиросе мон. Афанасий (Черкасов), но в июле 1723 вернулся в Киев и «за старостию и немощию» проживал в больничном Троицком мон-ре при лавре). Малороссийские иноки «не охотно ехали в Невский», а настоятели «не охотно отпускали от себя голосистых монахов, придумывая разные предлоги к их удержанию» (Там же. Т. 1. Стб. 167-168; Т. 2. Ч. 2. Стб. 369-370).

В 1-й пол. XVIII в. лавра сохраняла тесную связь с Киево-Могилянской академией: в 1715-1729 гг. здесь приняли иноческий постриг не менее 22 выпускников; лаврские монахи нередко преподавали в этом учебном заведении.

С 22 февр. 1721 г., при архим. Иоанникии (Сенютовиче), указом имп. Петра I и Синода К.-П. л. стала именоваться ставропигиальной обителью, подчиненной Синоду. При этом лаврская типография должна была состоять в ведении Синода, «от которого требовали бы повеления на печатание книг, а без повеления Синода никаких книг не печатали бы». 5 авг. 1727 г. по представлению в Сенат киевского губернатора кн. Трубецкого некий мон. Костула обвинил архим. Иоанникия в укрывательстве в монастыре 4 запорожских казаков. Архимандриту удалось оправдаться, а Костулу намеревались сослать в Соловецкий монастырь с предписанием содержать его в «тягчайших монастырских трудах». Но в итоге он находился в К.-П. л. «в крепком заключении». После кончины архим. Иоанникия имп. указом от 28 нояб. 1729 г. лаврскую братию обязали избрать 3-4 кандидатов на пост архимандрита. Были избраны иеромонахи Роман (Копа), Варсонофий, Вассиан, Вениамин (Фальковский), Платон (Малиновский). Однако фактически обязанности настоятеля К.-П. л. исполнял иером. Роман (Копа), как «от старейших мужей летами, заслугами и житием свидетельствованный». Но имп. Анна Иоанновна по настоянию архим. Феофана (Прокоповича) назначила настоятелем К.-П. л. харьковского архим. Платона (Малиновского). Монахи, несогласные с назначением иером. Платона, отправили депутацию к императрице с прошением, «чтобы в Печерской обители Платону архимандритом не быть, а быть бы Роману». Согласно докладу Иностранной коллегии, 18 апр. 1730 г. назначение иером. Платона было отменено, и 12 июня архиеп. Нижегородский Питирим (Потёмкин) возвел игум. Романа в сан архимандрита. По описи 1733 г., в лавре и подчиненных ей обителях и скитах проживало 525 насельников, в т. ч. 368 монашествующих.

Вид на Киево-Печерскую лавру. Кон. XVIII в. Гравюра Л. ТамзевичаВид на Киево-Печерскую лавру. Кон. XVIII в. Гравюра Л. ТамзевичаВ окт. 1735 г. Синод по рассмотрении изданных в лаврской типографии «Календарей, или Месяцесловов» приказал отменить их печатание во избежание «нарекания и бесславия духовному чину», т. к. они представляли собой «перевод с польских календаришков» с различными сведениями и астрологическими «и прочими тем подобными бреднишками», к-рые к тому же «и теми самыми астрологишками за суетна и ложна признаваемы суть и потому весьма ни к чему годны». Архим. Роман в представлениях Синоду указывал на их распространенность и разнообразие. Скончавшийся 13 сент. 1736 г. архим. Роман был погребен у зап. стены Великой церкви. 13 дек. архимандритом лавры был избран и 2 янв. 1737 г. утвержден Иларион (Негребецкий; † 8 янв. 1740).

17 марта 1740 г. духовный собор К.-П. л. избрал архимандритом Тимофея (Щербацкого), проявившего себя энергичным администратором. При нем 25 июня 1742 г. лавра получила право пострига монашествующих без получения предварительного разрешения Синода, лишь с донесением в Синод погодно. В 1744 г. К.-П. л. посетила имп. Елизавета Петровна, она остановилась в архимандричьих покоях. Императрица пожертвовала на украшение Успенского собора 10 тыс. р.

С 1752 г. К.-П. л. возглавлял архим. Лука (Белоусович (Билоусович)), поддерживавший тесные связи с лаврскими пострижениками, пребывавшими в сане высших иерархов, в т. ч. с митр. Тобольским свт. Павлом (Конюскевичем) и еп. Нижегородским Феофаном (Чарнуцким). При нем в К.-П. л. приняло монашество не менее 30 выпускников Киево-Могилянского коллегиума.

В 1761 г. состоялись последние выборы архимандрита. Мон-рь возглавил старец Зосима (Валкевич). При нем были обновлены почти все церкви и колокольни как Верхней, так и Нижней территории лавры, украшен позолоченным серебром престол и жертвенник Успенского собора, раки преподобных Антония и Феодосия Печерских. Время настоятельства архим. Зосимы стало тяжелейшим в истории лаврской типографии. Монастырю пришлось сократить небывалый до этого объем книгопечатания (в 1765 типография ежедневно печатала 4 тыс. листов). 6 нояб. 1766 г. Синод повелел «впредь во оных типографиях печатать и в продажу употреблять одни ти книги, которыя в Московской типографии с апробации Св. Правительствующаго Синода печатаются и в продажу производятся». В 1768 г. Синод обнаружил «погрешности» и несходство с московскими изданиями в напечатанных лаврой Октоихе и Псалтири. В 1769 г. неисправными оказались лаврские Шестоднев и Библия. В том же году Синод запретил лавре издавать Букварь. Однако вопреки синодальным постановлениям в 1767 г. архим. Зосиме удалось напечатать Месяцеслов, где упоминались Печерские святые. Продолжала издаваться и учебная лит-ра: в 1774 г. издана грамматика, в 1775 г. вышел Букварь для солдатских детей, в 1779 г.- Букварь с катехизисом.

22 авг. 1754 г. Синод в соответствии с полученным из К.-П. л. донесением приказал, чтобы по представлению обители рукоположение во диаконы и иереи из числа монашествующих лавры совершали архиепископы Киевский, Черниговский и Переяславский, а из приписных к лавре мон-рей - Московский и Белгородский. 10 окт. 1762 г. Синод постановил в Свенский и Чёлнский монастыри, приписные к К.-П. л., направлять «инвалидов» соответственно числу имеющихся в вотчинах «крестьянских мужеска полу душ», чтобы среди монастырей «одному пред другим отягощения не было» (ПСПиР. 1910. Т. 1. № 50. С. 48-49). В ответ на запросы Синода от 20 окт. и 22 дек. 1770 г., «по каким грамотам и дозволениям, как ставропигиальных, так и некоторых епаршеских монастырей, архимандриты имеют в церковных служениях, одни пред другими, некоторыя отличности», печерский настоятель сообщал, что архимандрит К.-П. л. «священнослужение отправлял с осеняльными свечами, рипидами, на ковре каковое Киево-Печерския лавры архимандрита священнослужение Троицкия Сергиевы лавры и ставропигиальнаго Воскресенскаго монастыря архимандритам именными указами дозволено употреблять» (ОДДС. Т. 50. Стб. 654, 657).

2 нояб. 1776 г. по случаю бракосочетания наследника престола вел. кн. Павла Петровича насельник К.-П. л. иером. Феофан (Шиянов-Чернявский) был отправлен в С.-Петербург с сочиненными им поздравительными речами, за что 26 февр. 1777 г. получил именной рескрипт от вел. кн. Павла Петровича на имя печерского архимандрита. Имп. Екатерина II во время визита (1787) в Киев повелела назначить иером. Феофана архимандритом нежинского в честь Благовещения Пресв. Богородицы монастыря.

В апр. 1786 г. архим. Зосима - последний «ставропигиальный» настоятель, возглавлявший К.-П. л. до секуляризационной реформы имп. Екатерины II, был переведен на покой в Голосеевскую пуст., по завещанию похоронен в К.-П. л.

Материальное положение и владения К.-П. л.

В составленной в 1554 г. описи предметов, принадлежавших главному храму - ц. Пресв. Богородицы, упоминалась богатая серебряная утварь, иконы, покрова, книги, документы, оружие и др. («Келихов, и мисок, и ложок, и звезд сполно сосудов сребреных сем. Кадил великих сребреных тры, два великих, а трете малое. Панагий чотыры сребреных, две позлотистых а две позлоты. Чаша сребреная великая».) Среди прочего отмечены кресты «великий сребреный стоячий позлотистый» и «сребреный позлотистый скамением и сперлами добре справеный» (Описание док-тов. 1897. С. 23; Голубев. 1883-1898. Т. 1. С. 6).

В сер. XVI в. в Киево-Печерском монастыре, а также между монастырем (в лице его архимандрита) и представителями местной власти (киевский воевода) или шляхтичами нередко возникали конфликты (часто по имущественным вопросам). Для их разрешения иногда обращались к королю (т. к. с имений мон-ря платились налоги в гос. казну). Однако суды, как правило, тянулись годами. Эти процессы прослеживаются по документам по крайней мере с кон. 20-х гг. XVI в. Так, в 1528 г. кор. Сигизмунд I в ответ на жалобу архим. Антония на кн. Константина Феодоровича Коноплю писал, чтобы последний «не вступался в дани и доходы» имения Глушков, к-рое передал мон-рю кн. Иван Соколинский (АЮЗР. Т. 1. № 88. С. 73-74; Описание док-тов. 1897. С. 14); в 1544 г. король в связи с жалобой архим. Вассиана приказывал кн. Андрею Симеоновичу Соколинскому прекратить имущественные притязания, поскольку его покойный брат, выменяв у него «людей у Старынщине и на Глушце», записал их «на церковь Божью Пречистое Богоматери» - соборный храм мон-ря (АЗР. Т. 3. № 1. С. 1; Описание док-тов. 1897. С. 19-20).

Вход в Ближние пещеры лавры. Литография В. Ф. Тимма. 1859 г.Вход в Ближние пещеры лавры. Литография В. Ф. Тимма. 1859 г.Документы свидетельствуют о нескольких имущественных конфликтах между Киево-Печерским монастырем и светскими лицами во время настоятельства архимандритов Иосифа и Илариона (Песочинского). В 1554 г. архимандрит с братией жаловались на земянина Киевского повета Михаила Лещенского, захватившего монастырские земли «пашныя и бортныя и сеножатя» (Описание док-тов. 1897. С. 23); в 1555 г. настоятель инициировал возбуждение дела против кн. Семена Юрьевича Гольшанского о захвате «острова Весное у монастырских крестьян-вольничан» (Описание документов. 1897. С. 24; Голубев. 1883-1898. Т. 1). Тогда же в связи с жалобой архим. Иосифа на маршалка Ярослава Андреевича Микитинича и его брата кн. Евстафия, к-рые отняли неск. монастырских имений, было принято судебное решение. В 1558 г. архим. Иларион жаловался на «великие кривды и шкоды и грабежи» со стороны крестьян - глусских подданных «государского земянина Степана Юхновича Ванкевича» (Описание документов. 1897. С. 26). Известны также жалоба (1560) архим. Илариона королю по поводу того, что «наезды» различных лиц на монастырские имения привели к обнищанию обители и она не в состоянии исправлять «земские службы» (поводом для жалобы послужил «наезд» кн. Семена Михайловича Соколинского на монастырское имение Старинки); королевское повеление (1561) Киевскому митр. Сильвестру (Белькевичу) об удовлетворении жалобы архим. Илариона, связанной с «наездами», захватами и грабежами монастырских имений митрополичьим наместником в Киеве, в частности, «грунтов» тетеревских крестьян, киевского Николо-Пустынского мон-ря; жалоба (1564) архим. Илариона на кн. Александра Ивановича Полубенского в связи с тем, что он не платит мон-рю дани со своих глусских имений Доколь и Поречье; жалоба (1580) архим. Мелетия (Хребтовича-Богуринского) по поводу отнятого у мон-ря еще в 1569 г. слуцким кн. Юрием Юрьевичем Олельковичем с. Хоромцы Мозырского повета. В 1566 г. по королевскому приказанию мон-рю были возвращены селения Вольница, Дуброва, Межилесье и Положевичи, отнятые Альбертом Ласким (Описание док-тов. 1897. С. 28-32, 37-41, 43-44). Менее частыми были имущественные претензии по отношению к мон-рю или к тем, кто проживали на подвластных ему землях (напр., в 1581: Там же. С. 45). Иногда виновниками конфликтов были крестьяне - подданные Киево-Печерского мон-ря. Так, в 1584 г. они вырубили и выжгли под пашню большой участок пограничного леса в имении Бегни, принадлежавшем Войцеху Старыховскому; в 1585 г. земяне Василий и Юрий Зенковичи-Тихинские жаловались на жителей монастырского с. Озераны Речицкого повета за совершенный ими «наезд» на тихинское имение Зенковичей; в свою очередь архим. Мелетий (Хребтович-Богуринский) подал встречный иск о «наезде» подданных Юрия Зенковича на монастырское имение Яловец (Там же. С. 50-51).

Вход в галерею, ведущую в Дальние пещеры. Литография В. Ф. Тимма. 1859 г.Вход в галерею, ведущую в Дальние пещеры. Литография В. Ф. Тимма. 1859 г.О положении Киево-Печерского мон-ря в кон. XVI в., об увеличении его владений, о новых явлениях хозяйственной жизни можно судить на основании «заставного листа» (1583), согласно к-рому монастырские имения находились на Киевской и Новогрудской земле, в Мозырском и Оршанском поветах (Там же. С. 48, 83). В числе важных источников увеличения владений Киево-Печерского мон-ря были вклады и пожертвования. Напр., в 1579 г. воевода земли Волынской, староста Луцкий, Браславский и Винницкий завещал, чтобы его похоронили в «манастыри Пречистое Богородицы Печерском»; из 100 коп грошей, предназначенных «на оправу звыклых обходов, при погребе тела моего и по души моей… мает бытии дано на вечистые сорокоуст и уписы… на монастыр и Печерский Пречистую Богородицу десеть коп грошей» (АЮЗР. Ч. 1. Т. 1. С. 95-96). В кон. XVI в. Киево-Печерский монастырь был одним из важнейших центров хозяйственной жизни Киевской митрополии. Получить представление о движимом и недвижимом имуществе Киево-Печерского мон-ря в это время можно на основании описи, составленной в 1593 г., после кончины архим. Мелетия, королевским коморником Сосницким, к-рый ввел нового архим. Никифора во владение обителью и всем имуществом. В монастырском Богородицком соборе имелось много икон (Спасителя, Рождества Христова, Благовещения Пресв. Богородицы, свт. Николая Чудотворца, прор. Илии, преподобных Антония и Феодосия) в серебряных, позолоченных окладах, украшенных «злотыми монетами», дукатами и драгоценными камнями; вкладных Евангелий, серебряных чаш, лжиц, кадильниц, панагий, крестов и др. Среди книг упоминаются Часослов, Палеи, Учительные Евангелия, Псалтирь, Требник, Минеи, Цветная и Постная Триоди, Ирмологий, Патерик, сборник Маргарит, сочинения преподобных Дионисия Ареопагита, Исаака Сирина и др. (АрхЮЗР. Ч. 1. Т. 1. № 91. С. 375-389). В 1593 г. обители принадлежали обширные имения в Великом княжестве Литовском и Королевстве Польском. Среди владений Киево-Печерского мон-ря - г. Василёв с замком, местечко Радомысль с замком, 59 селений в поветах Киевском, Овручском, Луцком, Пинском, Новоград-Волынском, Мозырском и Оршанском, рыбные ловли на Днепре, рудокопный завод над р. Микой, медовые дани и другие доходы с 5 селений в Полесье, дань медовая с королевских сел Бобруйской вол., приносившая 300 пудов меда ежегодно, и др.

Вид Киево-Печерской лавры. Литография К. Эргота. XIX в.Вид Киево-Печерской лавры. Литография К. Эргота. XIX в.С 1613 г., после смерти униатского митр. Ипатия Потея, архим. Елисей при помощи казаков возвращал монастырские земли на территории Великого княжества Литовского. В апр. 1615 г. король выдал привилей, подтверждавший права архимандрита на лаврские имения. В те же годы архим. Елисей занимался укреплением монастырского земельного фонда и его четким разграничением. В частности, 15 мая 1618 г. был подписан договор между ним и Станиславом Харлинским о границах имений Харлинского - Гостомель и Романовый Мост. Архим. Петр (Могила) также укреплял материальное положение Киево-Печерского монастыря, инициировав ряд судебных процессов с целью возвращения монастырских земель. По его благословению начался сбор пожертвований в пользу обители, на к-рые архимандрит выкупил заложенные его предшественниками церковные сосуды и облачения и приобрел новые, начал ремонтные работы в храмах и кельях. В 1633 г. вернул в подчинение киевский Николо-Пустынский мон-рь. 15 февр. 1650 г. (и 12 авг. 1653) Ян II Казимир утвердил земельные владения обители и права на приписные мон-ри. 23 апр. 1647 г. архим. Иосиф по завещанию митр. Петра (Могилы) передал Киевскому братству села Вишенки и Гнедин, принадлежавшие ранее Киево-Печерскому монастырю.

После присоединения Украины к России одним из важнейших дел настоятелей Киево-Печерского монастыря стало подтверждение новой властью монастырских владений и привилегий. 6 июля 1654 г. архим. Иосиф сообщил об отправке из Киево-Печерского мон-ря в Москву уставщика иером. Герасима и казначея мон. Авксентия (Устрицкого), которые должны были передать царю ходатайство настоятеля о подтверждении за обителью имений и владельческие документы в связи с посягательством на монастырские имения местных дворян. К грамоте архимандрита гетман Б. Хмельницкий присоединил сопроводительное письмо от 28 июля 1654 г., в котором просил царя удовлетворить это ходатайство (АЮЗР. T. 10. № 16. Стб. 719-724). Царь исполнил просьбу архимандрита, подтвердив за Киево-Печерским мон-рем все его имения и привилегии.

В 1658 г. архим. Иннокентий (Гизель) обратился к царю с челобитной о подтверждении прав Киево-Печерского мон-ря на его прежние владения. В марте того же года архим. Иннокентий отправил в Москву посольство во главе с «наместником» Авксентием. Послы привезли в Москву частицы мощей «пращура» Алексея Михайловича св. кн. Владимира и попросили подтвердить все земельные владения Киево-Печерского монастыря (РГАДА. Ф. 124. Оп. 1. Д. 12). Грамотой царя от 31 авг. 1658 г. права монастыря были подтверждены. В 1658 г. обители были возвращены приписные новгород-северский в честь Преображения Господня и Елецкий черниговский в честь Успения Пресв. Богородицы мон-ри. 15 апр. 1669 г. архимандрит вместе с братией обратился к царю с просьбой об утверждении за Киево-Печерским мон-рем его владений и о подтверждении независимости обители от Киевского митрополита. Царская грамота на имения мон-ря была послана 5 мая того же года. 8 марта 1680 г. печерский архимандрит отправил в Москву старцев Паисия, Варлаама (Ясинского) и писаря И. Армашенко с просьбой пожаловать Киево-Печерскому мон-рю обитель в Брянске или Трубчевске для укрытия на случай неприятельского нападения. В следующем году грамотой царя Феодора Алексеевича к Киево-Печерскому мон-рю были приписаны Свенский Успенский мон-рь близ Брянска и Чёлнский в честь Преображения Господня мон-рь близ Трубчевска. В 1681 г. обители был возвращен Свенский мон-рь, переименованный в Новопечерский. Но после заключения Вечного мира 1686 г. мон-рь утратил владения на территории Речи Посполитой.

Вид на Дальние пещеры. Фрагмент панорамы 1784–1798 гг. (ГПИБ)Вид на Дальние пещеры. Фрагмент панорамы 1784–1798 гг. (ГПИБ)8 марта 1699 г. гетман Мазепа подтвердил владение лаврой с. Иванкова в Черниговском полку, а 2 сент. 1702 г.- хутором Карлики в Нежинском полку. По прошению архим. Иоасафа 30 нояб. 1702 г. к лавре был приписан Преображенский Змиёвский, а 2 янв. 1703 г.- Покровский Сеннянский мон-ри (оба в пределах Белгородской епархии). В 1706 г. в собственность мон-ря перешли с. Рубежовка и Михайловская слободка. Гетман неоднократно подтверждал право владения К.-П. л. мельницами и винокурнями, которые давали монастырю значительную прибыль. Напр., универсалом от 20 авг. 1708 г. Мазепа предоставлял привилегию для Козелецкой лаврской мельницы, чем значительно увеличил ее прибыль. К 1706 г. (до устройства Печерской крепости) лавре принадлежало в Киеве 955 дворов, 70,5 дес. земли, 121 торговая лавка с ежегодным доходом ок. 5 тыс. р.

В XVIII в. К.-П. л. стала богатейшей обителью на территории совр. Украины. Владения К.-П. л. находились в Киевском (53 вол.), Черниговском (34 вол.) и Новгород-Северском (49 вол.) наместничествах. На этих землях насчитывалось ок. 28 тыс. крепостных. В ведомстве лавры находилось 9 приписных монастырей: Больничный, Омбышский в Нежинском полку, Змиёвской и Синявский в Слободском Ахтырском полку, Свенский и Чёлнский в Белгородской губ., Дятловицкий на Правобережье (совр. Беларусь), пустыни Голосеевская и Китаевская киевская во имя Святой Троицы в Киевском полку. Эти обители со своими имениями непосредственно зависели от лавры, а не от епархиального начальства. Кроме того, во владении лавры находилось множество подворий (в Глухове, Воронеже, Стародубе, Кролевце и др.), 2 бумажные фабрики, 11 кирпичных, 6 стекольных заводов, свыше 160 винокурен, столько же мельниц, 2 конных завода.

Ист.: ПВКДА; АЗР. Т. 2-4; АЮЗР. Т. 2. № 161 (Сигизмунд III - Михаилу Рогозе по поводу Никифора (Тура)); АрхЮЗР. 1859. Ч. 1. Т. 1; 1872. Ч. 1. Т. 5; 1898. Ч. 1. Т. 9; Предсмертные письма Иоасафа Кроковского к царю и кн. Д. Голицыну о своей болезни // ЧОИДР. 1861. Т. 3. С. 193-195; [Левицкий О.] Письмо и стихи Варлаама Ясинского // Киев. старина. 1890. Т. 28. № 3. С. 537-539; Описание док-тов архива западнорус. униатских митрополитов. СПб., 1897. Т. 1: 1470-1700; ПККДА. Т. 1; Акты и док-ты, относящиеся к истории Киевской академии. Отд. 2: (1721-1795). К., 1904-1908. 5 т.; Уния в док-тах: Сб. / Сост.: В. А. Теплова, З. И. Зуева. Минск, 1997; Записки свт. Петра Могили / Упоряд.: I. В. Жиленко. К., 2011.
Лит.: Самуил (Миславский), митр. Краткое ист. описание Киево-Печерской лавры. К., 17952, 1805; Евгений (Болховитинов), митр. Описание Киево-Печерской лавры с присовокуплением разных грамот и выписок, объясняющих оное, также планов лавры и обеих пещер. К., 1831 2; он же (Євгенiй (Болховiтiнов), митр.) Вибранi працi з iсторiï Києва. К., 1995; Петра Могилы стихиры и канон в благодарность за чудесное избавление Киево-Печерской лавры от неприятельского разорения в 1630 г. // Киевские ЕВ. 1861. № 17. С. 491-500; Эпитафии фундаторам Киево-Печерской лавры из Тератургимы Афанасия Кальнофойского // Там же. 1874. Отд. 2. № 14. С. 398-403; № 19. С. 532-536; № 20. С. 566-569; Корольков К. Арсений Могилянский, митр. Киевский, и его заботы об улучшении проповеднического дела: (Во 2-й пол. XVIII в.) // Там же. 1875. Отд. 2. № 12. С. 405-414; Голубев С. Т. Киевский митр. Петр Могила и его сподвижники. К., 1883-1898. 2 т.; он же. История КДА. К., 1886. Т. 1: Период домогилянский; Лебединцев П. Г., прот. Киево-Печерская лавра в ее прошедшем и нынешнем состоянии. К., 1886; Каманин И. К истории Киево-Печерской лаврской типографии // Киев. старина. 1894. Т. 46. № 8. С. 276-278; Петров Н. И. Описание рукописных собраний, находящихся в г. Киеве. М., 1896. Вып. 2. С. 3-129; Титов Ф. И., прот. Краткое ист. описание Киево-Печерской лавры. К., 1911; он же. Типография Киево-Печерской лавры: Ист. очерк, 1606-1616-1916. К., 1916. Т. 1; он же. Киево-Печерская лавра как ставропигиальный монастырь. К., 1918; Маслов С. I. Етюди з iсторiï укр. стародрукiв // Украïнська книга ХVI-XVIII ст. К., 1926. С. 77-152; La Confession orthodoxe de Pierre Moghila, métropolite de Kiev (1633-1646) / Introd., not. A. Malvy, M. Viller. R., 1927. (OrChr.; Vol. 10. N 39); Возняк М. Письменницька дiяльнiсть Iвана Борецького на Волинi i у Львовi. Львiв, 1954; Горфункель А. Х. Каталог книг кирилловской печати XVI-XVII вв. М.; Л., 1970; Хижняк З. I. Києво-Могилянська академiя. К., 1970, 1981 2; Быкова Т. А., Гуревич М. М., Козинцева Р. И. Описание изданий, напечатанных при Петре I: Свод. кат. Л., 1972; Запаско Я. П., Iсаєвич Я. Д. Пам'ятки книжкового мистецтва: Кат. стародрукiв. Львiв, 1981-1984. 3 кн.; История Украинской ССР: В 10 т. К., 1982. Т. 2; Описи Киïвського намiсництва 70-80-х рр. XVIII ст. К., 1989; Iсiченко Ю. А. Києво-Печерський патерик у лiтературному процесi кiн. XVI - поч. XVIII ст. на Украïнi. К., 1990; Очерки истории Киево-Печерской лавры и заповедника. К., 1992; Макарий. История РЦ. Т. 5-7; Гирич I. Б. Києво-Печерська лавра в контекстi украïнськоï iсторiï i культури // Пам'ять столiть. К., 1996. № 1. С. 102-119; Отечественная история: Энцикл. М., 1996. Т. 2. С. 556-557; Феномен Петра Могили: Бiографiя, дiяльнiсть, позицiя. К., 1996; Дзюба О. Єлисей Плетинецький // Iсторiя Украïни в особах: Литовсько-польська доба. К., 1997. С. 142-145; Жиленко I. В. Iсторiя печер Києво-Печерськоï лаври // Дива печер лаврських. К., 1997. С. 13-25; Жуковський А. Петро Могила й питання єдностi Церков. К., 1997; Кагамлик С. Р. Видавнича справа в Києво-Печерськiй лаврi у XVIII ст.: Умови, характер, особливостi // Науковi працi НБУ. К., 2000. Вип. 3. С. 175-187; она же. «Муж премудрый, столп благочестия святого»: (До 320-рiччя вiд дня смертi Iнокентiя Гiзеля) // Украïнознавство - 2003: Календар-щорiчник. К., 2002. С. 185-187; она же. Києво-Печерська лавра: Свiт правосл. духовностi i культури. К., 2005; Лортц Й. История Церкви, рассмотренная в связи с историей идей. М., 2000. Т. 2: Новое время. С. 140-234, 515-523; Козак Н. С. До питання про набуття ймення «лавра» Києво-Печерським мон-рем // Лаврський альм. К., 2001. Вип. 5. С. 63-68; Степовик Д. В. Iсторiя Києво-Печерскьоï лаври. К., 2001; Павленко С. О. Iван Мазепа як будiвничий укр. культури. K., 2005; Яковенко Н. Нарис iсторiï середньовiчноï та ранньомодерноï Украïни. К., 2006 3.
Д. Б. Кочетов, С. Г. Яковенко

1786-1961 гг.

После подписания имп. Екатериной II 10 апр. 1786 г. указов «Про принятие монастырских крестьян, находящихся в Киевском, Черниговском и Новгород-Северском наместничествах при архиерейских домах, Киево-Печерской лавре и др., в ведомство Директоров Домоводства…» и «Про штаты Киевской, Черниговской и Новгород-Северской епархии» в укладе К.-П. л. произошли существенные изменения. Согласно 1-му указу, у лавры наряду с др. мон-рями изымали все пахотные земли, она лишалась крестьян, которых обязали платить налог; из этих денег лавра получала определенную сумму на содержание. В распоряжении К.-П. л. оставалась небольшая часть некогда обширных земельных владений - сенокосы, в т. ч. на днепровских островах, леса и рыбные озера под Киевом, неск. подворий в самом городе - на Печерске и Подоле. К.-П. л. утратила власть над всеми приписными монастырями, из к-рых Свенский Успенский и Чёлнский Преображенский отходили Орловской епархии, Омбышский Богородице-Рождественский - Черниговской, Змиевский Преображенский (Николаевский) и Сеннянский Покровский - Белгородской, Дятловицкий Преображенский - Минской епархии. За К.-П. л. закреплялось лишь 2 пустыни - Китаевская Свято-Троицкая, предназначавшаяся для проживания старых и немощных монахов, и Голосеевская Покровская, которая со штатным содержанием 3-го класса была отдана «до конца дней» отправленному на покой архим. Зосиме (Валкевичу). В последующие годы лаврское начальство небезуспешно обращалось к представителям высшей светской и духовной власти с просьбой расширить ее земельные владения. Всего же в кон. ХIХ в. К.-П. л. принадлежало ок. 3 тыс. га земельных угодий, преимущественно на юж. околицах Киева (ЦГИАК. Ф. 128. Оп. 1 благочин. Д. 3390. Л. 12).

Китаевская пуст Киево-Печерской лавры. Фотография. Нач. ХХ в. (РГБ)Китаевская пуст Киево-Печерской лавры. Фотография. Нач. ХХ в. (РГБ)Второй указ регламентировал внутреннюю жизнь мон-рей. К.-П. л. потеряла права ставропигии и самостоятельного избрания настоятеля, ее архимандритом (с этого времени был введен титул священноархимандрита) являлся Киевский митрополит. К.-П. л., как и Троице-Сергиева лавра, должна была получать из гос. казны содержание на 100 монахов и 100 служителей. Все остальные иноки - почти половина братии, преимущественно старые и немощные, объявлялись внештатными, им выделялось от 8 до 13 р. в год на пропитание (ПСЗ. Т. 44. Ч. 2. С. 50). Местом их жительства определялась Китаевская пуст. близ Киева. В то же время Никольский Больничный мон-рь, утратив свой статус, становился лаврской больницей. Согласно указу, в лавре при архиерейском доме предусматривалось разместить КДА. В указе содержалось следующее требование: «...число монашествующих так распорядить, чтобы половина оных была из ученых и к высшим духовным степеням приготовляемых; другая же для служения по Архиерейскому дому и монастырю». Выполнение этих указаний должно было способствовать превращению К.-П. л. в главный духовно-просветительский центр епархии (Там же. Т. 22. С. 575). Однако митр. Киевский Самуил (Миславский) в письме киевскому наместнику ген.-фельдмаршалу П. А. Румянцеву-Задунайскому отмечал, что «в лавре академию поместить почти не можно... нет покоев ни для классов, ни для учителей, ни для казенных учеников; место тесное, безводное, бездровное; своекоштным ученикам вовсе негде квартиры нанять» (Тiтов. 1924. С. 265). Академию было решено оставить при Братском мон-ре. 15 марта 1787 г. вышел имп. рескрипт о создании при академии гражданской типографии «для печатания книг как на Российском, так и на иностранных языках, содержа сию Типографию в Киево-Печерской лавре и наблюдая, чтобы тут не были издаваемы книги, противные православной вере нашей или наполненные нелепыми заблуждениями, просвещению и добрым нравам несходственными» (ПСЗ. Т. 22. С. 823). В том же году лаврская типография выпустила составленные митр. Самуилом (Миславским) и напечатанные гражданским шрифтом «Слово при отбытии из Ростова в Киев» и 2 поздравительные речи. В следующем году была выпущена 1-я книга - «Таврикия, или Известия древнейшие и новейшие о состоянии Крыма и его жителях» А. С. Нарушевича. С 90-х гг. XVIII в. книги и брошюры, напечатанные гражданским шрифтом, выходили регулярно, при этом тиражи неуклонно росли. Кроме публикации богословских изданий большое внимание уделялось выпуску исторической лит-ры (в т. ч. о Киеве, киевских святынях, в первую очередь К.-П. л.). Так, в 1791 г. тиражом 2,6 тыс. экз. вышло первое из 6 изданий кн. «Краткое историческое описание Киево-Печерской лавры», положившее начало совр. лаврской историографии; печатались также учебники, словари, публицистические и поэтические произведения, в т. ч. студентов и преподавателей академии.

Главный вход в Киево-Печерскую лавру. Акварель М. М. Сажина. 1840 г.Главный вход в Киево-Печерскую лавру. Акварель М. М. Сажина. 1840 г.Заявленные в имп. указах планы по привлечению в обитель представителей ученого монашества не вполне оправдались. Согласно утвержденному в 1786 г. штату, в состав лаврского братства входили: наместник, казначей, эконом, духовник, ризничий, уставщик, 30 иеромонахов, 20 иеродиаконов, 20 служебных монахов, 20 больничных и 4 пономаря. Данного количества братии едва хватало для ведения обширного хозяйства лавры. В то время лавра более нуждалась в монахах-хозяйственниках, нежели в монахах-ученых. Только в 1797 г. было предусмотрено включение в число братии К.-П. л. и еще 3 обителей - Троице-Сергиевой и Александро-Невской лавры, а также Донской иконы Божией Матери муж. мон-ря - дополнительно по 10 соборных иеромонахов «из окончивших с успехом и пользою свое учение в Семинариях и Академиях», которых обязывали заниматься написанием сочинений, переводами, проповедничеством, преподавательской деятельностью. Они должны были отличаться «добрым поведением. А тем и могли бы достигать помещения на степени Архиерейские» (Там же. Т. 24. С. 821-822).

Для К.-П. л. последствием реформы 1786 г. стала не только потеря экономического могущества, но и утрата независимости. Нарушались устои, на которых строилась жизнь обители на протяжении предыдущих веков. Киевский митрополит не имел достаточно времени для руководства внутренней жизнью К.-П. л., тем более что его резиденцией оставался собор Св. Софии. Расширились полномочия лаврского наместника: на него и на Духовный Собор, в состав к-рого входили начальники лаврских ведомств, возлагалась ответственность за решение большинства текущих монастырских дел. Первым наместником стал игум. Каллист (Стефанов), возведенный 15 марта 1787 г. в сан архимандрита. С 1817 г. все наместники К.-П. л. пребывали в этом сане.

Особое внимание лаврское начальство уделяло экономической стороне жизни обители. Благодаря умелому хозяйствованию уже к нач. ХIХ в. К.-П. л. смогла в целом компенсировать те значительные финансовые потери, к-рые понесла после секуляризации земельных владений и утраты крепостных крестьян. Постоянный доход приносили типография и принадлежавшие К.-П. л. заводы: стекольные, винокуренные, кирпичные, пивоваренный и свечной, а также лесопилка, водяные и паровые мельницы, пасеки, сдаваемые в аренду земли и жилые дома в Киеве. Важным финансовым подспорьем были лаврские гостиницы, принимавшие до 200 тыс. постояльцев в год, а также подворья, где торговали книгами, свечами и иконами, собирали пожертвования среди верующих.

Отдельной и весьма существенной статьей дохода являлись многочисленные пожертвования августейших особ, представителей знатных родов, зажиточных граждан и простых паломников. Среди них выделяется вклад гр. А. А. Орловой-Чесменской, к-рая в янв. 1846 г. внесла на счет лавры в Гос. заемный банк 285 715 р. серебром. Проценты от этой суммы должны были идти на украшение храмов, позолоту куполов, ремонт и проч. церковные потребности в лавре и ее пустынях. В целом к сер. ХIХ в. на банковских счетах К.-П. л. находилось более 800 тыс. р. (ЦГИАК. Ф. 128. Оп. 1 общ. Д. 2306. Л. 47), в кон. ХIХ в.- ок. 1,5 млн р. (Там же. Оп. 1 бухг. Д. 2378. Л. 41), а накануне первой мировой войны (1914-1918) - ок. 3 млн р. при 100 тыс. р. годовых процентов с капитала (Там же. Д. 3124. Л. 9).

Финансовая стабильность позволяла К.-П. л. увеличивать число своих насельников за счет принимаемых вне штата. В целом из гос. казны в год на содержание штатов отпускалось 8643 р. 88 к., а кружечная сумма, распределяемая между лаврской братией, в 1882 г. составила ок. 125 тыс. р. (Там же. Д. 2378. Л. 39). В 1838 г. в лавре проживали 134 монаха, 250 послушников и 100 штатных служителей (Там же. Оп. 1 общ. Д. 1919. Л. 3), в 1881 г.- 214 монахов, 363 послушника и 519 служителей (Там же. Оп. 1 бухг. Д. 2378. Л. 14), в 1914 г. в лавре, ее 3 пустынях (Китаевской, Голосеевской и Преображенской) и на 7 подворьях (6 Киевских и С.-Петербургском) - 518 монахов и 618 послушников (Там же. Оп. 1 мон. Д. 379. Л. 1).

Киево-Печерская лавра. Литография. 2-я пол. XIX в. (ГПИБ)Киево-Печерская лавра. Литография. 2-я пол. XIX в. (ГПИБ)С кон. XVIII в. в жизни обители наступил длительный период стабильности. Благодаря мудрой политике священноархимандритов Серапиона (Александровского), Евгения (Болховитинова), Филарета (Амфитеатрова), наместников Антония (Смирницкого), Авксентия (Галинского), Иоанна (Петина), Иувеналия (Половцева), Сергия (Ланина) и др. процветало монастырское хозяйство, возрождалась истинно подвижническая жизнь. Среди именитых наместников XIX в.- архим. Антоний (Петрушевский; † 8 окт. 1912), погребенный с вост. стороны Богородице-Рождественской ц., и архим. Амвросий (Булгаков). С открытием в 1911 г. Зверинецких пещер архим. Амвросий добился их передачи в ведение лавры. Во время первой мировой войны он инициировал деятельность по опеке над детьми погибших воинов. В 1918 г. удалился на покой из-за болезни глаз, но остался в лавре. Награжден набедренником, золотым наперсным крестом и красным крестом, орденами Анны 3, 2 и 1-й степени, св. Владимира 4-й и 3-й степени, медалью за участие в Первой всеобщей переписи населения России в 1897 г. Был погребен на территории Дальних пещер рядом с могилой архим. Антония (Петрушевского). Почитаются лаврские старцы ХIХ - нач. ХХ в. Вассиан (Балашевич), Феофил (Горенковский), Парфений (Краснопевцев), Паисий (Яроцкий), Алексий (Шепелев).

В нач. ХХ в., когда Киевскую кафедру возглавил митр. Флавиан (Городецкий), лавра стала крупным культурно-просветительским центром: была создана новая «Флавиановская» б-ка, открыто приходское уч-ще, в путеводителях по Киеву упоминается об организации т. н. Лаврского музея при ризнице Успенского собора. Типография выпускала ежегодно до 100 тыс. экз. книг и 130 тыс. листовок и брошюр, напечатанных гражданским шрифтом.

Новый этап в жизни обители связан с началом первой мировой войной. В ряды действующей армии были призваны 316 лаврских послушников; 20 священников командированы на фронт для исполнения пастырских обязанностей. Для раненых воинов лавра предоставила свою больницу на 130 мест и выделила 13 корпусов для нужд военного ведомства, в Китаевской пуст. был основан приют для детей воинов, погибших на фронте. Финансовая помощь К.-П. л. на нужды страны в военные годы составила более 500 тыс. р.

Митр. Киевский Флавиан (Городецкий). Портрет. Нач. ХХ в. (НКПИКЗ)Митр. Киевский Флавиан (Городецкий). Портрет. Нач. ХХ в. (НКПИКЗ)Революционные события, начавшиеся в февр.-марте 1917 г., отразились на жизни К.-П. л. В киевских газетах 1917 г. сообщалось о бесчинствах дезертиров и агитаторов в лавре, случаях надругательства над ее святынями. Но главная опасность таилась в расколе внутри братии. В это время в лавре проживали 563 монаха и 221 послушник, из которых 80% были по происхождению крестьянами. Их реакция на политические перипетии во многом предопределила дальнейшие печальные события. Священноархимандрит К.-П. л. митр. Владимир (Богоявленский) значительную часть времени проводил в Петрограде, на заседаниях Синода, первенствующим членом которого являлся, а 73-летний наместник архим. Амвросий (Булгаков) по слабости здоровья не мог должным образом влиять на ситуацию.

В апр. 1917 г. в Трапезной ц. начались не санкционированные монастырским начальством собрания. Радикально настроенная часть братии выбрала свой комитет во главе с экономом лавры архим. Климентом (Жеретиенко). Митр. Владимир запретил собрания в Трапезной, но они проходили в новом корпусе келий и у эконома. Выдвигались требования выборности всех должностных лиц общим собранием, равного материального содержания для всех (одежда, еда, деньги), обязательности избрания представителей младшей братии в Духовный Собор, смещения наместника архим. Амвросия, выселения митр. Владимира из мон-ря и выведения лавры из-под его власти.

Библиотека митр. Флавиана и братская читальня. фотография. 1911 г. (ГПИБ)Библиотека митр. Флавиана и братская читальня. фотография. 1911 г. (ГПИБ)Летом 1917 г. митр. Владимир участвовал в работе Предсоборного совета в Петрограде, в авг. уехал в Москву на Поместный Собор Православной Российской Церкви 1917-1918 гг. 21 нояб. Киевский митрополит возглавил чин интронизации патриарха Московского и всея России свт. Тихона. Когда в дек. митр. Владимир вернулся в Киев, братия стала открыто критиковать его, выступая за демократизацию жизни лавры. Радикально настроенные монахи требовали выселения митрополита в Софийский митрополичий дом, лишения титула священноархимандрита лавры и переизбрания наместника. Последний вскоре сам сложил полномочия. Не дождавшись решения Синода по этому вопросу, братия на общем собрании 6 дек. 1917 г. в присутствии 600 чел. (230 с правом голоса) избрала нового наместника - архим. Климента.

Гробница митр. Владимира Киевского. Фотография. 2013 г.Гробница митр. Владимира Киевского. Фотография. 2013 г.В янв. 1918 г. началось наступление Красной гвардии под командованием М. А. Муравьёва на Киев. Красногвардейцы вели прицельный огонь по городским памятникам. В Великую ц. попало 8 снарядов. Значительные повреждения были нанесены Великой лаврской колокольне, типографии, просфорне. В дни боев митр. Владимир находился в лавре, служил молебны, читал акафисты. Вечером 23 янв. 1918 г. отряды Муравьёва ворвались на территорию К.-П. л. Солдаты грабили помещения, глумились над монастырскими святынями, издевались над насельниками. В ночь на 26 янв. вооруженные люди ворвались в покои митр. Владимира. Его расстреляли недалеко от Всехсвятской ц. Лаврская братия, побоявшаяся защитить своего архипастыря, навлекла на себя многочисленные нарекания со стороны верующих. Наместник лавры архим. Климент все же отслужил панихиду по убиенному архипастырю. 29 янв. тело митр. Владимира перенесли в Успенский собор лавры. Чин отпевания совершили митр. Тифлисский Платон (Рождественский), Екатеринославский еп. Агапит (Вишневский), Черниговский еп. Пахомий (Кедров), Чигиринский еп. сщмч. Никодим (Кротков) и Балтский еп. Пимен (Пегов). Гроб с телом сщмч. Владимира был перенесен в Ближние пещеры лавры и погребен в Крестовоздвиженской ц. Большевики не взяли на себя ответственность за убийство иерарха. После установления власти гетмана П. П. Скоропадского была создана комиссия по расследованию обстоятельств трагедии, но она так ничего и не выяснила.

19 мая 1918 г. епархиальное собрание избрало новым Киевским митрополитом архиеп. Харьковского Антония (Храповицкого). И он, и наместник Климент старались вернуть жизнь обители в привычное русло. В нояб. прошли торжества по случаю 300-летия лаврской типографии. Но вскоре в город вошли войска Директории. 4 дек. лавру окружили 2 роты солдат. По распоряжению пришедшего к власти на Украине правительства С. В. Петлюры был арестован архиеп. Волынский Евлогий (Георгиевский), на следующий день - Киевский митр. Антоний. Братия и верующие пожелали сопроводить арестованного митрополита крестным ходом. При выходе из св. ворот толпа буквально смяла солдат, и лишь самообладание, твердость и рассудительность митр. Антония помогли избежать кровопролития. Полковник Е. М. Коновалец, начальник Осадного корпуса, распорядился расстрелять архиереев. Но, опасаясь негативной реакции населения, власти решили сослать их в Галицию.

В 1919 г. в Киеве утвердились большевики. Церковная собственность лавры и ее пустыней перешла в ведение Отдела по ликвидации имуществ религиозных установлений, а жилые здания и весь комплекс лаврских построек, не имевших непосредственного отношения к богослужению, были переданы в Отдел социального обеспечения городского совета. В этих условиях архим. Климент предложил создать из братии трудовую общину для сохранения за лаврой ее имущества. 1(14) апр. 1919 г. Духовный Собор всесторонне обсудил и одобрил эту идею. Членами «Киево-лаврской сельскохозяйственной и ремесленной трудовой общины» пожелали стать 972 чел., способные к сельскохозяйственным и ремесленным работам; в дек. 1920 г. в ней насчитывалось 573 монаха, 316 послушников, 132 вольнонаемных работника (тогда в монастыре еще выплачивали небольшую зарплату). Однако власти потребовали перерегистрировать общину, удалив из нее монашествующих. Ее возглавили светские лица. Община была переименована в «Сельскохозяйственную трудовую артель «Трудолюбие»».

В нач. 20-х гг. ХХ в. на территории К.-П. л. был основан инвалидный городок, состоящий преимущественно из деклассированных элементов. Т. н. инвалиды уничтожали бесценные лаврские памятники, грабили иноков, оскверняли святыни. Нападали они и на Музей культов и быта, основанный в лавре в 1922 г. Монастырские б-ку и типографию передали Всеукраинской АН. В течение 1921-1922 гг. происходило изъятие ценностей из ризницы Успенского собора, лаврских церквей. Монахов, пытавшихся спасти древние реликвии, заключали под стражу. Несколько раз подвергался аресту архим. Климент, с 1921 г. временно исполнявший обязанности настоятеля лавры. В его отсутствие эти обязанности исполнял архим. Ермоген (Голубев). В 1922 г. под давлением властей прекратил деятельность лаврский Духовный Собор. К 1923 г. в обители проживало ок. 400 чел. братии. Лавра временно перешла от общежительного устава к своекоштному, что повлекло за собой упадок иноческой жизни. С целью духовного укрепления иночества архим. Ермоген создал Братство прп. Феодора Студита.

Вид Киево-Печерской лавры. Литография. Кон. XIX в.Вид Киево-Печерской лавры. Литография. Кон. XIX в.Осенью 1924 г., после отказа большинства монахов признать обновленческое управление, советские власти передали храмы лавры обновленцам (подробнее о деятельности обновленческих общин на территории К.-П. л. см. в ст. Киевская епархия РПЦ). Но братии, не отпавшей в раскол, позволялось проживать в кельях. Для старых и немощных иноков продолжала действовать богадельня. Богослужения совершались в городской Ольгинской ц. на Печерске и в лаврских пустынях, ставших приходскими храмами. С 1924 г. К.-П. л. пользовалась правами ставропигии. Настоятеля, имевшего при совершении службы особые, сопоставимые с архиерейскими, привилегии, выбирала братия, утверждала высшая церковная власть - патриарх или его местоблюститель. После очередного ареста и отправки в ссылку архим. Климент обратился к Духовному Собору лавры с письмом, в котором просил избрать др. настоятеля. 5 окт. 1926 г. заместитель патриаршего местоблюстителя митр. Сергий (Страгородский; впосл. патриарх Московский и всея Руси) утвердил избрание архим. Ермогена, проживавшего в Китаевской пуст. в небольшом домике вместе с пребывавшим на покое архиеп. Димитрием (Абашидзе, в схиме Антоний).

К 1 янв. 1928 г. на Украине было только 9 мон-рей, в т. ч. и К.-П. л. Власти приложили максимум усилий для ее ликвидации. 18 июля 1929 г. появилась статья в газ. «Комсомолец Украины». Авторы публикации требовали немедленного закрытия «контрреволюционного очага». 20 июля спешивший на работу милиционер «случайно» нашел под лаврскими стенами фрагменты человеческого тела. Власти объявили, что они принадлежат крестьянке Прасковье Барышниковой, убитой 15 июля лаврским монахом архидиак. Ольгинской ц. Елладием (Чехуном) и монахиней (послушницей?) киевского Фроловского жен. мон-ря Любовью (Воронковой). Дело получило широкое освещение в прессе, в кратчайшие сроки была организована выставка, посвященная этому событию. В помещении городского цирка начался судебный процесс. Народная молва твердила, что дело сфабриковано, Барышникова жива, а ГПУ взяло труп из анатомического театра. Власти строго пресекали «контрреволюционные слухи». 12 авг. был оглашен приговор: обвиняемые получили по 10 лет, а главное - суд поставил вопрос о ликвидации К.-П. л. и Флоровской обители.

17 янв. 1930 г. древнейшие киевские муж. и жен. обители были закрыты. Над св. воротами лавры появилось объявление, запрещавшее вход на ее территорию монахам и священнослужителям.

Последние монахи поселились в Китаевской пуст., церковь которой официально зарегистрировали как приходский храм местные крестьяне. 27-28 янв. 1931 г. все священнослужители во главе с настоятелем архим. Ермогеном были арестованы по обвинению в создании «контрреволюционной организации церковников, ставившей своей целью поднять вооруженное восстание», а также в проведении «нелегальных сборищ» и распространении «контрреволюционной литературы». И. о. настоятеля стал казначей лавры архим. Вонифатий (Черевко).

5 нояб. 1933 г. Китаевскую пуст. тоже закрыли. Оставшиеся на свободе монахи перешли в Преображенскую пуст., а после ее ликвидации в мае 1934 г. жили при Ольгинской ц. После ее захвата обновленцами в окт. 1934 г. братия разошлась по частным домам.

Успенский собор Киево-Печерской лавры. Вид с востока. Фотография. 1940 г.Успенский собор Киево-Печерской лавры. Вид с востока. Фотография. 1940 г.3 нояб. 1941 г., во время второй мировой войны (1939-1945), была уничтожена главная святыня К.-П. л.- Успенский собор. По инициативе схиархиеп. Антония (Абашидзе) при Ближних пещерах возродилась монашеская жизнь. Братии выделили 2 корпуса и домик блюстителя пещер. Настоятелем мон-ря стал один из старейших лаврских насельников, архим. Валерий (Устименко; † 1953), под началом к-рого собралось неск. десятков насельников (на 1 авг. 1944 насчитывалось 37 монахов).

В отличие от Нижней лавры Верхняя пострадала сильнее. По воспоминаниям очевидцев, в нач. 1943 г. «вся территория Верхней лавры представляла собой кладбище разрушенных зданий» (ГАРФ. Ф. 7021. Оп. 65. Д. 10. Л. 60), усыпанное обломками, кирпичом и мусором. За годы войны были разрушены Никольская ц. Больничного мон-ря, частично Благовещенская и Трапезная церкви, 33 келейных корпуса Верхней лавры и один Нижней, 4 башни ограды. Была повреждена дренажная система, появились многочисленные провалы почвы.

В 1955 г. число братии в К.-П. л. составляло 87 чел.

Руины взорванного Успенского собора. Фотография. 1944 г.Руины взорванного Успенского собора. Фотография. 1944 г.Закрытие К.-П. л. власти начали готовить незадолго до выхода в окт. 1958 г. постановлений Совета министров СССР, положивших начало новым широкомасштабным гонениям на Церковь (постановления Совета министров СССР от 16 окт. 1958 г. «О монастырях в СССР» и «О повышении налогов на доходы епархиальных предприятий и монастырей»). 10 сент. 1958 г. председатель Совета по делам религий Г. Г. Карпов приехал в Одессу, где находился на отдыхе патриарх Московский и всея Руси Алексий I, чтобы провести первые «консультации» (выражение Карпова) по поводу возможного закрытия лавры. Карпов сообщил патриарху о якобы имеющихся в Совете «обращениях» о пещерах К.-П. л. и о находящихся там мощах. По свидетельству Карпова, патриарх был встревожен и на предложение закрыть доступ к мощам ответил: «Я вижу, что речь идет опять же о закрытии Киево-Печерской лавры, ибо не может быть Киево-Печерской лавры без мощей, находящихся в пещерах». В связи с этим «он хотел бы поднять тот вопрос, о котором неоднократно думал, а именно, не уйти ли ему на покой...» (Запись беседы Г. Г. Карпова с Алексием, Одесса, дача Патриарха. 10 сент. 1958 г.- Одинцов М. И. Письма и диалоги времен «хрущёвской оттепели»: (Десять лет из жизни патриарха Алексия, 1955-1964 гг.) // Отеч. арх. 1994. № 5. С. 44-48 (№ 13)). Возможность отставки патриарха Алексия I властями не предусматривалась, и вопрос о немедленном закрытии К.-П. л., казалось бы, удалось отложить. Но уже 13 сент. 1958 г. секретарь Киевского обкома партии Г. Г. Шевель отправил в ЦК КПУ письмо, в котором община К.-П. л. обвинялась в разрушении памятников архитектуры, использовании охранной зоны под хозяйственные нужды, нарушении паспортного режима. Шевель предлагал перенести монастырь в другое место, а лаврские постройки передать в распоряжение заповедника (Пащенко. 2008. С. 159). Данное намерение поддержал и первый секретарь ЦК КПУ Н. В. Подгорный.

20 февр. 1959 г. патриарх Алексий I в беседе с Карповым заявил протест против насильственного выселения из К.-П. л. 32 монахов и получил заверения, что все это осуществлялось без ведома Совета по делам религий и что подобное больше не повторится (Запись беседы председателя Совета Русской Православной Церкви при Совете Министров СССР Г. Г. Карпова и зам. председателя Совета П. Г. Чередняка с патриархом Алексием. 20 февраля 1959 г.; Письма патриарха Алексия I в Совет по делам религий. М., 2010. Т. 2. С. 240). Однако в том же году были уничтожены колодцы преподобных Антония и Феодосия (когда ниже по склону, во дворе частного дома по Днепровскому спуску, открылся источник, к которому стали приходить сотни верующих, власти поставили вопрос о сносе дома и ликвидации источника). Количество насельников неуклонно уменьшалось (к 1 янв. 1960 в К.-П. л. оставалось 55 чел.). Весной 1960 г. в лавре активно работали комиссии Госстроя УССР и Мин-ва культуры УССР, готовившие основания для ее закрытия. В авг.-сент. 1960 г. в газ. «Вечерний Киев» и киевской «Рабочей газете» были опубликованы неск. статей о необходимости срочных аварийно-реставрационных работ и закрытия лаврского комплекса. 11 окт. 1960 г. Киевский горисполком принял решение о проведении исследования состояния историко-архитектурных памятников и сооружений подземного хозяйства лавры, а 30 нояб. комиссия уже дала заключение о необходимости немедленного начала работ. 28 дек. Киевский горисполком потребовал «запретить всем гражданам посещать аварийные объекты монастыря, в первую очередь Ближние и Дальние пещеры», насельники лавры были обвинены в нарушении арендно-охранного договора и решением Киевского горисполкома от 28 февр. 1961 г. выселены из лавры.

Большинство насельников переехало в Почаевскую в честь Успения Пресв. Богородицы лавру.

Попытку вернуть К.-П. л. патриарх Алексий I предпринял в 1967 г.: он хотел связать возобновление монастыря со своим визитом в Киев, но митр. Киевский Филарет (см. Денисенко М. А.) не поддержал намерение патриарха, и Алексий I отказался ехать в Киев.

К. К. Крайний, Э. П. Р.

1988-2013 гг.

В марте 1988 г. на Предсоборном совещании после многочисленных ходатайств появилось 1-е письменное свидетельство возможной передачи К.-П. л. Русской Православной Церкви (Коммюнике Архиерейского Предсоборного совещания, состоявшегося в Успенском храме Новодевичьего монастыря 28-31 марта 1988 г. // ЖМП. 1988. № 6. С. 7). 31 мая 1988 г. Советом министров УССР принято постановление № 147 («О передаче отдельных объектов Киево-Печерского государственного историко-культурного заповедника Русской Православной Церкви»). 24 июня митр. Киевский Филарет и буд. наместник К.-П. л. игум. Ионафан (Елецких) в присутствии неск. иноков и архиеп. Кентерберийского д-ра Роберта Ранси подписали акт приема-передачи Дальних пещер, храмов Рождества Пресв. Богородицы и Зачатия св. прав. Анной Пресв. Богородицы, колокольни Дальних пещер, 5 корпусов, 2 колодцев (преподобных Антония и Феодосия), а также земельного участка (5,5 га). Со стороны гос-ва документ подписал представитель Совета по делам религий при Совете министров УССР Н. А. Колесник.

Вид с колокольни на Дальние и Ближние пещеры. Фотография. 2013 г.Вид с колокольни на Дальние и Ближние пещеры. Фотография. 2013 г.14 июня 1988 г. в Киеве начались торжественные мероприятия, посвященные празднованию 1000-летия Крещения Руси. 16 июня, в последний день торжеств, в К.-П. л., на площади перед Зачатиевским храмом, была отслужена 1-я Божественная литургия после 26-летнего перерыва. В служении приняли участие митрополиты Киевский и Галицкий Филарет, Крутицкий и Коломенский Ювеналий (Поярков), Одесский и Херсонский Сергий (Петров), Львовский и Тернопольский Никодим (Руснак), архиепископы Ивано-Франковский и Коломенский Макарий (Свистун), Волынский и Ровенский Варлаам (Ильющенко), епископы Житомирский и Овручский Иоанн (Боднарчук), Черновицкий и Кременчугский Савва (Бабинец), Алма-Атинский и Казахстанский Евсевий (Саввин). За литургией молились патриархи Иерусалимский Диодор, Румынский Феоктист, Болгарский Максим, архиеп. Кипрский Хризостом, в богослужении участвовали папа и патриарх Коптской Церкви Шенуда III, кард. Йоханнес Виллебрандс, д-р Уильям Грэм и др.

К кон. июля 1988 г. братия К.-П. л. состояла из 9 чел. Начались ремонтно-реставрационные работы в храмах и келейных корпусах, но из-за аварийного состояния переданных построек мн. насельники приходили в лавру только днем для несения послушания. 19 авг. впервые после открытия К.-П. л. в ходе литургии использовались просфоры, выпеченные в лавре (ранее просфоры привозили из киевских Покровского или Флоровского мон-рей). В галерее под Богородице-Рождественской ц. устроили временную колокольню, на которой разместили 5 колоколов. Первый перезвон прихожане услышали 19 авг., в праздник Преображения Господня. 28 авг., в день Успения Пресв. Богородицы, состоялся 1-й чин панагии. 11 окт. 1988 г. по благословению патриарха Московского и всея Руси Пимена наместником К.-П. л. был назначен архим. Ионафан (Елецких). 26 янв. 1989 г. прошло 1-е заседание Духовного Собора лавры. В его состав первоначально вошли 5 чел.: наместник, благочинный, казначей, келарь и уставщик.

Успенский собор. Вид с востока. Восстановлен в 2000 г. Фотография. 2013 г.Успенский собор. Вид с востока. Восстановлен в 2000 г. Фотография. 2013 г.23 апр. 1989 г. во Владимирском кафедральном соборе архим. Ионафан был хиротонисан во епископа Переяслав-Хмельницкого. В авг. того же года наместником назначен архим. Елевферий (Диденко). Первый постриг после возобновления обители был совершен с 27 на 28 окт. того же года; пострижениками стали иноки Антоний (Новицкий) и Дамиан (Давыдов), их духовником назначен игум. Исаия (Коровай). К кон. года число братии возросло до 40 чел. 3 дек. 1989 г. состоялось освящение ц. в честь Воздвижения Креста Господня на Ближних пещерах. 28 апр. 1990 г. Совет министров УССР принял постановление о передаче в ведение К.-П. л. неск. зданий на нижней территории и лабиринтов Ближних пещер. Были переданы Крестовоздвиженская ц., галерея и колокольня, дом смотрителя, братские кельи, храм в честь иконы Божией Матери «Живоносный Источник» над артезианским колодцем, кельи Гостиного двора (корпуса № 63, 64), а также строения, не представляющие архитектурной ценности (совр. здание (корпус № 70), хозяйственное помещение (корпус № 64а) и др.). Большинство построек требовало капитального ремонта. К маю 1990 г. в К.-П. л. было 66 насельников, а в авг. того же года - 73 насельника.

Богослужебный устав возрожденной К.-П. л. ориентировался на указания архим. Спиридона (Лукича), уставщика лавры до ее закрытия в нач. 60-х гг. XX в. Новый устав составляли наместник, уставщик Антоний (Новицкий) и послушник Владимир Линенко (ныне архим. Поликарп, уставщик лавры). Согласно принятому уставу, в 16 ч. 30 мин. начинались вечерние богослужения (вечерня, повечерие с каноном Божией Матери и утреня), с 7 ч. утра совершалось чтение часов и служение литургии.

23 февр. 1992 г. наместником К.-П. л. был назначен Питирим (Старинский). Его служение (ок. 6 месяцев) совпало со временем серьезных испытаний. В 1992 г. митр. Филарет (Денисенко) уклонился в раскол. В ночь на 18 июня раскольниками (УПЦ КП) была предпринята попытка захвата дома наместника с целью дальнейшего присвоения всей обителью, которая не увенчалась успехом. С 25 авг. наместником являлся еп. Ипполит (Хилько), с дек. 1992 г.- игум. Ахилла (Шахтарин).

30 марта 1994 г. указом Блаженнейшего Владимира (Сабодана), митр. Киевского и всея Украины, наместником К.-П. л. был назначен архим. Павел (Лебедь) (впосл. митрополит Вышгородский и Чернобыльский, викарий Киевской митрополии). При архим. Павле строились новые корпуса на Гостином дворе, на месте колодцев преподобных Антония и Феодосия возведены часовни (2002), лавра приобрела в собственность для нужд братии подсобное хозяйство. Постановлением от 14 февр. 2002 г. Киевское городское управление передало в ведение лавры 21 объект. Здания в основном расположены на территории Гостиного двора К.-П. л., в т. ч. корпуса № 54-58, 60, 69, 71, больница с ц. в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость», зап. ворота и др. К 2013 г. вся территория Нижней лавры с постройками находилась в пользовании монастыря. В К.-П. л. действуют 9 наземных (в т. ч. 4 - на верхней территории) и 5 подземных церквей. В храмах преподобных Антония и Феодосия (Трапезный) и Успения Пресв. Богородицы, к-рые расположены на верхней территории, богослужения совершаются в субботу, воскресенья и по праздничным дням, а в храмах Всех святых и Св. Троицы - в течение летнего периода. В подземных церквах служат поочередно. В Крестовоздвиженском храме и Богородице-Рождественской ц. богослужение проходит ежедневно. В остальных церквах (в честь икон «Всех скорбящих Радость», «Живоносный Источник» и во имя Всех преподобных Печерских) службы совершаются по воскресным и праздничным дням.

Для посетителей открыты Дальние и Ближние пещеры. Отреставрированы корпуса № 53 и 56, где находятся паломнические гостиницы. На цокольном этаже корпуса № 53 расположена паломническая трапезная, в корпусе № 39 - монастырское экскурсионное бюро. На территории К.-П. л. действуют Киевские ДС и ДА, находятся адм. здания Киевской митрополии, резиденция Предстоятеля УПЦ, митрополита Киевского и всея Украины. В доме настоятеля лавры на Ближних пещерах на цокольном этаже расположен свечной завод. Остальные постройки используются в качестве общежития для братии и под хозяйственные нужды.

К нач. 2013 г. в К.-П. л. проживало ок. 180 чел. братии.

В. В. Воронин

Скиты и подворья

В ведении К.-П. л. в различные периоды находилось не менее 14 приписных скитов или подворий с храмами (не считая отдельных приписных мон-рей или приходских храмов). Первое из подворий, упоминаемое в летописи под 1096 г., существовало в Суздале (ПСРЛ. Т. 2. Стб. 228); впосл. преобразовано в суздальский во имя вмч. Димитрия Солунского муж. мон-рь. В 1631 г. был основан скит в Голосеевском лесу близ Киева (см. Голосеевский в честь Покрова Пресв. Богородицы муж. мон-рь). Видимо, с сер. XVII в. в Ст. Киеве у Нижнего вала существовало подворье в честь Покрова Пресв. Богородицы. В сер. XVIII в. Покровский храм подворья был обращен в приходский, к 1784 г. он обветшал, был упразднен, а приход приписан к Верхне-Местской ц. святителей Василия Великого, Иоанна Златоуста и Григория Богослова (Берлинский М. История г. Киева // Киïвська старовина. 1992. № 1(292). С. 99).

В люстрации Киевского замка за 1552 г. упоминается подворье на территории Замковой горы (горы Киселёвка), а также церковь, вероятно относившаяся к подворью (АрхЮЗР. 1886. Ч. 7. Т. 1. С. 107). Правосл. храм на Замковой горе отмечен и на плане Киева, приложенном к кн. «Тератургима» (1638) мон. Афанасия (Кальнофойского). В 1651 г. Киевский замок был сожжен казаками Б. Хмельницкого, храм с подворьем разрушены.

С XVI в. известно подворье с храмами во имя прор. Илии и свт. Николая Чудотворца в с. Городок (Гродек, Грудек) Луцкого у. Первое известие о с. Городок как о лаврском имении датировано 6 марта 1516 г. (в этот день кн. Константин Иванович Острожский, женатый на дочери кнг. Анастасии Гольшанской Татьяне, подтвердил завещание тещи о передаче Городка обители). О проживании монахов в Городке известно из документа Луцкого суда от 22 мая 1562 г., в к-ром упоминается иером. Иларий, урядник подворья (Опись актовой книги Киевского Центрального Архива. № 2036 / Сост.: О. И. Левицкий. [Офиц. изд. архива]. К., 1883. С. 18). В янв. 1593 г. в скиту скончался еп. Владимирско-Брестский Мелетий (Хребтович-Богуринский). В 1702 г. подворье было обращено в загородную резиденцию Луцких униат. епископов.

К 1714 г., согласно актам ревизии, в Киеве существовало Кловское подворье с деревянной ц. в честь Положения ризы Пресв. Богородицы (Лучицкий И. Киев в 1766 г. // Киевская старина. 1888. № 1/3. С. 22). В 1744 г. к визиту имп. Елизаветы на Кловском подворье вместо деревянного дома был заложен кирпичный 2-этажный дворец (архитекторы И. И. Шедель, П. И. Неёлов, С. Д. Ковнир), предназначенный для проживания монастырского архимандрита и почетных гостей лавры. Строительство завершилось в 1755 (?) г. После начала секуляризационных реформ указом имп. Екатерины II от 17 апр. 1787 г. в здании бывш. подворья разместился губернаторский дом (ПСЗ. 1830. Т. 22. С. 835-836). В нем находилась резиденция киевских гражданских губернаторов, в 1811-1857 гг.- первая в Киеве мужская гимназия, в 1857-1917 гг.- Киевское епархиальное жен. уч-ще.

К 1714 г. близ Киева, на берегу Святого (Зверинецкого) оз., в принадлежавшей лавре Святоозерской слободке, существовал домовый храм в честь Рождества св. Иоанна Предтечи. В 1715-1729 гг. в этом месте по инициативе печерского архим. Иоанникия (Сенютовича) была построена деревянная церковь с тем же посвящением. В 1866 г. обветшавший храм заменили новым.

В 1725 г. на средства печерского архим. Луки (Белоусовича) в г. Василькове было построено подворье с храмом во имя преподобных Антония и Феодосия Печерских (ныне городской собор). Образцом для каменного здания церкви послужили работы архит. Малороссийской коллегии А. В. Квасова, в т. ч. храм Рождества Пресв. Богородицы в Козельце.

Не позднее 1755 г. близ Киева, в мест. Н. Лыбедь (Нижне-Лыбедская слободка), было открыто Лыбедское подворье с деревянным корпусом (13 келий и домовый храм во имя прп. Харалампия). К 1766 г. на подворье проживало 18 печерских послушников. Впосл. рядом с подворьем был основан лаврский кирпичный завод, просуществовавший до 1917 г. С 2007 г. недалеко от бывш. подворья строится собор в честь Воскресения Господня.

С 1764 г. известно подворье на Подоле, рядом со сгоревшим в 1811 г. киевским Греческим Петропавловским муж. мон-рем. В 1849 г. руководство Киевской ДС на отпущенные Синодом средства приобрело Подольское подворье, состоявшее из 2 флигелей. В одном из них были устроены квартиры для ректора (5 комнат), 2 наставников и священнослужителей Петропавловской ц., в др. флигеле разместилась больница. Подворье было собственностью семинарии вплоть до 1917 г.

Особый ставропигиальный статус К.-П. л. предполагал, что обители принадлежали не только приписные скиты и подворья, но и приходские храмы в загородных лаврских имениях (т. н. лаврские вотчинные приходы). Для управления приписными храмами при приходской Феодосиевской ц. на Печерске в 1629 г. была основана протопопия. В 1685-1725 гг. велись споры за приписные храмы и мон-ри между священноначалием лавры и Киевскими митрополитами. Последние хотели назначать в приписные приходы своих клириков, в то время как лавра обращалась за хиротониями к епископам др. епархий - Черниговской и Переяславской. Только в 1769 г. приходы в имениях К.-П. л. были подчинены местным архиереям, и в тот же период расположенные за пределами храмы, а также принадлежавшие мон-рю церкви Спаса на Берестове, прп. Феодосия Печерского и Воскресения Господня были обращены в приходские. Впрочем, отдельные приходские храмы подчинялись лавре вплоть до реформы 1786 г.

Преображенская пустынь Киево-Печерской лавры. Фотография. Кон. XIX в. (РГБ)Преображенская пустынь Киево-Печерской лавры. Фотография. Кон. XIX в. (РГБ)В 1862 г. близ Китаевской пуст., на о-ве Жуков, был основан скит с храмом в честь иконы Божией Матери «Взыскание погибших» и отдельным лаврским хутором, в котором проживали братия и рабочие. В нач. 20-х гг. XX в. скит был упразднен.

В 1869 г. решением Духовного Собора лавры в мест. Круглик Хотовской вол. Киевского у., на опушке Голосеевского леса, предписывалось открыть скит в честь Преображения Господня и новое лаврское кладбище (на территории приписной к лавре Китаевской пуст. уже не хватало места для погребения братии). Это решение было утверждено митр. Киевским и Галицким Арсением (Москвиным). В 1870 г. военный инженер А. Середа составил проект строительства скитского каменного Преображенского храма и келейных корпусов. В скиту уже существовал временный деревянный храм. В 1873 г. была окончена постройка каменной церкви.

В 1930 г. община скита была упразднена. В нач. 1934 г. Преображенская ц., ставшая к тому времени приходской, была закрыта и передана под клуб, в 1938 г. разрушена. 9 апр. 1934 г. был арестован настоятель Преображенского храма иером. Менандр (Степанюк-Максимюк), а в 1937 г.- заштатный иером. Мартирий (Слободянюк), с 1934 г. работавший столяром и садовником на территории пустыни, при доме отдыха ученых в пос. Мышеловка. В 60-70-х гг. XX в. бывшее лаврское кладбище было уничтожено. К 2013 г. на территории пустыни восстанавливался приходский храм.

Особое место среди лаврских подворий занимало С.-Петербургское, располагавшееся на Васильевском о-ве в здании, приобретенном в 1874 г. за 86 тыс. р. (ранее принадлежало Псковскому архиерейскому дому). Продажа была утверждена 11 июня 1875 г. При подворье был устроен домовый храм в честь Рождества Христова, а также резиденция митрополитов Киевских. В 1894-1900 гг. здание подворья было перестроено, возведен храм в честь Успения Пресв. Богородицы. Его «византийский» по архитектуре проект (архит. В. А. Косяков) выполнен в традиции исторического стиля 2-й пол. XIX в. Компактный в плане, внушительных размеров храм благодаря декору в стиле московского зодчества сер. XVII в. (кокошники, профильные тяги наличников), луковичной форме глав разной величины (крупных и гладких - на световых барабанах 5 куполов, маленьких, с фигурной фактурой - на глухих постаментах-«шейках» малых глав над алтарными компартиментами и входом) приобрел «московский» облик и служил воплощением символического единства духовных центров гос-ва: Киева-Москвы-С.-Петербурга.

Среди настоятелей известны: архим. Феогност (Поликов) (1892-1922), архим. Трифиллий (Смага) (1922-1924), игум. Никон (Белокобыльский) (1924-1925), игум. Клавдий (Савинский) (1925-1926), игум. Гурий (Егоров) (1926-1927), архим. Иоасаф (Стаценко) (1927-1928), архим. Феодосий (Михайловский) (1928-1929), архим. Трифиллий (Смага) (1929-1930 (вторично)), иером. Иустин (Перебийнос) (1930-1931), еп. Николай (Муравьёв-Уральский) (1931-1932), прот. Николай Тихомиров (1932-1933), прот. Николай Ладыгин (1933-1934), прот. Александр Боголепов (1934), архим. Владимир (Кобец) (1934-1935). Большинство из них были репрессированы и погибли в лагерях.

В июле 1919 г. подворье было зарегистрировано как приходская трудовая община, к-рая фактически являлась монашеской. В 1921-1922 гг. на подворье происходило изъятие церковных ценностей. В 1922 г. в 8 оставленных для обители кельях проживало 15 насельников. В 1924-1925 гг. на подворье прибыли некоторые насельники К.-П. л., среди них - игум. Клавдий (Савинский), иером. Александр (Банько) и архидиак. Евмений (Хорольский; впосл. архиепископ), в 1928 г.- иеромонахи Савва (Каменский), Леонид (Данильченко) и др. В 1924 г. власти предприняли т. н. уплотнение жилплощади, поселив в здание подворья десятки семей. Так, в 1925 г. здесь проживало 98 чел., в т. ч. 18 монахов, в 1928 г.- 157 чел., в т. ч. 25 монахов в 2 кельях.

В 1924 г. был арестован настоятель подворья архим. Трифиллий (Смага), к-рый проходил по делу еп. Мануила (Лемешевского). Настоятелю удалось вернуться только в 1929 г. Но в авг. 1930 г. по сфабрикованному 1-му групповому делу в отношении монахов подворья о сокрытии ценностей были арестованы архим. Трифиллий (Смага), игум. Никон (Белокобыльский), архидиаконы Евмений (Хорольский), Софония (Гопко), а также неск. рядовых монахов обители, проживавших в городе на частных квартирах.

Массовые аресты среди братии и прихожан подворья, имевшего очень сильную и сплоченную общину, прошли в 1932-1934 гг. в рамках 3 групповых дел. В февр.-марте 1932 г. по «делу церковно-монархической группы» проходили бывш. настоятель подворья иером. Иустин (Перебийнос) и неск. монахов и послушников. В нояб. 1932 г. были арестованы иподиаконы еп. Николая (Муравьёва-Уральского): Анатолий Клинге, Александр Ефимов, Петр Матвеев, Николай Лобов, Владимир Клименталь и др. Всем обвиняемым пытались приписать заговор с целью убийства И. В. Сталина, выбив у некоторых арестованных соответствующие «признательные показания». В 1933 г. начались аресты в рамках группового «Дела Братства защиты веры», по к-рому проходили еп. Николай (Муравьёв-Уральский), священники Константин Александров, Павел Тиманов, Николай Тихомиров и Сергий Поспелов, диак. Александр Коломеец-Пелак, иподиак. Александр Горбачёв, монахини Акилина (Зубкова) и Глафира (Воронина). Кроме духовных лиц были репрессированы мн. миряне, хористы подворья, среди них - регент хора В. Н. Виноградов, а также один из певчих, псаломщик Михаил Гундяев (впосл. священник, отец Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла).

Аресты братии и прихожан парализовали деятельность общины. В июле 1932 г. храм подворья сменил свой статус: из ставропигиального стал приходом епархиального подчинения. 25 авг. 1934 г. президиум Леноблисполкома принял решение о его закрытии и об использовании помещения под спортзал, утвержденное ВЦИК 14 дек. 23 янв. 1935 г., после безуспешных попыток общины обжаловать это решение, храм был закрыт, его здание передано Ленинградскому военному порту под спортзал. Решением исполкома Ленинградского горсовета от 3 июня 1991 г. храм был возвращен Церкви и по благословению Святейшего патриарха Алексия II передан Оптиной пустыни.

В 1913 г. был основан Зверинецкий Рождество-Богородичный скит (ныне киевский Зверинецкий во имя арх. Михаила мужской монастырь). В 1918 г. скит был разрушен во время взрывов на артиллерийских складах, а братия приписана к Рождество-Богородичному мон-рю в Церковщине. В 1915-1916 гг. часть братии К.-П. л. эвакуировалась, в связи с чем обустраивались временные подворья в Харьковской, Полтавской и Екатеринославской губерниях. Также в К.-П. л. прибывали эвакуированные монахи и монахини из мон-рей зап. губерний.

Не позднее 1916 г. в подворье К.-П. л. обращен храм прп. Феодосия Печерского близ лавры. В 1916 г. в Киев прибыла настоятельница эвакуированного из Прибалтики Антолептского жен. монастыря игум. Мария (Щёлкина), которая с 10 монахинями разместилась на Феодосиевском подворье. В 1917 г. игум. Мария приняла схиму с именем Михаила. В 1919 г. указом управляющего Киевской епархией еп. Назария (Блинова) Киевский мон-рь при Феодосиевском подворье передан со всеми штатами в ведение схиигум. Михаилы. Между 1919 и 1924 гг. на Печерске также было основано Воскресенское подворье.

24 окт. 1924 г. указом патриарха Тихона лавре была предоставлена ставропигия. Этот указ распространялся на Феодосиевское и Воскресенское подворья, находившиеся в подчинении лавры, к-рыми управляла схиигум. Михаила (Щёлкина). Указом управляющего Киевской епархией еп. Макария (Кармазина) от 30 окт. 1924 г. Воскресенское и Феодосиевское подворья стали именоваться «Киевским Ставропигиальным монастырем». В 1925 г. К.-П. л., а также Феодосиевское и Воскресенское подворья, объединенные в т. н. Ставропигиальный жен. монастырь, были закрыты, их здания переданы обновленцам. Однако ок. 200 насельниц Ставропигиального монастыря после его закрытия поселились в киевских частных домах. Они группировались вокруг схиигум. Михаилы и самозваного «архимандрита» Михаила Костюка, ставшего духовником для неск. групп монахинь. В 20-30-х гг. XX в. в различных местностях Киевщины, а также в др. областях появились тайные монашеские общины, муж. и жен., возводившие свою историю к К.-П. л. и ее подворьям.

В окт. 1998 г. указом Киевского митр. Владимира (Сабодана) при Свято-Духовской ц. в с. Троещина Деснянского р-на Киева основан скит, приписанный к К.-П. л.; настоятелем был архим. Пимен (Соболев; в схиме Серафим; † 2000). В 2002 г. скит был упразднен, Свято-Духовский храм приписан к Троицкому собору в Троещине. В 2009-2010 гг. недалеко от бывш. Преображенской кладбищенской пуст., в киевском предместье Корчеватое (Голосеевский р-н Киева), рядом с мирянским Корчеватовским кладбищем, было обустроено монашеское кладбище лавры. На его территории с 2011 г. возводится храм в честь Печерской иконы Божией Матери, а также корпуса лаврского кладбищенского скита. С 2012 г. устраивается подворье при восстанавливаемом Преображенском храме на территории бывш. с. Гусинцы Бориспольского р-на Киевской обл.

В. Г. Пидгайко

Святыни

Мощи

В Ближних и Дальних пещерах К.-П. л. почивают мощи прославленных Церковью подвижников, входящих в Собор Киево-Печерских святых. Мощи прп. Антония Киево-Печерского находятся под спудом в Ближних пещерах; недалеко от места их пребывания установлен кенотаф. Еще один кенотаф установлен в Дальних пещерах в память пребывания там до перенесения в Успенский собор (1074-1091) мощей прп. Феодосия Печерского (в 1240 скрыты под спудом, место неизв.). Мощи др. святых доступны для поклонения: они находятся в деревянных раках и погребальных нишах (затворах), при к-рых имеются иконы подвижников и таблички с их именами (72 таблички - в Ближних, 49 - в Дальних пещерах). Но сведения о месте пребывания в пещерах мощей отдельных святых утрачены.

Ближние пещеры. Фотография. 2013 г.Ближние пещеры. Фотография. 2013 г.В Дальних пещерах хранятся мироточивые главы безымянных подвижников. Самое раннее упоминание о мироточении в пещерах лавры содержится в записках 1584 г. львовского купца Мартина Груневега, немца по происхождению. Судя по начертанной на полях рукописи схеме, Груневег видел мироточивые главы в Ближних пещерах (Iсаєвич. 1982. С. 129; Дива печер лаврських. 1997. С. 40). Исцеления при помазании миром от глав были зафиксированы в 1621 и 1630 гг. (Києво-Печерський Патерик / Пiдгот. тексту, примеч.: Д. Абрамович. К., 1931, 1991p. С. XVI, XIX). О пребывании в Ближних пещерах мироточивых глав (количество разнится) сообщается в пояснениях к плану пещер 1638 г. (Дива печер лаврських. 1997. С. 123, 129), в записях 40-х гг. XVII в. франц. инженера и картографа Гийома Левассёра де Боплана (Там же. С. 43), об этом же писал архидиак. Павел Алеппский в 1654 г. (Павел Алеппский. Путешествие. 1897. Вып. 2. С. 57). В описаниях 2-й пол. XVII - нач. XX в. мироточивые главы отмечают в Ближних и Дальних пещерах. К кон. XX в. оставалось только одно специально оборудованное место для хранения мироточивых глав - в Дальних пещерах, напротив ц. Рождества Христова.

Кенотаф прп. Антония Печерского в Ближних пещерах. Фотография. 2013 г.Кенотаф прп. Антония Печерского в Ближних пещерах. Фотография. 2013 г.Считается, что в Успенском соборе у юж. стены в серебряной раке хранилась глава св. равноап. кн. Владимира, мощи к-рого были обретены в 1632-1636 г. митр. Петром (Могилой) во время разборки руин Десятинной церкви (не все исследователи отождествляют обнаруженные останки с мощами кн. Владимира). Взяв из гроба главу, митр. Петр перенес ее в Златоверхий мон-рь арх. Михаила, а затем в Успенский собор лавры. Незадолго до начала Великой Отечественной войны глава была отправлена в Ленинград для создания скульптурной реконструкции по методу М. М. Герасимова и исчезла во время блокады города. Однако сохранилась нижняя челюсть, подаренная в 1638 г. митр. Петром царю Михаилу Феодоровичу. Впосл. эта святыня находилась в Успенском соборе Московского Кремля. В 1988 г. из фондов Музеев Московского Кремля Церкви был передан ковчег с частью мощей равноап. кн. Владимира, к-рый находился в Ростове-на-Дону, а в 2005 г. был доставлен в К.-П. л.; хранится в ц. во имя Всех преподобных Печерских.

Кенотаф прп. Феодосия Печерского в Дальних пещерах. Фотография. 2013 г.Кенотаф прп. Феодосия Печерского в Дальних пещерах. Фотография. 2013 г.С 1717 г. в К.-П. л. находится частица мощей (указательный перст) первомч. архидиак. Стефана. Святыня была принесена из Нямецкого в честь Вознесения Господня мон-ря свт. Пахомием, архиеп. Романским, проживавшим на покое в Китаевской пуст. К.-П. л. Для этой святыни в 1830 г. изготовили кипарисовую раку, на серебряной крышке к-рой помещено рельефное в рост изображение первомученика; она находилась в Стефаниевском приделе (упом. с 1638) Успенского собора. Позже (до 1898) для перста, видимо, соорудили серебряную раку (Путеводитель по св. местам Киево-Печерской лавры. К., 1898. С. 55); в 1912 г. была изготовлена еще одна серебряная рака. Впосл. ее обнаружили в завалах взорванного Успенского собора (к 2013 в фондах НКПИКЗ). В 1990 г. обители был передан вынутый из раки ковчежец с перстом первомч. Стефана. Тогда же для святыни построили деревянную резную раку, к-рую поместили в Крестовоздвиженской ц.

Мироточивые главы в Дальних пещерах. Фотография. Кон. ХХ в.Мироточивые главы в Дальних пещерах. Фотография. Кон. ХХ в.После возрождения лавры из фондов НКПИКЗ в обитель был возвращен изготовленный во 2-й пол. XIX в. ковчег, в который помещены части Древа Животворящего Креста Господня и гроба ап. Андрея Первозванного, частицы мощей святых, почивающих в лаврских пещерах, прав. Лазаря Четверодневного, ап. Анании, еп. Дамасского, святителей Иоанна Златоуста, Николая Чудотворца, сщмч. Игнатия Богоносца, великомучеников Меркурия Кесарийского, Феодора Стратилата, Пантелеимона, Иакова Персянина, вмц. Варвары, преподобных Иоанна Дамаскина, Афанасия Афонского, Александра Свирского.

В Крестовоздвиженской ц. находится изготовленное в 1999 г. резное Распятие с частью Древа Животворящего Креста Господня в киоте с частицами мощей святых. Частицы мощей также вложены в иконы ап. Андрея Первозванного (90-е гг. XX в., храм преподобных Антония и Феодосия Киево-Печерских), свт. Николая Чудотворца (нач. XIX в.), свт. Никиты Новгородского (1992, Крестовоздвиженская ц.), свт. Феодосия Черниговского (XIX в., ц. Всех святых Киево-Печерских), вмч. Пантелеимона (2000, Крестовоздвиженская ц.), вмц. Варвары (2-я пол. XIX в., ц. Всех святых Киево-Печерских, передана из НКПИКЗ; рубеж XX и XXI вв., Крестовоздвиженская ц.), прп. Александры Дивеевской (2001).

Иконы

Киево-Печерская икона «Успение Пресв. Богородицы». Литография. 1847 г. (ГПИБ)Киево-Печерская икона «Успение Пресв. Богородицы». Литография. 1847 г. (ГПИБ) Главной святыней К.-П. л. КПП называет «наместную» икону. В патерике рассказывается о принесении в 1073 г. преподобным Антонию и Феодосию к-польскими зодчими иконы, к-рую они получили во Влахернах из рук Самой Богородицы со словами: «Она будет наместной» (Киево-Печерский патерик. Слово 2. «О приходе мастеров церковных из Царьграда к Антонию и Феодосию»). Монастырское предание, восходящее к сер. XVII в., считает древней «наместной» иконой образ «Успение Пресв. Богородицы» (см. ст. Киево-Печерская икона «Успение Пресвятой Богородицы»). В XVII - нач. XX в. прославившийся чудесами образ находился в круглом драгоценном киоте над царскими вратами иконостаса Успенского собора и опускался на шелковых шнурах для целования. Икона утрачена во время оккупации Киева в 1941 г. В К.-П. л. хранятся ее почитаемые списки ХIХ в.- в Крестовоздвиженской ц. на Ближних пещерах, в киоте над царскими вратами и в алтаре Трапезного храма преподобных Антония и Феодосия Печерских. Каждую среду перед литургией соборно читался акафист Успению Пресв. Богородицы. Празднование в честь иконы «Успение Пресв. Богородицы» совершается 16 мая в память о принесении ее из К-поля и 28 авг., в день Успения Пресв. Богородицы. Возобновлена традиция соборного чтения по средам акафиста Успению Богоматери перед Ее чудотворной иконой.

В К.-П. л. почитается список одного из древнейших в обители образов - Печерской иконы Божией Матери (ок. 1288, ГТГ) с предстоящими преподобными Антонием и Феодосием Киево-Печерскими. Список был сделан во 2-й пол. XIX в. При закрытии обители в 1-й пол. XX в. икону удалось спрятать, а позже передать лаврскому насельнику архим. Спиридону (Лукичу; в схиме Дионисий). В 1991 г. он завещал образ К.-П. л.; его установили на горнем месте в алтаре ц. Всех святых Киево-Печерских (с 2002 - в киоте за левым клиросом).

В Иоанно-Богословском приделе Успенского собора находилась Игоревская икона Божией Матери. Согласно «Повести о убиении блаженного Игоря» (Бережков. 1893. С. 37-38), перед этим образом молился перед кончиной блгв. вел. кн. Киевский Игорь (Георгий) Ольгович, убитый киевлянами в 1147 г. Икона, вывезенная в 1941-1943 гг. в Германию, по одной из версий, сгорела в февр. 1945 г. в имении Вильденхоф возле Кёнигсберга (ныне Калининград) (Полюшко. 2012. С. 22-25). Серебряные риза чудотворной иконы 1-й пол. XVIII в. и рама работы ювелира А. С. Стрельбицкого 1833 г., найденные после 1943 г. при разборке руин Успенского собора, хранятся в НКПИКЗ.

В Крестовоздвиженской ц. находятся киевская Барская икона Божией Матери, переданная в лавру в 1992 г. В Зачатиевском храме хранятся чтимые Иверская икона Божией Матери и образ свт. Николая Чудотворца (1-я пол. XVIII в.), переданные в лавру в 1988 г. Ранее иконы находились в семье сына прот. А. Глаголева, настоятеля ц. Николы Доброго на Подоле.

В К.-П. л. находятся также чтимые иконы, возвращенные или пожертвованные обители в XX в., после возобновления монашеской жизни.

Другие реликвии

Крест прп. Марка Гробокопателя. Медь. 1090 г.Крест прп. Марка Гробокопателя. Медь. 1090 г. Древней святыней К.-П. л. является крест прп. Марка Гробокопателя, изготовленный во 2-й пол. ХI в. в Византии (НКПИКЗ). На лицевой стороне (утрачена) медного креста-энколпиона размещалось изображение Распятия с предстоящими Богоматерью и св. Иоанном Крестителем, вверху - прп. Марка (Евгений (Болховитинов), митр. Описание Киево-Печерской лавры. К., 1831. С. 320). Сохранилась оборотная часть креста с изображением Спасителя в центре, 12 апостолов на горизонтальной ветви (по 6 с каждой стороны), св. Феодора вверху и вмч. Георгия Победоносца внизу. Крест, полый внутри, по преданию, служил прп. Марку сосудом для питья. Позднее богомольцам позволялось пить из него воду. В 1701 г. московский свящ. Иоанн Лукьянов писал: «И ходихом по пещере… И пихом воду с Маркового креста, что на себе нашивал преподобный» (Лукьянов И., свящ. Путешествие в св. землю // РА. 1863. Вып. 1. Стб. 40-44). В 1621 г. было отмечено исцеление теряющего зрение кн. Павла Курцевича, который, вняв совету братии лавры, омыл глаза водой из креста на мощах прп. Марка (Дива печер лаврських. 1997. С. 76-77). К 1830 г. крест хранился при мощах прп. Марка, а к 1868 г.- в ризнице Успенского собора. В кон. XIX в. крест предлагался для целования на выходе из пещерной Введенской ц.

В. А. Дятлов, Е. В. Лопухина

Архивы

Основной корпус документов по истории К.-П. л. XVIII - нач. ХХ в.- более 30 тыс. дел - хранится в ф. 128 («Киево-Печерская лавра») ЦГИАК. Фонд включает как непосредственно монастырский архив, начало формирования которого относится к 1718 г. (Оп. 1 общ. Д. 3105. Л. 14), так и текущую деловую документацию лаврской общины на момент ликвидации Духовного Собора К.-П. л. (дек. 1922). Первоначально фонд находился в Киевском обл. историческом архиве, а в 1944 г., после освобождения города от фашистских захватчиков, был передан в Центральный гос. архив УССР в Киеве. К 1944 г. в него входило 21 678 описанных единиц хранения и ок. 200 кг документов в россыпи (Кагамлик С. Р. Архiвнi студiï Києво-Печерськоï лаври // Архiв Києво-Печерськоï лаври та заповiдника. 2007-2008. [Т. 2.] С. 9). После разбора неописанных документов, а также передачи в нач. 60-х гг. XX в. части дел из ф. 127 («Киевская духовная консистория») и из Киево-Печерского заповедника произошло окончательное формирование ф. 128, к-рый к 2013 г. включал 30 014 дел, входящих в 21 именную опись. Часть описей (1-я общая, вотчинные, грамоты) сформировалась на рубеже ХIХ и ХХ вв. (Крайня. 2008. С. 71-72).

Описи фонда распределены в 11 структурных частях, при этом структура, как и нумерация отдельных дел и их листов, неоднократно менялась, а дела перемещались из одной части в другую.

В общую структурную часть (входят 3 описи - 1-я общ. (1646-1913). 3204 дела; 2-я общ. (1715-1924). 663 дела; 3-я общ. (1731-1924). 880 дел) включены документы, характеризующие деятельность лавры в целом: адм. управление, землевладение, ведение хозяйства, строительство и ремонт, предоставление лавре пожертвований и проч. В вотчинную (4 описи, 5 томов - 1-я вотч., т. 1 (1710-1777). 1293 дела; т. 2 (1710-1808). 3239 дел; 1-я вотч. (1632-1791), 340 дел; 3-я вотч. (1718-1784). 107 дел; 4-я вотч. (1646-1786). 243 дела) входят оригиналы и копии царских грамот, королевских привилеев, универсалы гетманов, проч. документы на право владения имениями; дела, посвященные хозяйственно-адм. вопросам, и др. Часть «Грамоты» (1-я грам. (1481-1846). 83 дела) содержит грамоты и указы царей на право собственности лавры на земли и имения, о предоставлении духовного сана, чинов и званий, перемещении, выдаче жалованья духовенству.

Материалы части «Канцелярия Духовного Собора» (1-я КДС (1719-1924). 775 дел) составляют указы императоров, Сената, Синода, коллегий и мин-в, инструкции митрополитов, доклады и реестры резолюций Духовного Собора, реестры входящих и исходящих документов канцелярии и проч. ведомств лавры.

В типографской описи (3 описи - 1-я тип. (1720-1916), 1315 дел; 2-я тип. (1760-1922). 1169 дел; 3-я тип. (1790-1920). 313 дел) сосредоточены материалы, посвященные вопросам издательско-типографского производства, здесь же - сведения о репертуаре книг и об их распространении, об условиях труда рабочих и служащих типографии, иконописной и переплетной мастерских, о живописной школе. Монашеская опись (1-я мон. (1699-1924). 775 дел; 2-я мон. (1720-1919). 1225 дел; 3-я алф.-мон. («Алфавит монашеских дел») (1848-1923). 478 дел; сюда же может быть отнесена общемонашеская опись - 1-я общемон. (1753-1814). 1837 дел) включает списки насельников лавры и приписных монастырей, документы о принятии в лавру, постриге, перемещении и выплате жалованья монашествующим, их личные дела и др. В бухгалтерскую часть (1-я бухг. (1726-1924). 3363 дела) вошли годовые и месячные финансовые отчеты К.-П. л. и ее отдельных подразделений, доклады Духовного Собора и рапорты ведомств митрополиту о приходе и расходе денежных средств, информация о банковских вкладах и ценных бумагах лавры и проч. В банковскую опись (1-я банк. (1719-1918). 1403 дела) - дела о пожертвованиях в пользу К.-П. л. денежных средств, ценных бумаг и др., переписка с Московским гос. и проч. банками, попечительскими советами и др. В благочиннической описи (1-я благ. (1862-1919). 276 дел) содержатся материалы о сборах в лаврских церквах, пожертвованиях лавры в пользу благотворительных учреждений; дела о строительстве и ремонте храмов, промышленных и хозяйственных зданий К.-П. л. Послушническая опись (алфавитно-послушническая опись - 1-я алф.-посл. (1744-1922), 6551 дело) сформирована из размещенных в алфавитном порядке личных дел послушников К.-П. л. Опись «Маловажные дела» (1-я маловаж. (1724-1811), 783 дела) содержит списки монахов, послушников лавры и др. лиц, различные дела, посвященные хозяйственным и бытовым вопросам, строительству и ремонту, работе промышленных предприятий (Кагамлик С. Р. Архiвнi студiï // Архiв Києво-Печерськоï лаври та заповiдника. 2007-2008. С. 10-12).

Также более 250 дел, касающихся К.-П. л., содержится в ф. 127 («Киевская духовная консистория»). Эти дела датируются преимущественно кон. XVIII - нач. ХХ в. Они посвящены постройке храмов, хозяйству и земельным угодьям К.-П. л., завещаниям и пожертвованиям в ее пользу, разрешению погребений на ее территории и проч. Отдельные документы, освещающие историю К.-П. л., хранятся и в др. фондах ЦГИАК Украины. В частности, в ф. 59 («Киевская губернская канцелярия») содержатся сведения о строительстве в обители (Оп. 1. Д. 121, 1326, 1763), в ф. 711 («Киевская Духовная Академия») - об издании лаврской типографией книг для КДА (Оп. 1. Д. 1299, 1320, 1326; Оп. 3. Д. 4109), в ф. 1396 («Церковно-археологическое общество при КДА») - об исследовании древних памятников К.-П. л. в кон. XIX - нач. ХХ в. (Оп. 1. Д. 33, 46, 57, 92) и др.

Из др. киевских архивных собраний следует отметить Ин-т рукописи НБУВ, где дела по истории К.-П. л. хранятся в личных фондах проф. Ф. И. Титова (Ф. 175. № 77, 80, 132, 139-141, 321, 347, 350, 351), И. Н. Королькова (Ф. 162. № 222), Н. И. Петрова (Ф. 225. № 293-302, 635), а также в фонде КДА (Ф. 160. № 28, 302, 315, 581, 589-591, 593, 619). Также ряд дел из лаврского архива остались на ее территории и ныне хранятся в фондах НКПИКЗ (группа хранения «Архив»).

Документы советского периода находятся в ГА г. Киева, ГА Киевской обл., Центральном гос. архиве высших органов власти и управления Украины (ЦДАВО). В частности, в ГА г. Киева имеется ф. Р-1517 («Киево-Печерский государственный историко-культурный заповедник»), в к-ром собрано 500 единиц хранения за 1943-1972 гг., в основном посвященных Киево-Печерскому заповеднику. Значительный по объему комплекс документов по истории лавры хранится в архивах РФ - РГАДА (Ф. 18, 248, 305), РГВИА (Ф. 13135), РГИА (Ф. 796).

Лит.: Евгений (Болховитинов), митр. Описание Киево-Печерской лавры с присовокуплением разных грамот и выписок. К., 1831 2; Закревский Н. В. Описание Киева. М., 1868. 2 т.; Бережков М. Н. Блж. Игорь Ольгович, кн. Новгородсеверский и вел. кн. Киевский. Чернигов, 1893. С. 37-38; Косяков В. А. Постройка храма подворья Киево-Печерской лавры. СПб., 1900; Титов Ф. И., прот. Краткое ист. описание Киево-Печерской лавры и др. святынь и достопримечательностей г. Киева. К., 1911; он же (Тiтов Хв.). Стара вища освiта в Киïвськiй Украïнi XVI - початку XIX ст. К., 1924; Венок на могилу высокопреосв. митр. Флавиана (4 нояб. 1915 г.) / Ред.: прот. Ф. И. Титов. К., 1915; Венок на могилу высокопреосв. митр. Владимира (25 янв. 1918 г.) / Ред.: прот. Ф. И. Титов. К., 1918; Iсаєвич Я. Д. Нове джерело про iсторичну топографiю та архiтектурнi пам'ятки стародавнього Києва // Киïвська Русь: Культура, традицiï. К., 1982. С. 113-129; Архiєрейська Передсоборна Нарада: (Комюнiке) // Правосл. вiсник. 1988. № 7. С. 7; Документи Помiсного Собору РПЦ // Там же. № 9. С. 16; Очерки истории Киево-Печерской лавры и заповедника. К., 1992; Дива печер лаврських. К., 1997; Мордвiнцев В. М. Росiйське самодержавство i украïнська православна Церква в кiн. XVII-XVIII ст. К., 1997; Ульяновський В. I. Церква в Украïнськiй Державi 1917-1920 рр. К., 1997. 2 т.; Никодимов Н. И. Воспоминание о Киево-Печерской лавре. К., 1999; Черепенина Н. Ю., Шкаровский М. В. Правосл. храмы С.-Петербурга, 1917-1945 гг. СПб., 1999. С. 269-270; Крайнiй К. К. Iсторики Києво-Печерськоï лаври кiн. ХIХ - початку ХХ ст. К., 2000; Васильєв М. Г. С.-Петербурзьке подвiр'я Києво-Печерськоï лаври // Лаврський альм. 2001. Вип. 5. С. 33-36; он же. Либiдське подвiр'я Києво-Печерськоï лаври у XVII i XIX ст. // Там же. 2002. Вип. 7. С. 34-37; Крайня О. О. Києво-Печерський мон-р у 1919-1929 рр. // Вiра i розум. 2001. № 2. С. 241-255; она же. Функцiонування архiву Києво-Печерськоï лаври в контекстi розвитку архiвноï справи // Лаврський альм. 2008. Вип. 22. С. 64-77; Хоменко К. В. Запровадження штатiв 1786 р. в Києво-Печерському мон-рi // Там же. 2001. Вип. 3. С. 67-74; он же. Самуïл Миславський: (Бiогр. довiдка) // Там же. 2003. Вип. 9. С. 120-129; Морза А. Архиеп. Ермоген (Голубев): Жизнь и исповедничество // Там же. 2002. Вип. 7. С. 136-166; Гришин А. Д. Огляд мат-лiв з iсторiï Києво-Печерського мон-ря (1917-1930 i 1941-1961 рр.) // Там же. 2003. Вип. 9. С. 8-19; Пащенко В. О. Доля Києво-Печерськоï лаври в контекстi полiтики радянськоï держави щодо Церкви // Там же. С. 95-100; он же. Злочин проти культури, або як компартiйна влада знищувала Києво-Печерську лавру // Православ'я - наука - суспiльство: питання взаємодiï: Мат-ли V Мiжнар. наук. конф. К., 2008. С. 157-161; Храм на Николаевской набережной: Успенское подворье ставропигиального мон-ря Оптина пуст. / Сост.: Н. Н. Никитина. СПб., 2006; Архiв Києво-Печерськоï лаври та заповiдника / Упоряд.: С. Р. Кагамлик. К., 2007. Вип. 1: ЦДIАК Украïни: Фонд 128: Києво-Печерська лавра. [Т. 1]: Iменний покажчик; 2008. [Т. 2]: Предметно-тематичний покажчик; Биографические сведения о братии Киево-Печерской лавры, пострадавшей за Правосл. веру в XX ст. К., 2008; Дятлов В. А. Киево-Печерская лавра: Справ.-путев. К., 2008. С. 341-366; Кабанець Є. П. Загибель митр. Володимира: Злочин без покарання // Лаврський альм. 2008. Вип. 20. С. 38-50; Киево-Печерская лавра: Возрождение мон-ря: (Фотолетопись). К., 2008; Гуржiй О. З iсторiï функцiонування Києво-Печерськоï лаври в останнiй перiод сталiнського тоталiтарного режиму. Черкаси, 2009; Антонов В. В., Кобак А. В. Святыни С.-Петербурга: Энциклопедия христ. храмов. СПб., 2010; Путеводитель по св. местам С.-Петербурга / Сост.: свящ. А. Берташ. СПб., 2011; Святыни Киево-Печерской лавры / Сост.: М. Ю. Ефимова. К., 2011; Полюшко Г. В. Iгорiвська iкона Божоï Матерi: Iсторiя i доля святинi. К., 2012.
К. К. Крайний

Архитектурный ансамбль К.-П. л.

IX - 1-я пол. XIV в.

Успенская Киево-Печерская лавра. Литография. Кон. XIX в. (ГЛМ)Успенская Киево-Печерская лавра. Литография. Кон. XIX в. (ГЛМ) В состав архитектурного ансамбля лавры входят 2 пещерных комплекса - Дальние и Ближние пещеры, с к-рых и началось развитие мон-ря. Совр. облик этих комплексов является результатом разновременных реконструкций, древнейшие их составляющие определяются предположительно. В частности, исследователи выделяют в Дальних пещерах 3 участка. На 1-м, расположенном в сев.-вост. части комплекса, сосредоточены подземные церкви в честь Рождества Христова и во имя прп. Феодосия Печерского, а также неск. помещений-камер (2×2×2 м) с выступами в виде лежанок, устроенными в материке вдоль стен. Одна из камер, по мнению нек-рых исследователей, была кельей прп. Феодосия Печерского (Харламов. 1992. С. 63-66). Возможно, участок совр. ц. прп. Феодосия Печерского - древнейшая часть мон-ря - летописная «великая пещера», где находились неск. келий и пещерный храм, впосл. объединенные между собой переходами (Бобровський. 2007. С. 50). Вероятно, нек-рые из этих первоначально жилых помещений позже стали частью ц. Рождества Христова.

В зап. части Дальних пещер расположены неск. разветвленных и закольцованных галерей, сосредоточенных вокруг подземной Благовещенской ц., традиционно считавшейся самой древней частью пещерного мон-ря (Воронцова. 2005. С. 28). Однако нек-рые исследователи полагают, что данный участок сформировался не ранее XV в. и использовался исключительно для захоронения почившей братии (Бобровський. 2007. С. 51). В 1968 г. в стене подземного хода были выявлены сводчатые ниши - локулы (средний размер 0,5×2 м), расположенные перпендикулярно пещерному коридору; некоторые ниши размещены вдоль коридора, подобно локулам рим. катакомб (Дяденко. 2012; Чумаченко. 2012; Юра. 2012). На этом же участке находится верхний вход в пещеры из наземной ц. Зачатия св. Анною Пресв. Богородицы, а также позднесредневек. келья затворника, состоящая из 2 соединенных между собой камер с лежанками из кирпича вдоль стен. С юго-востока к этому участку прилегает длинная галерея, которая направляется к нижнему входу в пещеры. В стенах галереи зафиксировано неск. крипт - камер для захоронений, характерных для древнерус. времени. Возможно, эта галерея представляет собой остатки одного из участков монастырского кладбища XI-XIV вв.

В юж. части Дальних пещер расположены Варяжские пещеры. Первоначально полностью самостоятельные, позднее они были соединены с основным комплексом длинной извилистой галереей. В домонг. период Варяжские пещеры, вероятно, являлись местом затворнического подвига отдельных монахов.

В Ближних пещерах, так же как и в Дальних, есть 3 подземные церкви, из к-рых лишь Введенская может быть отнесена к древнерус. периоду. В пещерах устроены крипты, они представляют собой небольшие (4-6 кв. м) искусственные пустоты прямоугольной формы, перекрытые сводами. В нек-рых из них справа и слева от входа вдоль стен в материке устроены выступы в виде лежанок. Поэтому участок, где сосредоточены эти помещения, долгое время считался жилой зоной. Проведенные в кон. 70-х гг. XX в. исследования позволили с большой долей вероятности определить, что камерные сооружения, традиционно называемые кельями затворников, служили погребальными криптами (Мовчан И. И., Авагян А. Б. Отчет об археологических исследованиях в Ближних пещерах Киево-Печерского заповедника, проведенных в 1978-1979 гг. // Лаврський альманах. 2012. Вип. 27. С. 158-215). Их локализация в центральной и сев. частях комплекса позволяет предполагать здесь наличие монастырского некрополя - летописного места «где всю братию погребают» (Бобровский Т. А. «Место идеже и всю братию погребают»: (Древнейший некрополь Киево-Печерского монастыря в свете новых данных) // Тр. ГЭ. СПб., 2010. Т. 53: Архитектура Византии и Др. Руси IX-XII вв. С. 309-317).

Первый наземный монастырский храм в честь Успения Пресв. Богородицы и др. постройки, возведенные на территории Дальних пещер, были деревянными. Можно предположить, что на этом месте взамен ветшавших храмов в последующие века сооружались новые, вплоть до существующей ныне каменной ц. Рождества Пресв. Богородицы. Освоение территории над Ближними пещерами, к-рая располагается на склоне, находящемся намного ниже холма Дальних пещер, началось позже.

При вел. кн. Святославе Ярославиче мон-рь получил обширный участок земли на холме неподалеку от Ближних пещер. Впосл. эту территорию назвали Верхней лаврой. Здесь была поставлена ограда со св. воротами в центральной части зап. прясла. Вероятно, над входом первоначально была построена деревянная надвратная церковь. В юго-вост. части ограды были устроены ворота, связывающие Верхнюю лавру с участком, где находились пещеры, также обнесенным оградой.

Монастырская территория сложилась как концентрическая архитектурно-пространственная схема с особыми функциональными зонами. В пределах внутренней зоны находились обязательные («уставные») постройки (главный храм, трапезная, кельи, возможно б-ка и скрипторий). Центральное место занимал доминирующий над остальными сооружениями собор. Закладка Великой церкви, или Успенского собора, состоялась в 1073 г., еще при жизни прп. Антония. На строительство собора кн. Святослав Ярославич пожертвовал 100 гривен (16 кг золота). После кончины прп. Феодосия (1074) строительство было прервано и возобновилось в 1075 г., при игум. Стефане. В 1089 г. храм освятили. Согласно КПП, в строительстве собора участвовали пришедшие из К-поля 12 визант. мастеров, прославленных впосл. в лике святых. В патерике многократно подчеркивается мистическое значение данного сооружения. Мастера были призваны во Влахернский храм Пресв. Богородицей, Которая направила их в Киев, к преподобным Антонию и Феодосию, для построения храма в Ее честь. Божия Матерь вручила им меру для постройки - пояс Христов по Его собственному повелению, а также мощи св. мучеников Артемия и Полиевкта, Леонтия, Акакия, Арефы, Иакова, Феодора, с тем чтобы положить их в основание церкви, и «золота с избытком». Место под постройку было указано Самим Господом по усердной молитве прп. Антония (Патерик. 1911. С. 5-6).

Связь собора с визант. архитектурой выявляют его технико-стилевые особенности (Лазарев В. Н. Мозаики Софии Киевской. М., 1960. С. 36-37; Логвин Г. Н. София Киевская: Альбом. К., 1981. С. 15; Комеч А. И. Древнерусское зодчество кон. Х - нач. XII в. // Византийское наследие и становление самостоятельной традиции. М., 1987. С. 176-177). Это был 6-столпный крестово-купольный одноглавый храм с 3 апсидами. В зап. части находился выраженный нартекс. Внутренние столбы, поддерживающие арки и своды, имели крещатую форму. Над средокрестьем на подпружных арках и парусах поднимался световой барабан, перекрытый полусферическим куполом. Кладка собора состояла из комбинации рядов плинфы и валунов. Фасады здания были не оштукатурены, а затерты цемянкой - известковым раствором розоватого цвета с примесью измельченной плинфы, т. о. при системе кладки со «скрытым рядом» образовывались характерные полосы. В сочетании с рядами валунов это придавало стенам собора особую живописность. Художественную выразительность фасадов усиливал внешний декор (для выкладки деталей использовалась фигурная плинфа): 2-ступенчатые ниши с полуциркульным верхом, перспективные обрамления располагавшихся в 2 яруса окон, тонкие полуколонки на граненых апсидах, пояс меандра, равноконечные кресты на стенах и т. д.

Входы в собор находились с запада, севера и юга. В послании свт. Симона, еп. Владимирского и Суздальского, к мон. Поликарпу упоминается, что последний устроил 2 двери Великой церкви (Патерик. 1911. С. 87); по аналогии с дверями некоторых храмов этого периода можно предположить, что они были обиты медными пластинами с золотым письмом.

Не исключена, но и не доказана принадлежность к убранству собора вмонтированных в XIX в. в фасад здания лаврской типографии монументальных шиферных рельефов (НКПИКЗ; точная дата неизвестна, сведений о прежнем местонахождении или о месте находки нет). На 2 полностью сохранившихся рельефах одинаковых размеров (183-185×79-80 см) представлены античные сюжеты («Самсон, побеждающий льва» и «Дионис (Кибела-Рея?) на колеснице, запряженной львами») (см.: Ткаченко М. В. Двi давньорус. шифернi плити з фондiв нац. Києво-Печерського заповiдника // Лаврський альманах. 2001. Вип. 5. С. 109-125; Архипова Е. И. Резной камень в архитектуре древнего Киева (кон. X - 1-я пол. XIII в.). К., 2005. С. 103-108). В разные годы при раскопках были обнаружены фрагменты рельефов (реконструирована композиция с конным святым-змееборцем, см.: Холостенко. 1967. С. 65. Табл. XI, 1) и одинаковые 3-частные рамки. Порталы были оформлены мраморными наличниками (фрагменты находятся в ц. прп. Варлаама в Ближних пещерах).

В кладке в большом количестве использовался красный шифер в виде плит разной толщины. Края плит выступали из толщи стен и были профилированы, создавая карнизы, которые проходили около основания конх апсид и по стенам на уровне пола хор, подчеркивая поярусное решение внутреннего пространства храма, а также охватывали крещатые столбы и пилястры, фиксируя начало арок. Т. о., шиферные пояса были не только конструктивными элементами, но и оригинальными декоративными деталями убранства собора. Этот розово-пурпурного цвета камень добывали на Волыни близ Овруча, где известны залежи красного песчаника, т. н. красного шифера, и более мягкого по сравнению с ним фиолетового и розового кембрийского талькового сланца, также часто применяемого в декоративном оформлении храмов (Осовский Г. О. Откуда привозился красный шифер, встречаемый как в древних храмах, так и в других памятниках Киева // Тр. III Археол. съезда, 1874. К., 1878. Т. 2. С. 159-164; Туковский П. А. Древнейшая добывающая промышленность на Волыни // Тр. Об-ва исследователей Волыни. Житомир, 1915. Т. 12. С. 167-198).

Собор был украшен в игуменство прп. Никона (1077/78-1088) прибывшими из К-поля живописцами (Патерик. 1911. С. 8-9). В архитектурно-художественном замысле собора внутреннее оформление играло исключительную роль, органично сочетались мозаики, фрески и скульптурный декор. Наиболее значимые части собора - подкупольное пространство и центральную апсиду - украсила мозаика. Смальту изготавливали в стеклянно-смальтовой мастерской, выявленной археологами на территории мон-ря. В боковых объемах собора были выполнены фресковые росписи. Сохранились фрагменты резных мраморных и шиферных плит, к-рые украшали парапеты хор (мраморные декорировали, возможно, алтарную преграду); пластический язык с элементами орнаментики решен в стиле традиц. образцов раннехрист. и юстиниановского времени.

Древняя алтарная преграда (темплон) в соборе по общей композиции была близка к темплонам визант. соборов IX-XII вв. В алтаре над престолом находился киворий: колонны с капителями, поддерживающие сень (изображение подобного кивория представлено на мозаике «Евхаристия» в Софийском соборе в Киеве, 40-е гг. XI в.). Киворий был окован металлическими позолоченными листами. Под сенью, над престолом, висел золотой венец, принесенный варягом Шимоном Африкановичем (Патерик. 1911. С. 4). Ныне 2 мраморные колонны от кивория находятся во Введенской ц. в Ближних пещерах. Во время археологических раскопок выявлено большое количество шиферных плит пола розово-фиолетового цвета, а также 23 фрагмента разноцветных тессер мозаики. Согласно реконструкции Н. В. Холостенко, мозаикой был украшен только участок пола в подкупольном квадрате (Холостенко. 1975. С. 132-133). Однако не исключено, что по примеру мн. визант. храмов наборной мозаикой в технике «opus tessеlatum» мог быть выложен пол в зап. ветви креста и в пространстве вимы.

В мае 1230 г. в Киеве произошло землетрясение, во время которого «церк(ва) святыя Богородица каменая на 4 части раступися» (ПСРЛ. Т. 1. Вып. 2. Стб. 454). Была значительно повреждена юж. часть собора, где сохранился только угол, примыкающий к центральной апсиде, пострадали и своды купола. Нуждающиеся в восстановлении участки стен были переложены еще до Батыева нашествия: ученые выявили значительные фрагменты строительных слоев, где битая плинфа XI в. положена с плинфой рубежа XII и XIII вв. (Лашкарёв. 1898. С. 209-212; Холостенко М. В. Новi дослiдження Iоанно-Предтеченськоï церкви та реконструкцiя Успенського собору Києво-Печерськоï лаври // Археологiчнi дослiдження стародавнього Києва. К., 1976. C. 149).

По ясности, выразительности, новизне архитектурной концепции и по совершенству ее воплощения собор, построенный Божиим Промыслом, стал явлением в архитектуре Киевской Руси. По образцу Великой церкви строились особо значимые соборные храмы Руси. Этот тип церковного здания с теми или иными вариантами в разных масштабах воспроизводили в древнерус. городах.

Во время игуменства прп. Иоанна (1088/89 - ок. 1103), вскоре после завершения работ в соборе, у сев. фасада на небольшом (менее 2 м) расстоянии построили ц. во имя св. Иоанна Предтечи. Церковь возвели на 2 тыс. гривен серебром и 200 гривен золотом, пожертвованных монастырю мон. Захарией (Патерик. 1911. С. 10). Эта постройка, хорошо сохранявшаяся до 1941 г., представляла собой квадратный в плане объем (6×6 м) с 4 опорными столбами, на к-рых покоился купол на световом барабане. Три апсиды были лишь намечены в виде небольших граненых выступов, вход был с зап. стороны. При небольших объемах храм был 2-ярусным. Декорация стен в виде ступенчатых ниш, перспективных оконных обрамлений и т. д., а также характерная «полосатая» поверхность стен создавали стилистическое единство ц. св. Иоанна Предтечи и Успенского собора. Интерьер церкви, вероятно, тоже имел богатое убранство в стиле визант. искусства XI в.

К ц. св. Иоанна Предтечи по конструктивному решению близка построенная, возможно, одновременно с ней надвратная Троицкая ц.- единственный, хорошо сохранившийся памятник архитектуры древнерус. периода на территории К.-П. л. Это 4-столпный однокупольный 2-ярусный храм (11,5×11,0 м; высота в интерьере 14,85 м). В центральной части 1-го яруса был устроен арочный проход св. ворот. Первоначально на уровень 2-го яруса можно было попасть по деревянной лестнице через дверной проем в сев. стене. Храм сложен из плинфы и грубо отесанных валунов на цемяночном растворе. В кладке сводов использовались голосники. Стены храма прорезаны 2-ступенчатыми окнами и нишами с полуциркульными завершениями. Не закрытая позднейшими наслоениями юж. стена позволяет представить не только первоначальное оформление фасадов храма, но и его структуру в целом. Так, членение фасада по вертикали лопатками на 3 яруса соответствует внутреннему делению храма 4 столбами на 3 нефа. Первоначально фасады завершались закомарами. Вверху столбы соединены между собой подпружными арками, к-рые вместе с парусами составляют основу для барабана и купола. Апсиды спрятаны в толще вост. стены.

Строительство каменной трапезной было окончено в 1108 г. (ПСРЛ. Т. 1. Вып. 1. Стб. 283). О существовании при трапезной церкви упоминается в летописи под 1110 г.: «…явися столпъ огнен от земля до н(е)б(е)си… Сеи же столпъ ста первие на тряпезнице каменной, яко не видети бы кр(е)ста…» (Там же. Стб. 284). Ктиторами постройки трапезной были кн. Глеб Всеславич, пожертвовавший мон-рю 600 гривен серебром и 50 гривен золотом, и, вероятно, прп. Николай Святоша, сын черниговского князя, которому, согласно КПП, на 8-й год после пострига поручили выполнять послушание в трапезной.

В планировке территории Верхней лавры наблюдается стремление выдержать распространенную в правосл. мон-рях традицию размещения соборного храма и здания трапезной рядом, со входами, обращенными друг к другу (напр., афонские монастыри Великая Лавра, Ватопед, Ивирон). Согласно результатам археологических исследований, трапезная палата с церковью находилась к юго-западу от Успенского собора, на расстоянии 18 м от него. Были выявлены фрагменты внешних и внутренних фундаментов и стен трапезной, к-рые свидетельствуют, что это было квадратное в плане сооружение (ок. 18×18 м). Посередине трапезной было выделено внутреннее пространство (6,5×6,5 м) с мощным крещатым столбом (1,55×1,64 м) в центре. Кладка стен выполнена в технике «opus mixtum» из плинфы и гранитных валунов на известково-цемяночном растворе. Найдено много фрагментов от голосников, применявшихся при устройстве сводов. Трапезная была расписана (обнаружены фрагменты штукатурки со следами росписи; Харламов В. О. Раскопки древнерус. трапезной Киево-Печерского мон-ря // Археологические открытия, 1984 г. М., 1986. С. 320-321). В оформлении интерьера использовались квадратные, фигурные и треугольные керамические поливные плитки вишневого, желтого и зеленого цвета. Летопись сообщает о том, что трапезная пережила землетрясение в мае 1230 г., хотя «каменье дробное сверху падая», но «вся трапезница не падесе, ни верх ея» (ПСРЛ. Т. 1. Вып. 2. Стб. 454).

От св. ворот шла улица, ориентированная на Успенский собор, к-рая, постепенно расширяясь, переходила в Соборную площадь. План этой территории имел трапециевидную форму; благодаря такому своеобразному приему создавался архитектурно-художественный эффект, когда от св. ворот собор воспринимался значительно ближе, и наоборот, от собора путь к выходу из мон-ря казался более длинным. Перед собором, в центре площади было установлено «било», к-рым монастырскую братию созывали на молитву.

После возведения Успенского собора и др. каменных построек композиционный центр от ансамблей Ближних и Дальних пещер переместился на Верхнюю территорию, где на сравнительно небольшом участке расположились каменные Успенский собор, трапезная палата с церковью, Троицкий надвратный храм. Став композиционным центром архитектурного ансамбля мон-ря, собор определил его дальнейшее развитие, размещение и группировку отдельных частей. Анализ планировочной структуры мон-ря показывает, что его особенности, сложившиеся до 1240 г., существенно не менялись в последующие века.

Соборную площадь по периметру окружали здания, находившиеся в пределах внутренней ограды мон-ря. Неоднократно упоминаемые в летописных источниках кельи в этот период, вероятно, представляли собой небольшие отдельно стоящие деревянные домики (Лiтопис руський за Iпатським списком / Перекл.: Л. Махновець. К., 1989. С. 141, 291; Патерик Киево-Печерский. К., 2009. Т. 1. С. 241). Хозяйственные постройки, больница с огородом, а также странноприимный дом, располагавшийся между Нижней и Верхней территориями мон-ря, находились соответственно во внешней монастырской ограде.

При игум. Василии (1182 - после 1197) деревянную монастырскую ограду заменили каменной. Ее фрагменты выявлены во время археологических раскопок в 1951 и 1991 гг. (Асеев Ю. С., Богусевич В. А. Воєнно-обороннi стiни XII вiку в Києво-Печерськiй лаврi: Архiтектурно-археологiчнi дослiдження 1951 р. // Вiсник Академiï будiвництва i архiтектури УРСР. К., 1951. № 4. С. 40; Харламов В. А., Гончар В. Н., Трофименко Г. В. Отчет об археологических раскопках хозяйственного двора вблизи корпуса № 22 на территории Киево-Печерского гос. историко-культурного заповедника за 1991 г. К., 1991. С. 14-16. Ил. 59, 60, 61. Ркп.).

Рядом с Печерским мон-рем находился Спасский мон-рь в с. Берестове, где в 1113-1125 гг., при кн. Владимире Мономахе, был возведен Спасо-Преображенский собор. Строения этих мон-рей образовывали единый архитектурный ансамбль.

Во время нашествия хана Батыя были сожжены и разорены строения обители, пострадал в т. ч. Успенский собор. В качестве свидетельства масштабов утрат после событий 1240 г. традиционно приводят цитату из Синопсиса: «...самую Небеси подобную Церковь Пресвятыя Богородицы Печерскую оскверниша, от всего украшения обнажиша и Крест с главы Церковныя златокованный сняша, а верх до полуцеркве по окна повелением проклятого Батыя испровергоша; такожде и верх олтаря великаго по перси иконы Пресвятыя Богородицы избиша» (Иннокентий (Гизель). 2006. С. 148). Однако данное архим. Иннокентием (Гизелем) описание относится к 1674 г. и не отражает реальных наблюдений сер. XIII в. Возможно, с Батыевым разрушением связывали последствия землетрясения 1230 г. (Iвакiн. 1996. С. 173). Сообщение Синопсиса не соответствует и сведениям архидиак. Павла Алеппского, видевшего в 1653 г. в алтаре изображение Богородицы «мозаикой с золотом, как в Св. Софии» (Павел Алеппский. Путешествие. Вып. 2. С. 52). Сохранилось главное сооружение оборонительной стены - Троицкая надвратная ц. Несмотря на разорение, в мон-ре в этот период поддерживалась письменная традиция, действовала художественная мастерская. С работой последней некоторые исследователи связывают создание Печерской (Свенской) иконы Божией Матери с предстоящими преподобными Антонием и Феодосием (ок. 1288, ГТГ) (Ананьева Т. А. Икона «Богоматерь на престоле» ХIII в. // ПКНО, 1975. М., 1978. С. 138-144).

2-я пол. XIV - 1-я пол. XVII в.

После вхождения Киева в состав Великого княжества Литовского значение мон-ря не уменьшилось, о чем свидетельствует появление в XIV-XV вв. в Успенском соборе усыпальниц Гедиминовичей из княжеских родов Ольгердовичей и Наримунтовичей, что было бы невозможно в разрушенном или полуразрушенном храме.

В 1416 г. Киев захватил хан Едигей. О том, насколько пострадал мон-рь в этот период, сведений нет. В записках 1419 г. иеродиакона Троице-Сергиева мон-ря Зосимы отсутствуют описания строений мон-ря и сказано лишь о том, что в течение полугода он «пробыл в лавре, которая зовется Киевская пещера», и находился «у гроба преподобного Антония и Феодосия» (Книга, глаголемая Ксеносъ, сиречъ Странникъ Зосимы… // Киевлянин. 1840. № 1. С. 164; Прокофьева Н. И. Хождение Зосимы в Царьград, Афон и Палестину: Текст и археогр. вступл. // Вопросы рус. лит-ры: Уч. зап. МГПИ. М., 1971. Т. 435. С. 299).

Известно о восстановительных работах в мон-ре, начавшихся при сыне Владимира Ольгердовича Александре (Олельке). В правление Симеона Олельковича, к 1470 г. Успенский собор был капитально отремонтирован. Об этом масштабном ремонте свидетельствует надпись на каменном рельефе-триптихе с изображением Богоматери «Оранта» и предстоящих Ей по сторонам преподобных Антония и Феодосия Печерских, выполненном по заказу Симеона Олельковича в честь окончания восстановительных работ в соборе: «...основана бысть церковь Пресвятыя Богородица Печерскаа, по старом основании при великом короле Казимире благоверным князем Симеоном Александровичем, отчичи Киевском, при архимандрите Иоанне» (при ремонте собора после пожара 1718 г. триптих сняли с фасада алтарной апсиды, в наст. время его разрозненные рельефы находятся над сев., юж. и зап. входами нижнего яруса лаврской колокольни). Под «старым основанием» восстанавливаемого собора следует в данном случае понимать не его фундаменты, а каменные стены и опорные столбы, сохранившиеся после 1240 г.

В 1470 г. над старыми стенами храма, вероятно, были возведены кирпичные арки и своды, барабан и купол, а также устроена новая скатная кровля. Зап. стена собора была укреплена контрфорсами, 2 из которых поставлены по сторонам главного зап. входа на линии опорных столбов, а 2 других - по углам собора. Контрфорсами укрепили и южную стену. Кладку выполнили из очень крепкого, хорошо обожженного, брусковатого с бороздками в нижних частях т. н. литов. кирпича (8×17×32 см). Самым существенным изменением в архитектуре храма после проведенного ремонта явился отказ от посводных покрытий по закомарам и переход к скатным кровлям и к пофронтонному покрытию. В это время каждая закомара зап. фасада надстраивается и превращается в 2-скатный, украшенный зубчиками шиферного карниза фронтон. От 3 фронтонов зап. фасада к востоку, до барабана купола и пересечения среднего нефа, шли 3 гребня кровли. Их прерывала идущая от барабана над трансептом к северу и югу также 2-скатная кровля, формирующая фронтоны на сев. и юж. фасадах. С вост. стороны, над полусводами апсид, во всю ширину храма был возведен фронтон, от которого к барабану шла 2-скатная кровля. Покрытие храма было, по-видимому, свинцовое.

Изменения произошли и в интерьере храма. Во многом сохранившиеся древнерус. мозаики были дополнены новыми настенными росписями: «...иже о украсию [Успенскую ц.] красотою, якоже бѣ мощно, такожде и внутръ иконными писанiем, но единаче не тако, якоже прежде, исперва бо мусiею сажена бысть, не токмо по стѣнам, но и по земли, и обогати ю златом и сребромъ и сосуды црковными» (Густынская летопись - ПСРЛ. 1843. Т. 2. С. 358).

В результате археологических исследований 1998 г. в южной части нартекса XI в. был выявлен погребальный комплекс из 5 шиферных саркофагов, в одном из к-рых обнаружена серебряная монета кн. Владимира Ольгердовича 60-80-х гг. XIV в. Комплекс имеет вторичный характер, о чем свидетельствуют обнаруженные под нижними плитами саркофагов следы погребальных сооружений XI-XII вв., а также особенности использованных строительных материалов. Эти данные позволяют считать, что комплекс был сооружен ко времени восстановления собора в 1470 г. и являлся родовой усыпальницей Олельковичей (Iвакiн Г. Ю., Балакiн С. А. Поховальний комплекс XV ст. у нартексi Успенського собору Києво-Печерськоï лаври // Лаврський альманах. 1999. Вип. 2. С. 76-86).

В 1482 г. собор пострадал при нападении на Киев войск хана Менгли-Гирея, было также разрушено здание трапезной (Харламов В. О., Гончар В. Н. Хозяйственно-бытовой комплекс XIII-XIV вв. на территории Печерского монастыря // Древняя история населения Украины. К., 1991. С. 67-71). Несмотря на тяжелое время, строительные работы в мон-ре не прекращались. Так, в нач. 90-х гг. XV в. к юж. стене Успенского собора пристроили небольшую (4,54×3,96 м) усыпальницу. Археологи выявили тут захоронение неизвестной, но, по-видимому, влиятельной особы в гробнице из шиферных плит с остатками надписи 1492 г. Тенденция строительства возле стен Успенского собора небольших родовых усыпальниц отмечалась и в дальнейшем.

Особое покровительство Печерскому мон-рю оказывали потомки кн. Полоцкого Наримунта (в крещении Глеб) магнаты Острожские. Гетман Великого княжества Литовского Константин Иванович Острожский в 1-й четв. XVI в. капитально отремонтировал родовую усыпальницу (Петров Н. И. Историко-топографические очерки древнего Киева. К., 1897. С. 79). Ремонтные работы проводились в интерьере собора, где установили новый 5-ярусный ренессансный иконостас, известный по его описанию 1651 г. и медной копии, изготовленной по заказу патриарха Московского и всея Руси Никона (Он же. Южно-рус. иконы // Искусство в Юж. России: Живопись, графика, худож. печать. К., 1913. № 11/12. С. 487-488). По желанию Острожского к юго-вост. углу храма был пристроен придел во имя ап. Иоанна Богослова (Каргер М. К. Древний Киев. М.; Л., 1961. Т. 2. С. 366). Тут гетман и был похоронен в 1530 г. Над могилой отца Константин Константинович Острожский установил в 1579 г. скульптурное надгробие (автор Генрих Горст?) в ренессансных формах из волынского порфира, схема к-рого соответствовала общепринятому в то время в Европе типу пристенных надгробий. Гетман был изображен в виде воина в латах, который полулежит на саркофаге, опираясь на согнутую руку.

Ко времени посещения в 1584 г. мон-ря львовским купцом Мартином Груневегом в застройке Печерской обители произошли существенные изменения: древняя каменная трапезная уже не использовалась, но еще не была разобрана и стояла «весьма опустошенная и разрушенная». Вместо нее напротив юж. фасада Успенского собора была сооружена новая трапезная. На площади перед храмом находилась колокольня с часами. Улица, ведущая к Успенскому собору, как и раньше, была застроена монашескими кельями. Груневегу удалось посетить Ближние пещеры, куда он прошел через большой сад; кроме маленького домика смотрителя пещер, других построек на участке Ближних пещер он не видел (Мартин Груневег. Славнозвiсне мiсто Киïв / Перекл. та коментар: Я. Iсаєвич // Всесвiт. К., 1981. № 5. С. 210-211). Судя по описаниям путешественников XVI в. и лаврским гравюрам 20-х гг. XVII в., особым благоустройством и красотой пещеры и постройки, расположенные над ними, не отличались.

Значительные строительные работы велись при архим. Елисее (Плетенецком), к-рый, как писал в 1618 г. Александр Митура в панегирике, «дивно обновил славный Печерский монастырь и отлично украсил соборную церковь…» (Титов. 1916. С. 68). При архим. Елисее было построено здание типографии. Напечатанные здесь книги иллюстрировались гравюрами, нередко с изображением Успенского собора. Первые достоверные виды собора запечатлены на гравюрах из «Анфологиона» (1619) и кн. «Беседы свт. Иоанна Златоуста на 14 посланий ап. Павла» (1623). На обеих гравюрах изображение собора, показанного с зап. фасада, условно, но позволяет составить определенное представление об облике этого здания. Собор одноглавый, еще одна глава поднимается над приделом св. Иоанна Предтечи, который кажется объединенным с основным объемом храма. С юж. стороны к зап. фасаду примыкает невысокая пристройка с фронтоном, на вершине к-рой укреплен крест. По сторонам центрального прясла устроены ступенчатые контрфорсы. Такой же контрфорс помещен у юго-зап. угла. Покрытие на соборе и приделе св. Иоанна Предтечи выполнено не по закомарам, а по щипцам.

Успенский собор в 1-й четв. XVII в. Вид с запада. Фрагмент гравюры на титульном листе в кн. «Беседы свт. Иоанна Златоуста на 14 Посланий ап. Павла». К., 1623Успенский собор в 1-й четв. XVII в. Вид с запада. Фрагмент гравюры на титульном листе в кн. «Беседы свт. Иоанна Златоуста на 14 Посланий ап. Павла». К., 1623Много сделал для мон-ря митр. Киевский Петр (Могила), уделявший особое внимание благоустройству пещер. При нем по маршруту паломников в пещерах были устроены ниши-аркосолии, в которых установили раки с мощами печерских угодников. В созданную по инициативе митрополита «Тератургиму» мон. Афанасия Кальнофойского (1638) вошел план, отображающий застройку территории мон-ря этого времени. Так, на участке Дальних пещер показаны: ц. Рождества Богородицы - деревянная, 3-срубная, с ярусным венчанием (на гравюре 1623 г. церковь изображена в виде маленького 2-ярусного храма с шатровым верхом; впосл. обветшала и была возобновлена в 1635); небольшое сооружение в виде квадратного сруба с крышей со световым фонарем над входом в пещеры; в пещерах отмечены 2 кельи - прп. Феодосия и где «почил от трудов своих благословенный законник Зинон»; 3 подземные церкви - Рождества Христова, прп. Феодосия и Благовещенская, судя по схематическим изображениям, в них были установлены 3-ярусные с полукруглыми завершениями иконостасы; территорию окружали многочисленные ограды, в черте которых находились виноградники, вишневый сад, неск. келий, колодец.

На участке Ближних пещер отмечены: «келия превелебного отца печерного», «найнижча келия», «садовникова келия», а также «студня напротив ворот»; в пещерах было 2 церкви - Введения во храм Пресв. Богородицы, «красиво украшенная», и во имя прп. Антония; над пещерами при митр. Петре была поставлена деревянная Крестовоздвиженская ц. (Атанасiй Кальнофойський, свящ. Тератургима, або чуда // Хронiка 2000. К., 1997. Вип. 17/18. С. 28-30). План из «Тератургимы» в этой части хорошо дополняет рисунок голл. худож. Абрахама ван Вестерфельда (1651). На рисунке видно, что Крестовоздвиженская ц. представляла собой 3-срубное деревянное сооружение, юго-западнее от нее изображена деревянная 3-ярусная колокольня, к которой примыкали длинные и узкие, тесно связанные с рельефом одноэтажные корпуса с частым ритмом окон, вероятно первые крытые галереи, ведущие к пещерам. От шатровой невысокой башни, служившей, по-видимому, входом в галерею, вверх по склону поднималось деревянное ограждение, примыкавшее ко 2-му ряду ограды, окружавшей мон-рь. Близ церкви и колокольни находилось еще неск. жилых и хозяйственных построек.

Участки Дальних и Ближних пещер были связаны между собой многочисленными дорожками и тропинками. Склоны между ними, занятые садами и огородами, окружала деревянная ограда с воротами и калитками. С сев. стороны ограда шла параллельно юж. части ограждения Верхней территории мон-ря и образовывала широкую улицу. Поворачивая на юг, улица шла вдоль подошвы склонов верхней кромки естественного «амфитеатра», включавшего ближнепещерную территорию и глубокую долину между 2 пещерами. Существовала и непосредственная связь между участком Дальних пещер и Печерским местечком, о чем свидетельствуют ворота в ограде, проходившей по склону между церквами Рождества Богородицы и св. Параскевы Пятницы на посаде.

Т. о., все составляющие архитектурного ансамбля мон-ря: Верхняя лавра, территории Ближних и Дальних пещер - имели собственные дороги, ведущие к сформировавшемуся возле него укрепленному поселению, и составляли вместе с ним единый градостроительный комплекс. Компактно располагаясь на плато, отделенном от др. частей Киева глубоким оврагом, объемно-пространственная композиция этого комплекса в условиях сложного рельефа ориентировалась на структуру, сложившуюся в предыдущий период. Мон. Афанасий Кальнофойский называл это поселение местечком, Г. Левассёр де Боплан - «селение Печеры с большим монастырем» (Левассёр де Боплан Г. Опис Украïни, кiлькох провiнцiй Королiвства Польського, шо тягнуться вiд кордонiв Московiï до границь Трансiльванiï, разом з ïхнiми звичаями, способом життя i ведення воєн. К., 1990. С. 34-35). Исторически оно подлежало юрисдикции Печерского мон-ря и было связано с ним хозяйственной деятельностью. Укрепления Печерского местечка в 1638 г. были деревоземляные, в виде окруженной рвом деревянной ограды, в состав к-рой входили 2 проезжие надвратные башни: 2-ярусная при подъезде из Киева и более низкая при выезде на «дорогу к Лыбеди». Со стороны Неводницкого оврага в местечко попадали через широкие ворота без башни, располагавшиеся близ деревянной Пятницкой ц. (дата строительства неизв.). Сев. укрепления местечка примыкали к сев.-зап. углу ограды мон-ря, образовывая одну оборонительную линию.

К нач. ХVII в. сложилась планировка Печерского местечка, имевшая нерегулярный характер. Основой для ее формирования послужили направления старых дорог, одна из которых пролегала с севера на юг, вдоль линии водораздела, а вторая, перпендикулярная ей,- на запад, в сторону Лыбеди и Василькова. Кварталы неправильных очертаний с отдельными усадьбами ограждали заборы. Расположенные на участках небольшие одноэтажные домики стояли преимущественно по красным линиям улиц и переулков, а тылы усадеб занимали сады и огороды. Аналогичным образом было застроено поселение с северной стороны местечка, обозначенное мон. Афанасием Кальнофойским как «погост Спасский». В его центре находились руины ц. Спаса на Берестове, восстановленной митр. Петром (Могилой): к наиболее сохранившейся части храма - нартексу - с использованием плинфы от разборки руин были пристроены 3 апсиды с востока и деревянный притвор с запада; устроены 3 купола.

Церкви в Печерском местечке, расположенном вдоль основной планировочной оси на бровке днепровской возвышенности, являлись композиционными доминантами. Самая древняя из церквей - во имя прп. Феодосия - была в 1638 г. деревянной 3-срубной и вместе с колокольней занимала огороженное подворье. Недалеко от нее находился также деревянный 3-срубный Воскресенский храм (время основания неизв.). Незастроенное пространство между этими храмами использовалось для торгов.

Успенский собор во 2-й четв. XVII в. Фрагмент гравюры с панорамой Верхней лавры из кн. мон. Афанасия Кальнофойского «Тератургима». К., 1638Успенский собор во 2-й четв. XVII в. Фрагмент гравюры с панорамой Верхней лавры из кн. мон. Афанасия Кальнофойского «Тератургима». К., 1638Со стороны Печерского местечка к юго-зап. углу монастырской ограды примыкала огражденная территория, отмеченная в «Тератургиме» как гостиный дом для монашеской братии и богомольцев; на плане изображен небольшой одноэтажный деревянный дом. Напротив св. ворот Печерского мон-ря был вход в жен. Вознесенский мон-рь. В 1638 г. его окружала ограда из бревен или брусьев, положенных горизонтально. Все монастырские постройки - церковь с колокольней, кельи - были деревянными.

Печерский монастырь в это время окружала ограда в виде стены из вертикально поставленных брусьев, связанных сверху тесаным карнизом. Границы Верхней территории мон-ря были близки к современным и, вероятно, тождественны определившимся в древнерусский период. Единственная транзитная ось, наметившаяся на начальном этапе развития архитектурного ансамбля монастыря, проходила от Троицкой надвратной ц. к нижней калитке в створе «крутой по причине горы тропинки к типографии», т. е. по оси совр. спуска с Верхней территории к Нижней.

Планировочным и композиционным центром мон-ря в этот период оставался Успенский собор с окружающей его площадью. В 1638 г. собор, судя по его изображению на плане мон. Афанасия Кальнофойского, был также увенчан 2 главами - над центральным нефом и ц. св. Иоанна Предтечи, основной объем покрыт 2-скатной крышей. К сев. и юж. фасадам собора были пристроены каплицы-усыпальницы, названные в «Тератургиме» приделами: «придел их милостей панов Ельцев», «трех церковных учителей: Василия Великого, Григория Богослова, Иоанна Златоустого», «св. Иоанна Богослова», «св. архидиакона Стефана, князей их милостей Корецких». При митр. Петре (Могиле) в архитектуру Успенского собора были привнесены некоторые композиционные изменения. Так, придел у юго-зап. угла собора был поднят до высоты придела св. Иоанна Предтечи, что придало композиции храма большую уравновешенность. В таком виде его зафиксировал в 1651 г. ван Вестерфельд. На рисунке видны характер покрытий собора и расположение его глав, в число которых помимо световых барабанов с куполами входили ложные главки поверх щипцов фронтонов. Все главы имели полусферическую форму, центральный купол завершался фонарем. Архидиак. Павел Алеппский, видевший Успенский собор 3 годами позже, сообщал, что храм имел «высокий свод и девять высоких куполов, покрытых блестящей жестью, с девятью позолоченными крестами» (Павел Алеппский. Путешествие. Вып. 2. С. 47). В храме было много окон с железными решетками и прозрачными хрустальными стеклами.

На площади близ Успенского собора находились 2 деревянные колокольни. Несущая 5 колоколов высокая 2-ярусная колокольня с часами стояла перед зап. фасадом собора. По высоте она не превышала центральную главу храма. Вторая, приземистая, где висел один большой колокол, состояла из 4 опорных столбов, покрытых шатровой крышей.

К 1638 г. некоторым изменениям подверглась Троицкая надвратная ц. Храм сохранял еще первоначальный барабан и купол, однако закомары были переложены в виде треугольных фронтончиков аналогично фронтонам зап. фасада Успенского собора. Попасть в храм можно было через территорию Больничного мон-ря и расположенные слева от входа ворота. В церковь поднимались по высокой лестнице.

Троицкая надвратная ц. Вид с востока. Фотография. 2013 г.Троицкая надвратная ц. Вид с востока. Фотография. 2013 г.Вдоль улицы от главных ворот к собору, как и раньше, располагались монашеские кельи. С правой стороны находилось 11 «новопостроенных под одной крышей» келий, с левой - 18 более старых, разновременных. Кельи, вероятно, были деревянными. Архидиак. Павел Алеппский оставил их описание: «...каждая келья содержит три комнаты с тремя дверями, которые крепко запираются удивительными железными замками. Кельи разрисованы и расписаны красками и украшены всякими картинами и превосходными изображениями, снабжены столами и длинными скамьями, каптурами, печами, то есть очагами, с красиво расписанными изразцами. При них находятся прекрасные комнаты с уважаемыми, драгоценными книгами. Каждая келья изукрашена всякого рода убранством, красива, изящна, опрятна» (Павел Алеппский. Путешествие. Вып. 2. С. 44); возле келий находились «…прекрасные палисадники с цветами, базиликом и иными пахучими и восхитительными растениями, окруженные изящными решетками» (Там же).

Сев. сторону Соборной пл. в 1638 г. образовывала непрерывная линия одноэтажных келий. Проезда между этими зданиями еще не существовало. Судя по плану из «Тератургимы», зап. сторону площади замыкал комплекс богатых настоятельских покоев, возведенных, по-видимому, из дерева. Он состоял из 2-этажного жилого корпуса с высокой крышей, домовой одноглавой церкви, колокольни, парадных въездных ворот и расположенного неподалеку большого здания монастырской аптеки. Кельи архимандрита находились на верхнем этаже. Юж. сторону площади образовывал идущий в вост. направлении ряд одноэтажных хозяйственных и жилых построек: братская и архимандричья кухни, кельи прислуги.

Напротив юж. фасада Успенского собора размещалась 2-ярусная трапезная палата с ц. апостолов Петра и Павла, заменившая разобранную древнюю трапезную. Продольные стены трапезной, судя по плану 1638 г., завершались щипцеобразными фронтонами, являвшимися торцами 2-скатных кровель, к-рые образовывали над всем зданием складчатую систему покрытия. Павел Алеппский, видевший здание в 1654 г., написал: «Нас повели в трапезную, где помещаются… кельи настоятеля. В кельях настоятеля была красивая церковь в честь Петра и Павла, а вне келий - церковь в честь святых Антония и Феодосия» (Павел Алеппский. Путешествие. Вып. 2. С. 45-46). Возле трапезной стоял дом для гостей в 2 этажа, а также небольшое здание б-ки.

С востока площадь фланкировали деревянные одноэтажные корпуса, в т. ч. пекарня и типография. Возле Троицкой надвратной ц. с сев. стороны, судя по плану 1638 г., находились ворота, ведущие на территорию Больничного мон-ря, в центре к-рого стояло большое здание больницы и при ней - маленькая церковь. Храм был деревянным, покрытым шатровой крышей. На территории больницы находилось еще неск. строений: кельи, кладовые и погреба. К сев. фасаду Троицкой ц. была пристроена деревянная колокольня Больничного мон-ря.

1654 г.- нач. XIX в.

Успенский собор. Фрагмент гравюры иером. Илии из Киево-Печерского патерика. К., 1661Успенский собор. Фрагмент гравюры иером. Илии из Киево-Печерского патерика. К., 1661 Изменения в облике Успенского собора, отраженные на гравюрах из книг «Пречестны акафисты» (1674) и «Огородок Марии Богородицы» (1676), возможно, были связаны с ремонтными работами после землетрясения 1662 г. На гравюрах видно, что закомару придела св. Иоанна Предтечи сменил щипец, по верху стен устроен высокий венчающий карниз. С зап. стороны, перед сев. пряслом основного объема собора, появилась маленькая часовня, увенчанная крестом. Изменился характер фронтона над центральной закомарой - в центре разорванного барочного фронтона поставлена главка на барабане (подобная главка, возможно, была и с вост. стороны). По центру юж. и сев. фасадов установлены главы на глухих барабанах на фронтонах. Световые барабаны были только над центром храма и над Иоанно-Предтеченским приделом. Вскоре перед фасадом Иоанно-Предтеченской ц. появилась еще одна часовня, известная по гравюре из кн. «Пречестные акафисты всеседмичные» (1677), на к-рой она изображена.

Киево-Печерская лавра в кон. 70-х гг. XVII в. Фрагмент грана титульном листе в кн. «Пречестные акафисты». К., 1677вюрыКиево-Печерская лавра в кон. 70-х гг. XVII в. Фрагмент грана титульном листе в кн. «Пречестные акафисты». К., 1677вюрыСамым значительным строительным мероприятием в этот период явилось возведение на Соборной пл. вместо 2 обветшавших колоколен новой, 3-ярусной, с открытыми галереями на верхних ярусах и барочным куполом. Судя по изображению 1677 г., ее высота примерно соответствовала высоте центральной главы Успенского собора.

При архим. Варлааме (Ясинском; впосл. митрополит Киевский) было начато строительство каменной трапезной с ц. апостолов Петра и Павла, законченное в 1694 г.

Успенский собор. Фрагмент гравюры на титульном листе в кн. «Пречестные акафисты». К., 1709Успенский собор. Фрагмент гравюры на титульном листе в кн. «Пречестные акафисты». К., 1709Ок. 1679 г. на территории Дальних пещер возвели небольшой каменный храм ап. Андрея Первозванного, изображенный на плане И. Ушакова в виде 3-частного в плане одноглавого сооружения, соединенного с помощью деревянной галереи с расположенной ниже, над входом в пещеры, каменной часовенкой.

В 1679 г. в Печерском местечке построили новые укрепления, состоявшие из рвов и валов с бруствером в виде заостренного палисада, а также 2 прямоугольных в плане земляных площадок - «роскатов» на сев.-зап. и юго-зап. углах укрепления. В систему валов были включены 2-ярусные деревянные надвратные башни, перекрытые шатровыми крышами.

Расположение и общий вид этих укреплений отражает «Роспись Киеву 1682 г.», в к-рой упоминаются «Киевская проезжая башня», «Васильковская башня, через которую ездили к реке Лыбеди и до Василькова», «Пятницкая башня с воротами, которыми попадали на Зверинец и в Выдубицкий монастырь». «Всего около Печерского монастыря и местечка по валу и по бояракам и горам 1318 сажень» (Алферова Г. В., Харламов В. А. Киев во 2-й пол. XVII в. К., 1982. С. 62).

Планировочная, функциональная и композиционная основы архитектурного ансамбля Печерского местечка, сложившиеся в предшествующие века, остались неизменными. Сохранилось четкое функциональное разделение территории на местечко с торгом и монастырскую землю. Возведенные в Печерском местечке храмы и колокольни, господствующие над малоэтажной жилой застройкой, значительно обогатили панораму Печерска. И хотя строительство велось преимущественно из дерева, возведенные в этот период недолговечные сооружения по существу предопределили как расположение, так и функциональное назначение более поздних по времени каменных построек.

Освящение Успенского собора. Гравюра Л. Тарасевича из Киево-Печерского патерика. К., 1702 (дек.)Освящение Успенского собора. Гравюра Л. Тарасевича из Киево-Печерского патерика. К., 1702 (дек.)Масштабное каменное строительство в лавре развернулось при гетмане И. С. Мазепе. Значительные средства обитель получила как от самого гетмана, так и от его ближайших сподвижников и родственников. В очередной раз был перестроен Успенский собор, композиция его зап. фасада стала уравновешенной: высота придела Трех святителей с юго-зап. стороны собора была доведена до высоты придела св. Иоанна Предтечи, а вместо фальшивой главки, резко отличавшейся от купола и главы придела св. Иоанна Предтечи, его увенчали главой на световом барабане; разные по размерам и архитектурным формам часовни по бокам главного входа заменили 2 невысокими папертями-часовнями. Медную кровлю окрасили в красный цвет, купола и кресты позолотили. Вид собора после этих перестроек зафиксирован на гравюрах лаврских книг «Апостол» (1695), «Евангелие» (1697), «Акафисты» (1693). Та же структура сооружения передана на чертеже кон. XVII в., где Успенский собор изображен с запада.

До 1701 г. Успенский собор обновляли еще раз. Во время этого ремонта строительный объем Стефаниевского придела подняли до уровня высоты стен основного объема собора и поставили купол на световом барабане. Центральный купол переложили из старого кирпича, количество куполов увеличилось с 4 до 7. Эти изменения можно увидеть на гравюрах Л. Тарасевича в КПП (1702), Илариона (Мигуры) в панегирике Мазепе (1706) и Д. Галяховского на титульной странице «Евангелия-апракос» (1707).

Результаты еще одной перестройки отображены на гравюре Марко Семёнова в кн. «Литургион» (1708) и на гравюре в кн. «Пречестные акафисты» (1709). Главный портал собора получил декоративное оформление из лекального кирпича. Также появились новые двери, зафиксированные на рисунках акад. Ф. Г. Солнцева сер. XIX в. и на фотографиях нач. XX ст. (одни из них в наст. время находятся в дверном проеме главной колокольни).

Между 1695 и 1706 гг., при гетмане Мазепе, вокруг верхней территории мон-ря, перед линией старого деревянного ограждения XVII в., была возведена каменная стена с башнями и церквами. Существует мнение, что она сооружена московским архит. Д. В. Аксамитовым, но последний мог прибыть в Киев не ранее 1700 г., когда строительство шло уже полным ходом. Новая стена (длина ок. 1190 м) представляла в плане неправильный многоугольник; она повышалась или понижалась соответственно рельефу местности, но при этом высота оставалась в основном неизменной (в среднем ок. 7 м). На углах и заломах оборонной системы были построены 3 выступающие из толщи стены башни: Малярная, Часовая, а также башня, располагавшаяся в юж. прясле стены (разобрана в 1822). В систему монастырских укреплений входили 3 надвратные церкви: древняя Троицкая - на зап. участке стены, новопостроенная Всех святых - на северном и церковь над Южными (Пещерными) воротами - на юго-вост. участке, а также 2 башни-церкви - во имя прп. Иоанна Кущника и во имя прп. Онуфрия Великого.

Для придания стилистического единства обновленному ансамблю мон-ря на Троицкой надвратной ц. был проведен ряд работ: надстроены древние стены и барабан купола (оконные проемы в нем частично замуровали и пробили новые); на зап. фасаде вместо 3 небольших фронтонов времени митр. Петра (Могилы) сделан один большой.

Ворота, ведущие к пещерам, были перенесены в юго-зап. угол новой каменной стены. Они приобрели вид проездной башни с церковью в верхнем ярусе (разобрана после землетрясения в кон. XVIII в.). Существование церкви над этими воротами подтверждает план печерской крепости, составленный военным инженером Д. де Боскетом в 1742 г.

Большое влияние на последующую планировку монастыря оказало строительство на сев. участке монастырской стены ц. Всех святых с воротами в 1-м ярусе (в некоторых архивных документах XVIII в. они названы Коновскими). К востоку от ворот находился хозяйственный двор, где размещались конюшни, кузницы и т. д. Церковь была построена архит. Аксамитовым после 1700 г. Храм с планом в виде равноконечного креста представляет характерную для укр. бесстолпных церквей 5-камерную конструкцию. Венчают ее 5 позолоченных выпуклых куполов с перехватами и главками красивого пирамидального силуэта. Архитектура храма отличается богатством и разнообразием декоративного оформления.

Церковь Всех святых. 1696 г. Фотография. 2008 г.Церковь Всех святых. 1696 г. Фотография. 2008 г.Онуфриевская башня-церковь представляет собой одноглавое бесстолпное сооружение без проезда. Фасады здания на уровне 1-го яруса решены как оборонное сооружение - башня с глухими, лишенными декора стенами. Здесь, вероятно, находился арсенал, а на 2-м этаже, фасады к-рого имеют богатый архитектурный декор,- церковь. Объемно-пространственное решение постройки также восходит к традиц. крестообразным в плане укр. храмам этого периода. Первоначально башня-церковь, как и ц. Всех святых, имела завершение в виде барочного купола на световом барабане с главкой, увенчанной крестом (представлена на изображениях 2-й пол. XVIII в.). Ее 4 граненых объема завершаются фронтонами. Расположение башни-церкви обусловило ее ведущую градостроительную роль в окружающей застройке.

Возведенная в 1696 г. башня с ц. во имя прп. Иоанна Кущника имеет в плане неправильный восьмиугольник, удлиненный по оси «восток-запад». В стенах 1-го яруса были устроены бойницы для артиллерийских орудий, 2-го - для ружей; на 3-м ярусе размещалась церковь. Объем сооружения почти полностью выступает за пределы оборонной стены, что обеспечивало господствующее положение при защите подступов с севера, юга и запада.

Еще одна башня-церковь, построенная на изломе юж. участка монастырской стены, представляла собой восьмигранное в плане 2-ярусное сооружение, увенчанное главой с декоративным фонариком. На гранях башни во 2-м ярусе были прорезаны узкие окна-бойницы. По своим архитектурным формам сооружение напоминало башню-церковь прп. Иоанна Кущника.

Башня в сев.-вост. углу монастырской стены построена в 1698-1701 гг., в XIX в. ее разобрали. По-видимому, первоначально она была перекрыта куполом и имела фонарь и главку. В ее стенах были сделаны бойницы: в нижнем ярусе - амбразуры для пушечного фланкирующего огня, во 2-м - для стрельбы из пищалей.

На Верхней территории была устроена разветвленная система подземных ходов, а также сооружены подземные погреба для хранения пороха и боеприпасов. Один из таких ходов располагался под надвратной Троицкой ц. Он представляет собой сводчатую галерею с ответвлениями, выложенную из кирпича. Основная галерея (высота ок. 2 м, ширина 1 м) начинается под церковью, проходит под монастырской стеной в западном направлении. В ней устроены 2 колодца и 9 ниш разного размера и конфигурации, расположенных по обе стороны галереи в шахматном порядке.

Общая планировка мон-ря времени правления Мазепы оставалась без изменений, но архитектура сооружений приобрела черты, свойственные новой эпохе. На Верхней территории западнее Трапезной ц. и палаты, построенных в 1694 г., был возведен корпус архимандричьих покоев - одноэтажное 3-камерное сооружение, главный фасад к-рого венчали 3 фигурных фронтона. Стены были расчленены пилястрами, украшены декоративными нишами, оригинальными наличниками и сандриками. К архимандричьим покоям с юга примыкали кухни и др. хозяйственные постройки. Под помещением кухни был устроен подвал, засыпанный, вероятно, в кон. XIX в., во время строительства новой трапезной.

Недалеко располагалась каменная келья квасоваров с погребами (сохр. небольшие фрагменты, вошедшие в состав более поздних сооружений). Она была построена после 1695 г., поскольку на плане Ушакова на этом месте изображено еще деревянное здание.

Монашеские кельи в 1695 г. представляли собой высокие, поставленные на подклеты деревянные здания, перекрытые 4-скатными тесовыми крышами. Разные по величине и конструкциям кельи отличались по форме крыш, количеству окон, входных дверей и т. д. В 1705 г. кельи горели, отстраивали их уже в кирпиче. До пожара 1718 г. таких зданий было не меньше 10.

Изменилась архитектура типографии и пекарни. Зап. фасад пекарни увенчал невысокий фронтон, а к сев. фасаду была пристроена одноэтажная келья. Каменное здание типографии, как свидетельствует московский свящ. Иоанн Лукьянов, тоже было построено в правление Мазепы. Первоначально оно было одноэтажным, а над его главным фасадом возвышался фронтон.

После строительства монастырской стены и появления новых ворот с ц. Всех святых от нее формируется широкая улица, ориентированная на Успенский собор. Перспективу с северной стороны замыкала ц. Спаса на Берестове. Вдоль улицы было выстроено одноэтажное здание, существующее в настоящее время в составе совр. корпуса № 7. Его фасады завершались развитым многопрофильным карнизом и имели барочный декор, близкий к декору др. сооружений кон. XVII в.: Всехсвятской ц., сев. пристройки к Никольской больничной церкви и т. д.

Никольская ц. 1689–1700 гг. Фотография. 2004 г.Никольская ц. 1689–1700 гг. Фотография. 2004 г.Территория Больничного мон-ря оставалась застроенной деревянными сооружениями, но его Никольская ц. в 1689-1700 гг. была заменена каменной. От 1-го каменного сооружения сохранилась лишь подвальная часть и фрагменты западной. Здание, вероятно, пострадало от пожара 1703 г., но вскоре было возобновлено. Композиционное решение повторяло распространенный в это время тип одноярусного 3-частного храма.

При Мазепе началась подготовка к возведению каменной колокольни. Ее строительство поручили архит. Аксамитову, к-рый успел заложить фундамент (выявлен в 2002), и вскоре умер. В одном из документов сообщалось: «Суммы всей на колокольню от изменника Мазепы может быть 4000 рублей, за которую всякую материю - камение, известь и кирпич к делу приспособлено, за делание фундамента каменного плочено мастеру Оксамитову и с ним бывшим работникам задатки дано; якое, когда вскоре помер, дело зачатое заваковало, а остаток денег в пожар сгорел» (Щербина В. I. Головнi будiвлi Печерськоï лаври // Новi студiï з iсторiï Києва. К., 1926. С. 84; ЦГИАК. Ф. 59. Оп. 1. Д. 40. Л. 5). Деревянная колокольня, вероятно, была разобрана, а пригодная для строительства древесина была использована для возведения др. сооружений или для фортификационных работ.

Крестовоздвиженская ц. на Ближних пещерах. 1691–1695 гг. Фотография. 2008 г.Крестовоздвиженская ц. на Ближних пещерах. 1691–1695 гг. Фотография. 2008 г.На Дальних пещерах в 1696 г. деревянный храм Рождества Богородицы был заменен каменным в барочных формах, построенным на средства киевского полковника Константина Мокиевского. На Ближних пещерах появилась каменная Крестовоздвиженская ц. (1691-1695), деньги на строительство выделил полтавский полковник П. С. Герцик. Церковь повторяла в камне распространенный на Украине тип деревянного 3-частного храма. Ее венчали 3 грушевидных, близко поставленных купола на 8-гранных барабанах. Фасады решены лаконично, к западному примыкала теплая трапезная, построенная немного позднее и имевшая на фасадах др. архитектурный декор.

Активно застраивалось и Печерское местечко. На средства гетмана был возведен каменный Никольский собор и храмы Вознесения Господня и Покрова Богородицы в Вознесенском жен. мон-ре. На средства казацкой старшины вместо деревянных были построены каменные приходские храмы прп. Феодосия Печерского и Воскресения Христова.

В это время окончательно сформировался уникальный архитектурный ансамбль Печерского монастыря и Печерского местечка, которому присущи композиционная завершенность и гармоническая связь с природным окружением.

В 1718 г. в К. П. л. произошел пожар, от которого пострадали мн. постройки. Учитывая военное время, в первую очередь отремонтировали башни-церкви на монастырской стене: Онуфриевскую и прп. Иоанна Кущника, а также надвратную Всехсвятскую ц., к ее вост. фасаду пристроили ризницу.

Для руководства восстановлением Успенского собора в Киев в 1720 г. по указу имп. Петра I прибыл архит. Ф. Васильев (кроме того, он разработал чертеж и составил смету на строительство новой каменной колокольни). В ходе ремонта за счет дополнительных пристроек у юж. и сев. фасадов, в состав к-рых вошли более ранние приделы, была расширена площадь собора, надстроена паперть перед зап. фасадом. Т. о., было достигнуто единство объема, стилистически связанный декор фасадов скрыл разновременные пристройки, а развитый разделительный карниз подчеркнул ярко выраженную ярусность. Существенные изменения вносились и в ансамбль завершений собора: его увенчали 7 глав на световых барабанах. Главы были выполнены из металлоконструкций, покрыты медью и позолочены. На фасадах появились высокие барочные фронтоны, которые украсили пышной лепниной, выполненной мастером И. Белинским, монументальная живопись и позолота. На зап. фасаде был сделан резной белокаменный портал. Во время ремонта уничтожили участки древнерусского шиферного пола, в 1727 г. положили чугунные плиты, изготовленные на заводе А. Н. Демидова. Все двери на фасадах были заменены новыми, привезенными из Тулы. Двери на зап. фасаде были обиты золоченой медью «и украшены разными резными цветами».

Вместо старого, пострадавшего во время пожара центрального иконостаса на средства гетмана И. И. Скоропадского в 1729 г. был сделан новый, 7-ярусный, вырезанный из липы. Он имел богатое художественное оформление в виде ажурной позолоченной резьбы с использованием мотива вьющейся вокруг колонн лозы с листьями и гроздьями винограда. Были изготовлены иконостасы в боковые приделы: Преображения Господня, ап. Андрея Первозванного, первомч. архидиак. Стефана и ап. Иоанна Богослова.

В 1731 г. завершено декоративное оформление фасадов надвратной Троицкой ц. Мастер Василий Стефанович, чье имя было указано в надписи на польск. языке под карнизом храма («Reka Pana Bazylego Stefanowicza, zrobilo w roku 1731» - ЦГИАК. Ф. 128. Оп. (1 общ.) Д. 2776), украсил ее с зап. и вост. сторон резьбой по известковой штукатурке. Лепку на фасадах дополняли настенная живопись и позолота. Храм венчал грушевидный барочный позолоченный купол с главкой, на 8-гранном барабане, декорированном лепкой и цветными керамическими розетками. В интерьере храма был настлан новый пол из фигурных чугунных плит, изготовленных в 1727-1732 гг. на заводе Демидова.

В первые годы после пожара были восстановлены трапезная, пекарня и типография. Архитектура Трапезной палаты и церкви с этого времени существенно не менялась до кон. XIX в. Ярусная церковь была увенчана граненым барабаном с куполом, аналогичным по форме тем, к-рые находились на возобновленном Успенском соборе. Прямоугольная в плане трапезная палата перекрыта системой сводов, опиравшихся на центральный столб. С запада щипец 2-скатной крыши здания был прикрыт высоким барочным фронтоном.

Троицкая надвратная ц. Вид с запада. Фотография. 2008 г.Троицкая надвратная ц. Вид с запада. Фотография. 2008 г.При восстановлении пекарни к ней пристроили небольшое одноэтажное здание, прямоугольное в плане, с большим сводчатым подвалом и 2 тамбурами - возле вост. и зап. фасадов. Типография после возобновления сохранила первоначальную объемно-планировочную схему: была одноэтажной, состояла из 2 больших помещений, разделенных между собой длинным коридором. С вост. фасада к зданию были пристроены 2 прямоугольных объема. Оно было накрыто 4-скатной крышей с заломом и украшено фронтонами. Портал типографии сохранил вид, свойственный сооружениям времен гетмана Мазепы.

В 1721-1726 гг. были реконструированы здания, входившие в комплекс архимандричьих покоев. Их размеры увеличились за счет каменных пристроек к юж. фасаду и сооружения 2-го, деревянного, этажа. К сев. фасаду был пристроен 2-этажный тамбур. В 1731 г. мастер Белинский украсил фасады и интерьер здания пышной лепниной.

Значительную роль в формировании планировочной структуры монастыря, как и до пожара, играли кельи, располагавшиеся вдоль улиц, к-рые соединяли Соборную пл. с 2 монастырскими воротами. Длинные прямоугольные в плане кельи, накрытые высокими 2-скатными с заломами крышами, образовали главную улицу мон-ря. Оба корпуса заканчивались на торцах фигурными фронтонами. Кровля на них сначала предположительно была из черепицы. Внутреннее пространство келий, расположенных к югу от надвратной Троицкой ц., было разделено на 5 почти равных по объему секций, соединенных между собой сенями. Сев. фасад корпуса имел уравновешенную симметричную композицию, созданную чередованием дверей с 2 или 4 окнами. Он был расчленен широкими пилястрами с тосканскими капителями. Внутреннее пространство келий, построенных с сев. стороны от Троицкой ц., было разделено на 9 изолированных модулей, имеющих в зависимости от их назначения разные размеры и количество комнат. За юж. стеной находились «задворки» - огороды и хозяйственные строения. Кельи, которые стояли вдоль улицы, соединявшей Успенский собор и ц. Всех святых, вошли в состав нового корпуса. Последний после реконструкции превратился в каменное Г-образное в плане сооружение, вытянутое длинной частью по оси «юг-север», а короткой - по оси «восток-запад». Корпус был одноэтажным, с высоким многопрофильным карнизом, перекрытый 2-скатной с заломом крышей, вероятно тоже с черепичной кровлей. Торцы корпуса заканчивались фигурными фронтонами с декоративной отделкой. Здание имело неск. входов с тамбурами.

Обновленный после пожара 1718 г. архитектурный ансамбль Верхней территории мон-ря сохранил градостроительный каркас, сложившийся ранее. В целом в это время не было возведено новых высотных доминант, поэтому объемно-пространственная композиция архитектурного ансамбля мон-ря осталась прежней и его силуэт почти не изменился. Застройка мон-ря состояла из сооружений разных функциональных типов, отличавшихся пространственно-планировочными решениями. За исключением храмов, это были преимущественно одноэтажные здания простой многокамерной структуры, перекрытые разными типами сводов; их архитектурное решение было обусловлено не только функциями, но и требованиями целостности архитектурного ансамбля. Большое значение придавалось силуэтным характеристикам, выразительность к-рых достигалась активным применением элементов завершения - куполов, крыш, фронтонов. Купола храмов имели грушевидную форму; крыши жилых и хозяйственных зданий были преимущественно вальмовые с переломами. Композиционно важные места акцентировались фронтонами с волютами, создающими пластичный переход от одной геометрической формы к другой. В этот период резко выросло значение декора, в т. ч. штукатурной лепки, полихромии, позолоты, монументальной живописи. Объем пластики на фасадах зависел от степени репрезентативности сооружения. Так, богатством декоративного оформления фасадов отличались Успенский собор, надвратная Троицкая ц. и дом архимандрита.

В 1744 г., перед приездом в Киев имп. Елизаветы Петровны с многочисленной свитой, к-рая пожелала остановиться в К.-П. л., в мон-ре были построены и отремонтированы жилые помещения и хозяйственные здания (погреба, ледники, кухня, пекарня и др.).

При главном входе в К.-П. л. установили новые железные ворота работы мастера А. Сребрянского; их украшали чеканные медные позолоченные накладки с изображением двуглавого орла. К сев. фасаду Троицкой ц. был пристроен новый каменный притвор с одномаршевой лестницей, выполненный в барочных архитектурных формах (проект архит. И. Г. Шеделя). Новый притвор и участки монастырских стен, примыкающие к церкви, расписали масляной живописью. Церковь Всех святых получила аркаду-галерею с лестницей (проект Шеделя). Торец аркады замыкал барочный фронтон, украшенный лепниной. Иконостас, выполненный резчиками И. Сповольским и С. Никитичем, заменил пострадавший во время пожара 1718 г.

Колокольня Киево-Печерской лавры. 1731–1744 гг. Архит. И. Г. Шедель. Фотография. 2013 г.Колокольня Киево-Печерской лавры. 1731–1744 гг. Архит. И. Г. Шедель. Фотография. 2013 г.К приезду Елизаветы Петровны закончили строительство Большой лаврской колокольни, начатое еще в 1731 г.,- самого высокого архитектурного сооружения Киева. Четырехъярусная колокольня башенного типа, с аттиком, возведенная Шеделем, увенчана куполом и главкой с яблоком и крестом (высота 96,52 м). В плане она 8-гранная, по ширине каждый верхний ярус меньше нижнего, благодаря чему на 3-м и 4-м ярусах образовались обходные видовые площадки. На 1-м ярусе находится центральный 8-гранный зал, перекрытый сомкнутым сводом, и 8 радиально расположенных 6-гранных помещений, перекрытых полуцилиндрическими сводами. Вместе с внешними и внутренними стенами они создают конструктивную систему, напоминающую пчелиные соты. Стены 1-го яруса украшены рустом. На 2-м ярусе тоже имеется большой центральный зал, круглый в плане, перекрытый полусферическим сводом, а также радиально расположенные, открытые в сторону зала помещения. Массив 2-го яруса облегчает ряд гладких тосканских колонн. Третий ярус - звона. Он декорирован ионическими колоннами, к-рые расположены парами с обеих сторон широких и высоких сквозных арок. На 4-м ярусе с 1744 г. находились часы с колоколом. Этот ярус, самый стройный по пропорциям, украшен пучками из 3 коринфских колонн, которые придают его объему большую живописность. Т. о., ордер различен для каждого яруса, своеобразно трактован в авторской «перефразировке», что делает колокольню оригинальной и вместе с др. особенностями создает неповторимость этого памятника. Стены колокольни были окрашены светлой охрой; колонны, карнизы, лепка, штукатурная профилировка, откосы ниш и окон - в белый цвет; неоштукатуренные керамические наличники, триглифы и метопы, кронштейны и аканты на фризах, маскароны, фоны капителей и лепки - в сине-зеленый. Керамические двуглавые орлы на капителях колонн, а также медальон в лепных композициях над арками 4-го яруса позолочены.

Успенский собор. 2-я пол. XVIII в. Фрагмент гравюры на титульном листе в Киево-Печерском патерике. К., 1760Успенский собор. 2-я пол. XVIII в. Фрагмент гравюры на титульном листе в Киево-Печерском патерике. К., 1760В поездке по Украине в свите Елизаветы Петровны был Б. Ф. Растрелли, которому императрица поручила выполнить планы Дальних и Ближних пещер в связи с необходимостью проведения в этом районе масштабных мероприятий по укреплению днепровских склонов. Выполнение этих работ требовало привлечения больших средств из казны. Строительство 2 подпорных стен возле Крестовоздвиженской ц. на Ближних и храма Рождества Богородицы на Дальних пещерах являлось локальной мерой против оползней. Эти сооружения были разработаны в Киевской инженерной команде и возводились под надзором военного инженера де Боскета. Возле каждой подпорной стенки по проектам Шеделя были построены аркады-галереи.

Ремонтно-строительные работы на Нижней территории активизировались в 50-60-х гг. XVIII в. Так, на Дальних пещерах в 1752 г. была капитально отремонтирована ц. Рождества Богородицы. В 1754-1761 гг. «каменных дел мастер» С. Д. Ковнир построил здесь каменную 2-ярусную квадратную в плане (9,8×9,8 м) колокольню (высота вместе с крестом 41 м). В 1-м ярусе устроен арочный проход, нижний рустован, а верхний оформлен колоннами коринфского ордера и богатой лепниной. Завершение колокольни высокое, многоярусное. Над большим 12-гранным куполом возвышается 2-ярусная барочная 12-гранная глава, на которой установлен ажурный 4-конечный позолоченный крест, а над спаренными угловыми колоннами - четыре 8-гранных шпиля, увенчанные яблоками и солнцами. На 2-м ярусе колокольни подвешены колокола.

Колокольня на Дальних пещерах. 1754–1761 гг. Фотография. 2008 г.Колокольня на Дальних пещерах. 1754–1761 гг. Фотография. 2008 г.На территории Ближних пещер в 1754-1763 гг. была возведена каменная 2-ярусная квадратная в плане (10,5×10,5 м, высота 27,3 м) колокольня. Она построена по типу надвратной башни. Сводчатый сквозной проход в 1-м ярусе ориентирован с севера на юг и является частью деревянной галереи, ведущей с Верхней территории к Ближним пещерам. Колокольню венчает большой купол и 2-ярусная декоративная глава. С появлением на территории Дальних и Ближних пещер 2 новых колоколен их застройка приобрела характер композиционно завершенных архитектурных ансамблей.

На Верхней территории были построены новые каменные хозяйственные сооружения: ключня, погреб, переплетная. Ключня сооружена в 1745 г. на месте прежней кельи квасоваров с погребами по проекту Шеделя. При этом часть келий квасоваров была включена в состав нового здания. Ключня представляла собой одноэтажное с мансардой здание, фасады к-рого решены в барочных формах. Переплетная построена в сев.-зап. части Верхней лавры в 1757 г. Это одноэтажное с подвалом каменное сооружение с 4-скатной крышей с заломом; фасады также оформлены в стиле барокко.

Здание типографии Киево-Печерской лавры. 1793–1820 гг. Фотография. 2004 г.Здание типографии Киево-Печерской лавры. 1793–1820 гг. Фотография. 2004 г.В 1789 г. в Киеве произошло землетрясение, от которого пострадали здание типографии, Южные (Пещерные) ворота и участок монастырской стены, прилегающий к ним, а также каменная подпорная стена с 2 башнями. Повреждение подпорной стены было настолько серьезным, что это создало угрозу для мн. зданий в этом районе, в т. ч. и для Успенского собора. С 1793 г. под рук. направленного в Киев военного инженера ген.-майора К. Н. де Шардона начали разбирать часть подпорной стены с башнями, на этом месте возвели новую, мощную контрфорсную подпорную стену. Кроме того, был переложен участок ограды и реконструированы Южные (Пещерные) ворота, к-рые получили новый архитектурный вид, но уже без надвратной церкви. Тогда же по проекту де Шардона стены типографии укрепили аркбутанами оригинальной конструкции. Позднее, в кон. 20-х гг. XIX в., была значительно увеличена площадь типографии со стороны ее вост. и сев. фасадов. Тогда же реконструировали митрополичьи покои. Домовая церковь в честь Благовещения Пресв. Богородицы стала теплой. Во 2-й пол. XVIII - 1-й пол. XIX в. позади митрополичьего дома находилась деревянная крестообразная в плане ц. Входа Господня в Иерусалим, позднее разобранная. В 1840 г. в митрополичьи покои была переведена ц. свт. Михаила, митр. Киевского.

XIX-XX вв.

Самыми ранними монастырскими сооружениями в стиле классицизма являются спроектированные А. Г. Яновским дом блюстителя Ближних пещер (1793; с 40-х гг. XX в. дом наместника) и 3 башни-ротонды на подпорной стене (т. н. Дебоскетовой, по имени инженера де Боскета, к-рый в сер. XVIII в. укреплял лаврские склоны). Две башни-ротонды - одна на зап. конце стены, в самом начале галереи, ведущей к Дальним пещерам, другая на стыке вост. и юж. крыла - были закончены в 1793 г.; еще одна была возведена на рубеже XVIII и XIX вв. вне террасы и является по расположению самой западной относительно 2 других (восстановлена в 1988). Башни-ротонды одинаковы по архитектурно-планировочным и композиционным решениям и представляют собой небольшие 8-гранные в плане павильоны с полусферическими куполами. Дом блюстителя Ближних пещер построен на месте крутого перепада рельефа, со стороны склона выделяется каменный цокольный этаж. Верхняя часть здания деревянная, оштукатуренная. С главного фасада здание одноэтажное, с тамбуром, оформленным треугольным фронтоном с профилированным карнизом. На сев. фасаде - балкон с деревянной колоннадой дорического ордера. Здесь же к зданию была пристроена специальная площадка, от к-рой вниз по склону спускалась деревянная лестница к колодцу под горой. В 1854 г. в одном из помещений устроили ц. Сретения Господня (упразднена в 1922).

В 1-й четв. XIX в. по проекту архит. А. И. Меленского над одноярусной открытой аркадой-галереей, примыкающей к сев.-вост. фасаду Крестовоздвиженской ц., был надстроен 2-й этаж. В 1830 г. на Ближних пещерах под рук. начальника Киевской инженерной команды подполковника И. Г. Дзичканца возвели новое здание келий (корпус № 48) в стиле позднего ампира. В объем его сев.-зап. крыла входит часть галереи, ведущей от Верхней территории к Ближним пещерам. Между 1837 и 1844 гг. рядом построили еще одно каменное одноэтажное здание (корпус № 46), в упрощенных формах безордерного классицизма. Эти здания келий соединило каменное ограждение с воротами посередине, к-рое благодаря своему местонахождению играет важную роль в формировании ансамбля площади Ближних пещер. В 1815 г. построены новые деревянные галереи на кирпичных опорных столбах, ведущие к Дальним и Ближним пещерам, к-рые сохранили прежнюю трассировку. Вход в галерею, ведущую к Ближним пещерам, решен в виде колонного портика (1826).

Галерея между Дальними и Ближними пещерами. 1815 г. Фотография. 2013 г.Галерея между Дальними и Ближними пещерами. 1815 г. Фотография. 2013 г.При Дальних пещерах, где чрезвычайно остро стояла проблема укрепления крутого склона Днепра, в кон. ХVIII - нач. XIX в. выполнялись масштабные противооползневые мероприятия по проектам военных инженеров де Шардона, К. Ф. фон Толя, И. И. Князева, П. К. Сухтелена, И. А. Глухова и др. Проводимые до этого времени по инициативе монастыря работы ощутимых результатов не давали. Поэтому в 1810 г., учитывая, что лавра являлась составной частью Печерской крепости, попечение об этой территории было передано в Управление Инженерного департамента.

В 1809-1811 гг. по проекту Глухова под наблюдением А. И. Якушкина (в монашестве Арсений) над входом в Дальние пещеры была надстроена каменная круглая в плане башня, покрытая листовым железом и увенчанная позолоченным крестом на яблоке. В 1-й четв. XIX в. здесь по проекту архит. Меленского построили здание келий (корпус № 52) - каменное 2-этажное прямоугольное в плане сооружение с подвалом и высокой 2-скатной крышей. Фасады здания решены в строгих формах классицизма. В 1809 г. в связи с появлением трещин в храме ц. Зачатия св. Анною Пресв. Богородицы его перестроили с сохранением прежних размеров и формы барочной главы. В 1823 г. в храме устроено печное отопление.

Церковь Зачатия св. Анны. 1679 г. Фотография. 2008 г.Церковь Зачатия св. Анны. 1679 г. Фотография. 2008 г.В 1812-1814 гг. по проекту Арсения (Якушкина) был построен в формах классицизма дом начальника Дальних пещер (корпус № 49), сохранившийся без значительных изменений,- прямоугольное в плане каменное одноэтажное здание на высоком цоколе, украшенном горизонтальным рустом. Вдоль восточного фасада протянута открытая галерея с колоннами тосканского ордера, к которой ведет лестница. Четырехскатная крыша с 4 люкарнами располагается над всем зданием, включая галерею. Стены и потолки внутренних помещений здания были декорированы лепниной и расписаны масляной живописью И. И. Квятковским. Этот же художник в 1817 г. расписал в стиле ампир ц. Рождества Богородицы. В 1835-1837 гг. была капитально отремонтирована колокольня на Дальних пещерах.

В 1-й пол. XIX в. активизировались строительные работы в Гостином дворе. Здесь в 1829-1830 гг. по проекту архит. И. С. Кедрина было возведено новое каменное 2-этажное здание гостиницы в формах классицизма (корпус № 55). Немного ниже по склону от Гостиного двора в 1-й трети XIX в. построен свечной завод (корпус № 64). Первоначально это было одноэтажное прямоугольное в плане здание, накрытое вальмовой крышей; за счет перепада рельефа местности в его восточной части образовался полуподвал. В то же время проводились значительные работы по благоустройству территории монастыря: площадь вокруг Успенского собора (1826) и перед св. воротами (1838) замостили каменными плитами. Также в 1827-1828 гг. устроили каменную мостовую с надежным водостоком на крутой дороге от Гостиного двора к пещерам.

В 30-х гг. XIX в. в Киеве по проекту ген. К. И. Оппермана развернулись масштабные работы по повышению обороноспособности Печерской цитадели. Программа предусматривала строительство вокруг Нижней территории лавры каменной стены, проект к-рой разработали военные инженеры О. О. фон Фрейман и Дзичканец. Смету к проекту составил командир Киевской инженерной команды В. В. Клименко, к-рый в 1844-1846 гг. осуществлял технический контроль над работами. Оборонная стена охватывала полукольцом неправильной формы территорию Дальних и Ближних пещер. На этом участке она имела 3 полубашни: одну - напротив колодца прп. Антония, другую - южнее, «на расстоянии выстрела» от нее, а третью - на Рождественском бастионе. Длина стены составляла ок. километра, высота - до 4,5 м. В ней насчитывалось 733 бойницы и 44 амбразуры, 20 из которых были устроены в полубашнях. Амбразуры имели дубовые запоры с железными задвижками. Двое ворот были устроены в местах примыкания новой оборонной стены к каменной монастырской (XVIII в.). Еще одни ворота были обращены к Днепру. В 1847 г. в амбразуры установили орудия, а у ворот и в полубашнях выставили часовых.

В 1839-1841 гг. в связи с появлением значительных деформаций в конструкциях по проекту Дзичканца была переложена Малярная башня. Сооружение сохранило при этом прежний 8-гранный план и объем, но завершение башни было выполнено в ампирных формах в виде полукупола со шпилем и флюгером. В стенах башни было пробито 2 ряда бойниц.

Характерной чертой эволюции архитектурного ансамбля К.-П. л. в сер. XIX в. является повышение этажности зданий, освоение незастроенных территорий, переход в строительстве от деревянных сооружений к каменным. Для формирования облика мон-ря большое значение приобрело строительство по образцовым проектам. Здания этого периода, как правило, маловыразительны, просты по планировочным решениям и по декору фасадов. Однако их постановка на террасах, расположенных на разных уровнях, отличалась определенной живописностью. Архитекторами были учтены не только особенности рельефа местности, но и характер исторически сложившегося ансамбля; они обеспечили единство застройки, основанное на принципах классицизма: повторении декоративных элементов и композиционном равновесии. Несмотря на трансформацию архитектурного стиля в сер. XIX в., развитие ансамбля лавры продолжалось последовательно, новое строительство носило соподчиненный характер по отношению к сложившейся ранее градостроительной композиции и не внесло принципиальных изменений в общий ансамбль мон-ря.

Строительство этого времени в первую очередь связано с именем киевского епархиального архит. П. И. Спарро. По его проектам над рядом одноэтажных монастырских зданий были надстроены 2-е этажи, к нек-рым пристроены дополнительные объемы. Среди неск. возведенных им новых зданий - братская больница (1841) в формах позднего классицизма на Верхней территории мон-ря. В 1859-1861 гг. по его же проекту над Никольской ц., к к-рой вплотную примыкало новое здание больницы, был надстроен 2-й этаж, существенно изменивший первоначальный вид храма. В 1863-1866 гг. здание больницы было расширено и на 2-м этаже устроена теплая «малая» ц. в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость». В 1846-1849 гг., после реконструкции по проекту Спарро, окончательно сформировался архитектурный вид келий в сев. части Верхней лавры (корпус № 20). Декор фасадов надстроенного при этом 2-го этажа здания имеет сдержанный характер, поэтому достройка не внесла особого диссонанса в художественный вид памятника. В это же время было перестроено здание келий на Экономической ул. (корпус № 7). Возведенный 2-й этаж значительно скромнее 1-го, выполненного в барочных формах. На Дальних пещерах в 1856-1857 гг. по проекту Спарро выстроили 2-этажное здание келий, решенное в упрощенных формах.

В сер. XIX в. вновь изменилась архитектура митрополичьего дома. Михайловская ц. в 1844 г. была перенесена из зап. части здания в северо-восточную, в помещение прежней парадной столовой. В 1861 г. Спарро соорудил 2-этажный балкон-галерею на каменных столбах между 2 ризалитами здания, к-рая охватила весь юж. фасад. Одновременно возвели 2-й каменный этаж над помещениями в зап. части юж. корпуса, к зап. стене тамбура пристроили небольшое помещение, где была устроена лестница.

Продолжалась замена деревянных зданий каменными на территории Гостиного двора. Здесь практика строительства по образцовым проектам нашла наиболее широкое применение. В архитектурном отношении выделяется 2-этажное здание гостиницы (корпус № 56) для размещения богатых богомольцев, возведенное в 1851 г. Сооружение отличается практической целесообразностью объемно-планировочного решения и имеет художественное оформление, свойственное ампирной архитектуре. Тогда же территория Гостиного двора со стороны крепости была обнесена каменным ограждением с воротами и кельей привратника, построенными по проекту Спарро. В сер. XIX в. по его же проекту здесь соорудили больницу для богомольцев (корпус № 68), а также т. н. простонародный дом (не сохр.) и гостиничный корпус (№ 58) в позднеклассицистических формах на «Олененском подворье», завершавшие с зап. стороны сложную объемно-пространственную композицию комплекса Гостиного двора. Во 2-й пол. XIX в. в связи с увеличением количества приезжающих в К.-П. л. паломников, особенно после появления железной дороги, в монастыре были построены новые гостиничные корпуса, больница для паломников, навесы для бедных богомольцев, расширены здания кухни и пекарни, увеличились производственные площади типографии, свечного завода, строились лавки для продажи икон и печатной продукции.

После отмены в 1858 г. указа об обязательном строительстве по утвержденным образцовым проектам ансамбль мон-ря утратил стилистическое единство. Под рук. инженеров А. П. Середы, О. Р. Ветринского, Г. Водопьянова, архит. В. И. Сычугова и др. был возведен ряд зданий в архитектурных формах неоготики, неороманского, неоренессансного и др. исторических направлений, частично в т. н. кирпичном стиле (с декором из неоштукатуренного кирпича). Эти скромные здания стали фоновой застройкой в ансамбле лавры. Нек-рые из них, например здание иконописной мастерской (корпус № 30), не были соотнесены с панорамой мон-ря со стороны Днепра и внесли элемент случайности. Хотя по силуэтам, архитектуре и стилистике новые здания не соответствовали исторически сложившейся застройке, мон-рь по-прежнему развивался на основе созданной в предшествующие столетия планировочной структуры, что содействовало сохранению композиционной целостности архитектурного ансамбля.

В 1859-1863 гг. после пожара была реконструирована типография. Ее оснастили новыми станками и др. оборудованием; были устроены пневматические печи; перед главным фасадом сооружена подземная «цистерна», вмещавшая до 8 тыс. ведер воды, к-рая подавалась к локомобилю для питания парового котла насосом в подвале типографии. Паровая машина приводила в движение типографские и токарные станки. В 80-х гг. XIX в., после очередного пожара, здание еще раз перестраивалось (автор проекта Сычугов).

В 1864-1866 гг. на Гостином дворе по проекту Середы была возведена ц. в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость», примыкавшая к зданию больницы. В перестроенном тем же архитектором здании бывш. бани (корпус № 31) в 1874-1880 гг. находились иконописная школа, фотография, позолотная и чеканная мастерские. В 1880 г. для иконописной школы по проекту Сычугова построили 2-этажное здание в «кирпичном стиле». Архитектурные элементы (карнизы, пояса, аттики, ризалиты) сооружения оформлены фигурной кирпичной кладкой, декорированы орнаментом из красного и желтого кирпича. В 1878-1882 гг. построены 2 гостиничных корпуса: 4-этажный - на Гостином дворе и 2-этажный с цокольным этажом в вост. части здания - на «Олененском подворье» (архит. Сычугов). Под рук. Ветринского в 1872-1874 гг. надстроен 2-й этаж над зданием свечного завода. По его проекту в 1872 г. на Ближних пещерах над корпусом, сооруженным в 1839 г., была устроена теплая ц. во имя Всех Печерских преподобных.

Подворье ц. Воскресения Христова было окружено каменной оградой, к к-рой пристроили жилые здания и иконные лавки, а возле зап. фасада храма в 1860-1863 гг. сооружена каменная колокольня. Нек-рые изменения претерпело и подворье ц. прп. Феодосия Печерского. Вокруг него вместо деревянной была поставлена ограда из камня с воротами, а в 1866 г. по проекту Середы по ее периметру возведены флигели для богомольцев.

Церковь преподобных Антония и Феодосия Печерских с трапезной палатой. 1893–1895 гг. Фотография. 2013 г.Церковь преподобных Антония и Феодосия Печерских с трапезной палатой. 1893–1895 гг. Фотография. 2013 г.На рубеже ХIХ и ХХ вв. строительство на территории К.-П. л. велось особенно интенсивно. При возведении зданий применялись распространенные в то время прокатный металл и железобетон, а также чугунное литье, в декорации фасадов - полихромия, керамика. Наиболее значительные объекты, построенные в это время в лавре,- Трапезная палата с ц. преподобных Антония и Феодосия Печерских и Благовещенский храм. В 1894-1900 гг. в интерьере Успенского собора появилась новая монументальная живопись и мраморная декоративная отделка. В 1894 г. установили ограждение хор из плит, изготовленных из каррарского белого мрамора; центральная же часть храма была облицована панелями из цветных мраморных плит. Перед входами в собор по проектам В. Н. Николаева и Е. Ф. Ермакова были устроены тамбуры. В 1895 г. сделано воздушное отопление и принудительная вентиляция.

Интерьер ц. преподобных Антония и Феодосия Печерских с трапезной палатой. Фотография. 2013 г.Интерьер ц. преподобных Антония и Феодосия Печерских с трапезной палатой. Фотография. 2013 г.Трапезная палата с ц. преподобных Антония и Феодосия Печерских была возведена по проекту лаврского архит. Николаева в 1893-1895 гг. в визант. стиле. Церковь представляет собой бесстолпное сооружение с большим полусферическим куполом диаметром ок. 22 м, к-рый по форме напоминает купол Св. Софии в К-поле. Церковь соединена с Трапезной палатой большим арочным проходом, в к-ром установлены застекленные металлические ажурные двери-решетки. Палата - 2-этажное кирпичное здание. На 1-м этаже находится собственно трапезная - большой зал, разделенный посередине 2 рядами чугунных колонн, поддерживающих свод. На 2-м этаже над залом располагались кельи и хоры. Зап. фасад украшает небольшая арочка-колокольня в виде фронтона с позолоченной главкой. Фасады церкви декорированы кирпичным «кружевом», цветными орнаментальными рельефами из алебастра, на фризе размещены полихромные керамические розетки. Поля пилястр и ризалитов разделены на квадратные филенки с цветными орнаментированными заполнениями из алебастра. К центральной части сев. стены трапезной примыкают 2 могильные ограды. В восточной - погребение П. А. Столыпина. Надгробный памятник был спроектирован архит. А. В. Щусевым и худож. М. В. Нестеровым. На эскизе (1912, ГТГ) он имеет вид металлического креста на ступенчатом постаменте, на лицевой стороне - мозаичный образ Воскресшего Спасителя и лампада у подножия, на оборотной - рельефное Распятие (Михаил Нестеров: В поисках своей России: К 150-летию со дня рождения: Кат. выст. / ГТГ. М., 2013. С. 324-325). Выбор техники изображения, сам тип поклонного креста указывали на преемственность средневек. традиции, а иконографический извод Спасителя, восстающего во славе и в свете, был воплощен в живописных формах, близких к стилю модерн, и восходил к образу, сделанному Нестеровым еще в 90-х гг. XIX в. для мозаики в храме Воскресения Христова (Спаса на Крови) в С.-Петербурге. В нач. 60-х гг. XX в. надгробие демонтировали и переместили на 1-й этаж Большой колокольни, в 1991 г. отреставрировали (мозаика утрачена) и вернули на место.

Проект надгробного памятника П. А. Столыпину. 1912 г. Архит. А. В. Щусев, худож. М. В. Нестеров (ГТГ)Проект надгробного памятника П. А. Столыпину. 1912 г. Архит. А. В. Щусев, худож. М. В. Нестеров (ГТГ)На территории Дальних пещер по проектам Николаева были построены в рус. стиле каменный 2-этажный корпус братских келий (корпус № 53) - в 1897 г. и часовня над входом в галерею пещер - в 1898 г. По чертежам того же архитектора в кон. ХIХ в. в лавре был установлен с использованием сборного литого чугуна ряд навесов-часовен над питьевыми фонтанчиками: в сквере на Соборной площади, на территории Больничного двора (не сохр.), на Дальних пещерах. Ряд зданий Николаев возвел в формах «кирпичного стиля» с использованием элементов древнерус. архитектуры: в Верхней лавре, на Экономическом подворье, в 1897-1898 гг.- 2-этажный «дом братских келий печатного и кесарского ведомства» (корпус № 14); в Гостином дворе в 1898 г.- 3-этажный корпус для размещения «простых богомольцев» (не сохр.); на территории Ближних пещер в 1898-1899 гг.- 3-этажные братские кельи (с главного, зап. фасада 2-этажные) (корпус № 43), возведенные на перепаде рельефа с разницей отметок ок. 3 м, где стена 1-го этажа является подпорной.

В дек. 1899 г. лаврским архитектором стал Ермаков, к-рый спроектировал и построил в мон-ре несколько разных по назначению сооружений, преимущественно в «московско-ярославском» рус. стиле, воспроизводящем черты узорочья XVII в.: в 1902 г.- высокий шатер над колокольней у ц. прп. Феодосия Печерского, в 1914-1915 гг.- часовню над артезианским колодцем в черте оборонной стены Нижней лавры и др. В эти же годы Ермаков реконструировал ризницу Дальних пещер (корпус № 73). Над зданием был надстроен 2-й этаж, перекрытый граненым приземистым куполом, увенчанным маленькой главкой с крестом на яблоке. Архитектура ризницы решена в формах эклектики.

Благовещенская ц. 1904–1905 гг. Фотография. 1911 г. (ГПИБ)Благовещенская ц. 1904–1905 гг. Фотография. 1911 г. (ГПИБ)Активные строительные работы на Верхней территории привели к значительному уплотнению ее застройки. Все деревянные или ветхие здания были заменены 2- и 3-этажными каменными, возведенными по проектам Ермакова. В 1902-1903 гг. построены 2-этажный «певческий корпус», представляющий собой Г-образное в плане сооружение, накрытое вальмовой крышей, и 2-этажное прямоугольное в плане здание иконной лавки (корпус № 35) в «кирпичном стиле». В эти же годы в «кирпичном стиле» возведен 2-этажный братский корпус (№ 24), в центральной части основного его объема расположен проезд, сверху возвышается колокольня, увенчанная куполом. В связи с расширением издательской деятельности в 1903-1904 гг. было построено здание переплетной мастерской, 2-этажное с подвалом, решенное в формах эклектики.

В 1904-1905 гг. между митрополичьим домом и кухней-трапезной по проекту Ермакова возведено 2-этажное каменное здание с цокольным этажом со стороны юж. фасада, образованным за счет перепада рельефа местности. В нем были устроены 2 церкви: на цокольном этаже - во имя свт. Михаила Киевского, а на 1-м этаже и хорах - 3-престольная Благовещенская. Фасадная отделка отличается оригинальным сочетанием элементов русского стиля (2-й этаж) и барокко (1-й этаж и центральный ризалит). В 2-светном зале церкви внутренними несущими элементами являются 10 колонн, на к-рые опираются перекрытия хор, их продолжают 10 небольших утонченных металлических колонн на хорах, имеющих такие же пропорции и декор, как и большие. На хоры ведут 2 винтовые лестницы из сборных чугунных элементов с ажурным ограждением. Иконостасы для церкви изготовили в мастерской А. А. Мурашко.

По проекту Ермакова в 1907-1908 гг. также построили Г-образное 2-этажное здание гостиницы «для приходящих богомольцев» (корпус № 19), расположенное параллельно монастырской стене XVIII в. и образующее с ней со стороны юж. фасада замкнутый внутренний двор; в 1908-1909 гг.- 2-этажное здание б-ки (на 1-м этаже - читальный зал, на 2-м - книгохранилище). В 1911-1914 гг. вблизи юго-зап. угла монастырской стены Верхней лавры построено 2-этажное здание больницы в модернизованных формах рус. стиля (корпус № 111), ориентированное вдоль красной линии застройки улицы. Оно представляет собой П-образное в плане сооружение с ризалитами и вальмовой крышей. В центральном граненом ризалите была устроена ц. в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость». Из-за значительного перепада рельефа подвальный этаж на юго-вост. фасаде переходит в цокольный. В 1913 г. возведено 3-этажное здание просфорни в «кирпичном стиле». Архитектурный ансамбль, сложившийся в нач. ХХ в., в значительной степени сохранился до наст. времени.

О. В. Ситкарёва
Арх.: Юра Р. О. Дневник археологической экспедиции по исследованию Дальних пещер Киево-Печерского заповедника в 1968 г. // НА ИАНАНУ. Фонд экспедиций 1968/25б, № 5176. С. 7, 12, 14-15, 21-22.
Ист.: Патерик Киево-Печерского мон-ря / Ред.: Д. И. Абрамович. СПб., 1911; Иннокентий (Гизель), архим. Синопсис. К., 1674 (цит. по изд.: он же. Мечта о рус. единстве: Киевский синопсис (1674) / Предисл. и подгот. текста: О. Я. Сапожников, И. Ю. Сапожникова. М., 2006); Атанасий Кальнофойський, свящ. Тератургима, або чуда (Киïв, 1638 року) / Пер. з польськоï: В. Шевчук // Хронiка 2000. К., 1997. Вип. 17/18. С. 23-44.
Лит.: Самуил (Миславский), митр. Краткое ист. описание Киево-Печерской Лавры. К., 1817; Лашкарёв П. А. Остатки древних зданий Киево-Печерской Лавры // Он же. Церковно-археол. очерки, исслед. и рефераты. К., 1898. С. 209-220; Титов Ф. И., прот. Типография Киево-Печерской лавры: Ист. очерк (1606-1616-1721 гг.). К., 1916. Т. 1; Холостенко Н. В. Исследование руин Успенского собора Киево-Печерской лавры в 1962-1963 гг. // Культура и искусство Древней Руси. Л., 1967. С. 58-66; он же (Холостенко М. В.). Успенський собор Печерського мон-ря // Стародавiй Киïв. К., 1975. С. 107-170; Ситкарёва О. В. Мат-лы к истории Гостиного двора Киево-Печерской лавры // Проблемы охраны, изучения и реставрации архит. памятников Киево-Печерской лавры. К., 1991. С. 80-91; она же. Военный инженер Дебоскет // Архит.-археол. исследования в Киеве и Киево-Печерской лавре. К., 1995. С. 5-36; она же. Киевская крепость XVIII-XIX вв. К., 1997; она же (Сiткарьова О.). Успенський собор Києво-Печерськоï лаври. К., 2000; она же. Архiтектура Києво-Печерськоï Лаври кiн. XVIII-XX ст. К., 2001; она же. Архiтектурний ансамбль Києво-Печерськоï Лаври та ïï iсторичного оточення за доби гетьмана I. С. Мазепи. К., 2005; она же. Формування архiтектурного ансамблю Києво-Печерськоï лаври XVII-XX ст. К., 2006. Ч. 2: Ансамбль Києво-Печерськоï лаври за доби гетьманiв I. Скоропадського та Д. Апостола: Iсторичний, архiтектурний та мистецький контекст; Харламов В. О. Вiдкриття келiï ХI ст. Феодосiя, iгумена Києво-Печерського // 1000 рокiв Чернiгiвськоï єпархiï. Чернiгiв, 1992. С. 63-66; Iвакiн Г. Ю. Iсторичний розвиток Києва ХIII - сер. ХVI ст. К., 1996; Кабанець Є. П. Походження успенськоï топонiмiки Києво-Печерського мон-ря // Лаврський альманах. К., 1999. Вип. 1. С. 55-63; он же. Успенськi церкви Давньоï Русi (X - кiн. XIII ст.) // Там же. 1999. Вип. 2. С. 53-61; Анiсiмов I. О. До iсторiï архiтектурного ансамблю Ближнiх печер Києво-Печерськоï Лаври // Там же. 2001. Вип. 3. С. 5-11; он же. До iсторiï споруд на Дальнiх печерах Києво-Печерськоï Лаври // Там же. 2002. Вип. 7. С. 10-33; он же. Iсторiя Верхньоï територiï Києво-Печерськоï лаври: Великокняжа доба // Там же. 2004. Вип. 12. С. 5-21; он же. Деякi особливостi архiтектури Успенського собору Києво-Печерськоï лаври за доби бароко // Там же. 2005. Вип. 14. С. 116-130; Артамонов Ю. А. К истории строительства Успенского собора Киево-Печерской лавры // Велика Успенська церква Києво-Печерськоï лаври: Слiд у вiках. К., 2002. С. 20-32; он же. О начальном этапе монастырского строительства в Древней Руси // Могилянськi читання, 2005. К., 2006. С. 33-39; Архипова Е. И. Архитектурный декор XI-XII вв. Успенского собора Киево-Печерского мон-ря // Лаврський альманах. 2003. Вип. 11. С. 15-21; Воронцова Е. А. Киевские пещеры. К., 2005; Чередниченко Є. Ф. Архiтектура та функцiональне призначення пiдземних споруд Верхньоï Лаври // Могилянськi читання, 2005. К., 2006. С. 539-554; Бобровський Т. А. Пiдземнi споруди Києва вiд найдавнiших часiв до сер. ХIХ ст.: Спелео-археол. нарис. К., 2007; Дяденко В. Д. Звiт про наслiдки антропологiчного обстеження поховань, виявлених пiд час археологiчних дослiджень 1968 р. у Дальнiх печерах Києво-Печерськоï лаври // Лаврський альманах. 2012. [Спецвип. 10: Дослiдження печерних комплексiв Києво-Печерськоï лаври]. С. 29-37; Чумаченко В. В. Звiт про археологiчнi дослiдження Дальнiх печер // Там же. С. 17-25; Юра Р. О. Звiт про археологiчнi дослiдження Дальнiх печер Києво-Печерськоï лаври в червнi 1968 р. // Там же. С. 26-28; Лаврский альманах. 2012. [Спецвип. 10: Дослiдження печерних комплексiв Києво-Печерськоï лаври].

Монументальная живопись, иконостасы храмов К.-П. л.

Успенский собор

Из текста КПП о создании убранства Успенского собора можно сделать вывод о том, что в Печерском мон-ре во 2-й пол. XII в. сформировалась своя художественная мастерская. Ее основой стали «писци иконные», пришедшие из К-поля в Киев в игуменство прп. Никона (1077/78-1088), через 10 лет после кончины преподобных Антония и Феодосия (Патерик. 1911. С. 8-9). В мон-ре визант. живописцы приняли постриг, здесь окончили свой земной путь, успев наставить в «хитрости иконной» учеников, среди к-рых был и прп. Алипий (Алимпий) - 1-й известный по имени рус. иконописец, о к-ром в тексте КПП говорится, что он «помога и учася» визант. мастерам в украшении Успенского собора. Прп. Алипий, очевидно, был не единственным учеником греков, называют еще прп. Григория Печерского, хотя др. источников, кроме «Сказания о святых иконописцах» (XVIII в.), не имеется: «…иконописец киевский много святых икон написал чудотворных, яже зде в Российской земли обретаются, спостник бе преподобному Алимпию» (Буслаев. 1861. С. 379). Нек-рые сведения о первоначальном декоре Великой церкви можно почерпнуть из текста Слова 34 о чуде с явленным нерукотворным образом Божией Матери: «Мастером бо алтарь мусиею [мозаику] кладущим, и образ Пречистой святой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии сам вообразися… и се из уст Пречистые Богоматери излете голубь бел и лете горе ко образу Спасову и там скрыся... и паки голубь излете от уст Спасов и леташе по всей церкви. И к коемуждо святому прилетая, овому на руце седая, иному же на главе; слетев же долу, седе за иконою чудною Богородичною наместною» (Патерик. 1911. С. 121). При строительстве Успенского собора была соблюдена известная с раннехрист. времени традиция возведения храма с мощами святых в его основании. Места закладки принесенных к-польскими зодчими мощей св. мучеников Артемия, Полиевкта, Леонтия, Акакия, Арефы, Иакова и Феодора были отмечены в соборе их изображениями: «…и мощи святых мученик под всеми стенами положены быша, идеже и сами написаны суть над мощми по стенам» (Там же. С. 7). Данное сообщение из КПП «фиксирует один из основополагающих принципов подбора святых, которым руководствовались художники при составлении программы декорации», а анализ изображений собора Св. Софии, бывшей во многом прототипом Успенского собора, позволяет предположить, как выглядела нижняя зона росписи (Сарабьянов. 2003. С. 135). Работы по украшению собора продолжались 4 года и были закончены в 1089 г., при игум. Варлааме.

Собор обновляли в 1470 г., при кн. Симеоне Олельковиче, к-рый «украси ю всякою красотою и различными шарами [красками] росписа» (Иннокентий (Гизель). 2006. С. 211). Работы, затронувшие интерьер собора, относятся ко времени его капитального ремонта в 1530 г., при князьях Острожских. Росписи поновлялись в 1555-1556 гг.; во время посещения Киева в 1584 г. купцом Мартином Груневегом собор был украшен «красиво и богато». В кон. 20-х - 30-х гг. XVII в. производилось очередное поновление живописи, когда митр. Петром (Могилой) были приглашены греч. живописцы (Лебединцев. 1999. С. 153-154).

Об убранстве собора в этот период, когда в поновленном виде, но еще сохранялась его первоначальная декорация, оставил сведения в 1654 г. архидиак. Павел Алеппский. В алтарной части он видел древние мозаики: «Святой алтарь очень высок и возносится в пространство. От верху полукруглой его арки до половины ее изображены: Владычица, стоя благословляющая, с платом у пояса, а ниже Ее Господь, окруженный архиереями,- мозаикой с золотом, как в Св. Софии» (Павел Алеппский. Путешествие. Вып. 2. С. 52). В алтарной конхе было мозаичное изображение Богоматери «Оранта», подобное образу в соборе Св. Софии. Согласно реконструкции мозаик Успенского собора В. Д. Сарабьянова, «учитывая огромные размеры Успенского собора, высота алтарной апсиды которого была около 18 м, т. е. достигала половины высоты всего здания, можно предположить, что именно здесь декорация апсиды впервые могла быть расширена двухъярусным святительским чином» (Сарабьянов. 2003. С. 100-101): под изображением Богородицы в конхе апсиды находилась композиция «Евхаристия», а ниже - 2 регистра с изображением святителей.

Если упоминаемый в КПП мозаичный «горе… образ Спасов» тоже мог быть близок к изображению Христа Пантократора в куполе собора Св. Софии, то в описании образа Спасителя в куполе (видимо, восстановлен в период наиболее масштабных ремонтных работ при Киевском вел. кн. Симеоне Олельковиче), составленном архидиак. Павлом, не указано, в какой технике он был сделан: «Наверху большого купола изображен Господь - да будет прославлено имя Его!» (Павел Алеппский. Путешествие. Вып. 2. С. 51).

Очевидно, Успенский собор, как Десятинная ц., собор Св. Софии, а позже собор арх. Михаила Златоверхого мон-ря и др., был украшен мозаиками и фресками. К важным сведениям относится упомянутая архидиак. Павлом роспись на сев. стене с Успенским циклом больших размеров, связанным с посвящением собора: «...начиная от верху, изображено Успение Богородицы и апостолы, восхищаемые в облаках; каждый апостол имеет при себе ангела. Внизу же изображены апостолы, собравшиеся вокруг мраморного гроба Св. Девы; саван раскрыт, и они в изумлении поднимают руки к небу, говоря, «Она вознеслась!». Насупротив этого места они также в сборе, и хитон Ея среди них» (Там же). По описанию, в верхней части стены представлен извод т. н. Облачного Успения, известный в визант. искусстве с X в. Из приведенных композиций одна восходит к иконографии «Апостолы у пустого гроба Богоматери» (наиболее ранний пример в ц. Богородицы Перивлепты в Охриде, 1295) или «Явление Богоматери апостолам», которая, видимо, появилась на Афоне с распространением в XVI в. «Чина о панагии», связанного, по толкованию прп. Максима Грека, с Успением Пресв. Богородицы (напр., клеймо 16 иконы «Рождество Богоматери, с житием» из ц. Рождества Богоматери на Исаевце, близ Твери, 3-я четв. XVI в., ЦМиАР; см.: Иконы XIII-XVI вв. в собр. Музея им. Андрея Рублёва. М., 2007. Кат. 89. С. 488), другая - «Положение ризы Богородицы», где апостолами ошибочно названы святители. На основании анализа системы храмовой росписи ряда памятников византийского круга Сарабьянов предположил, что напротив композиции «Успение Пресв. Богородицы» на юж. стене собора находилась сцена «Рождество Христово» (Сарабьянов. 2003. С. 101-112).

Еще одно из приведенных архидиак. Павлом изображений - «написанный» на «самом верху арки» жертвенника образ св. Иоанна Предтечи «с двума крылами, ибо престол в честь его» (Павел Алеппский. Путешествие. Вып. 2. С. 52) тоже может относиться к древней декорации собора. В древнерусской живописи посвящение жертвенника и соответственно связь тематики его росписи со св. Иоанном Предтечей известны с XII в. (фрески Спасо-Преображенского собора Мирожского монастыря, ок. 1140).

Ко времени (или во время) следующего этапа работ по обновлению интерьера собора его древняя декорация была утрачена. Восстановительные работы проводились повелением царя Петра I после пожара, охватившего всю Верхнюю территорию в апр. 1718 г. Роспись была закончена в 1730 г., уже после освящения собора (14 авг. 1729), как то следует из надписи, находившейся на столбе возле левого клироса при проповеднической кафедре: «Сия Богородичная церковь от своего по разорении огненном основания, в лета Господня 1722 совершившагося, иконописным художеством украшена 1730» (Евгений (Болховитинов). 1826. С. 301). Ее исполнители - художники лаврской иконописной мастерской, среди которых - Феоктист (Павловский), Алимпий (Галик), Даниил (Глинский) (Уманцев. 1968. С. 178; Жолтовський. 1988. С. 160). В разработке программы росписи могли принимать участие лаврский архим. Иоанникий (Сенютович) и ученые богословы Киево-Могилянской академии. Программа росписи Успенского собора включала как традиционные, так и новые сюжеты и темы. Изображения входили в состав циклов, объединенных определенной богословской или церковно-исторической идеей. Значение их пояснялось текстами на хартиях, сопровождавших большинство изображений. В верхней зоне была сохранена византийская система росписи, лишь вместо образа Христа Пантократора в центральном куполе была изображена Св. Троица. В конхе центральной апсиды - «Распятие» в окружении символических композиций «Семь таинств». Над горним местом - «Тайная вечеря» и традиц. чин святителей. На боковых стенах апсиды помимо сцен на тему «Воскресение Христово» были помещены композиции символико-аллегорического характера: «Семь даров Св. Духа», «Отче наш», «Евангельские заповеди блаженства». В жертвеннике находился Страстной цикл и сцены из ВЗ, прообразующие Крестную Жертву. В диаконнике - изображения архангелов, в т. ч. деяния, а также сцены из ВЗ и Откровения ап. Иоанна Богослова. Хоры украшала роспись на историческую тему - благословение Киева и Печерской обители: напротив Афонской горы с образами преподобных Афанасия Великого и Петра Афонского была изображена Киевская гора, на к-рую ап. Андрей воздвизает крест, внизу композицию фланкировали фигуры преподобных Антония и Феодосия.Успенский собор. Разрез по линии запад—восток. Сев. половина. Чертеж Ф. Солнцева. 1843 г.Успенский собор. Разрез по линии запад—восток. Сев. половина. Чертеж Ф. Солнцева. 1843 г. Исторические портреты составляли отдельную галерею, разместившуюся в центральной части собора в нижней зоне стен: справа были изображены в рост печерские игумены и архимандриты, а слева - ктиторы лавры. В центральной части собора на стене перед иконостасом, а также на боковых стенах находились композиции с изображением 7 Вселенских Соборов. Боковые алтари и приделы собора имели отдельные тематические циклы росписей. Так, цикл росписей в приделе арх. Михаила включал разнообразные библейские сюжеты, связанные с явлением ангелов (фотографии с изображением Вселенских Соборов и галереи архимандритов и ктиторов, сделанные в кон. XIX в., хранятся в фондах НКПИКЗ).

Успенский собор. Разрез по линии запад—восток. Юж. половина. Чертеж Ф. Солнцева. 1843 г.Успенский собор. Разрез по линии запад—восток. Юж. половина. Чертеж Ф. Солнцева. 1843 г.О системе росписей XVIII в. дает представление документ 20-30-х гг. того века, известный в неск. копиях 1-й пол. ХIХ в. под названиями «Описание иконописи Киево-Печерской лавры» (Истомин. Описание иконописи. 1897) и «Память, что внутр святой великой печерской церкви изображено» (НБУВ ИР. Ф. 1. № 5411-5413); размещение живописных композиций передают также разверстки интерьеров Успенского собора Солнцева, выполненные в 1843 г. (РНБ. Ф. 1381/1. Оп. Р-40: Архит. чертежи. Д. № 310. Л. 21-24).

В 1772-1776 гг. лаврские иконописцы под рук. иером. Захарии (Голубовского) поновляли в соборе росписи с сохранением всех композиций: «...внутри иконописным художеством вновь на стенах и сводах совершенне вся выписана и украшена» (Евгений (Болховитинов). 1826. С. 301).

В 1813 г. живопись обновлялась в приделе архидиак. Стефана, в 1829 г.- в алтаре собора, в 1830 г.- в приделе арх. Михаила, в 1831 г.- в приделе ап. Иоанна Богослова. Следующее масштабное обновление росписей было предпринято митр. Филаретом (Амфитеатровым). В донесении митрополита Святейшему Синоду причиной предпринятых им работ (велись с сер. июля 1840 по 1 окт. 1842) названо плохое состояние живописи, к-рая «весьма потемнела и во многих местах попортилась» от сырости (Лебединцев. 1999. С. 154). Митр. Филарет ставил целью возобновить живопись «совершенно в прежнем виде, без всякого изменения» (Там же), для чего пригласил из Орловской епархии иером. Иринарха (с 1841 начальник лаврской иконописной мастерской). Работа была выполнена только наполовину от запланированного объема и приостановлена по причине недовольства имп. Николая I поновленной живописью. Специально созданная комиссия исследовала новую живопись и пришла к выводу, что она «не имеет характера превосходной греческой живописи, ибо она светла и ярка… в ней видна смесь древней иконописной живописи с манерой нынешней, что, вероятно, произошло от верного соблюдения прежних рисунков при отделке их рукой художника, принадлежащего новой церковно-живописной школе». Иером. Иринарха отстранили от работ (живописцу были высказаны признательность митр. Филарета (Амфитеатрова) и благодарность «всея лавры»), а «исправление живописи» было произведено по эскизам Солнцева в соответствии с представлением о визант. стиле, характерным для XIX в. (Там же. С. 157). Судя по произведенным в течение лета 1843 г. работам Солнцева, «исправления» коснулись гл. обр. тона живописи, к-рый сделали темнее, перспективы и пейзажей, ставших более легкими и не такими резкими, а также орнаментов (вместо белого цвета вернули желтый и убрали «букеты цветов»).

Сошествие Св. Духа. Роспись Успенского собора. 1894–1900 гг. Худож. В. П. ВерещагинСошествие Св. Духа. Роспись Успенского собора. 1894–1900 гг. Худож. В. П. ВерещагинВ 80-х гг. XIX в. снова встал вопрос о реставрации росписи, к-рую предполагалось выполнить в визант. стиле. Однако вопреки первоначальному замыслу в нач. 90-х гг. XIX в. пришли к решению о полной замене живописи (Крайня. 2002. С. 111-120). Духовный Собор лавры планировал пригласить В. М. Васнецова и акад. живописи М. Н. Васильева, к-рому в 1893 г. было поручено создание проекта, однако оба художника отказались от предложения. В 1894 г. проект новой росписи Успенского собора представили художники проф. В. П. Верещагин и акад. архитектуры С. Н. Лазарев-Станищев (позже при участии акад. живописи В. Д. Фартусова были разработаны орнаменты). В мае того же года проект был одобрен имп. Александром III. Роспись основного объема собора, ок. 1366 кв. м, продолжалась в течение 6 лет (вместо 5 запланированных) при участии 10 художников (под рук. Г. И. Попова) (Лазайкiн. 2001). Комиссия, в которую входили представители Духовного Собора лавры и такие знатоки церковного искусства, как члены Киевского церковно-археологического товарищества, профессора П. А. Лашкарёв, Н. И. Петров, позже В. З. Завитневич, художники И. Ф. Селезнёв, Н. К. Пимоненко и др., наблюдала за процессом росписи, начиная с утверждения эскизов и заканчивая приемом выполненной работы. 23 июля 1900 г. комиссия приняла работу Верещагина, указав на нек-рые моменты несоответствия нормам церковной живописи, исправление к-рых не составило труда для художника. Однако часть комиссии, состоявшая из экспертов-художников, уже после отъезда Верещагина в С.-Петербург представила Духовному Собору альтернативный акт осмотра всех, в т. ч. и ранее принятых, работ Верещагина. Когда акт только рассматривался Духовным Собором, его опубликовала «Киевская газета» (1900. № 368), вызвав критику только что законченной росписи. Суть претензий была основана не столько на конкретных замечаниях (Духовный Собор не признал обоснованным пункт о перестановке композиций), сколько преследовала цель добиться разрешения на переделку всей росписи художниками - составителями данного акта. Дискуссия проходила в период становления укр. национальной художественной школы реалистической живописи, заложенной Н. И. Мурашко. Защитником росписи Верещагина выступил, в частности, проф. Петров, оценив ее положительно в сравнении с росписью Владимирского собора как служащую «не столько для эстетического наслаждения, а главным образом для молитвы» и имеющую «строго церковный характер» (Петров Н. И. О новом росписании стен Великой церкви Киево-Печерской лавры // ТКДА. 1901. Т. 1. № 2. С. 232). Роспись без изменений просуществовала до гибели собора в 1941 г. Фрагменты росписей Верещагина сохранились на стенах южного (бывш. арх. Михаила) придела, устоявших во время взрыва в 1941 г.

Работы по воссозданию убранства восстановленного в 1998-2000 гг. собора начались с 1999 г. Проект росписи фасадов собора (под рук. Н. И. Слипченко, О. Е. Мамолат, художники-реставраторы С. Н. Баяндин, Ю. А. Гузенко), ориентированный на живопись кон. XVII - сер. XVIII в., был разработан в 1999 г. на основе сохранившегося ансамбля росписи надвратной Троицкой ц., а также сведений по декору фасадов XIX - нач. XX в. Роспись выполнена на шиферных плитах в технике силикатной живописи. Открытый на главную улицу зап. фасад украшен значительными по содержанию композициями. Над главным входом в собор помещена композиция «Успение Пресв. Богородицы». В центральных частях фронтонов сев. и юж. объемов зап. фасада находятся ростовые образы первоначальников обители преподобных Антония и Феодосия, окруженные сценами из Житий этих святых. На зап. фасаде представлены также Печерские преподобные: Стефан, Поликарп, Варлаам, Никон. На фронтонах сев. фасада размещены 12 изображений, на 3 из них - родители св. Иоанна Предтечи праведные Захария и Елисавета и сам пророк с народом; там же - образы митрополитов Михаила и Петра (Могилы), прп. Нестора Летописца и др. На вост. фасаде - 32 образа пророков, апостолов и святителей; на фронтонах помещены иконы Божией Матери «Печерская» и «Ахтырская», изображены евангелисты, а также связанные темой просвещения Руси апостолы Андрей Первозванный, Кирилл и Мефодий, равноапостольные Владимир и Ольга.

Успенский собор. Восстановлен в 2000 г. Фотография. 2013 г.Успенский собор. Восстановлен в 2000 г. Фотография. 2013 г.Для создания живописи в интерьере собора (2007-2013; проект разработан под рук. О. А. Граужиса) за основу были взяты рисунки Солнцева, зафиксировавшие систему росписи XVIII в. (см.: Моргуновська. 2001. С. 95-98).

Древняя алтарная преграда собора была выполнена из сероватого с голубыми прожилками мрамора проконесского происхождения. Во время археологических раскопок были обнаружены фрагменты темплона, позволяющие предположительно судить о его размерах и архитектурных формах. Согласно реконструкции Н. В. Холостенко, общая высота темплона составляла 3,02 м, над архитравом было размещено 5 деисусных икон, ниже - 2 иконы местного ряда (Холостенко. 1975. С. 134-137). Части древней алтарной преграды в наст. время находятся в Ближних пещерах: 2 фрагмента мраморных колонн (фусты в перевернутом виде) - в ц. прп. Антония, фрагмент архитрава - во Введенской ц. Очевидно, в состав икон темплона входили образы, созданные в иконописной мастерской мон-ря.

Интерьер Успенского собора Киево-Печерской лавры. Фотография. 2013 г.Интерьер Успенского собора Киево-Печерской лавры. Фотография. 2013 г.Первые сведения, дающие представление о том, как выглядел иконостас, оставил в 1654 г. архидиак. Павел Алеппский: «...он великолепен, но стар» (Павел Алеппский. Путешествие. Вып. 2. С. 51). Архидиак. Павел сосредоточил внимание только на иконах местного ряда, а также указал, что иконостас венчает «распятие и опоясание Спасителя из кованого чистого золота» (Там же). Местный ряд, по его описанию, включает «иконы при вратах олтаря весьма благолепны, в особенности иконы Господа и Владычицы… с венцами и многочисленными привесками… Евангелие (в руках Спасителя.- Ред.) из кованого серебра, а письмена золотые. На левой стороне от иконы Господа икона Успения Богородицы, весьма благолепная. Точно так же справа от иконы Владычицы икона святых Антония и Феодосия» (Там же). Следующее свидетельство близко по времени к предыдущему и имеет самый наглядный характер - это меднолитой складень - модель иконостаса, выполненная по заказу патриарха Никона (не сохр., 1-е воспроизведение см.: Петров Н. И. Альбом достопримечательностей ЦАМ. К., 1914. Вып. 3: Южнорусские иконы. С. 31). Модель иконостаса Успенского собора. 1685 г. Фотография. 90-е гг. ХIХ в.Модель иконостаса Успенского собора. 1685 г. Фотография. 90-е гг. ХIХ в.Под снимком с изображением модели, сделанным в лаврской фотомастерской в 90-х гг. XIX в., подпись: «Фотографический снимок с металлического складня иконостаса Лаврской Великой церкви 1685 г., находящийся в ризнице Воскресенского «Новый Иерусалим» именуемого, монастыря». На модели зафиксирован 5-ярусный с резным каркасом иконостас; изображения икон выполнены красками. Местный ряд в целом отвечает описанию 1654 г., за исключением того, что на копии между иконами справа и слева от царских врат обозначены диаконские врата, не упоминаемые архидиак. Павлом. Выше - праздничный ряд из небольших по размеру 12 икон, разделенных в центре Нерукотворным образом Спасителя; над ним - деисусный чин из 12 икон с ростовыми изображениями апостолов по сторонам большой (размера и формата икон местного ряда) иконы Спасителя на троне с предстоящими («Предста Царица»); далее - в овальных картушах 9 икон пророческого ряда с образом Божией Матери «Знамение» в центре; в трапециевидном завершении помещена большая икона «Распятие с предстоящими» (в размер икон местного ряда), там же внизу по сторонам иконы - небольшие медальоны с 2 иконками на Страстную тему и вверху - Бог Саваоф. Плоскостной характер «тябловой» конструкции иконостаса с ясными членениями на ряды и размещением в них икон указывает на сохранение в нем ранних черт. В то же время характер резного декора близок к барочной стилистике. Данные наблюдения, анализ иконографии (в частности, изображение на иконе преподобных Антония и Феодосия собора с одним куполом, до перестройки митр. Петром (Могилой) в 5-купольный), а также сопоставление близких по времени укр. иконостасов (см.: Таранушенко. 1994) позволяют датировать лаврский иконостас ок. 1620 г., когда собор был обновлен при архим. Елисее (Плетенецком), к-рый «отлично украсил соборную церковь» (Титов. 1916. С. 68).

Иконостас Успенского собора. Фотография. Нач ХХ в.Иконостас Успенского собора. Фотография. Нач ХХ в.К немаловажным относится упоминание архидиак. Павла о том, что в соборе были установлены «такие же иконостасы при вратах других алтарей». Он сообщил размер икон Спасителя и Божией Матери в тройных киотах в нартексе (15 локтей), соотнеся их с иконами местного ряда главного иконостаса, к-рые «больше и лучше находящихся в нартексе» (Павел Алеппский. Путешествие. Вып. 2. С. 49, 51). Несмотря на отсылку к древности иконостаса, остается только строить догадки по поводу того, сохранялись ли в нем иконы от первоначальной алтарной преграды. Оба источника могут быть свидетельством того, что ко 2-й пол. XVII в. в лавре еще не сформировалась традиция опускания и поднимания чудотворной Киево-Печерской иконы «Успение Пресв. Богородицы» - расположение этой иконы над царскими вратами не зафиксировано архидиак. Павлом, она отсутствует на модели.

Иконостас Успенского собора. Фотография. 2012 г.Иконостас Успенского собора. Фотография. 2012 г.В число работ по обновлению собора после пожара 1718 г. входило и создание новых иконостасов во всех приделах (кроме неповрежденного иконостаса в приделе св. Иоанна Предтечи). В 1729 г. «иконостас большой снецерскою (слесарной.- Ред.) и малярскою работою окончен. Также и другие, меншие иконостасы до пределов вниз и горе числом осм, одны готовы, другие кончаются. И все тие к настоящей зиме купно на местцу своем поставлены будут» (цит. по: Сiткарьова. 2012. С. 492). Вид этих иконостасов (центральный - 5-ярусный, придельные - 2-ярусные) в пышном барочном резном оформлении зафиксирован на разверстке интерьеров с настенной живописью собора, выполненной Солнцевым в 1843 г., а их состав - в описи собора 1867 г. Ок. 20 икон из иконостасов этого времени выявлены (среди них - иконы праздников «Крещение», «Сретение», «Вход Господень в Иерусалим», «Рождество Христово», «Успение Пресв. Богородицы», а также «Тайная вечеря», все - в НХМУ; Пархоменко I. Iкони з iконостаса Успенського собору Києво-Печерськоï лаври: [У фондах Держ. Музею укр. образотворчого мистецтва виявлено ряд творiв iконопису, якi вважалися втраченими пiд час вiйни] // Образотворче мистецтво. 1993. № 3/4. С. 22-23). В числе иконописцев исследователи называют Якима Глинского, Стефана Лубенского, Стефана Синявского. Серебряные позолоченные царские врата центрального иконостаса, а также серебряная оправа престола с сюжетными композициями литургического характера были выполнены в 1748 г. лаврским мастером Михаилом Юревичем.

В нач. XX в., в связи с тем, что в новом интерьере собора, украшенном живописью Верещагина, «общая гармония нарушается иконостасом, который своим стилем вносит резкий диссонанс в строго византийский характер храма» (цит. по: Сiткарьова. 2012. С. 493-494), Святейший Синод утвердил проект нового иконостаса, разработанный А. В. Щусевым. В проекте был заявлен 3-ярусный мраморный иконостас с ажурными элементами из позолоченного металла; местный ряд должны были занять иконы из прежнего иконостаса, а чудотворный образ «Успение Пресв. Богородицы» также помещался над царскими вратами. Демонтаж старого иконостаса начали в 1896 г., оставив только местный ряд, однако проект Щусева не был осуществлен.

Пятиярусный иконостас центрального придела совр. собора был создан на основе рисунков Солнцева (художники Ю. П. и Е. Лесюк, А. Стралик и др.). На основе сохранившихся фрагментов царских врат (на средства гр. Б. П. Шереметева) была сделана их реконструкция.

Э. В. Шевченко

Троицкая церковь

Единственный, полностью сохранившийся монументальный ансамбль К.-П. л.- росписи надвратной Троицкой ц., выполненные в 20-30-х гг. XVIII в. лаврскими мастерами в технике масляной живописи (общая площадь 617 кв. м). В росписи храма представлено неск. тематических циклов. В неск. композициях отражено посвящение церкви, надписи точно воспроизводят праздничные песнопения и молитвы Св. Троице; тексты заимствованы из церковной лит-ры XVII - 1-й пол. XVIII в. Евхаристическая (литургическая) тема связана с богословской полемикой 80-х гг. XVII в. о времени пресуществления Св. Даров. В стенописи Троицкой ц. проиллюстрированы наиболее значимые моменты литургии, т. о. создается своеобразный комментарий к догматической и богослужебной символике (напр., в центральном алтаре - масштабное изображение «Св. литургия»). В композиции главного свода «Соберет избранныя своя от четырех ветров» представлен Бог в окружении славословящих Небесных сил: от уст херувимов исходят надписи, преимущественно на темы т. н. хвалебных псалмов.

В росписях столбов, пилястр, подпружных и малых арок средствами изобразительного искусства раскрыты тексты молитвы «Отче наш», евангельские заповеди блаженства; в композициях «Семь Даров Св. Духа» и «Семь таинств» - догматы православного вероисповедания. Проиллюстрированы также притчи и проповеди Иисуса Христа. Изображения на стенах и сводах притвора (пристройка XVIII в. к основному объему храма) закомпонованы в 9 многофигурных композиций с группами преподобных, девственников, мучеников, праведных царей, святителей, пророков и др. В отличие от росписей помещения церкви, где сцены отделяются золотыми рамами, в притворе нет четких границ между сюжетами верхнего, среднего и нижнего ярусов.

Господь Вседержитель. Икона из Троицкой ц. 1734–1735 гг.Господь Вседержитель. Икона из Троицкой ц. 1734–1735 гг.Монументальный ансамбль Троицкой ц.- яркий пример присущего стилю барокко стремления к синтезу искусств. В живописи проявились тенденции, характерные для европ. искусства эпохи в целом. Мастерами была использована вся пригодная для росписи поверхность: внутренние углы крещатых столбов, оконные откосы, даже деревянные стасидии. Одна и та же композиция иногда размещается на перпендикулярных плоскостях. Нередко реальная архитектоника помещения дополнена иллюзорными архитектурными элементами. Интерьер не воспринимается замкнутым - в большинстве крупных композиций создано глубокое пространство.

Крещение эфиопа ап. Филиппом. Роспись Троицкой ц. 20–30-е гг. XVIII в.Крещение эфиопа ап. Филиппом. Роспись Троицкой ц. 20–30-е гг. XVIII в.Одна из главных особенностей системы росписей - сопоставление больших плоскостей и мелкой формы. В иконографической программе акценты распределены так, что в зависимости от момента богослужения нек-рые композиции меняют смысловое значение. Отдельные росписи сводов, стен нефов и трансепта, алтарных апсид особо выделены благодаря размерам или местоположению, напр. «Первый Вселенский Собор» (зап. стена центрального нефа), «Литургическая композиция» (центральная алтарная апсида), «Крещение Господне» и «Сошествие Св. Духа» (своды трансепта), «Иисус Христос с апостолами» и «Отослание учеников на проповедь» (стены нефов) и др. Каждая «ключевая» композиция окружена сюжетами меньшего размера. Росписи стен, сводов и подпружных арок выполняют в тематических циклах роль вступления или заключения.

Иконостас Троицкой ц. 1734–1735 гг. Фотография. 2013 г.Иконостас Троицкой ц. 1734–1735 гг. Фотография. 2013 г.Создавая живопись Троицкой ц., мастера пользовались большим количеством образцов. К известным европ. эталонам восходят «Крещение евнуха ап. Филиппом» (сев. стена трансепта), «Жертвоприношение Авраама» (апсида жертвенника), росписи цикла «Евангельские заповеди блаженства» и др. Источниками композиций являлись иллюстрации Библий Н. И. Пискатора, К. Вайгеля, М. Мериана, а также отдельные эстампы.

Росписи Троицкой ц. едины в стилистическом отношении, однако в ансамбле можно выделить неск. индивидуальных «почерков», свидетельствующих об участии ряда художников. С большим профессионализмом исполнены лики в крупных композициях притвора и церкви - очевидно, это работа ведущих мастеров. Не так совершенно - помощниками и учениками - написаны руки мн. персонажей, нек-рые фигуры в группах. Архивные и иные материалы, позволяющие соотнести росписи храма с конкретными художниками, не обнаружены.

Резной позолоченный иконостас храма, памятник монументально-декоративного искусства, был создан в 20-30-х гг. XVIII в.

А. Ю. Кондратюк

Церковь преподобных Антония и Феодосия с трапезной палатой

Умножение хлебов. Роспись ц. преподобных Антония и Феодосия Печерских. 1910 г. Мастер Г. И. ПоповУмножение хлебов. Роспись ц. преподобных Антония и Феодосия Печерских. 1910 г. Мастер Г. И. Попов Проект художественного оформления интерьера храма и трапезной палаты 1895 г., в т. ч. разбивку стен и сводов под росписи, детальную разработку орнаментов, проекты солеи, иконостаса, киотов и панелей выполнил архит. Щусев, который и осуществлял контроль за работами. В 1902 г. с ним был подписан контракт на выполнение росписей. Через год окончили роспись палаты, в 1910 г.- храма. Настенные росписи, а также иконы для иконостаса и киотов храма выполняли художники Г. И. Попов («Нагорная проповедь», «Умножение хлебов», «Чудесный лов рыбы», «Иисус Христос в Эммаусе»), И. С. Ижакевич («Рождество Христово», «Сретение», «Крещение», «Воскресение», лики святых в медальонах), А. А. Лаков (орнаменты) и др. Детонацией во время подрыва Успенского собора были повреждены своды трапезной, живопись на своде была утрачена вслед. снятия нем. оккупантами кровли храма.

Двухъярусный иконостас в неовизант. стиле изготовлен мраморно-гранитным «заведением» И. А. Дрекслера из итал. мрамора белого, розового и серого цветов. Чеканка и позолота его металлических частей выполнены на московской фабрике золотых и серебряных изделий М. Н. Рындина. Уцелели 6 икон местного ряда, на рубеже XX и XXI вв. взамен утраченных были написаны новые.

Крестовоздвиженская церковь

Интерьер Крестовоздвиженской ц.Интерьер Крестовоздвиженской ц. Надпись на южной стене сообщает, что в храме, освященном еще в 1700 г., был помещен новый иконостас «и прочиим благолепием украсися и освятися, 1769 года, месяца Декабря 13 дня», при архим. Зосиме (Валкевиче) (Евгений (Болховитинов). 1826. С. 388). В рапорте 1815 г. блюстителя Ближних пещер о состоянии алтаря, который «от древности весь очернел и окоптел», содержится замечание, ставящее под сомнение существование до 1816 г. росписи в храме: «...надобно оный (алтарь.- Ред.) известью побелить или красками с различными изображениями расписать» (ЦГИАК. Ф. 128. Оп. 2 (общ.). Д. 60; Лопухiна. 2007. С. 74). Храм был расписан в 1817 г. В 1893-1895 гг. проводились масштабные работы по обновлению интерьера. Стены были расписаны киевским худож. Д. Давыдовым в академическом стиле с сохранением прежней иконографической программы. В контракте оговаривалось, что настенные композиции должны быть написаны по рисункам, снятым с ранних изображений и размещены на тех же местах (ЦГИАК. Ф. 128. Оп. 2 (общ.). Д. 370. Л. 52).

Резной по дереву вызолоченный иконостас был создан в 1767-1769 гг. Работы по изготовлению рамы с резными рокайльными элементами выполнял лаврский мастер К. Шверин. Архитектурное членение плоскости иконостаса 3-частное, в нем скомпонованы 7 рядов икон, увенчанных под самым куполом живописным «Распятием». Иконы были созданы лаврским иконописцем иером. Захарией (Голубовским). Убранство иконостаса довершили установленные в 1784 г. серебряные царские врата (в 20-х гг. XX в. конфискованы советской властью, перепроданы за границу, в наст. время находятся в Музее Виктории и Альберта, Лондон). Иконостас неск. раз в течение XIX в. поновлялся, так, в 1822-1823 гг. отдельные иконы были «вновь переписаны, а иные поправлены мастером киевским жителем Яковом Ключинским». В 1893-1895 гг. большая часть икон была написана заново в академическом стиле, некоторые поновлены. Живописные работы выполнил киевский мастер Аким Чухнов, а также Спиридон Науменко и др. лаврские иконописцы под наблюдением и при участии начальника лаврской иконописной мастерской иером. Феогноста (Шанцова) (Лопухiна. 2007. С. 73-79). В наст. время в иконостасе находятся иконы разных периодов. От XVIII в. сохранились 4 иконы местного ряда («Вознесение Креста Господня», «Введение во храм Пресв. Богородицы», «Собор преподобных Печерских», «Собор всех российских чудотворцев»), а также «Тайная вечеря» над царскими вратами. На оборотной стороне иконостаса размещаются еще 10 икон XVIII в. со страстными сюжетами (Пiтателева. 2006. С. 160-164).

Е. В. Л., Э. В. Ш.

Всехсвятская церковь

Письменные источники не содержат точных сведений, была ли расписана церковь по окончании строительных работ (1698). По мнению ряда исследователей, если роспись и существовала, то была уничтожена пожаром 1718 г. Выявленные в ходе реставрации (1969, 1974, 1987 и 1989) участки орнаментальной живописи точной датировки не имеют, однако указывают на то, что декор храма существовал до работ по обновлению интерьера в 30-х гг. XVIII в., т. е., видимо, мог быть создан в кон. XVII в. Интерьер ц. Всех святыхИнтерьер ц. Всех святыхДо сер. XIX в. материалов о художественном обновлении нет, несмотря на часто проводимые ремонтно-реставрационные работы.Икона Божией Матери «Знамение». XVIII в. (ц. Всех святых)Икона Божией Матери «Знамение». XVIII в. (ц. Всех святых) И только из описи 1853 г. стало известно, что в скуфье купола был написан образ Бога Отца, в простенках окон барабана - ангельские силы, в юж., сев. и вост. куполах - Св. Дух в виде голубя, в западном - надпись: «О. Q еосъ». Согласно реставрационному отчету 1975 г., подпружные арки центрального купола украшала орнаментальная роспись в виде кессонов. Сохранившаяся роспись была выполнена в 1905-1906 гг. 24 учениками и послушниками лаврской иконописной мастерской (среди них - имена В. Шуришкова, В. Лукина, Е. И. Судоморы, Ф. З. Коновалюка и др.). Художественное руководство работами осуществляли смотритель иконописной школы иером. Владимир (Соколов) и учитель рисования худож. Ижакевич. В основном пространстве храма представлены образы святых, на стенах крытой галереи изображены Небесный Иерусалим и Св. Гора Афон. Оригинальной особенностью является орнамент, выполненный в традиции нач. XX в.

Лик царей. Икона из ц. Всех святых. XVIII в.Лик царей. Икона из ц. Всех святых. XVIII в.Предполагают, что из-за пожара недолго простоял в новопостроенном храме и 1-й иконостас. Новый появился лишь спустя 23 года. Это 5-ярусный с позолоченной резьбой иконостас 1741 г., над его созданием трудились резчики И. Сповольский и С. Никитич. Отдельные архаичные для сер. XVIII в. черты иконостаса позволяют предполагать, что в основных формах он мог быть повторением первоначального. Иконы, несмотря на следы неоднократных поновлений (нек-рые были переписаны в XIX в.), сохранили художественно-стилистические качества иконописи XVIII в. В наст. время иконостас предстает в неполном виде: утрачены иконы местного ряда (кроме икон диаконских врат, на к-рых изображены равноапостольные имп. Константин и кн. Владимир); 15 икон праздничного и 3 цокольного ряда. Среди сохранившихся икон основной в живописной системе иконостаса является «Собор арх. Михаила»: сонм святых и небесное воинство во главе с арх. Михаилом славят Св. Троицу и Пресв. Богородицу.

Дальние и Ближние пещеры

Монументальная роспись в пещерах имеет единый художественный замысел, обусловленный самим местом ее нахождения,- прославление духовного подвига Печерских святых. В Дальних пещерах наибольшее количество изображений сохранилось в ц. прп. Феодосия. В зап. части, при входе в храм, на простенках арочного прохода слева и справа, представлены образы прп. Геронтия и прп. Евфросинии Полоцкой; в сев. части, также в арочном проеме,- прп. Ипатия Целителя и неизвестного святого (надпись вокруг нимба утрачена); на юж. стене притвора - преподобных Пимена, Лонгина и Захарии. В соответствии с описью Дальних пещер 1877 г. в интерьере храма находилось 19 выполненных масляными красками фигур святых, заполнявших почти все свободные простенки: прп. Агафона Чудотворца, Лонгина Вратаря, Захарии Постника, Евфросинии Полоцкой, мч. Иоанна Воина, преподобных Илариона и Силуана схимников, сщмч. Лукиана, преподобных Иосифа Многоболезненного, Пимена Постника, св. отрока Леонтия, канонархов, преподобных Ипатия Целебника, Паисия, Меркурия Постника, Макария диакона, Сисоя схимника, Нестора Летописца, Ахиллы диакона, Мартирия затворника (Опись 1877 г. Л. 42, 43 об.). Графическим свидетельством стенописи ц. прп. Феодосия являются рисунки К. П. Мазера.

В описании ц. Благовещения Пресв. Богородицы за 1877 г. упоминается, что стены и своды храма были расписаны масляными красками; в алтаре «…над престолом - Святой Дух; с правой стороны изображены прп. Феофил, еп. Новгородский, Игнатий, архимандрит Печерский, и Моисей-чудотворец; с левой - архангел Гавриил, прп. Анатолий и Памва затворники», в наосе на стенах «…в рост по правую сторону - отроки Леонтий и Геронтий, канонархи Печерские, с дополнением написанных между ними на столе скрижалей завета, Антоний Печерский; по левую сторону - Николай-чудотворец, Феодосий и Тит Воин. На задней стене - прп. Амон затворник (в углублении), прп. Евфросиния Полоцкая, на железной доске, мерою 2 аршина, напротив ее раки. За северной дверью иконостаса под аркой изображены преподобные-затворники: Пагкратий священник, Дионисий, Сафоний и Пафнутий. На земляном столбе под аркой же - Арсений Трудолюбивый и Феодор, князь Острожский; на другой стороне столба - Кассиан и Лаврентий затворники и Евфимий схимник (напротив его раки). На задней стороне земляного столба - Руф и Мартирий затворник, а напротив них на западной стене - изображение Вениамина (напротив его раки)» (Там же. Л. 36 об., 37). О масштабном живописном убранстве Благовещенской ц., существовавшем еще во 2-й пол. XIX в., можно судить лишь по образу Тита Воина. Еще один сохранившийся образ - прп. Евфросинии - написан на стене, а не на металле и, по сведениям В. А. Шиденко, был создан худож. В. Д. Сониным в нач. XX в. (Шиденко. 2008. С. 98).

В документе «О возобновлении в церкви преподобного Феодосия в Дальних пещерах иконостаса» (ЦГИАК. Ф. 128. Оп. 1 (общ.). Д. 1814. Л. 23) сообщается, что «Симбирской губернии города Сызрани мещанин Николай Попов» в 1834 г. подвизался поновить живопись в иконостасе Феодосиевской ц., после завершения работ иером. Гимнасий попросил Попова помочь лаврским иконописцам в росписи храма. Мастер написал 8 образов Печерских святых; работы были окончены в 1835 г. Т. о., роспись церквей Благовещения Пресв. Богородицы и прп. Феодосия, очевидно, была осуществлена в 1834-1835 гг.; в ее создании принимали участие неск. мастеров, написавших ок. 50 образов Печерских святых. Инициатором художественного оформления Дальних пещер мог быть соборный старец иером. Гимнасий, к-рый с 1831 по 1839 г. руководил рядом работ по восстановлению настенной живописи, икон и иконостасов в Успенском соборе, церквах преподобных Антония и Феодосия (Трапезной), Крестовоздвиженской, Троицкой и Рождества Пресв. Богородицы.

В Ближних пещерах сохранившиеся на стенах и сводах росписи можно условно разделить на 2 группы: живописные фрагменты XII и XIV-XV вв. на закрытых для посетителей т. н. участках Меркурия и Нестора; росписи XVII-XVIII вв. в доступных для осмотра коридорах.

Проход на участок Меркурия проделан через обвал в стене (высота не превышает 1 м 20 см) и начинается за местом захоронения прп. Меркурия Смоленского. На древнюю часть пещер приходится 2/3 участка. Во время археологических исследований 1978-1979 гг. в одном из ответвлений были открыты фрагменты кладки (длина 6 м) из древнерус. плинфы, а на освобожденной из-под обвала стене - изображения 4 крестов, выполненные черной краской по выровненной поверхности песчаника. На противоположной стене обнаружено изображение процветшего креста, ветви к-рого трактованы в виде кринов. Справа и сверху от него различимы фрагменты сходных с первыми крестов. Выявлены также: на своде - параллельные черные линии, на стене - небольшой участок цветочного орнамента. Все фрагменты были частью единой художественной программы пещерного комплекса, вероятно сакрального назначения. Предположительно создание росписи относится к периоду появления кладки из плинфы, датированной 30-80-ми гг. XII в. Аналогичные плинфы с «расчесами» (нанесенными до обжига волнистыми линиями) встречаются, напр. в киевских храме св. Феодора Тирона Феодоровского мон-ря (1128), Успенской (Пирогощей) ц. на Подоле (1131), храме Кирилловского мон-ря (40-х гг. XII в.).

Роспись пещер преподобных Никодима и Спиридона Просфорника. 1-я пол. XVIII в.Роспись пещер преподобных Никодима и Спиридона Просфорника. 1-я пол. XVIII в.На участке Нестора, начинающемся за гробницей прп. Нестора Летописца, справа на стене сохранилось выполненное в технике фрески погрудное изображение святого; впервые зафиксировано в 1978-1979 гг. Изначально эта стена была боковой частью ниши-аркосолия в камере с 2 лежанками (такие камеры, видимо, предназначались для погребения Печерских угодников), а образ «святого» располагался над изголовьем несохранившейся лежанки. Абрис фигуры с нимбом хорошо прочитывается, однако из-за сильных утрат определить стилистические особенности изображения трудно. Анализ красочного слоя показал, что художник использовал киноварь, охру красную и черный угольный пигмент. Появление этой фрески может быть связано со временем возникновения камер (Я. В. Литвиненко и Т. А. Бобровский по результатам исследования 2006-2008 гг. датировали их XIV-XV вв.). На участке Нестора также обнаружены следы росписи красного и черного цвета. С кон. XVI до сер. XVII в. эта часть Ближних пещер была доступна для паломников, о чем свидетельствуют многочисленные датированные граффити на стенах.

Преподобные Спиридон и Никодим Просфорники. Гравюра из Киево-Печерского патерика. К., 1661Преподобные Спиридон и Никодим Просфорники. Гравюра из Киево-Печерского патерика. К., 1661Росписи XVII-XIX вв. (открыты в 1978-1979) сохранились на небольшом отрезке доступного для осмотра главного пещерного коридора, расположенного между церквами прп. Варлаама и Введения во храм Богородицы. На основании стиля выполненные маслом росписи датировались 1-й пол. XVIII в. На своде аркосолия с мощами прп. Афанасия затворника представлены образы Спасителя и Богоматери. Живописная манера архаична и нехарактерна для лаврской живописи XVIII в. Ближайшими аналогами этих изображений могут быть гравюры из КПП 1661 г. мастера мон. Илии. Так, заметно сходство в трактовке рук, непропорционально увеличенных по отношению к фигурам. Несмотря на то что краски местами потерты или утрачены, в правой руке Иисуса Христа просматривается необычная для Его изображений и более нигде не встречающаяся деталь - четки. Вероятно, этот свойственный иконографии преподобных атрибут появился при поновлении живописи в XIX в., когда утративший четкость образ Иисуса Христа мог быть принят живописцем за изображение прп. Афанасия.

Церковь Введения во храм Пресв. Богородицы в Ближних пещерах. Фотография. 2013 г.Церковь Введения во храм Пресв. Богородицы в Ближних пещерах. Фотография. 2013 г.В росписи стены аркосолия с мощами прп. Никодима просфорника представлена 2-частная композиция: слева - больших размеров поясной образ святого на фоне с растительностью, очевидно прп. Никодима, а справа - чудесное погашение пожара прп. Спиридоном просфорником (аркосолий с его мощами расположен напротив аркосолия прп. Никодима). Сцена, где эти святые показаны в просфорне, имеется на гравюре из КПП 1661 г. и, очевидно, повлияла на композицию росписи.

Значительные участки живописи сохранились в нартексе ц. Введения во храм Богородицы. На западной стене изображено преставление святого. Композиция восходит к гравюрам с тем же сюжетом из КПП 1661 г. Автор росписи практически без изменений заимствовал из гравюр мастера Илии изображения ангелов, принимающих душу умершего. Идентифицирующая сюжет надпись наполовину утрачена, однако в описи Ближних пещер за 1892 г. она названа «Преставление прп. Исаакия», мощи к-рого покоятся в аркосолии рядом с храмом. В описи это изображение указано как находящееся рядом с мощами, «у главы преподобного на стене» (Опись 1892 г. Л. 35. Ч. 156. Гл. 49). На пилонах восточной стены нартекса Введенской ц. представлены живописные образы Иисуса Христа и Богородицы с Младенцем (в наст. время расчищены из-под записей и закрыты стеклом). В ходе комплексных исследований 1978-1979 гг. под ними был обнаружен цветочный орнамент из красных маков и зеленых ростков (подобный орнамент сохр. на стенках свода аркосолия с мощами прп. Илии Муромца). Под изображением Иисуса Христа, на уровне 1 м от пола был открыт ранее неизвестный текст, написанный белыми красками по темному фону, из которого следует, что роспись в храме выполнил в 1687 г. «Исакий Драник маляр из Могилева» во славу своего небесного патрона прп. Исаакия затворника. Т. о., 1687 год можно считать началом художественного оформления Ближних пещер, укрепление и частичная перестройка к-рых, связанная прежде всего с канонизацией лаврских святых, проходили со 2-й пол. XVII в.

Реставрация 1978-1979 гг. выявила, что под побелкой на всех участках пещерных проходов существует от 2 до 5 красочных слоев разного цвета (светло-коричневого, светло-серого, серого), т. е. стены и своды пещер на протяжении длительного времени неоднократно тонировались. Такое покрытие выявлено в ц. прп. Варлаама, в коридоре справа от храма со стороны гробницы прп. Иулиании Ольшанской, в коридоре при выходе из Трапезы преподобных отцов Печерских и на участке, где покоятся мощи прп. Никона Великого и прп. Алипия Иконописца. На простенке аркосолия последнего виден фрагмент фигуры Спасителя в красном хитоне, благословляющего правой рукой и держащего открытое Евангелие в левой. Время его возникновения определяется условно - кон. XVII - нач. XVIII в. На стене ц. прп. Варлаама поверх охры был нанесен слой воска толщиной от 0,5 до 5 мм. Это покрытие могло носить характер декоративного оформления.

Представление о художественном оформлении еще одного участка пещер - кельи прп. Иоанна Многострадального дают рисунки швед. путешественника Мазера, посетившего Киев в 1852 г., и опись 1892 г. Стены были обиты цинковыми листами с живописными изображениями: на фронтальной стене - «Преставление прп. Иоанна», справа - «Прп. Иоанн вручает некоему брату, обуреваемому страстями плоти, кость прп. Моисея Угрина», слева - «Опаление головы прп. Иоанна диаволом»; вверху - образ Бога со Св. Духом. В основе композиций - гравюра мастера Илии из КПП 1661 г.

Иконостасы и иконы пещерных храмов

Об иконостасах пещерных храмов лавры 1-й пол. XVII в. известно из «Тератургимы» Афанасия Кальнофойского 1638 г., схематически отметившего их на планах Дальних и Ближних пещер.

Церковь прп. Феодосия Печерского в Дальних пещерах. Фотография. 2013 г.Церковь прп. Феодосия Печерского в Дальних пещерах. Фотография. 2013 г.Самым ранним из сохранившихся иконостасов пещерных храмов К.-П. л. является медный позолоченый иконостас в ц. прп. Феодосия. Первое упоминание о нем зафиксировано в архивном деле за 1767 г. (ЦГИАК. Ф. 128. Оп. 1 (общ.). Д. 58). По мнению Шиденко, установка этого иконостаса взамен старого произошла в 1762-м, в год 700-летия поставления прп. Феодосия игуменом мон-ря, он же называет имя мастера - Петр Иванович Шафиров (Шиденко. 2008. С. 151). Этот иконостас - уникальный пример высокого укр. иконостаса в «миниатюре». В нем присутствуют все классические ряды - цокольный, местный, праздничный, увенчанные Распятием с предстоящими Богородицей и св. Иоанном Предтечей и изображением апостолов и пророков. Он состоит из 31 иконы, живопись которых неоднократно поновлялась вплоть до рубежа XIX и XX вв.

Медный позолоченный иконостас в ц. Рождества Христова установлен в 1803 г. По мнению Шиденко, его создателем был золотых и серебряных дел мастер Алексей Иосифович Туманский (Там же. С. 154). В местном ряду справа от царских врат помещены икона Спасителя и храмовый образ «Рождество Христово», слева - Пресв. Богородица с Младенцем Христом. Над царскими вратами - Св. Троица («Новозаветная»), по сторонам от нее - горизонтального формата 2 иконы с чинами апостолов и пророков. В цокольном ряду - 3 иконы с изображениями аллегорического характера на прообразовательные тексты ВЗ. На диаконских вратах - первомч. Стефан. Согласно описи 1893 г., при храме Рождества Христова сохранялась частица мощей св. Вифлеемского младенца в ковчеге (в наст. время при храме прп. Феодосия, на его кенотафе) на специально устроенном пьедестале с изображением на металлической доске «Избиение младенцев в Вифлееме», датированным 1811 г. (ныне в НКПИКЗ). Опись упоминает находившееся около киота на стене «и другое, по-видимому давнее, живописное изображение избиения младенцев» - на деревянной доске (Опись 1893. Л. 49 об. Ч. 173. Гл. 12).

Иконостас ц. Рождества Христова в Дальних пещерах. Фотография. 2013 г.Иконостас ц. Рождества Христова в Дальних пещерах. Фотография. 2013 г.В Благовещенской ц. в 1989-1990 гг. был создан иконостас в виде каменной алтарной преграды; на рубеже XX и XXI вв. для него были выполнены мозаичные иконы в визант. стиле. В «Тератургиме» Афанасия Кальнофойского 1638 г. на планах пещер со схематичным изображением иконостасов отмечен деревянный иконостас Благовещенской ц., состоявший из 3 рядов: цокольный (видимо, имел декоративный характер и не содержал икон), местный (2 иконы слева и 3 справа от царских врат) и праздничный, наверху - Распятие. В 1805 г. блюститель Дальних пещер соборный старец иером. Трифиллий заключил контракт с мастером Григорием Чижевским на изготовление медного позолоченного иконостаса. В мае 1807 г. он был установлен. Согласно описанию 1893 г. (Опись 1893 г. Л. 32 об.- 37 об.), в иконостасе было 3 ряда: цокольный, местный и апостольский. В местном ряду размещались 4 иконы: Спасителя, Богоматери с Младенцем, Благовещения и Введения во храм Пресв. Богородицы. В апостольском ярусе - 3 иконы: «Св. Троица» - в центре, лики апостолов - слева и справа от нее. В цокольном ряду - «Иисус Христос Добрый Пастырь», «Прор. Моисей перед Неопалимой Купиной», «Праведные Иоаким и Анна с Богородицей», «Встреча Марии и Елисаветы». В 1915 г. иконостас вместе с др. ценностями мон-ря был эвакуирован в Тамбов (впосл. утрачен).

Иконостас ц. Благовещения в Дальних пещерах. Фотография. XIX в.Иконостас ц. Благовещения в Дальних пещерах. Фотография. XIX в.В церквах Ближних пещер - прп. Антония, прп. Варлаама и Введения во храм Пресв. Богородицы,- сохранившиеся медные позолоченные иконостасы относятся к одному периоду. Первым храмом, где старый деревянный иконостас был заменен металлическим, стала ц. прп. Антония. В верхней части диаконских врат сохранилась литая хартия с выгравированной надписью, на к-рой указана дата совершения 1-й литургии в храме после обновления иконостаса - 1 сент. 1814 г. Изготовление иконостаса началось в дек. 1809 г. и завершилось в авг. 1812 г. Работы были выполнены киевлянами золотых дел мастерами братьями Захарием и Юрием Брезгуновыми; автор проекта - А. И. Якушкин. Архитектурное решение иконостаса отличается лаконичностью, 2 яруса, цокольный и местный, венчает фронтон с иконой «Тайная вечеря» (утрачена до 80-х гг. XX в.) над царскими вратами и 2 иконами в круглых картушах по сторонам. Гладкое поле его «рамы» декорировано литыми элементами в виде канеллированных колонок, гирлянд и розеток-метоп. Украшением иконостаса были «среброчеканные пестро-золоченые прорезные» царские врата (не сохр.), по центру на полуколонке был чеканный образ прп. Антония, а на створках - традиц. чеканные же композиция «Благовещение» и образы евангелистов (Опись 1892 г. Л. 23. Ч. 74. Гл. 2). Церковь прп. Антония в Ближних пещерах. Фотография. 2013 г.Церковь прп. Антония в Ближних пещерах. Фотография. 2013 г.Установка иконостаса была отложена из-за необходимости написания новых икон. Из 30 икон только 4 (в местном ряду; были украшены серебряными окладами, к-рые ныне утрачены) ранее находились в деревянном иконостасе. В соответствии с описью 1892 г. в местном ряду помимо икон Спасителя и Богородицы с Младенцем представлены храмовый образ «Успение прп. Антония» и икона «Преподобные Антоний и Феодосий благословляют место для Успенского собора». Изображения на диаконских дверях, выполненные иконописцем Леоном Антоновым, связаны со св. Иларионом, митр. Киевским: в верхней части врат он представлен в епископском облачении, а ниже изображено его моление в пещере в бытность священником церкви в с. Берестове. Прямых аналогов этой сцене нет. В цокольный ряд помещены иконы «Прор. Моисей», «Прор. Исаия», «Пришествие прп. Антония с Афона в Киев», «Чудо схождения огня при избрании места для Успенского собора».

В описи храма 1803 г. упомянута икона прп. Антония в медной раме с 10 медальонами с избранными печерскими святыми (ныне над кенотафом прп. Антония). В находящейся напротив церкви «келье» прп. Антония на северной стене сохранилась икона на металле «Божия Матерь Печерская с предстоящими в молении Печерскими преподобными во главе с Антонием и Феодосием». Авторская подпись на иконе датирует ее 1848 г.; вероятно, др. иконы на медных листах относятся к тому же времени. Так, на вост. стене «кельи» размещалась икона «Божия Матерь Влахернская». На зап. стене были иконы, посвященные строительству Успенского собора: «Чудо схождения огня при избрании места для собора», ниже - «Копание рва кн. Святославом» (обе не сохр.).

Инициатором создания новых медных иконостасов в 2 др. подземных церквах был блюститель Ближних пещер соборный старец иером. Филарет. Оба иконостаса, сделаные в Киеве мастером Ф. М. Коробкиным, по размерам и архитектонике близки к иконостасу в ц. прп. Антония.

Церковь прп. Варлаама в Ближних пещерах. Фотография. 2013 г.Церковь прп. Варлаама в Ближних пещерах. Фотография. 2013 г.Новый иконостас в ц. прп. Варлаама был установлен в нояб. 1818 г. По описи 1892 г. количество икон в новом иконостасе по сравнению со старым увеличилось. В «медно-чеканные, прорезные, позолоченные» царские врата (сохр. от прежнего иконостаса, но с переделками) вмонтировано 6 медальонов с изображениями «Благовещения» и евангелистов, внизу надпись о создании иконостаса с датой, именами жертвователей, попечителей и мастера. В сохранившемся до наст. времени иконостасе отсутствуют венчавшие царские врата серебряное чеканное изображение голубя - Св. Духа и корона. Прп. Варлаам Хутынский, мч. Варлаам и прп. Варлаам Печерский. Икона из ц. прп. Варлаама в Ближних пещерах. 1691 г.Прп. Варлаам Хутынский, мч. Варлаам и прп. Варлаам Печерский. Икона из ц. прп. Варлаама в Ближних пещерах. 1691 г.В местном ряду - иконы Спасителя, Богородицы с Младенцем, храмовый образ «Преставление прп. Варлаама» и «Собор всех преподобных Печерских»; над ним - «Св. Троица» с 4 иконами пророков и апостолов по сторонам; в цокольном ряду - «Прп. Варлаам, отпущенный родителями в пещеру на жительство», «Прп. Варлаам, пришедший в монастырь и свергнувший с себя княжескую одежду», «Прп. Варлаам принимает постриг», «Прп. Варлаам, изводимый отцом в сопровождении воинов из пещеры» (Опись 1892 г. Л. 29. Ч. 100. Гл. 8). На диаконской двери - арх. Михаил с огненным мечом в руке.

Согласно той же описи, на сев. стороне храма, близ иконостаса, помещались 4 образа на медных досках, вероятно, из первоначального деревянного иконостаса церкви, освященной в 1691 г. (в наст. время иконы находятся там же): «Спаситель с предстоящими святителями Василием Великим и Иоанном Златоустом», «Печерская икона Божией Матери с предстоящими преподобными Антонием и Феодосием Печерскими», «Прп. Варлаам Хутынский, мч. Варлаам, прп. Варлаам Печерский» (в описи названа иконой «Св. Иоанн Воин с 2 неизвестными святыми») и «Прп. Варлаам с 6 сценами жития».

Начало работ по созданию нового иконостаса Введенской ц. относится к янв.-февр. 1819 г.; в нояб. он уже был установлен. В рапорте Духовному Собору иером. Филарет просил сохранить в этом иконостасе 4 иконы местного ряда из деревянного иконостаса (ЦГИАК. Ф. 128. Оп. 1 (общ.). Д. 1449. Л. 3). Царские врата (не сохр.), «среброчеканные, прорезные», с вкладной надписью в медальонах, видимо, тоже были из старого деревянного иконостаса, но частично переделаны. В местном ряду - иконы Спасителя, Богородицы с Младенцем Христом, храмовая - «Введение во храм Пресв. Богородицы» и «Собор всех Печерских угодников»; несохранившиеся оклады на 2 последних иконах датированы 1783 г. (Опись 1892 г. Л. 37. Ч. 170-171. Гл. 5-6). В овальных иконах над царскими вратами - «Коронование Пресв. Богородицы», по сторонам архангелы - Михаил и Гавриил. В цокольном ряду помещены иконы «Иисус Христос Добрый Пастырь», «Встреча Марии и Елисаветы», «Праведные Иоаким и Анна», «Лестница Иакова». На диаконской двери вверху - «Благовещение», внизу - прор. Исаия.

Датировка сохранившихся икон, ранее находившихся в деревянных иконостасах всех 3 пещерных храмов, уточняется. Возможно, создание следует связывать с проведением масштабных работ по замене иконостаса в Крестовоздвиженском храме, освященном в 1769 г., и с последовавшим затем украшением пещерных иконостасов.

Я. В. Литвиненко
Арх.: Опись 1877 г.: Главная церковная и ризничная опись Дальних пещер // ЦГИАК. Ф. 128. Оп. 2 (общ.). Д. 294. Л. 36 об., 37, 42, 43 об.; Опись 1892 г.: Главная церковная ризничная опись Ближних пещер Киево-Печерской Лавры, составленная в 1892 г. // Там же. Д. 374. Л. 21-40 (публ.: Опис Ближнiх печер Києво-Печерськоï лаври 1892 р. // Лаврський альманах. К., 2012. Вип. 27. С. 126-139); Опись 1893 г.: Главная церковная и ризничная опись Дальних пещер Киево-Печерской Лавры, составленная в 1893 г. // ЦГИАК. Ф. 128. Оп. 2 (общ.). Д. 383. Л. 27 об.- 52 (публ.: Iнвентарний опiс майна Дальнiх печер.1892 р. // Лаврський альманах. 2012. Вип. 27. С. 8-16).
Ист.: Киево-Печерский патерик. К., 1661; Патерик Киево-Печерского мон-ря / Ред.: Д. И. Абрамович. СПб., 1911; Иннокентий (Гизель), архим. Синопсис. К., 1674 (цит. по изд.: Он же. Мечта о рус. единстве: Киевский синопсис (1674) / Предисл. и подгот. текста: О. Я. Сапожников, И. Ю. Сапожникова. М., 2006); Атанасий Кальнофойський, свящ. Тератургима, або чуда (Киïв, 1638 року) / Пер. з польськ.: В. Шевчук // Хронiка 2000. К., 1997. Вип. 17/18. С. 23-44; Мазер К.-П. Образи Києва сер. XIX ст. Нюстремс, 1999.
Лит.: Евгений (Болховитинов), митр. Описание Киево-Печерской Лавры. К., 1826, 1847п. С. 301; Буслаев Ф. И. Ист. очерки рус. народ. словесности и искусства. СПб., 1861. Т. 2; Истомин М. П. К вопр. о древней иконописи Киево-Печерской лавры. К., 1897. Прил.: Описание иконописи Киево-Печерской лавры; Титов Ф. И., прот. Типография Киево-Печерской лавры: Ист. очерк (1606-1616-1721 гг.) К., 1916. Т. 1; Уманцев Ф. С. Настiннi розписи в мурованих спорудах // Iсторiя украïнського мистецтва: В 6 т. К., 1968. Т. 3. С. 175-193; Холостенко М. В. Успенський собор Печерського мон-ря // Стародавнiй Киïв. К., 1975. С. 107-170; Жолтовський П. М. Монументальний живопис на Украïнi XVII-XVIII ст. К., 1988; Таранушенко С. Украïнський iконостас // ЗНТШ. 1994. Т. 227: Працi секцiï мистецтвознавства. С. 141-164; Лебединцев П., прот. О возобновлении стенной живописи в Великой церкви Киево-Печерской лавры в 1840-1843 гг. // Лаврський альманах. 1999. Вип. 2. С. 153-157; Лопухiна О. В. Дiяльнiсть та художнiй напрям лаврськоï iконописноï майстернi в ХIХ - поч. ХХ ст. // Там же. С. 11-17; она же. Живописна школа Києво-Печерськоï лаври другоï пол. XIX - початку XX ст.: Художня освiта i виховання // Там же. 2001. Вип. 5. С. 74-82; она же. Iконостас Хрестовоздвиженськоï церкви в контекстi iсторичного i художнього життя Києво-Печерськоï лаври XVIII-XIX ст. // Там же. 2007. Вип. 17. С. 73-79; Пiтателєва О. В. До питання про розвиток украïнського iконостасу: Зображення iконостасiв пiдземних церков Києво-Печерськоï лаври у планах до книги А. Кальнофойського «Тератургiма» // Там же. 1999. Вип. 2. С. 7-10; она же. Iконостаси двох церков Києво-Печерськоï лаври та ïх зворотнi боки: Передумови виникнення i тематичниi паралелi // Там же. 2006. Вип. 16. С. 155-165; Лазайкiн Ф. Д. Творчiсть В. П. Верещагiна i його проект розпису Успенського собору: (До 165-рiчницi з дня народження) // Там же. 2001. Вип. 3. С. 90-94; Моргуновська Л. Р. Мат-ли про вiдбудову Успенського собору // Там же. С. 95-98; Крайня О. О. До iсторiï монументального розпису Успенського собору кiн. XIX ст. // Велика Успенська церква Києво-Печерьскоï лаври: Слiд у вiках. К., 2002. С. 111-120; Сарабьянов В. Д. Росписи Успенского собора Киево-Печерской лавры и их место в истории древнерусской живописи (Ч. 1) // Лаврський альманах. 2003. Вип. 11. С. 97-117; Кондратюк А. Ю. Монументальний живопис Троïцькоï надбрамноï церкви Києво-Печерськоï лаври: Семантика. Стилiстика // Там же. 2004. Вип. 13. Спецвип. 5; она же. Iконостас Троïцькоï надбрамноï церкви Києво-Печерськоï лаври: Iсторiографiя теми i проблематика дослiдження // Там же. 2007. Вип. 17. С. 47-58; Фiлiпова Т. Церква Спаса на Берестовi // Вiсник УкрДНIпроектреставрацiï. К., 2004. С. 45-46; Литвиненко Я. В. Деякi аспекти художнього оформлення лаврських печер // Могилянськi читання, 2004. К., 2005. С. 335-341; он же. Живопись трех столетий: К вопросу о художественном оформлении ц. Всех святых // Там же, 2005. К., 2006. С. 312-316; он же. Художественное воплощение программы «Всех святых» в иконостасе Всехсвятской ц. [Киево-Печерской Лавры] // Там же, 2006. К., 2007. Ч. 2. С. 96-101; он же. Iконостаси i монументальний живопис лаврських печер: Датування, атрибуцiя, втрати, поновлення // Лаврський альманах. 2012. Вып. 27. Спецвип. 10: Дослiдження печерних комплексiв Києво-Печерськоï лаври. С. 282-305; Дятлов В. А. Киево-Печерская лавра: Справ.-путев. К., 2008; Шиденко В. А. Живописная школа Киево-Печерской лавры // Вибранi працi з iсторiï Києво-Печерськоï лаври. К., 2008. С. 5-138; он же. Иконостасы церквей, находящихся в Дальних пещерах Киево-Печерской лавры // Лаврський альмонах. 2010. Вип. 23. Спецвип. 9. С. 144-157; Сiткарьова О. До iсторiï iконостасов в Успенському соборi Києво-Печерьскоï лаври // Сучаснi проблеми дослiдження, реставрацiï та збереження культурноï спадщини: Зб. наук. праць з мистецтвознавства, архiтектурознавства i культурологiï. К., 2012. Вип. 8. С. 483-496; Коренюк Ю. О. Успенський собор Києво-Печерськоï лаври: Тези до iсторiï художнього ансамблю, стародавньоï та новiтньоï // Украïнська художня культура: пам'яткоохороннi проблемы: Зб. науковых праць. К., 2011. С. 104-193.

Иконописная мастерская К.-П. л. XVIII в.

В этот период живописная мастерская К.-П. л. являлась центром киевской школы монументального искусства. Как крупнейший художественный центр своего времени она определила стилистику и высокий профессиональный уровень мастеров Украины (особенно в эпоху барокко), повлияла на искусство др. стран (напр., ц. Благовещения Пресв. Богородицы Крушедольского мон-ря в Сербии была расписана в 1750-1756 по образцу надвратной Троицкой ц. К.-П. л.- Пащенко. 1983).

О художниках, работавших в мастерской в 1-й пол. XVIII в., архивных документов почти не сохранилось. До нач. 60-х гг. XVIII в. лаврские иконописцы имели начальника, но работали и обучали «молодиков» (молодых монахов-живописцев) в своих кельях (Жолтовський. 1982. С. 5). Имена иеромонахов Иоанна (Максимовича), Феоктиста (Павловского) и Алимпия (Галика), поочередно возглавлявших мастерскую в этот период (ЦГИАК. Ф. 128. Оп. 1 (общ.). Д. 135), упомянуты в архивных материалах 2-й пол. XVIII в. (ЦГИАК, РГИА). В мастерской учились греки, болгары, сербы (Дарманский, Пивоваренко. 1991). Имена учеников встречаются в альбомах тушеванных рисунков 2-й пол. XVIII в., т. н. кужбушках. Многократно повторяются подписи Грицка Маляренко и Федора Бальцеровского, некоторые рисунки подписаны преподавателем иером. Алимпием (Галиком).

Указом 1763 г. было предписано «келейные малярские обученя уничтожить» и учредить «единую только малярню», т. е. живописная мастерская была учреждена официально («Дело о бытии в лавре единой только малярни» - ЦГИАК. Ф. 128. Оп. 1 (общ.). Д. 254). Начальником реорганизованной монастырской «малярни» был назначен иером. Захария (Голубовский). В ней должны были состоять 10 «молодиков» и 20 учеников (Жолтовський. 1982. С. 5). Сохраняя мн. черты цеховой организации, мастерская К.-П. л. во 2-й пол. XVIII в. по характеру учебного и творческого процесса все более приближалась к европ. художественным школам. С этого времени в русле стилистической переориентации украинского искусства в произведениях лаврской мастерской заметны признаки стилей рококо и классицизма.

Икона Божией Матери с Младенцем из Троицкой ц. 1734–1735 гг.Икона Божией Матери с Младенцем из Троицкой ц. 1734–1735 гг.Наиболее ценные источники для исследования деятельности мастерской эпохи барокко - монументальные ансамбли и иконы, в первую очередь росписи лаврских церквей - Великой Успенской и надвратной Троицкой, выполненные после пожара 1718 г. Росписи Троицкой ц. (закончены в 30-х гг. XVIII в.) - единственный, полностью сохранившийся ансамбль. О сюжетах и некоторых особенностях барочной стенописи Успенского собора позволяет судить проект 20-30-х гг. XVIII в., известный в нескольких копиях 1-й пол. ХIХ в. под названиями «Описание иконописи Киево-Печерской лавры» (Истомин. Описание иконописи. 1898) и «Память, что внутр святой великой печерской церкви изображено» (НБУВ ИР. Ф. 1. № 5411-5413). Фрагменты интерьера главного храма лавры воспроизведены в 40-х гг. ХIX в. на акварельных рисунках акад. Ф. Г. Солнцева (барочная живопись Успенского собора тогда еще существовала, но была записана). Эти ансамбли были образцовыми для своего времени. Уцелевшие фрагменты росписей XVIII в. собора Св. Софии Киевской, собора Чуда арх. Михаила и трапезной ц. Преображения Выдубицкого монастыря выполнены немного позже лаврских росписей мастерами, прошедшими обучение в киево-печерской «малярне» или испытавшими ее влияние.

Наиболее показательные образцы станковой живописи и декоративной резьбы лаврской мастерской XVIII в.- иконы из иконостасов Успенского собора (НКПИКЗ, НХМУ), почти полностью сохранившийся иконостас надвратной Троицкой ц. (1734-1735), иконостас лаврской ц. Всех святых (1741; значительная часть его икон утрачена). Мастерами киевской школы, ориентировавшимися на живописные традиции К.-П. л., по-видимому, выполнены иконостасы ц. Преображения Господня в с. Великие Сорочинцы (60-е гг. XVIII в.).

О характере учебного процесса в мастерской во 2-й пол. XVIII в. дают представление упомянутые «кужбушки» (НБУВ ИР. Ф. 229): традиц. образцы для иконописи, проекты произведений декоративно-прикладного искусства, жанровые сценки в «голландском» стиле, абстрактно-героические пейзажи и др. Значительная часть ученических работ - копии укр. и европ. гравированных образцов. Представлены также популярные европ. издания: лицевые Библии Пискатора и Мериана, гравированные альбомы-учебники для художников («абецадла»). Коллекция позволяет судить о круге сюжетов и тем лаврской мастерской и о степени знакомства укр. художников с культурой Зап. Европы.

Метод работы лаврских живописцев был основан в это время на принципах средневекового искусства: главной была не личность художника, а коллективная работа мастерской. Монументальные ансамбли исполнялись большим количеством мастеров. Напр., поновление живописи фасадов Троицкой ц. в кон. XVIII в. потребовало участия более 30 художников (ЦГИАК. Ф. 128. Оп. 1 (общ.). Д. 440). Разделялись обязанности между живописцами разной квалификации, между мастерами и учениками. Мастера выполняли более ответственные части изображения - голову и лицо, остальное, т. н. доличное, обычно писали ученики (Жолтовський. 1983. С. 63). Подобный принцип работы применялся и в портретной живописи того времени.

Существовала определенная последовательность исполнения монументальной росписи. Поверхность известковой, хорошо выдержанной штукатурки шпаклевалась. На нее наносились (чаще всего углем) с помощью заранее разработанных эскизов рисунки буд. композиции. На эскизах выявлялся характер каждой фигуры и композиции в целом, обозначались краски, к-рыми нужно было передать отдельные части изображения. Подобные предварительные рисунки, содержащие надписи с названием красок, представлены среди лаврских «кужбушек» (Уманцев. 1970. С. 166).

Киевские живописцы еще с XVII в. обратились к технике масляной живописи, что было вызвано стремлением придать изображению большую материальную убедительность и достичь его тональной проработки. В частности, росписи лаврской Троицкой ц. выполнены масляными красками с добавлением, вероятно, воска или скипидара. В зависимости от характера изображения художники меняли способ наложения красок: в одних местах употребляли жидкую краску, в других наносили ее пастозно. В нек-рых частях храма живопись локальными цветовыми пятнами соседствует с тональной светотеневой проработкой формы (Там же. С. 171). При выполнении росписей мастера пользовались большим количеством вспомогательного материала (европ. лицевые Библии, гравированные альбомы, отдельные эстампы), изменяя и преобразовывая композицию в зависимости от поставленной задачи.

Можно определить прототипы значительной части композиций Троицкой ц., ряда изображений 60-х гг. XVIII в. в соборе Св. Софии Киевской. В надвратном храме, напр., по известным европ. образцам выполнены композиции «Крещение евнуха ап. Филиппом» на сев. стене трансепта, «Жертвоприношение Авраама» в апсиде жертвенника, цикл «Евангельские заповеди блаженства» на пилястре юж. стены и на юж. пилоне юго-зап. крещатого столпа и др. В алтарной части храма Св. Софии - также сюжеты цикла «Евангельские блаженства». Образцами для подобных росписей были иллюстрации Библий Пискатора, Вайгеля, Мериана, Данкертса и др. популярных европейских гравированных альбомов.

Стенопись лаврских мастеров 1-й пол. XVIII в. по характеру и манере исполнения почти не отличается от станковой живописи, что заметно, напр., при сопоставлении настенных росписей Троицкой ц. с иконами из ее иконостаса. Эти особенности соответствуют общеевроп. тенденциям - с XVII в. в искусстве Зап. Европы ведущую роль играет станковая живопись.

Лик преподобных. Роспись притвора Троицкой ц. 20–30-е гг. XVIII в.Лик преподобных. Роспись притвора Троицкой ц. 20–30-е гг. XVIII в.Киевская монументальная живопись XVIII в. по стилю родственна укр. портрету эпохи: реалистическая тенденция объединялась с использованием орнаментики. Типично введение в стенопись или размещение в храмах живописных, заключенных в рамы портретов исторических персонажей - гетманов, князей, царей, митрополитов, архимандритов, донаторов. В Успенском соборе монументальная «портретная галерея» (до 1718, поновлена и дописана в 20-х гг. XVIII в.), включавшая ростовые изображения архимандритов, князей, царей и гетманов, опоясывала 3 стены нефа (Там же. С. 180). С 20-х гг. XVIII в. до 1-й трети XIX в. на хорах собора формировался комплекс крупных ростовых портретов на холстах (после 1832 перенесены в ризницу, ныне в собр. НКПИКЗ, НХМУ; см.: Лопухiна. 2005).

Значительны достижения лаврских мастеров в изображении пейзажа. Так, в Троицкой ц. композиции с образами природы представлены не только в стенописи, но и на иконах из иконостаса, а также на дверях и стасидиях. Аналогичные приемы исполнения пейзажа наблюдаются и на др. иконах того времени: «Грехопадение» (НХМУ, происходит из с. Березна), «Встреча Марии и Елисаветы» и «Соглядатаи земли Ханаанской» (НМ(Л), НХМУ, обе из с. Сулимовка) и др.

Изгнание торгующих из храма. Роспись Троицкой ц. 20–30-е гг. XVIII в.Изгнание торгующих из храма. Роспись Троицкой ц. 20–30-е гг. XVIII в.Тексты в композициях лаврских ансамблей раскрывали содержание каждого изображения, а их совокупность определяла общую направленность богословской концепции. Введение текстов, заимствованных из церковной лит-ры повседневного использования,- характерная черта росписей киевской школы. Авторы иконографических программ этих монументальных циклов не только старались соотнести зрительный ряд с последованием богослужения, но решали более сложную задачу - создать комментарий к догматической символике (Миляева. 1994. С. 311).

Монументальные ансамбли киево-печерской школы эпохи барокко отразили мировоззренческие изменения в укр. обществе. В них постепенно усложнялся сюжетный замысел, появлялись новые тематические и иконографические решения. Традиц. система росписей становилась средством аллегорического повествования. Концептуализм барокко, склонность художников эпохи к «играм разума» воплотились в сложных по иконографии программах, требовавших от зрителя богословской эрудиции. Взаимодействие богословия и изобразительного искусства определялось деятельностью и тесными связями 2 центров просвещения эпохи - Киево-Могилянской академии и К.-П. л. Содержание стенописи разрабатывалось на основе риторики - ведущей дисциплины в Киево-Могилянской академии. Создание при участии ведущих богословов общей концепции росписи предшествовало живописным работам (Титов. 1915. С. 238). Новые тенденции и традиция, восходившая к средневек. наследию, взаимодействовали в укр. варианте живописи барокко, создавая ее неповторимый облик.

А. Ю. Кондратюк

В ХIХ в.

художественная жизнь К.-П. л. была отмечена ориентацией на академические традиции и переходом к систематическому обучению иконописи. Показательным является смена названия мастерской: в документах 40-80-х гг. XIX в. лаврская «малярня» стала именоваться живописной мастерской, ее продукция - живописными иконами. С 90-х гг. XIX в. она называлась иконописной.

Сретение Господне. Икона. 1855 г. Иконописец иером. Пафнутий (Львов) (НКПИКЗ)Сретение Господне. Икона. 1855 г. Иконописец иером. Пафнутий (Львов) (НКПИКЗ)В 1840-1852 гг. начальником мастерской был иером. Иринарх, возобновивший в 1840-1842 гг. росписи Успенского собора лавры. Под его началом трудились преимущественно городские вольнонаемные иконописцы, также были мальчики-ученики. В 40-х гг. XIX в. под рук. иером. Иринарха были написаны «иконопортреты» Печерских преподобных, размещенные над их раками в пещерах лавры.

По решению Духовного Собора в 1852 г. мастерская иером. Иринарха была закрыта и создана новая, состоящая только из лаврских послушников. Начальником ее в 1852-1865 гг. был выпускник АХ иером. Пафнутий (Львов). В собрании НКПИКЗ сохранились его подписные работы «Сретение Господне» (1855), «Мученики Косма и Дамиан» (1858), «Спас на престоле» (1860). Под его руководством начинали свое послушание иеродиак. Алипий, иеромонахи Альвиан (Скотенко), Григорий (Гордиевский), Феогност (Шанцов), впосл. руководившие иконописной мастерской и школой лавры.

Живописная школа, открытая в 1866 г., стала одним из первых средних художественных учебных заведений на Украине. В справке Духовного Собора 1901 г. указано: «Иконописные мастерские при Лавре существуют издавна, школа же при мастерской учреждена с 1866 года» (ЦГИАК. Ф. 128. Оп. 1 (тип.). Д. 916). Инициатором и организатором ее стал иеродиак. Алипий, по словам худож. Н. И. Мурашко, «истинный смиренный монах и преданный искусству художник» (Мурашко М. I. Спогади старого вчителя. К., 1964. С. 13). Школа, ориентированная на академическую систему обучения, имела дорогостоящие учебные пособия. Иеродиак. Алипий, сопровождавший митр. Арсения (Москвина) во время его поездок в С.-Петербург на заседания Святейшего Синода, копировал для школы в Эрмитаже картины К. П. Брюллова и западноевроп. мастеров. Первым преподавателем в 1866/67 уч. г. был акад. А. Е. Рокачевский. В 1867-1869 гг. его место занял П. С. Сорокин (в 1870-1886 преподаватель МУВЖЗ, с 1883 академик). Превосходные рисовальщики и иконописцы, они заложили основу серьезного академического обучения рисунку и живописи.

В лавре проявляли интерес и к т. н. греческому (или визант.) стилю иконописания, известным представителем к-рого, по мнению современников, был иконописец Троице-Сергиевой лавры И. М. Малышев. В 1866 г. послушники Андрей Бубликов и Феодосий Шанцов были направлены в Троице-Сергиеву лавру, где в течение года изучали «способы и приемы живописи греческого стиля» (ЦГИАК. Ф. 128. Оп. 1 (общ.). Д. 2445). В 1868 г. митр. Арсений (Москвин) предписал мон. Алипию (Бубликову) обучать иконописанию «греко-византийского стиля» в К.-П. л.

Вид Киево-Печерской лавры. Тонолитография. 1866 г. (РГБ)Вид Киево-Печерской лавры. Тонолитография. 1866 г. (РГБ)Одновременно с открытием живописной школы в 1866 г. было решено обучать неск. мальчиков гравированию на дереве и печати на камне при лаврской типографии. Предполагалось, что их подготовкой будут заниматься приглашенные для работы иностранные мастера. Так, один из лучших учеников, Федор Козачинский, в 1867 г. был направлен в типографию для изучения техники литографирования. Известны литографии с пометой об исполнении «в литографическом отделении живописной школы» К.-П. л., напр. «Вид Киево-Печерской лавры с северной стороны» (1866, РГБ), «Распятие Христово, с предстоящими» нач. ХХ в. (НКПИКЗ); в ж. «Нива» была опубликована литография М. Рашевского по рисунку Ф. (Феодосия?) Козачинского «Вход в Ближние пещеры» (1889).

В 1871 г. Духовный Собор лавры, обеспокоенный большими затратами на школу (10 тыс. р. за 4 года), отказался от вольнонаемных преподавателей. Заведующим живописной школой стал смотритель иконописной мастерской иером. Альвиан (Скотенко). В собрании НКПИКЗ имеются 2 подписные его работы: «Кончина иеросхим. Парфения» (1855) и портрет митр. Арсения (Москвина) (1874). Сохранилась также выполненная в 1872 г. иером. Альвианом с учениками настенная композиция «Мытарства прп. Феодоры» при входе в Ближние пещеры.

Поклонение души Христу. Фрагмент композиции «Мытарства прп. Феодоры». Роспись Ближних пещер. Фотография. 2013 г.Поклонение души Христу. Фрагмент композиции «Мытарства прп. Феодоры». Роспись Ближних пещер. Фотография. 2013 г.Школа, первоначально размещавшаяся на Ипсилантьевском подворье на Печерске, в 1874 г. была переведена на территорию лавры; из нее были исключены вольноприходящие ученики. Для школы было построено 2-этажное здание с 2 большими залами и 10 комнатами для учеников (корпус № 31). Для хорошего освещения над залом была надстроена стеклянная галерея с потолком из матового стекла и устроен световой фонарь на внешней стене.

В 1882 г. были составлены программа и устав лаврской иконописной школы. Целью ставилось «дать учащимся художественно-иконописное образование, а также и художественную подготовку для учеников, имеющих выдающиеся способности, к поступлению в высшие художественные училища» (ЦГИАК. Ф. 28. Оп. 3 (тип.). Д. 167). Принимали мальчиков не младше 12 лет после экзамена по рисованию. Программа, рассчитанная на 6 лет, повторяла начальные разделы академической. Сначала, в течение года или 2, серьезно изучался рисунок (рисование орнаментов, затем античных гипсов). Занятия живописью на следующем этапе предполагали копирование образцов, учащиеся писали натюрморты, драпировки, живую натуру и выполняли эскизы на заданные религ. темы; создавали иконы красками на дереве. После основного, 3-летнего курса обучения, выдавалось свидетельство об окончании лаврской иконописной школы и о получении звания мастера церковного иконописания. Обучение носило практический характер, в течение дня занятия чередовались с иконописанием. На уроки рисования и живописи, которые должны были вести 2 вольнонаемных учителя, отводилось ежедневно 4 ч., на общеобразовательные предметы - 2 ч. В свободные воскресные и праздничные дни учащиеся присутствовали на богослужениях в больничной Никольской ц. лавры. Планировалось, что в течение 6 месяцев, с марта по авг., ученики будут выполнять заказные работы по художественному оформлению церквей. Лето проводили в Китаевской пуст., работая над пейзажными этюдами. В сент. предоставлялся отпуск, учебный год начинался 1 окт.

Число воспитанников, находившихся на полном лаврском обеспечении, в разные годы менялось от 15 до 20 чел. В основном это были дети, часто сироты, из бедных семей духовного сословия, крестьян и мещан. В 70-х гг. XIX в. в школе училось неск. сербов и болгар. На содержание каждого ученика лавра тратила ежегодно 100 р. Ученику полагалось небольшое жалованье (8 р. в год) и особое вознаграждение за успехи.

В кон. 70-х - нач. 80-х гг. XIX в. лучшие из учеников иером. Альвиана работали репетиторами в рисовальной школе Мурашко, который высоко оценивал уровень их подготовки. В числе выпускников АХ посл. четв. ХIХ в. значились лаврские воспитанники художники братья П. С. и Ф. С. Козачинские, худож.-медальер М. А. Скуднов, передвижник Ф. А. Чирко, С. Т. Власенко, худож.-мозаичист И. Е. Вершинин, И. С. Ижакевич (Кондаков С. Н. Юбилейный справочник Имп. АХ. Пг., 1915. Ч. 2). Искусствовед и худож. С. П. Яремич с 1882 по 1887 г. учился в школе, а затем трудился в иконописной мастерской лавры.

Старшие ученики принимали участие в монументальных художественных работах. Так, Ижакевич и С. В. Науменко в 1883-1884 гг. участвовали в реставрации и поновлении древних фресок Кирилловской ц. в Киеве. Яремич в кон. 80-х гг. XIX в. помогал М. А. Врубелю писать орнаменты во Владимирском соборе. В 1911 г. учащиеся школы поновляли живопись на фасадах Успенского собора лавры.

В 1883 г. иконописная мастерская и школа переехали в новое большое 2-этажное здание (корпус № 30) на площадке с видом на Днепр и нижнюю территорию лавры. В школе были собраны разнообразные пособия и живописные образцы для обучения и копирования, имелась б-ка с альбомами и книгами по искусству. Устраивались выставки работ для поощрения учеников и ознакомления публики с деятельностью школы. Лучшие из работ отмечались денежной наградой и предоставлялись для отчета в Духовный Собор лавры. В архивных фондах Св. Синода сохранились нек-рые рисунки учеников школы, присланные в синодальный училищный совет (РГИА. Ф. 835. Оп. 4. Д. 144).

Наряду со школой в К.-П. л. существовала иконописная мастерская, где писали кроме икон и портреты духовных лиц. В позолотной мастерской золотили иконные доски, украшая их чеканным орнаментом и живописью под эмаль. Согласно Уставу 1874 г., задачами иконописной мастерской было поновление и поддержание икон и росписей в лаврских церквах, изготовление икон для поднесения знатным гостям и для продажи в иконных лавках. По отчетным ведомостям 70-80-х гг. XIX в., основной объем работ составляло поновление живописи и иконостасов в лавре. В 1893-1895 гг. лаврские мастера под рук. начальника иером. Феогноста (Шанцова) поновляли иконостас Крестовоздвиженской ц., новые иконы праздничного ряда были написаны воспитанником школы Науменко.

Господь Вседержитель. Роспись ц. Всех святых. 1906 г. Худож. И. С. Ижакевич с ученикамиГосподь Вседержитель. Роспись ц. Всех святых. 1906 г. Худож. И. С. Ижакевич с ученикамиПостоянной проблемой была необходимость передавать поступавшие в лавру заказы городским иконописцам, ввиду невозможности выполнить их собственными силами школы. Ученики школы, завершив обучение, в большинстве своем покидали лавру. Как указывал в рапорте 1897 г. иером. Феогност, «посторонние мастера работают прежде всего для своих мирских интересов и материальных выгод, а вся нравственная ответственность за выполнение работ падает всецело на иконописную школу Лавры» (ЦГИАК. Ф. 128. Оп. 1 (благочин.). Д. 3443). Для священноначалия лавры главным критерием было написание икон в строго церковном духе. «Исполненные в мастерской работы производят впечатление надлежащей правильности по рисунку, церковному стилю и технике, а некоторые из них - даже по художественности»,- отметил наместник архим. Антоний (Петрушевский) в 1906 г. (Там же. Оп. 1 (КДС). Д. 644. Л. 618).

Иконописная мастерская Киево-Печерской лавры (в центре — иером. Владимир (Соколов), 2-й слева в 1-м ряду — К. Н. Редько, во 2-м ряду за иеродиак. Евсевием Н. Н. Гусаченко). Фотография. 1914 г.Иконописная мастерская Киево-Печерской лавры (в центре — иером. Владимир (Соколов), 2-й слева в 1-м ряду — К. Н. Редько, во 2-м ряду за иеродиак. Евсевием Н. Н. Гусаченко). Фотография. 1914 г.Руководствуясь практическими нуждами мон-ря, Духовный Собор по мере возможности стремился уменьшить расходы на содержание иконописной школы. Были длительные периоды отсутствия профессиональных преподавателей. В справке 1901 г. для Комитета попечительства о рус. иконописи сообщалось: «В иконописной школе обучают рисованию и пишут иконы, в последнее время вводится преподавание предметов из программы церковно-приходских школ. Постановка дела в лаврской иконописной мастерской носит практический характер, предлагаются хорошие иконописные образцы, делаются технические указания, но не преподаются общие научные сведения об иконописном искусстве» (Там же. Оп. 1 (тип.). Д. 916). Указывалось на отсутствие в тот момент квалифицированного преподавателя рисования и живописи, занятия проводили иконописцы из монашеской братии. В ответ на запрос о системе обучения, поступивший в 1903 г. из Троице-Сергиевой лавры, сообщалось, что «в лаврской иконописной школе определенных программ преподавания пока не выработано» (Там же. Оп. 2 (тип.). Д. 862).

Известным воспитанником школы К.-П. л. был иконописец и народный художник Украины Ижакевич (1864-1962). В 1876 г. мальчик из бедной крестьянской семьи был принят в иконописную школу и, завершив 6-летний курс обучения, поступил в АХ (1884). В 1894-1901 гг. он участвовал в росписи Успенского собора лавры под рук. В. П. Верещагина. В течение 1905/06 уч. г., работая под началом Щусева над росписями Трапезной ц. преподобных Антония и Феодосия Киево-Печерских, Ижакевич преподавал рисование в лаврской школе. Занятия проводил безвозмездно, как было написано в его заявлении наместнику: «...ввиду того, что я, как бывший воспитанник лаврской рисовальной школы, хочу в настоящее время быть полезным Лавре, в ответ на ее прежние обо мне заботы» (Там же. Оп. 1 (КДС). Д. 644. Л. 77). О результатах его педагогической деятельности сообщал смотритель иконописной школы и мастерской иером. Владимир (Соколов): «…учитель рисования И. С. Ижакевич в продолжение истекшего года относился к преподаванию с большой любовью и усердием, к ученикам - с крайним вниманием и простотою, и этим возбудил в них большую энергию к занятиям, результатом этого явилась возможность своими силами расписать церковь Всех святых на Экономических воротах» (Там же. Л. 78).

Небесный Иерусалим. Роспись ц. Всех святых. 1906 г. Худож. И. С. Ижакевич с ученикамиНебесный Иерусалим. Роспись ц. Всех святых. 1906 г. Худож. И. С. Ижакевич с ученикамиХрам Всех святых был расписан под рук. Ижакевича в 1906 г. в течение 6 месяцев, отводившихся, по уставу школы, для выполнения практических работ. В составе бригады из 24 иконописцев было 18 учеников школы, выполнявших росписи по собственным эскизам. Среди них - Ф. З. Коновалюк и Е. И. Судомора, в советское время получившие профессиональное признание как художники. Непосредственное участие в этих художественных работах принимал иером. Владимир (Соколов), выпускник Строгановского уч-ща технического рисования, который в 1888 г. поступил учителем рисования в лаврскую школу, принял постриг в 1894 г. Он был последним руководителем лаврской иконописной школы и мастерской в 1905-1918 гг. Вспоминая своего наставника, худож. К. Н. Редько писал, что «этот человек был одним из самых выдающихся по культуре и интересных по индивидуальности из встреченных мною в тот период моей жизни. Суровый аскетизм и вера в Божие предопределение уживались в нем с эстетическим пантеизмом истинного художника. Будучи монахом, он писал иконы и пейзажи в светлых тонах» (ЦДАМЛМУ. Ф. 333. Д. 20).

Эскиз росписи у входа в Киево-Печерскую лавру. 1900–1901 гг. Худож. В. Д. СонинЭскиз росписи у входа в Киево-Печерскую лавру. 1900–1901 гг. Худож. В. Д. СонинВ 1906-1910 гг. преподавателем рисования в школе и руководителем иконописных работ лаврской мастерской был В. Д. Сонин. Потомственный иконописец, в 1901 г. он получил диплом АХ. Под его рук. в 1900-1901 гг. была заново выполнена наружная роспись фасадов надвратной Троицкой ц. и написаны композиции Соборов Киево-Печерских чудотворцев на стенах перед св. воротами лавры. В числе работ Сонина - образ прп. Евфросинии Полоцкой на раке с ее мощами в Дальних пещерах.

Собор Киево-Печерских чудотворцев. Роспись у входа в Киево-Печерскую лавру. 1900–1901 гг. Худож. В. Д. СонинСобор Киево-Печерских чудотворцев. Роспись у входа в Киево-Печерскую лавру. 1900–1901 гг. Худож. В. Д. СонинВоспитанником иером. Владимира (Соколова) и учеником иконописной школы в 1906-1910 гг. был В. Н. Чекрыгин (1897-1922), позднее ставший одним из ярких художников рус. авангарда. Проведенные в лавре годы в значительной степени определили настрой души и духовную устремленность его творчества. В качестве своих учителей он указывал нем. философов и «больше всего церковь, или, верней, конкретней, школу Богослужения» (Мурина Е. Б., Ракитин В. И. Василий Николаевич Чекрыгин. М., 2005. С. 215). К последнему поколению воспитанников лаврской школы относился также Н. Н. Гусаченко (1893-1984), в советское время удостоенный звания заслуженного деятеля искусств Кабардино-Балкарии.

Картину жизни лаврской школы 1910-1914 гг. воссоздают воспоминания худож. Редько (1897-1956) и его автобиографическая повесть «Зрачки солнца» (ЦДАМЛМУ. Ф. 333. Д. 8-10). Обучение в школе выходило за рамки овладения приемами иконописного ремесла. В программе занятий наряду с академическим рисунком были также натюрморт и пейзаж. Проводились сеансы рисования с живой натуры. Учеников знакомили с анатомией и перспективой, искусством эпохи Ренессанса. Иконы писались по образцам, к-рыми служили репродукции. В 1910-1912 гг. преподавателем был А. Е. Чижский, после него - И. И. Мищенко. В свободное время ученики занимались живописью, наиболее способным из них разрешалось писать этюды в стиле импрессионистов. Художники Ижакевич и М. В. Нестеров, часто бывавшие в школе, смотрели и обсуждали с учениками их работы. Неск. раз в год в мастерской устраивались ученические выставки, где лучшие произведения отмечались денежным вознаграждением. После открытой 25 дек. 1913 г. рождественской выставки Редько, получивший 1-ю премию, продолжил обучение в школе Имп. об-ва поощрения художеств в С.-Петербурге.

Школа прекратила существование в 1915 г., после начала первой мировой войны. В списке лаврской мастерской за 1918 г. значилось только 5 иконописцев. Смерть иером. Владимира, принявшего схиму с именем Варлаам, в 1919 г. ознаменовала конец истории лаврской иконописной школы. Худож. Редько, увидев в послевоенной лавре разрушенное здание иконописной школы, записал в дневнике: «Погиб родной дом, в котором я узнал, что помимо жизни, составляющей хлеб насущный, существует мир Искусства» (Там же. Д. 22. Л. 228).

Е. В. Лопухина
Арх.: НБУВ ИР. Ф. 1. № 5411-5413; Ф. 229. № 1-48; РГБ ОР. Ф. 152. № 2; РГИА. Ф. 797. Оп. 64. Ст. 3. Отд. 3. Д. 161; Ф. 835. Оп. 4. Д. 144; ЦГИАК. Ф. 28. Оп. 3. Д. 167; Ф. 128. Оп. 1 (тип.). Д. 916; Оп. 1 (общ.). Д. 135, 254, 440, 2445; Оп. 1 (благочин.). Д. 3443; Оп. 1 (КДС). Д. 644; Оп. 2 (тип.). Д. 862; ЦДАМЛМУ. Ф. 333. Д. 8-10, 20, 22.
Лит.: Истомин М. П. К истории живописи в Киево-Печерской лавре в XVIII в. // ЧИОНЛ. 1895. Кн. 9. Отд. 2. С. 65-75; он же. К вопросу о древней иконописи Киево-Печерской лавры // Там же. 1898. Кн. 12. Отд. 2. С. 3-19; он же. Описание иконописи Киево-Печерской лавры // Там же. Отд. 3. Прил. С. 34-89; он же. Обучение живописи в Киево-Печерской лавре // Искусство и худож. промышленность. СПб., 1901. № 10. С. 291-310; № 11. С. 311-318; Вишневский Д. К. Киевская академия в 1-й пол. XVIII ст. К., 1903; Петров Н. И. Воспитанники Киевской Академии из сербов с нач. синодального периода и до царствования Екатерины II (1721-1762) // ИОРЯС. 1904. Т. 9. Кн. 4. С. 1-16; Титов Ф. И., прот. Имп. КДА в ее трехвековой жизни и деятельности (1615-1915 гг.). К., 1915; Бiлецький П. О. Портрет // Iсторiя украïнського мистецтва. К., 1968. Т. 3: Мистецтво др. пол. XVII - XVIII ст. С. 240-283; он же. Украïнський портретний живопис XVII - початку XVIII ст.: Проблеми становлення i розвитку. К., 1969; он же. Украïнське мистецтво др. пол. XVII - XVIII ст. К., 1981; Уманцев Ф. С. Настiннi розписи в мурованих спорудах // Iсторя Украïнського мистецтва. К., 1968. Т. 3. С. 154-193; он же. Троïцька надбрамна церква Києво-Печерськоï Лаври. К., 1970; Килессо С. К. Киево-Печерская лавра. М., 1975; Мiляєва Л. С. Росiйсько-украïнсько-сербськi зв'язки 14-18 ст. // Образотворче мистецтво. К., 1976. № 4. С. 28-30; она же. Спасо-Преображенська ц. с. Великi Сорочинцi Полтавськоï обл. // Украïнське барокко та європейський контекст / Ред.: О. К. Федорук. К., 1991. С. 128-135; она же (Миляева Л. С.). Иконография и красноречие украинского барокко (росписи надвратной ц. Киево-Печерской Лавры) // Восточнохристианский храм: Литургия и искусство. СПб., 1994. С. 308-316; Жолтовський П. М. Малюнки Києво-Лаврськоï iконописноï майстернi: (Альбом-кат.). К., 1982; он же. Художнє життя на Украïнi в XVI-XVIII ст. К., 1983; он же. Монументальний живопис на Украïнi XVII-XVIII ст. К., 1988; Пащенко Є. М. Про походження стiнописiв мон-ря Крушедол у Сербiï // Украïнське мистецтво у мiжнародних зв'язках: Дожовтневий перiод / Ред.: В. А. Афанасьев. К., 1983. С. 96-106; Дарманский П. Ф., Пивоваренко Л. Н. О связях Киево-Печерской лавры с Болгарией // Духовная культура населения Украины с древнейших времен. К., 1991. С. 53-68; Корнiй Л. До питання про синтез мистецтв в украïнському барокко: (Роль музики в шкiльнiй драмi) // Украïнське барокко: Мат-ли I конгр. Мiжнар. асоцiацiï украïнiстiв. К., 1993. С. 251-257; Шевчук В. З методики виховання художникiв у малярнi Києво-Печерськоï Лаври 1-й пол. XVIII ст.: Дипломна робота / Нац. акад. образотворчого мистецтва i архiтектури. К., 1998. Ркп.; Лопухiна О. В. Дiяльнiсть та художнiй напрям лаврськоï iконописноï майстернi в ХIХ - поч. ХХ ст. // Лаврський альманах. К., 1999. Вип. 2. С. 11-17; она же. Живописна школа Києво-Печерськоï лаври др. пол. ХIХ - поч. ХХ ст.: Художня освiта i виховання // Там же. 2001. Вип. 5. С. 74-82; она же. Портретна галерея Успенського собора Києво-Печерськоï лаври // Там же. 2005. Вип. 14. С. 81-87; она же. Пафнутiй Львов - лаврський iконописець i художник Iмператорськоï академiï мистецтв // Там же. 2006. Вип. 16. С. 37-41; она же. Художники В. Чекригiн i К. Редько: Життя та творчiсть вихованцiв лаврськоï iконописноï школи поч. ХХ ст. // Там же. 2012. Вип. 26. С. 143-155; Ошуркевич Л. О., Слiпченко Н. I., Сьомочкiн I. В. Концепцiя вiдтворення стiнопису Успенського собору Києво-Печерськоï лаври // Вiсник iнституту Укрзахiдпроектреставрацiя. Львiв, 2000. № 11. С. 101-144; Пiтателєва О. В. До проблеми пейзажу лаврськоï живописноï школи: (Троïцька надбрамна церква) // Лаврський альманах. 2001. Вип. 5. С. 99-104; Кондратюк А. Ю. Монументальний живопис Троïцькоï надбрамноï церкви Києво-Печерськоï лаври: Семантика, стилiстика // Там же. 2004. Вип. 13. Спецвип. 5. С. 5-159; она же. Монументальний живопис Троïцькоï надбрамноï церкви Києво-Печерськоï лаври: Кат. / НКПИКЗ. К., 2005; Шиденко В. А. Живописная школа Киево-Печерской лавры // Он же. Вибранi працi з iсторiï Києво-Печерськоï лаври. К., 2008. С. 5-138.
Рубрики
Ключевые слова
См.также
  • КИЕВСКИЙ ЗЛАТОВЕРХИЙ ВО ИМЯ АРХАНГЕЛА МИХАИЛА МУЖСКОЙ МОНАСТЫРЬ находился в Киеве
  • КИЕВСКАЯ ЕПАРХИЯ диоцез на укр. и в отдельные периоды белорус. землях под непосредственным управлением Киевского митрополита
  • АВГУСТИН Аврелий (354 - 430), еп. Гиппонский [Иппонийский], блж., в зап. традиции свт. (пам. 15 июня, греч. 28 июня, зап. 28 авг.), виднейший латинский богослов, философ, один из великих зап. учителей Церкви
  • АВЕНТИН († 528), еп. Шартрский, свт. (пам. зап. 4 февр.)
  • АВИВ (ок. 30-60-е гг. VI в.), еп. Некресский, сщмч. (пам. 29 нояб.), один из 13 преп. сир. отцов (пам. 7 мая)
  • АВИТ (сер. V в. – 530), аббат Миси, прп. (пам. зап. 17 июня)
  • АВКСЕНТИЙ ЧУДОТВОРЕЦ прп. Кипрский (пам. кипр. 28 сент.)
  • АВРААМИЕВ ГОРОДЕЦКИЙ В ЧЕСТЬ ПОКРОВА ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЫ МОНАСТЫРЬ (Костромской и Галичской епархии), в с. Ножкине Чухломского р-на, основан в кон. XIV в.
  • АВРААМИЙ [АВРАМИЙ] БОЛГАРСКИЙ († 1229), мч. (пам. 1 апр., 9 марта, 4 нед. по Пасхе и в Соборе Владимирских святых)
  • АВРААМИЙ ГАЛИЧСКИЙ [Чухломской, Городецкий] († 1375), прп. (пам. 20 июля, 23 янв. - в Соборе Костромских святых и в Соборе Радонежских святых)
  • АВРААМИЙ ЗАТВОРНИК (не ранее 2-й трети XIII - нач. XIV в.), прп., Киево-Печерский (пам. 29 окт., 28 сент.- в Соборе преподобных отцов Киево-Печерских в Ближних пещерах почивающих, в неделю 2-ю Великого поста - в Соборе всех преподобных отцов Киево-Печерских и в Соборе всех святых, в Малой России просиявших)
  • АВРААМИЙ ИГУМЕН († между 1377 и 1399, возможно, 1392) прп. Киево-Печерский (пам. 29 окт. в неделю 2-ю Великого поста - в Соборе преподобных отцов Киево-Печерских и в Соборе всех святых, в Малой России просиявших)
  • АВРААМИЙ РОСТОВСКИЙ архим., прп. (29 окт. - обретение мощей, 23 мая – в Соборе Ростово–Ярославских святых и в Соборе Карельских святых )
  • АВРААМИЙ ТРУДОЛЮБИВЫЙ прп. Киево-Печерский, в Ближних пещерах почивающий (пам. 21 авг., 28 сент.- в Соборе преподобных отцов Киево-Печерских, в Ближних пещерах почивающих, в неделю 2-ю Великого поста - в Соборе всех преподобных отцов Киево-Печерских и в Соборе всех святых, в Малой России просиявших)
  • АГАПИТ, ВРАЧ БЕЗМЕЗДНЫЙ (XI в.), прп. (пам. 1 июня; 28 сент.- в Соборе преподобных отцов Ближних пещер и в неделю 2-ю Великого поста - в Соборе всех святых, в Малой России просиявших), монах Киево-Печерского монастыря
  • АГАПИТ КИЕВО-ПЕЧЕРСКИЙ (в схиме Феодосий, в миру Милованов Тимофей Павлович) († 1887), игум.
  • АГАФИЯ ВСЕВОЛОДОВНА († 1238), св. блгв. кнг. местночтимая (пам. 23 июня - в Соборе Владимирских святых)
  • АГАФОН прп. (пам. 20 февр., 28 авг.- в Соборе Киево-Печерских преподобных отцов, в Дальних пещерах почивающих, в неделю 2-ю Великого поста - в Соборе всех преподобных отцов Киево-Печерских и в Соборе всех святых, в Малой России просиявших), чудотворец Киево-Печерский
  • АЗАРИЯ ПОСТНИК КИЕВО-ПЕЧЕРСКИЙ прп.
  • АКИНДИН (XIII в.), архим. Киево-Печерского мон-ря в 20-30-х гг. XIII в., прп. (пам. 28 авг.– в Соборе Киево–Печерских преподобных отцов, в Дальних пещерах почивающих и во 2-ю Неделю Великого поста — в Соборе всех Киево–Печерских преподобных отцов)
  • АКИНДИН (XII в.?), игум. Киево-Печерского мон-ря
  • АЛЕКСАНДР ЯРОСЛАВИЧ НЕВСКИЙ (в иночестве Алексий, после 1219/20 - 1263), вел. кн. Владимирский, св. блгв. (пам. 23 нояб. и 30 авг., в Соборе Владимирских святых, в Соборе Карельских святых, в Соборе Новгородских святых, в Соборе Ростово-Ярославских святых, в Соборе Санкт-Петербургских святых, в Соборе Тульских святых и в Соборе святых земли Эстонской)