СИНОДАЛЬНАЯ ТИПОГРАФИЯ

История С. т. непосредственно связана с учреждением при царе Иоанне IV Васильевиче Грозном в 1553 г. первой в Московском гос-ве типографии, располагавшейся в Москве, в Китай-городе, по соседству с московским Греческим во имя святителя Николая Чудотворца мужским монастырем. Впосл. типография стала называться Государевым Печатным двором. В XVII в., пережив Смутное время, Печатный двор, располагавшийся на Никольской ул., активно развивался. Издание книг неизменно осуществлялось по царскому указу. Монарху и патриарху преподносили по одному экземпляру в лучшем переплете. У государя спрашивали разрешение назначить цену, и только после этого книга поступала в продажу. Такой порядок просуществовал до 1653 г., когда Печатный двор по царскому указу был передан духовенству. С того времени патриарх Московский и всея Руси Никон (Минов) стал распорядителем в типографии и имел право самостоятельно издавать указы о создании новых книг и их продаже. По указу патриарха Московского и всея Руси Иоакима (Савёлова) в 1681 г. при Печатном дворе было создано греч. уч-ще - т. н. Типографская школа иером. Тимофея, ставшая одной из первых российских профессиональных школ.

Синодальная типография в С.-Петербурге. 1887 г. Фотография. 1911 г.Кардинальные изменения в деле издания и распространения Свящ. Писания, творений св. отцов и богослужебной лит-ры произошли в XVIII в. и непосредственно связаны с периодом правления имп. Петра I Алексеевича. 16 дек. 1702 г. вышел именной царский указ, в котором говорилось: «...по ведомостям о воинских и всяких делах, которые надлежат для объявления Московского и окрестных государств людям, печатать куранты, а для печати тех курантов, ведомости, в которых приказах, о чем ныне есть какие и впредь будут, присылать из тех приказов в Монастырский приказ... а из Монастырского Приказа те ведомости отсылать на Печатной двор. И о том во все приказы из Монастырскаго приказа послать памяти» (ПСЗ. Т. 4. С. 201).

Т. о., Московский Печатный двор поступил в заведование начальника Монастырского приказа. Типография же еще ранее, в 1701 г., передавалась в непосредственное управление справщику (затем директору) Ф. П. Поликарпову-Орлову (1660/70-е гг.- 1731). В 1722 г. он был вынужден оставить место зав. Печатным двором из-за обнаружившихся там хищений, но при имп. Екатерине I Алексеевне в 1726 г. был вновь назначен, став директором Московской С. т. и прослужив в этом качестве до смерти. При этом управляющим Печатным двором с 1702 г. был сподвижник имп. Петра I А. И. Мусин-Пушкин, руководивший в 1708-1710 гг. введением т. н. рус. гражданского шрифта (до 1708 все издания Печатного двора печатались только славянским или церковным шрифтом).

В 1710 г. имп. Петр I решил учредить типографию в С.-Петербурге. В письме от 29 окт. 1710 г. на имя Мусина-Пушкина царь повелел: «...станок друкарный с новыми литерами извольте сюда прислать по первому зимнему пути со всем, что к нему принадлежит, также с людьми» (Кр. очерк истории. 1895. С. 3-4). С 1711 по 1714 г. типография, в дальнейшем ставшая синодальной, помещалась в доме цейх-директора М. П. Аврамова (1681-1752). Он стал первым директором столичной типографии, занимая эту должность до 1721 г. В 1711 г. из Москвы в С.-Петербург для типографских работ были присланы 4 наборщика, 2 тередорщика (т. е. печатника) и 2 батырщика (т. е. рабочих, набивавших краской набранный текст при печатании на станке). В 1714 г. дополнительно в новую столицу командировали еще 7 наборщиков, 4 тередорщиков и 4 батырщиков.

В течение 1-го десятилетия своего существования типография, располагавшая 7 печатными станками и одним гравировальным станком, находилась в ведении Оружейной канцелярии. 4 марта 1719 г. по Сенатскому указу «О распределении ведомства дел между разными присутственными местами» московский Печатный двор и С.-Петербургская типография были переданы в ведение Штатс-конторы.

16 февр. 1721 г. по именному указу имп. Петра I, объявленному «из Сената», «Печатному двору и школам Славянского и Грекороссийского языков, что в Москве, и друкарне, которая в Санктпетербургу, и служителям, при том обретающимся, быть, кроме Навигацских школ, в ведении Духовной Коллегии». (ПСЗ. Т. 6. С. 358). Т. о., все типографии духовного ведомства (в С.-Петербурге, Москве, Чернигове и Киеве) были переданы в ведение Синода. Тогда же была основана и типография в Александро-Невском мон-ре С.-Петербурга.

21 июля 1721 г. последовало синодальное решение, требовавшее все типографии духовного ведомства - как существовавшие, так и те, к-рые «впредь где по указам устроены будут, для лучшего усмотрения и в прилучающихся делах, между оными правления, со всеми прежде бывшими над оными командующими и служительными ведать того Святейшего Правительствующего Синода советнику, Ипатского монастыря архимандриту Гавриилу, которому, того ради правления и действа, при Правительствующем Синоде иметь особливую контору… и писаться помянутому советнику - школ и типографий протектором» (Кр. очерк истории. 1895. С. 7).

В результате Аврамов перешел в Берг-коллегию асессором, и типография осталась без опытного руководителя, поскольку архим. Гавриил (Бужинский) большее внимание уделял иным своим обязанностям, являясь не только присутствующим в Синоде, но (с 20 марта 1722) и настоятелем Троице-Сергиевой лавры. С кон. 1721 г. он пребывал в Москве, вернувшись в С.-Петербург лишь весной 1723 г.

15 дек. 1724 г. имп. Петр I посетил столичную типографию, состояние к-рой признал «жалким», и повелел вновь назначить Аврамова ее цейх-директором. Высочайшее повеление было объявлено самим архим. Гавриилом на следующий день, 16 дек. Однако увольнение архим. Гавриила состоялось только 28 февр. 1726 г. К тому времени материальное состояние столичной С. т. ухудшилось еще более. Не имея никаких источников для поддержания С.-Петербургской типографии, Синод 7 июля 1727 г. постановил представить через Верховный тайный совет всеподданнейшее донесение имп. Петру II Алексеевичу, дабы содержать типографию в одном месте - в Москве, где и следовало печатать церковные книги.

4 окт. 1727 г. был издан именной указ имп. Петра II, «объявленный из Верховного Тайного Совета Сенату», «О бытии в Санктпетербурге типографиям только при Сенате и при Академии, о переводе в Москву для печатания церковных книг типографий, находившихся при Сенате и при Александровском монастыре». Согласно указу, «друкарням в Санктпетербурге быть в двух местах, а именно: для печатания указов в Сенате, для печатания ж исторических книг, которые на Российской язык переведены, и в Синоде апробированы будут, при Академии, а прочим, которые здесь были в Синоде и в Александрове монастыре Невском, те перевесть в Москву со всеми инструменты, и печатать только одне церковные книги, как издревле бывало, в одном месте на Москве под ведением Синодским, и чтоб никаких в печатании тех книг погрешений и противности, как Закону, так и Церкви быть не могло, того Синоду по должности своего звания смотреть прилежно» (ПСЗ. Т. 7. С. 873).

Московская С. т., как и ранее, размещалась на Никольской ул. в зданиях XVII в. В правление имп. Елизаветы Петровны были осуществлены 2 капитальные постройки внутри двора Московской С. т., а также приобретен и приспособлен для типографских нужд стоявший рядом дом гр. П. Б. Шереметева (следует отметить, что в царствование имп. Елизаветы Петровны, 13 окт. 1753, Синод выпустил специальную грамоту митр. Киевскому Тимофею (Щербацкому) об учреждении типографии при Киевской митрополии для печатания в ней церковных и присылаемых из Палестины (и из др. стран) книг на греч. и польск. языках). В 1814 г. для Московской С. т. на той же улице было построено новое здание. Московская С. т. специализировалась на издании церковных книг кирилловской печати. Выпускались также азбуки, буквари, месяцесловы. В XVIII в. было напечатано свыше 1300 книг кирилловской печати. Выходили также книги гражданской печати - памятники древнерус. лит-ры («Сказания о осаде Троицкого Сергиева монастыря», «Летописец Новгородский»), учебники и др. В 1817 г. в типографии было 32 печатных стана. В 1834 г. там была установлена 1-я печатная машина. К 1861 г., когда количество машин возросло до 12, была установлена 1-я паровая машина.

В нач. XX в. в состав Московской С. т. входили управление; пунсонное, граверное, словолитное, стереотипное, штамповальное, наборное, печатное, литографское, художественное, иконописное и переплетное отд-ния, а также книжные магазины, лавки, штат книгонош и типографических комиссионеров при 600 волостных правлениях. В типографии работали 347 мастеров (в т. ч. 70 учеников). В течение года в наборном отд-нии изготовлялось до 12 тыс. гранок и 3 тыс. листов разной величины. В печатном отд-нии изготавливали до 30 млн книжных листов ежегодно. В Московской С. т. было задействовано более 150 машин, станков и прессов. В течение года на склады поступало до 14 млн экз. книг, брошюр и отдельных листов. В 1911 г. Московская С. т. закончила капитальный труд по изданию Четьих-Миней на рус. языке в 13 томах. Работа велась под редакцией проф. МДА С. И. Смирнова под наблюдением проф. В. О. Ключевского. Для продажи синодальных изданий при Московской С. т. имелись 2 книжные лавки - оптовая и розничная. Доход от продажи составлял до 1 млн р. в год.

При Московской С. т. в кон. XIX в. была открыта ссудно-сберегательная касса для рабочих. В 1896 г. при типографии благодаря поддержке обер-прокурора Синода К. П. Победоносцева была учреждена 2-классная (4-летняя) церковноприходская школа, в к-рой обучались малолетние типографские рабочие. Существовали духовно-певч. хор и духовной оркестр, организованные из учеников и рабочих С. т. До 1917 г. при Московской С. т. существовала также б-ка, к-рая еще в 1747 г. была открыта для публики (ныне б-ка и архив Московской С. т. находятся в Москве, в РГАДА).

16 апр. 1903 г. Московскую С. т. посетил имп. мч. Николай II Александрович вместе с имп. мц. Александрой Феодоровной, вел. кн. Сергеем Александровичем и вел. кнг. прмц. Елисаветой Феодоровной. О том посещении император оставил краткую запись в дневнике: «В 10 1/2 отправились вчетвером в Синодальную типографию, бывший Государев печатный двор. Осмотрели библиотеку и все мастерские» (Дневники имп. Николая II: (1894-1918). М., 2011. Т. 1: 1894-1904. С. 724).

После революции 1917 г. Московскую С. т. закрыли, в ее стенах разместилась типография Гознака. Позднее в здании располагался Единый архивный фонд, а в 1931 г. комплекс был передан Московскому гос. историко-архивному ин-ту (с 1991 Историко-архивный ин-т РГГУ).

В С.-Петербурге С. т. была восстановлена в правление имп. Екатерины II Алексеевны. 31 июля 1763 г. императрица по всеподданнейшему докладу обер-прокурора Синода И. И. Мелиссино указала на то, что в столице следует иметь «два стана»: церковной и гражданской печати. 4 авг. 1763 г. обер-прокурор довел повеление имп. Екатерины II до сведения членов Синода. 8 авг. 1763 г. вышло синодальное определение о высылке из Московской С. т. 2 станов. В февр. 1764 г. типографское имущество и сопровождавшие его служащие прибыли в С.-Петербург. Однако эта типография просуществовала в столице лишь до 1767 г. Поскольку тогда Синод пребывал в Москве, С.-Петербургскую С. т. приказано было вновь закрыть, а ее служащих отправить в Москву. Окончательно С.-Петербургская С. т. была восстановлена 7 лет спустя. 7 февр. 1774 г. синодальным определением из Московской С. т. вызваны были корректор, 6 наборщиков, тередорщиков и батырщиков. С их прибытием С.-Петербургская С. т. вновь начала функционировать, более до 1918 г. не прекращая свою работу.

С.-Петербургская С. т. находилась в непосредственном ведении Синода, только в ней и в Московской С. т. печатались книги Свящ. Писания и богослужебные книги для правосл. христиан Российской империи. При С. т. (и в С.-Петербурге и в Москве) были учреждены «правильни» и при них «справщики» - для наблюдения за правильностью печатания священных и богослужебных книг. С. т. в С.-Петербурге по оборудованию считалась образцовой, поскольку в ней были свои стереотипная, словолитня, брошюровочная и переплетная мастерские. До кон. 1888 г. столичная С. т. располагалась в здании Синода. Затем, согласно синодальному указу от 12 мая 1887 г., для С. т. было выстроено новое здание (на Кабинетской ул. (ныне ул. Правды), д. 15). В 1896 г. имп. мч. Николай II утвердил новое положение и новые штаты С. т. (как С.-Петербургской, так и Московской).

С.-Петербургская С. т. являлась крупнейшей в ведомстве правосл. исповедания, ее рост в 80-90-х гг. XIX в. непосредственно связан с переводом Библии «на русское наречие и с обнародованием правил о церковно-приходских школах»: перевод 1875 г. вызвал беспрецедентный спрос на Свящ. Писание, а учреждение церковноприходских школ (на основании правил от 13 июня 1884) «усилило требования на учебные руководства и пособия» (Кат. Синодальных и др. изданий. 1912. С. 10).

Книги отпускались покупателям за наличные деньги, в кредит и на текущий счет, причем, когда книги приобретались за наличные деньги, покупатель пользовался «уступкой от суммы забора»: от 25 до 100 р.- 10%, от 100 до 500 р.- 15, от 500 р. и более - 20 и на 1000 р.- 25%. Гос. учреждениям, братствам и причтам церквей, а также должностным лицам книги могли отпускаться в кредит, с 10%-ной уступкой (на сумму, особо согласованную с управлением типографии).

Если в 1905 г. С.-Петербургская С. т. напечатала 994 наименования различной печатной продукции, то в 1914 г., согласно Каталогу Синодальных и других изданий, выпускалось уже более 1140 наименований книг: Библии и толкования Свящ. Писания; церковно-богослужебные и нотные; творения св. отцов, Жития святых и работы назидательного характера; об иноверии, о расколе и сектантстве; учебные, справочные, исторические и по церковному законоведению. Книги адресовались всем грамотным христианам, ценовая политика была достаточно гибкая. Цены, указанные монополистом (т. е. Синодом) на разные издания, колебались от 38 р. 75 к. за комплект Четьих-Миней и 10-рублевой Библии в шагреневой коже с золотым обрезом до 10-копеечного буклета с 10 заповедями Моисея. В 1908 г. в С.-Петербургской С. т. впервые отпечатали своеобразную «народную Библию» - компактное издание всех книг Свящ. Писания ВЗ и НЗ на рус. языке «в небольшом формате и за небольшую цену» (1 р.).

К 1914 г. покупатели получили право преобретать книги не только за наличные деньги, в кредит и на текущий счет, но и под аванс. Это значило, что покупатели могли вносить вперед 750 р. и затем забирать книги, «по мере их надобности, на тысячу руб., по номинальной стоимости». Миссионеры, миссионерские орг-ции, причты и приходские орг-ции получили право (благодаря определению Синода от 16-25 апр. 1914) приобретать синодальные издания с 25%-ной скидкой, правда при условии оплаты наличными.

В мае-окт. 1914 г. в Лейпциге планировалось проведение Международной выставки печатного дела и графики. Столичная С. т. задолго начала подготовку к участию в этой выставке. Список отправляемых в Лейпциг книг насчитывал 75 наименований (в основном лит-ра была религ. содержания: Библия различных изданий, отдельно - НЗ, Евангелия, молитвословы и т. п., а также «Церковные ведомости», комплекты ж. «Народное образование», Каталоги синодальных изданий). Подготовка к поездке в Лейпциг была инициирована определением Синода от 9-16 апр. 1914 г., разрешившим управляющим Московской и С.-Петербургской С. т. экспонировать в Русском научно-показательном отделе Международной выставки печатного дела и графики старопечатные книги, совр. печатные произведения, образцы шрифтов и стереотипов «с составлением для выставки кратких записок по истории и обзору деятельности Синодальных типографий и краткого описания к отделу старопечатных книг» (РГИА. Ф. 800. Оп. 1. Д. 578. Л. 37).

Участие в книжных выставках С. т. принимала и ранее: так, в 1895 г. на 1-й Всероссийской выставке печатного дела С.-Петербургская С. т. получила признательность за участие вне конкурса. Т. о., к 1914 г. типография уже почти 20 лет активно демонстрировала свои достижения в области печатного дела, постоянно увеличивая тиражи. К началу первой мировой войны типография печатала: служебные и нек-рые богослужебные книги, молитвословы и т. п. издания (все это - с благословения Синода); различные книги, преимущественно учебники и пособия для церковноприходских школ (по заказам Издательской комиссии Училищного совета при Синоде); «Церковные ведомости» и прибавления, приложения к «Приходскому чтению»; педагогический ж. «Народное образование», издававшийся Училищным советом; деловые бумаги, бланки и т. п. материал для центральных учреждений Синода; различные работы по заказам частных лиц и учреждений.

С 1 янв. 1903 по 1 янв. 1913 г. (т. е. фактически за последнее предвоенное десятилетие XX в.) С.-Петербургская С. т. выпустила особенно много различных книг, брошюр и памятных листков. Больше всего напечатали кратких молитвенников для правосл. воинов (3 028 тыс. экз.), НЗ на рус. языке (2 025 тыс. экз.), Евангелий на славянском и русском языках (1 190 тыс. экз.), молитвословов для мирян (775 тыс. экз.), Евангелий на рус. языке (990 тыс. экз.), Псалтирей (665 тыс. экз.). Тираж Библии на рус. языке в указанный период достиг 185 тыс. экз. Всего же было издано 13 412 885 экз. книг, учебников, бланков.

Среди наиболее распространенных изданий Училищного совета числились: «Наставление в Законе Божием» архиеп. Агафодора (Преображенского) (2,4 млн экз.), «Методический сборник арифметических примеров и задач» за 1, 2 и 3-й годы обучения П. Цветкова (2,05 млн экз.), «Обучение церковно-славянской грамоте» (книги 1 и 2 для учеников) Н. И. Ильминского (1,6 млн экз.) и т. д. Всего же с 1903 по 1913 г. тираж изданий Училищного совета, отпечатанных в С. т., составил 18 308 010 экз. Общий тираж «Церковных ведомостей» за тот же период составил 22 031 тыс. экз., а с различными изданиями редакции журнала - на 3 772 050 экз. больше (всего 25 803 050 экз.). Общий тираж ж. «Народное образование» за указанные годы составил вместе с приложениями 3 193 120 экз., а общее число печатных работ по заказам частных лиц и учреждений - 4 223 891 экз. Итог работы столичной С. т. в целом был впечатляющим - 64 940 956 экз.

Если принять общее число издаваемых в России к 1913 г. наименований книг (34 006) за 100%, то процент книг и изданий, выпускавшихся Синодом и печатавшихся в С. т. к тому же времени (1144), составил 3,36%. Это был немалый процент, свидетельствовавший об активизации издательской деятельности РПЦ, поскольку синодальные издания, выпускавшиеся в нач. XX в. преимущественно в столичной С. т. (и в гораздо меньших масштабах в Московской С. т.), обеспечивали многотысячную армию читателей-клириков и их семей, десятки тысяч монашествующих, а также духовные семинарии и училища. В отличие от светских издательских фирм и орг-ций, существовавших в то время в Российской империи, издания Синода, выпускавшиеся в С. т., имели постоянную и самую многочисленную читательскую аудиторию, на удовлетворение запросов к-рой и была ориентирована издательская деятельность Церкви, реализовывавшая основные издательские проекты собственными силами и в своей С. т.

Именно в С.-Петербургской С. т. были отпечатаны «Отзывы епархиальных преосвященных по вопросу о церковной реформе» (1 тыс. экз.), «Журналы и протоколы заседаний Высочайше учрежденного Предсоборного присутствия» (1 тыс. экз.), многотомная «Толковая Библия» и ряд др. изданий, имевших исключительно важное для РПЦ значение.

Работа в С. т. продолжалась 11 часов в сутки, начиналась в 8 ч. утра и завершалась в 7 ч. вечера. Число типографских рабочих в 1917 г. составляло ок. 350 чел. Помимо Библии и богослужебных книг здесь печатали также основные синодальные издания: официальный синодальный ж. «Церковные ведомости» (с 1888 по 14 апр. 1918) и в качестве неофиц. части «Церковных ведомостей» - газ. «Всероссийский церковно-общественный вестник» (с 1 янв. 1917 по 3 янв. 1918).

После февр. 1917 г. среди рабочих Петроградской С. т. стало проявляться стремление к активному участию в управлении типографией, в результате чего церковное руководство ввело в действие т. н. Автономные правила, выработанные Комитетом связи рабочих казенных типографий. В соответствии с Автономными правилами для защиты прав рабочих была образована Автономная комиссия, вскоре переименованная в Комитет старост, действовавший при С. т. столицы. Решение привело к дезорганизации производственного процесса. Комитет старост вместо отведенных ему функций профсоюзной орг-ции стал притязать на контроль над производством и на «хозяйничанье в типографии» (начал нанимать рабочих помимо Управления С. т., принял резолюцию о захвате квартир чиновников и о повышении тарифных ставок).

Для выяснения ситуации ввиду обнаружившихся нестроений в Петроградской С. т. 4 авг. 1917 г., согласно распоряжению обер-прокурора Синода А. В. Карташёва (с 5 авг. ставшего министром исповеданий Временного правительства), была образована специальная комиссия во главе с председателем Издательского отдела Синода прот. А. П. Рождественским. По его признанию, «уже в сентябре выяснилось, что вследствие анархической дезорганизации, водворившейся в типографской рабочей среде… под влиянием проникшего в эту среду нового, анархически настроенного элемента, которому чужда (чего нельзя сказать о значительной части старослужащих рабочих) идейная сторона деятельности синодальной типографии, последняя была постепенно обречена на совершенное расстройство финансово-экономической части» (цит. по: Кашеваров. 2005. С. 99).

14 нояб. 1917 г. ВЦИК Советов принял положение о рабочем контроле, согласно к-рому на всех предприятиях, где использовался наемный труд, создавались выборные органы от рабочих и служащих, в ведение которых переходил контроль не только над производством, но и над финансами предприятий. Тогда же Комитет старост, составленный только из рабочих С. т., объявил себя руководящим органом типографии, а чиновники типографии организовали отдельный комитет. В нояб. 1917 г. старосты возбудили перед церковным руководством вопрос о необходимости выдачи работающим в Петроградской С. т. пособий к Рождеству Христову. Это стало отправной точкой в последовавшем затем «бунте» части рабочих. Синод отказал в выдаче праздничного пособия, заявив, что это не предусмотрено Автономными правилами. В ответ рабочие приостановили печатание «Церковных ведомостей» и «Всероссийского церковно-общественного вестника». Кроме того, старосты решили обратиться за поддержкой к советскому руководству.

В сложившейся ситуации церковное руководство (в лице Соборного Совета) 16 дек. 1917 г. предложило просить Поместный Собор назначить ревизию Петроградской и Московской С. т. Однако в связи с тем что Собор прервал свои заседания на время праздников, Соборный Совет постановил немедленно учредить комиссию «для упорядочивания дел» в составе исполнявшего обязанности наместника Александро-Невской лавры еп. сщмч. Прокопия (Титова), прот. П. Н. Лахостского (редактора «Церковных ведомостей») и члена Поместного Собора проф. В. Н. Бенешевича. Комиссии предписывалось к 20 янв. 1918 г. представить Соборному Совету отчет, после чего Собор должен был рассмотреть вопрос о необходимости проведения ревизии.

Синод подтвердил постановление Соборного Совета специальным определением. 21 дек. 1917 г. на общем собрании рабочих Петроградской С. т., несмотря на сопротивление старост, было решено, что статус типографии менять не нужно (т. е. не нужно требовать ее перехода в ведение Совнаркома) и что рабочие согласны лишь на удовлетворение их требований о получении дополнительных прибавок наравне с рабочими Московской С. т. 3 янв. 1918 г. Синод, выслушав сообщение о собрании, возложил на Соборную комиссию выяснение причин «происходящих среди рабочих Синодальных типографий недоразумений, возникающих на почве неравномерного, якобы, удовлетворения рабочих той и другой типографий всякими денежными выдачами». Комиссии предписывалось изучить все выплаты рабочим за 1917 г., а Хозяйственному управлению и др. церковным учреждениям - оказать в этом полное содействие (цит. по: Соколов. 2015. С. 530). Показательно, что никаких дополнительных надбавок в указанное время рабочие Московской С. т. не получали.

Принимаемые священноначалием меры уже не могли помочь удержать контроль над Петроградской С. т.: 2 янв. 1918 г. управляющий Петроградской С. т. получил офиц. бумагу, подписанную правительственным комиссаром при Наркомпросе П. И. Лебедевым-Полянским, в к-рой объявлялось, что с 1 янв. 1918 г. С. т. переходит в ведение Технического совета по управлению гос. типографиями при Наркомпросе. В извещении содержалось требование не выполнять никаких заказов без ведома Хозяйственной комиссии при этом Совете, а помещение и инвентарь С. т. «впредь до перехода их в ведение самого Совета» передать «для охраны Комитету занятых в этой типографии рабочих» (см.: Собор, 1918. Кн. 6. С. 25). Инициатива в издании указанного документа принадлежала Комитету старост С. т., члены которого, поняв, что рабочие их не поддерживают, прибегли к помощи внешней силы.

Т. о., с 4 янв. 1918 г. Петроградская С. т. фактически перешла в руки Комитета старост, к-рый сразу же стал именовать ее Государственной типографией № 3 (хотя вопрос о ее статусе тогда еще окончательно не был закрыт). Соборная комиссия во главе с еп. Прокопием (Титовым) выразила Лебедеву-Полянскому протест против происшедшей реквизиции, поручив бывш. управляющему С. т. составить опись захваченного имущества и обратившись в Синод с ходатайством о прекращении выплаты жалованья рабочим начиная с 1 янв. 1918 г. Чиновникам С. т. предлагалось жалованье сохранить.

В то же время борьба шла и вокруг книжного склада при С. т., где хранились книги на сумму 1,4 млн р. Представитель Наркомпроса Лебедев-Полянский 4 янв. 1918 г. заявил, что склад будет оставлен Синоду, но рабочие С. т. (в лице Комитета старост) не желали подчиняться этому решению, приступив к самостоятельному распространению синодальных изданий. В сложившихся условиях чиновники С. т. на собрании 10 янв. 1918 г. объявили, что прекращают работу в захваченной Комитетом старост С. т., которому в спешном порядке пришлось самому организовывать всю адм. часть и бухгалтерию.

Изъятие Петроградской С. т. стало 1-м случаем реквизиции церковного имущества советской властью в столице Российского гос-ва. 10 янв. 1918 г. Синод, заслушав доклады редакций «Церковных ведомостей» и «Всероссийского церковно-общественного вестника», решил приостановить оплату счетов и выдачу содержания рабочим и служащим Петроградской С. т., а также прекратить печатать там указанные издания. «Церковные ведомости» с расширенной неофиц. частью некоторое время издавались в др. типографии, а «Всероссийский церковно-общественный вестник» окончательно прекратил свое существование. Определением от 11-15 янв. 1918 г. Синод объявил, что «произведенный насильственный захват церковного достояния нарушает Божеские и человеческие законы и приносит неисчислимый вред всему православному русскому народу» (Собор, 1918. Деяния. Кн. 6. С. 28). Тогда же ж. «Церковные ведомости» объявил, что считает преступлением «подчиняться режиму, который хочет зажать рот всем инакомыслящим, а сам кричит на всю Россию» (Приб.ЦВед. 1918. № 1. С. 20).

11 янв. 1918 г. ситуация вокруг Петроградской С. т. обсуждалась на собрании приходских советов Петрограда под председательством митр. сщмч. Вениамина (Казанского). Собрание приняло резолюцию, в к-рой говорилось о том, что «тысячи верующих рассматривают захват типографии как грабеж, протестуют против него и будут говорить об этом не только в храме, но и в трамваях, на площадях, что они, приходские советы, усматривают явное гонение на Православную Церковь со стороны тех, кто именует себя народной властью» (Собор, 1918. Деяния. Кн. 6. С. 30).

22 янв. 1918 г. со значительным опозданием, связанным с Рождественскими каникулами и перерывом заседаний, члены Поместного Собора выслушали сообщение о создании Комиссии во главе с еп. Прокопием (Титовым), занимавшейся делами захвата столичной С. т. Было доложено, что «Комиссия, исполняя возложенное на нее поручение… а) дала разъяснение в Комитете старост и на трех общих собраниях рабочих, что Синодальная типография есть достояние Церкви, и отчуждение ее будет насильственным захватом; б) заявила комиссару от имени Священного Собора Русской Православной Церкви протест против ее действий и против постановления народного комиссариата по просвещению…». Указывалось, что вследствие захвата С. т. было прекращено издание богослужебных книг и периодики. Прот. П. Лахостский изложил соборянам основные этапы отчуждения С. т. от Церкви (см.: Свящ. Собор Правосл. Рос. Церкви. 2001. С. 31-32). Однако в тех условиях ситуацию изменить было уже невозможно.

В кон. 1918 г. бывшая Петроградская С. т. и книжный склад при ней перешли в ведение Отдела печати Петроградского Совета рабочих и крестьянских депутатов, а в квартирах, ранее принадлежавших чиновникам типографии, поселились типографские рабочие. Кардинально изменился и профиль типографии: в советское время она была монополистом по выпуску билетов и проездных документов для всех видов транспорта.